Твоё сердце только для меня

Джексон застыл. - Что, прости? Я не ослышался? Однако никто не рассмеялся, превращая всё в шутку; никто не подтвердил, что это действительно ему просто послышалось. Все лишь молчали. И по этому молчанию можно было понять: всё, сказанное здесь, правда. Тем не менее, Ван ничерта не понимал. Мозг отчаянно не хотел переваривать поступившую информацию. Потому что внутри всё просто кричало: НЕТ. Просто не может этого быть! Но староста спокойно продолжила: - Она не показывает нам свою метку. И мы даже не знаем, есть ли она у неё вообще. Их начала окружать толпа. Растерянно оглядываясь, Джексон натыкался на хмурые взгляды учеников, подтверждающие слова старосты. Но всё так же не верил... Вернее, не хотел верить. - Ребята... Вы не перегибаете палку? По-моему это слишком.- Парень, всё ещё надеясь на "чудо", переводил взгляд с одного на другого. Посмотрел на старосту. Та отвернулась. - Мы часто спрашивали её,- Подала голос другая девушка.- но она молчит. Вы сами понимаете, что это значит. Тут просто без вариантов. Поднялся гул. Ребята наперебой начали рассказывать о попытках вытянуть из Эвы правду, о её странном поведении. Всё сходилось, всё выглядело до такой степени правдоподобно и понятно, что сомнения даже и не думали появляться. Кусочки мозаики постепенно складывались в паззл... Страшный, неправильный паззл, который Джексону определённо не нравился. Его словно окунули с головой в ледяную воду, которая просто иголками мелкими пронзила внутренности. Почему-то заныло сердце... Ван смотрел перед собой и совершенно ничего не видел, даже слова доносились как через толщу воды - приглушённо, смазано... В зал, привлеченные суматохой, тут же заглянули фотограф с классным руководителем. - Что за шум, ребята? Готовы уже все? Джексон? И вы тут?- Вопросы посыпались, нужно было ответить... - Да, но я уже ухожу. - Каких усилий ему стоило улыбнуться ребятам, словно ничего сейчас не было, и не спеша покинуть спортивный зал? А потом, только оказавшись на лестнице, Джексон Ван неожиданно сорвался на бег. В голове чушь творилась, правда всё же была очень страшная. И вроде бы какое ему дело до этой девушки? Да совершенно никакого! Она его ни в одном плане не привлекает; такие не в его вкусе. К тому же теперь, когда всё встало на свои места, он и думать о ней не должен, ведь она всё же из... этих... Но почему у него внутри всё словно перевернулось, не хотело это принимать? Почему он до сих пор отчаянно надеялся, что всё это не правда? Почему? Почему сердце так сильно болит? Почему... От этих "почему" становилось страшно. Он, чёрт возьми, учитель, взрослый мужчина уже! Что же это за накручивание такое, что он сам наивно верит, что все люди хорошие? Нет, вернее...что именно эта девушка хорошая. Джексон остановился посреди коридора. На ватных ногах подошёл к окну. Свежий воздух с форточки, шум дождя - всё это не помогло заглушить такую внезапную боль. И из головы слова не выходили: Эва... - Да что же это такое!- Он с силой стукнул кулаком по подоконнику, нечаянно оставив след. Но это волновало его в последнюю очередь. *** Дождь барабанил по стёклам, стучал по крыше. Завывал унылые песни ветер. Этот внешний естественный шум понемногу успокаивал, приводил разбросанные мысли в порядок. Вернее, Эва не думала вообще ни о чём. Лежа на кровати в своей комнате, укутавшись в плед, стеклянным, застывшим взглядом смотрела в окно. Влажные рыжеватые волосы разметались по подушке, кончики и вовсе свисали с кровати; от них на полу уже образовались небольшие лужицы. Внизу, в гостиной, сидела бабушка. Работал телевизор, шел очередной бразильский сериал, но женщина то и дело оглядывалась на лестницу, словно ожидая, что внучка вот-вот спустится. Эва пришла домой позже обычного. И, не здороваясь, умчалась наверх. Но по мимолётному взгляду на неё, по звуку шагов бабушка догадалась: что-то случилось. И сейчас вовсю ломала голову над тем, как бы спросить, как помочь?... Женщина в глубине души чувствовала вину: ведь раньше она не очень-то интересовалась делами Эвы в школе. Да и не только в школе. А теперь... Она выключила телевизор. Вздохнув, осторожно поднялась по лестнице, с затаённой надеждой смотря на дверь. Но она была закрыта. - Эва? В ответ тишина. Но потом женщина, прислушавшись, уловила шевеление. Это обрадовало её. - Да?