Альфа (омега)

Тэхен готовил на кухне Гука. Кто и когда, а главное зачем его туда пустил — неясно. Дым карамыслом. Если это горит не еда, то точно сковородка. Чонгук проснулся от запаха паленого. Вскочил, забежал на кухню увидел дым, огонь, а в середине действа — Тэхен — О Будда, что же ты такое вытворяешь? Туши все это! — Чонгук подбежав, выключил конфорки плиты и оттащил Ви подальше. Обнял и начал осматривать, надеясь, что омежка не порезался и не обжегся. Тэ улыбнулся, увидев растрепанного альфу, он был немного взволнован, ну ничего. Старший поправил волосы Чонгука. — Ты такой милашка, когда ещё не совсем проснулся. — Что с твоим настроением, и что ты делал на кухне? Почему ты такой счастливый? — Гукки, я просто понял, что тут я хочу быть омегой, и буду. — Тэ чмокнул Гука. — Давай лучше что-нибудь закажем поесть, я переоденусь, вызовем клининговую компанию, пусть уберутся и проветрят здесь все. — младший удивился подобному поведению. Хотя Тэ уже неделю вживался в роль омеги и ночевал только у Чонгука. — Хорошо. — Ви всеми силами показывал хорошее расположение — Слушай, а может не будем скрывать отношения в академии? Мне кажется, тебе нравится быть омежкой. Тем более, я всегда рядом. Согласись, я успел доказать, что достоин твоего доверия. -самоуверенности младшему не занимать, хотя если у Тэ хорошее настроение, почему бы не попытаться. — Нет, нельзя. Я против. Давай потом. Ещё рано. Просто я немного не готов. -старший немного стушевался. Чонгук повернул его лицом к себе. Начал приближаться, желая долгожданный поцелуй, который может быть расставит все по местам. Неделю омега был так близок, но по-прежнему неприкасаем. Естественно, это дразнило альфу. Тэ удивлённо раскрыл глаза. Словно в замедленной съёмке, лицо Гука такое уверенное, родное и нежное приближалось все ближе и ближе. Становилось больше и больше. ОБОЖЕ что он делает. Младший закрыл глаза, а Тэхен закрыл свои губы ладошкой. Касание губами и… губы такие морщинистые… что-то не так. Гук открыл глаза. Ладошка? Серьезно? — Ты издеваешься надо мной??? Я альфа и я хочу поцелуй. Быстро. — он отстранился, но в противовес своих же брутальных слов, надул щёчки словно ребёнок лет трёх, которому показали, но не дали его любимую конфету. Тэхен чмокнул чонгука снова в щёчку, чтоб не смотреть на обиженного малыша. Младший мог бы много всего выпросить таким способом. Невозможно удержаться перед этими глазами бусинками, смотрящими на тебя хоть и сверху, но настолько жалобно, что кажется, будто ты виноват во всех грехах на этой планете. — Не такой, ты знаешь, какой я хочу. — в ход пошли губки бантиком. Он всерьёз намерен получить желаемое. — Много хочешь. Обойдёшься. — Ты просто хочешь меня всегда отшивать. — мелкий дьяволёнок знал как довести начатое до его логического конца. На уголке глаза появилась слёзка. Временем проверено. Ни один омега не сможет спокойно на это смотреть. План чертёнка удался. Тэ не смог устоять перед подобной провокацией, поэтому губами, почти невесомо коснулся губ альфы. Чон смекнул и сначала приобняв за талию, а потом и вовсе прижав к себе, не оставляя между ними никакого расстояния, начал углублять поцелуй. Языком проник в приоткрытые губы Тэхена и был более чем нежен. Нежен, будто он в иллюзии, и одно неловкое движение вмиг может ее растворить в реальности. Это был не просто поцелуй, а поцелуй, меняющий судьбы. — Тэхен-а. Я тебя люблю. — Чонгук ухмыльнулся и даже не собирался отпускать старшего. — Ага. Я знаю. — парень смутившись и покраснев, словно спелое яблоко в разгар сезона, уткнулся в плечо младшего. — Но ты противный. Так и норовишь вывести меня из зоны комфорта, мелкий засранец. И ведь получается. Чон захихикал. — Я смотрю, не все твои колючки отпали. Тэхен укусил шею альфы. — Ты что, совсем с катушек съехал, дорогуша? Если честно, это меня возбуждает, так что прекрати немедленно, пока у тебя ещё есть выбор. Ви даже слушать не хотел подобного со стороны Чона. Поэтому ладошкой залез под пижамную рубашку парня и начал гладить его подтянутое тело. Младший прерывисто выдохнул. — Ну ты нарвался. — парень, пошло улыбнувшись, подхватил омегу за бедра и понёс на кровать. — А я предупреждал! Гук оставил несколько алых засосов на шее старшего. Ви уже сейчас начал стонать. Что там целовать, его и трогать то давно никто даже не пытался. На самом деле, Чонгук и сам не думал, что умеет быть настолько нежным. Думать не только о себе, но и о партнере было действительно в новинку. *** Тэ лежал на плече младшего и вглядывался в черты его лица. — Вишенка, а зачем ты вообще притворялся альфой, из тебя такой прекрасный омега… ну, кроме готовки… — У меня не было такого человека, который смог бы меня защитить. Значит, я должен был быть сильным сам. — Разве нельзя быть сильным омегой? В детстве тебе было наплевать на это. Ты был просто милашкой. — Омеги всегда слабые. Да и там ещё проблемы были… — голос старшего был еле слышным, но грустным. — Если хочешь, можешь рассказать. — Не стоит. Я просто хочу спать. Можно? — он чуть улыбнулся и зарылся головой в одеяло, руками и ногами обняв Чонгука. — Конечно, Вишенка. *** Прошло около пяти лет. — Папа! Папа! Когда мы с отцом гуляли, какой-то дядечка сказал, что я очень красивый, представляешь? — малыш, лет трёх, лучезарно улыбнувшись, накинулся с обнимашками на уже взрослого омегу и запрыгнул ему на коленки. Вслед в кухню зашёл статный альфа в длинном пальто. — Он весь в тебя. Когда ты был малышом, был точь-в-точь как он. -Чонгук спокойно улыбнулся. Так как оба родителя были один красивее другого, малыш уже в свои три был довольно успешной моделью, ведь грех не пользоваться такой кукольной, ангельской красотой, а значит, комплементы были не напрасными и очень частыми. — Хекки, это чудесно. — омега сразу зачмокал и заобнимал малыша. Чон обнял двух родных омежек. — Как же я жил без вас? — они с мужем чмокнули малыша в щёчки с обоих сторон. — Папочки, я вас люблю — улыбка Хека была чуть ли не до ушей. *** К слову, о том, что Тэ был омегой в академии узнали лишь тогда, когда его животик уже прилично округлился из-за вполне понятных причин.