SMELL

       Произошло это совершенно неожиданно. Для них. Они стояли и смотрели друг на друга не отрывая глаза и оба не осмелились сказать ни слова. Алкоголь из головы Алема выветрился моментально, а Данияр позабыл все дела ради которых он здесь. Начался дождь. Он лил прямо на одежду, волосы и лица людей, моментально пронизывая на сквозь. "Но ведь сказанного не вернуть?" - подумал Батыр и снисходительно улыбнулся: - Значит, ты знал? - Нет, вовсе нет. - задумчиво произнес Бала - Просто это первое, что пришло мне на ум, знаешь, как в крутых американских фильмах.        И снова молчание. Дая ничего не сказал о своих чувствах и Батырхан боялся, что его чувства безответны. Было по настоящему страшно. Он сделал один шаг ближе. Второй... Третий. И вот, они лицом друг к другу. Альфа сейчас только заметил, что омега чуть выше него и тоскливо заглянул в эти темные глаза: - А каковы твои чувства ко мне? - Каковы мои чувства к тебе? - задумчиво переспросил Данияр. Он поднимает глаза и упирается взглядом в глаза Алема. Взгляд падает чуть ниже.        Губы.        Он тянется к ним и чувствует приближение в ответ. Алем властно притягивает его к себе, зарываясь одной рукой в шелковые кудри. Такой долгий и такой желанный поцелуй наконец свершился. Кажется, будто время остановилось и они стояли под дождем и ливень рушился на них шквальным огнем из тысячи небесных пулеметов. А они стояли и сами были и ливне, и грозой, и водой, и твердью, и молнии сверкали и скрещивались над их головами от горизонта до горизонта; они были и светом, и стихией, и свет отделялся от тьмы, и не было еще слов и имен, они были одни-одинешеньки на целом свете в этих рушащихся потоках воды и любви, в этих мертвенных всполохах над перепуганными крышами, когда земля, казалось, встает дыбом и ничему уже нет границ, а они под стать всему этому бушеванию упивались полнотой жизни, рядом с которой счастье и несчастье - всего лишь пустые гильзы, отброшенные взрывной мощью этой необратимой полноты...