Цветок и демон

Темно, холодно… Как будто меня пронзили катаной прямо в сердце. В центре грудной клетки есть только боль. Острая и нестерпимая. Интересно, я умер? - …ске Что? Кто здесь? И вообще, где это «здесь»? Ничего не понимаю… - Саске! Да кто меня зовет, черт возьми?! Откуда этот голос? Такой знакомый и… родной? - Держись, Саске, не сдавайся! Боль в груди притупляется, теперь чувствую лишь жжение в области сердца. Девичий голос как будто бы из далекого прошлого. Кому он принадлежит? А это что? Свет?! Ну всё, теперь точно конец – вот и свет в конце туннеля. Ну, народ, бывайте! Я пошел… Зеленый брезентовый потолок… тусклый рассеянный свет от масляной лампы. За столом, спиной к очнувшемуся, сидит девушка. Короткие волосы цвета вишни собраны в высокий хвостик, но непослушные пряди выбиваются на лицо, мешают заполнять какие-то важные бумаги. Жилет болотного цвета висит на спинке стула вместе с протектором, снятым с головы. - Са…ку…ра, - брюнет не узнает свой голос, но ей было достаточно и первого звука, чтобы отбросить все недоделанные отчеты и выписки. - Господи, Саске! Наконец-то, очнулся! Ну и напугал же ты нас! – на лице медика играла усталая улыбка, нежная и ласковая. Под изумрудными глазами залегли круги – девушка явно давно не отдыхала. - Что… случилось? - Мадара проткнул тебя клинком насквозь. Тебя принесли в полевой госпиталь почти без признаков жизни. Еще бы чуть-чуть и тебя было бы уже не спасти. «Мадара… Полевой госпиталь… Четвертая война шиноби!» - к Саске начало приходить осознание этого мира. - Саске? - Да. - Кто такая Каори? - Что, прости? – при упоминании этого имени в груди снова кольнуло. - Ну… в бреду ты звал её. При этом на лице было такое выражение нестерпимой боли, что мне казалось, ты потерял кого-то близкого себе. Но ведь в твоей команде единственной девушкой была Карин… Имена, конечно, похожи, но… - Тебе послышалось, забудь! – чуть грубовато ответил брюнет, а глаза приобрели оттенок безразличия. Сакура поняла, что ничего ей не удастся вытащить из этого угрюмого пациента, и вышла из палатки. А носитель шарингана остался со своими мыслями наедине: «Хм, имена похожи? Да и внешне они чем-то напоминают сестёр… неужели это был лишь плод больной фантазии? Бред какой-то…» После окончания войны. Кабинет Хокаге. - Что ж, Саске, на этой войне ты доказал, что Коноха еще что-то значит для тебя. Ты можешь вернуться. Сей вопрос со старейшинами я улажу. На миссии начнешь ходить чуть позже. Однако, я приставлю к тебе охрану, чтобы ни у кого не было лишних вопросов и подозрений. Сейчас можешь идти, вот по этому адресу, - Саске молча взял из рук Хокаге записку. – Там теперь твой дом. Позже к тебе зайдет член АНБУ, с которым ты и будешь в дальнейшем выполнять задания. Вопросы есть? - Нет, - четко ответил бывший нукенин. - Тогда свободен. Покинув резиденцию Хокаге, последний из клана Учиха решил прогуляться по отстраивающейся заново родной деревне. Как же это странно, видеть перед глазами не небоскребы вымышленного мира, а невысокие уютные домики. Теперь всё будет как прежде, возможно, наверное, быть может… Новый дом представлял из себя небольшую съемную квартиру, мебели в которой было по минимуму, но достаточно для обитания. Саске не собирался подолгу здесь находиться – чем больше миссий он выполнит, тем быстрее отстроит новое родовое поместье. Где-нибудь на окраине деревни. От мыслей по возобновлению клана юного Учиху отвлек стук в дверь. «Наверное, агент АНБУ пришел», - догадался носитель шарингана. Открыв дверь, Саске уже готов был ущипнуть себя и посильнее – перед ним стояла невысокого роста стройная девушка в стандартной униформе АНБУ. Ярко рыжие волосы были завязаны в высокий хвост, а из прорезей маски на Учиху смотрел спокойный взгляд зелено-голубых глаз. - Саске Учиха, я член АНБУ, можете звать меня Азалия. Моя задача… - Каори, - только и вынес в ответ брюнет. - Что?! Откуда?! Знаете, фортуна с судьбой иногда бывают очень жестоки, но это происходит лишь иногда.