- Тихий голос, тем не менее, снова напугал её. Надломленный, бесцветный... Так обычно говорят люди, потерявшие всё. Женщина, решившись, открыла дверь. В лицо ей дунула прохлада, а полумрак, царящий тут, снова поселил в сердце тревогу. Бабушка перевела взгляд на внучку и застыла. Свесив ноги с кровати, сгорбившись, она ничего не выражающим взглядом смотрела перед собой и, казалось, ничего не видела. - Эва! Девочка моя, что случилось?!- Женщина бросилась к ней, села рядом и притянула мелко вздрагивающее тельце к себе. - Не молчи, расскажи мне, пожалуйста! Эва честно держалась. Придя со школы, проделав все процедуры, она ни разу не проронила слезу. Ей казалось, что все слёзы уже просто закончились, она выплакала их... там, на холодном полу женского туалета. Было... страшно. Причём, очень. Теперь Эва поняла: дальше будет ещё хуже, и изменить ничего нельзя. До конца учебного года остался месяц... Пропустить его нельзя, иначе ей не выставят оценки. Придётся...потерпеть? Так она думала, лёжа в комнате. Мысли всё же лезли в голову: ленивые, медленные, как гусеницы. Потом Эва мысленно перенеслась куда-то далеко отсюда. Далее прокрутила в памяти события недавно прочитанной книги. И ещё что-то, и ещё... В общем, она старалась думать о чём угодно. Лишь бы не о НЁМ. Но тут пришла бабушка... Внезапная поддержка, сухая рука, которая гладила ещё влажные волосы, объятия и умоляющий шёпот, просьбы поделиться тревогами... - Ба,- Она, уткнувшись бабушке в плечо, тихо прошептала, - а у тебя такое было, что тебе кто-то нравился, а ты ему нет? Женщина растерялась. Но потом, с явным облегчением выдохнув, ободряюще похлопала внучку по спине. - Ты ещё спрашиваешь! Каждый год в школе у меня был наполнен подобными терзаниями! Мальчики были разными, все хорошие... Но, к сожалению, метки у нас были разные. И знаешь, что?- Она улыбнулась, чмокнув Эву в макушку.- Я нисколько не жалела, что они не отвечали мне взаимностью. Всё равно ничего бы не вышло. Я уже думала, что не встречу свою судьбу... Но, как ты знаешь, твой дедушка совершенно неожиданно появился в моей жизни. Эва тихо кивнула. Историю их встречи она знала от и до со всеми подробностями. И это было действительно интересно... Однако сейчас девушка лишь прикрыла глаза, стараясь не разреветься. Тревожить бабушку, а тем более рассказывать правду она не хотела. Не было смысла. - Эва, ты знаешь... В жизни у каждого случаются неприятности. Никто от них не застрахован, и это совершенно нормально. Нас проверяют на прочность, хотят узнать: достойны ли мы лучшего...- Бабушка перевела взгляд на окно. Дождь всё так же барабанил по стёклам, и притихшая Эва на секунду различила в этом звуке одобрение, словно природа подтверждала сказанное. Женщина, искренне желающая помочь внучке, продолжила.- Мы должны стойко переносить всё, не теряя веры в добро. Ведь оно всегда побеждает, ты же знаешь. Всё всегда заканчивается хорошо... - Эва неуверенно кивнула, тихо всхлипнув. Бабушка крепче обняла её, вслушиваясь в дождь. Затем вдруг что-то вспомнила.- Я хотела сказать тебе, что каждому человеку, каким бы сильным он ни был, нужен кто-то,кто поддержит...- Закусив губу, она судорожно выдохнула.- Прости меня...я...никогда не... - Ба...- Эва подняла на бабушку полные слёз глаза.- Я тебя люблю. За окном - весеннее ненастье: дождь, ветер, забирающийся под кожу холод... Но в полумраке комнаты на втором этаже милого домика царила благодать. Потому что взаимопонимание - вещь, несомненно, очень ценная. Грустно, когда не с кем поделиться своими страхами, переживаниями... И пусть Эва не открыла всего, не рассказала правду - сейчас она была совершенно счастлива.