Смысл жизни

Сны постепенно рассеивались, отпуская Чую из своих волшебных миров. Сознание и мысли становились все чётче. Лишь одно не покидало воображение рыжего: ему казалось, что он обнимает спящего Дазая со спины, уткнувшись носом между его лопаток. Чуя улыбнулся, не понимая, что это происходит на самом деле. Все думая, что это сон, рыжий проводит рукой по белым нитям на шее Осаму, чувствуя рельефность кожи из-за чуть выступающих шрамов. — Чуя…- Дазай просыпается от прикосновения, улыбаясь, а рыжий поспешно убирает руку и смущается, осознав, что происходящее — не плод его воображения. Осаму поворачивается лицом к Чуе и нежно целует того в лоб.

* * *

— Надеюсь, что ты прав, и нас не застрелят. — Чуя верил словам Дазая о том, что снайперов в парке не будет, но ему было не по себе. — Если серьезно…- Осаму опустился на скамейку, облокотившись на спинку и прикрыв глаза. — Все это смахивает на проверку Мори… Ну не верю я в то, что какая-то американская группировка, название которой нам даже не сказали, желает уничтожить наш городок. Да и сомневаюсь, что влияние Портовой мафии мешает им. Чуя огляделся: следов снайперов действительно не было, как он не вглядывался в малейшие детали интерьера парка. Трава была не помята, мусора не было со вчерашней уборки дворников. Кроме Двойного Чёрного не было ни души. Всё-таки четыре часа утра. — А он вообще придет? Этот…как его там… — Усуи Аюдзава. Да, конечно придет. Не зря же тут камеры на деревья понавешали. — Осаму усмехнулся и поправил волосы, лезущие ему на лицо из-за ветра. — Не бойся, ему с нами не справиться. Но рыжий услышал сомнение в его голосе. Да и у него самого колени дрожали от неизвестности. С чем им предстоит столкнуться? Какой способностью обладает их противник? Смогут ли они победить? Оставят ли их в живых при неудачном для Двойного Чёрного исходе? — Сделай лицо проще, Канахара. — Дазай усмехнулся. — Неужели ты веришь, что существует на планете, кроме меня, естественно, тот, кто сможет выстоять против твоей Порчи? Это просто смешно. — Дазай тревожно осмотрелся: усиливался холодный ветер, что не являлось нормой в это время года. Чуя лишь пожал плечами. Он надеялся, что они уладят всё своими бойцовскими навыками, а не способностями. Рыжий верил Дазаю, но всё-таки боялся. Что если он не успеет вовремя остановить его?.. Осаму поднялся со скамейки и обнял Чую, крепко прижав его к себе. Он надеялся, что так успокоит рыжего, мол «не стоит волноваться, мы всех побьем, и нет проблем». — Надеюсь, что ты прав… И надеюсь, что если мне придется использовать способность, ты успеешь вовремя остановить меня… — Может быть мы обойдёмся без этого. Да и ты не обязан так рисковать… — внезапно он отстранился и шагнул вперед, словно защищая собой Чую. — Он уже здесь… Рыжий выглянул из-за плеча Осаму и удостоверился в правдивости его слов: под аркой на входе в парк стояла темная фигура. — Спасибо, что удостоили своим прибытием вашего фаната. — голос был низкий и хриплый, словно человек предстал перед ними в самом разгаре простуды. — Чуя Накахара, Дазай Осаму, видеть вас — честь для меня. — он сделал пару шагов и вышел на свет. Дазай усмехнулся: он был на тринадцать сантиметров выше самого Осаму и шире в плечах на одну треть. Усуи выглядел гораздо старше своих лет и увесистей, чем восемьдесят килограмм. На счет неповоротливости Дазай ошибся, как отметил Чуя: Аюдзава лишь казался слабым и медлительным, внутри же рыжий чувствовал сильную энергию, бушевавшую, как буря. Черная кожаная куртка, нещадно натянутая на мускулистые руки, чуть доставала до пояса, из-под нее выглядывала фиолетовая мятая рубашка. К ней совершенно несочетаемо были подобраны коричневые брюки теплого оттенка, а на ногах — черные кожаные массивные берцы. Волосы до плеч, серые и на вид как солома, были собраны в тугой низкий хвост, открывая желтоватое лицо с массивной челюстью и широким лбом.