Погибель

— Тебе пора остыть, съездить к Намджуну и осчастливить какую-нибудь омегу, — Джин улыбается Чонгуку и первый садится в агеру на пассажирское сидение. — У меня нет на это времени, — Чонгук садится за руль и, закурив сигарету, трогается с места. — Значит найди себе омегу, которая будет тебя ублажать в свободные пять минут. Тебе и двух хватит, — Джин начинает смеяться, но когда взгляд Чонгука ловит, становится не до смеха. — Ещё раз, — рычит Чонгук и выкидывает сигарету в окно. — Прости, — Джин оставшуюся дорогу молчит, на трассу смотрит.       Они едут к главному прокурору страны, к дяде Чонгука. Раз в месяц прокурор устраивает для них приём в своём кабинете, где они обговаривают дела. Этот раз — исключением не стал.       Остановившись на предпоследнем светофоре, Чонгук смотрит по сторонам, открывает окно и глубоко вдыхает.       У альфы дыхание перехватывает. Чонгук никогда не думал, что способен умирать от одного вдоха, задохнувшись в наслаждении. Альфа, вишню слишком сладкую, терпкую, такую, что на языке отдает, вдыхает в легкие, организм ею забивая.       У Чонгука волк внутри шерсть дыбом поднимает, в стойку встает, к бою готов уже.       Чон не понимает, в чем причина такого поведения, пока та самая причина мимо машины не проходит.       У мальчишки волосы красного цвета, легкая походка и красивая улыбка.        Чонгук его взглядом провожает, голову выкручивая. — Кто это? — Джин смотрит на Чонгука, что дышит слишком часто, руль в руках сжимает и в зеркало заднего вида смотрит не отрывно. — Мой! — Чонгук рычит на друга, когда тот перед лицом пальцами щелкает. — Твой? — Ким красиво бровь выгибает, и смотрит с улыбкой. — Блять, я его три секунды видел, один вдох сделал и считай — погиб. Он моим будет, украду, привяжу и навсегда с собой оставлю, — Чонгук бросает взгляд в зеркало и по газам давит.       Агера второй раз останавливается только возле прокуратуры.       Чонгук выходит из машины и заблокировав спорткар, по ступенькам поднимается.       У Альфы внутри странное чувство, необычное такое, он будто в целое собрался. Вишня из легких выходить не желает. Чонгук обещает себе с этим разобраться, как только закончит дела поважней, но за весь разговор с дядей он только и делает, что о красных волосах думает.       Альфа злится сильно, он — глава Черепа, центрального клана страны, и вместо того, чтобы решать дела, касающихся клана, он думает о цвете волос парня, которого видел всего несколько секунд.       Они выходят от прокурора решив все, но Чонгук был там только левым глазом, так что оставшуюся дорогу до машины он переспрашивает несколько вопросов у Джина. — Нихуя себе, вот это он впечатление на тебя произвел, — Джин Чонгука по плечу хлопает, глаза в шоке держит и улыбается как дурак. — Заткнись, — Чонгук в агеру садится, заводит машину и Кима ждет.       Они едут в офис, где Чонгук закрывается в своем кабинете, попросив своих людей его не беспокоить.       Чон думает, много думает. Красноволосый, скорее всего, его истинный, другого варианта быть не может. Волк, рыкнув, только подтверждает его слова. Иначе быть не может, Чонгук бы не помешался всего за пару секунд.        Альфа лица, кроме улыбки, не видел толком, но уже представил все в голове своей. Омега с карими глазами, с идеальными чертами, и все с той же красивой улыбкой, которая Чонгука с мыслей сбила.       Чонгук зовет к себе Джина, долго в глаза ему смотрит и говорит то, отчего его зверь лапами пол шкребет, морду облизывает и красные глаза поднимает. — Найди и привези его к Юнги. — Чонгук говорит рыча, резко и грубо. Ким кивает и за дверь выходит.        Только тогда Чонгук расслабляется, когда решение принято и обжалованию не подлежит.        Вишневый — его, а хочет парень этого или нет, Чонгуку не важно. Альфа решил, значит так тому и быть.