Чужая жизнь - мои правила

Вечный Лес… Он недаром зовётся «вечным». Здесь как будто время останавливается. Течёт, но стоит на месте. День сменяет ночь, лето сменяет зиму… Тысячелетние гиганты, устав от жизни, уступают место молодой поросли. И так по кругу: снова и снова. А Лес по-прежнему вечен. И сами эльфары — как Лес. Смотришь издали: стоит сплошная стена. Ни просвета, ни тропинки. А подойдешь ближе: вот кто-то вперёд вылез, пытаясь урвать себе чуть больше свободы. Кто-то широко раскинул свои ветви, не давая света другим. Под его сенью «задыхаются» молодые деревца. Или вот, проросло семечко в трещине скалы. Смогут ли его корни разломать камень, или погибнет росток? Там, в человеческих землях, я даже не представлял себе, как соскучился по Лесу. И не я один. Кассиаль тоже замер, впитывая в себя запах листвы, шелест ветра, шум текущей воды… Арраш стоял рядом и с любопытством оглядывался. Но сходить с каменного круга не спешил. Его можно было понять. За последние две тысячи лет, с момента подписания Соглашения, он первый вампир, который вошёл под своды Вечного Леса. Я не стал мучить своих супругов долгой дорогой и уговорил Даанеля открыть портал. Лес не возражал. Так что сейчас мы стояли в ритуальном круге. Да, том самом, в котором я появился в этом мире. Подумать только: два года уже прошло! Первым шагнув на траву, я ощутил «волнение» Леса. Его настораживало присутствие вампира. Да, Лес живой, но в нашем понимании неразумный. Он не личность, он скорее коллективный разум. Лес понимает себя целым массивом и отдельной травинкой. Я не знаю, как это понятнее выразить — это надо чувствовать. Раскрыв свою магию, я обнял ею Лес настолько, насколько смог дотянуться. К своему изумлению я понял, что меня хватает почти на треть массива. Выдохнув через магию свою уверенность, я открыл Лесу суть и положение Арраша. Лес принял его. Теперь он будет видеть в моём вампире не врага, а часть меня. А значит, и себя тоже. — Добро пожаловать домой! — я демонстративно развёл руки, и Лес ответил мне шёпотом листвы. — М-м-м, а слуги где? — спросил Арраш. — Какие слуги? — не понял я. — Твои. Ты же не хочешь сказать, что у тебя их нет? — Вообще-то нет… Я один жил… — А скажи-ка мне, Кассиаль, — демонстративно громко Арраш произнёс на ухо моему эльфенку. — Это точно Даанель Элисантар? Нам другого супруга не подсунули? Касси смутился, а я рассмеялся. Эта незамысловатая шутка слегка разрядила моё внутреннее напряжение. Честно говоря, я до сих пор не смог понять, как мне вести себя с Аррашем. Дураку было ясно, что на этот брак вампир согласился исключительно как на альтернативу смерти. И большим желанием видеть себя в качестве моего МЛАДШЕГО мужа он не горит. А именно младшим отдал мне его Князь. Да и я относился к вампиру как к другу. Симпатия между нами была, но не больше. А мне с ним постель делить придётся. Арраш это не нежный Кассиаль. Он боец и лидер. Не зря же он на венец Домена претендовать хотел. И, если по сравнению с Даанелем, Арраш слаб, то по сравнению со мной… Ещё неизвестно, кто кого в постель уложит… Та ещё проблема… Ты прав, вампир — проблема. Не давай ему расслабляться и чувствовать себя хозяином положения. Иначе он попытается избавиться от тебя. «Но Даанель! Арраш мой друг!» Он, в первую очередь, Сумеречный Лорд! И он никогда не забудет этого! Не меряй всех «странными» понятиями своего «странного» мира! Тут тебе не там! Делай, как говорят! — Будут тебе слуги. И завистники будут, и сплетники, и весь остальной набор светской жизни! Сразу будет, как в Дом Сияющей Звезды попадём! Дай отдохнуть перед бурным проявлением всеобщей радости! — А «всеобщая радость» по какому поводу? — Ну как же, — заговорщицки шепнул я вампиру на ухо. — Сумеречный Лорд, глава Домена и вдруг младший супруг эльфара… Я едва успел увернуться от удара отросшими когтями. Но второго броска не последовало. Вместо этого Арраш отскочил назад и заливисто рассмеялся. — Вот теперь я верю! Кассиаль, наблюдавший нашу перепалку со стороны, фыркнул. Но по выражению лица было очевидно, что он доволен итогом. Надо будет расспросить Даанеля подробнее о семейной жизни эльфар и вампиров. А то у меня смутное подозрение, что я чего-то не догоняю. Как гостей расселять будешь? — влез в мои размышления Даанель. «Что значит «как»? Касси со мной, Аррашу — свою спальню…» ИДИОТ. Не смей! Вампир — твой супруг, а Кассиаль только жених! Оскорбишь обоих! Либо Арраш с тобой, а Кассиаль отдельно, либо каждому по комнате! М-да! Истинно русский человек. Сначала мужьями обзавелся, а потом «инструкцию почитать» решил! Ну что ж, рубить с плеча — так рубить по-русски! Короткая экскурсия по дому, и мы уютно обосновались в большой гостиной с бутылкой хорошего вина и закуской. — Ну что, граждане супруги мои, нынешние и будущие! Как жить будем? Только честно и без недомолвок. Тебя, Арраш, это в первую очередь касается. Вампир скривился. — Честно, говоришь? В Академии мне делать нечего. Ничему меня там не научат. Свой супружеский долг я исполню. Так, чтобы никто придраться не смог. Но после этого, я надеюсь, у тебя хватит благородства оставить меня в Домене. — Что, вот так и всё? — Я был разочарован ответом Арраша. Похоже, он почувствовал это по моему голосу, поскольку поспешил пояснить: — Даэ, я не слепой. Я благодарен тебе за спасение своей жизни, но я же вижу, что буду лишним между вами. — Касси, а ты что скажешь? — Скажу, что иногда не могу тебя понять. В тебе будто два эльфара живут. Один хитрый, расчётливый и умудрённый опытом. А второй — наивный, добродушный, едва достигший совершеннолетия… Я аж поперхнулся. — С чего такие выводы, милый? — Когда ты в Академии за мной ухаживать пытался, я подумал, что ты самовлюблённый идиот. Когда ты за мной в пробой прыгнул, я решил — влюблённый идиот. Когда имя мне своё открыл — я винил себя в слепоте и глупости. Когда ты защиту играючи прошел и Хранителю меня женихом представил — я не знал, куда себя деть, от ощущения собственной ничтожности. Когда ты вместо Арраша в Ритуальный Круг вышел — я испугался тебя. А теперь ты спрашиваешь нас, как мы семейную жизнь видим… — Э-э-э, это сейчас был намёк на фразу: «Даэ, ты идиот?», — я тихо засмеялся. — Нет, Касси. Я это я. Вот только во мне течёт две крови. И каждая из них требуёт своё. А ещё я очень долго жил один. Я разучился общаться. Я же в Академию приехал, чтобы заново научиться жить в обществе. Чтобы вспомнить, что означает такое слово как «дружба». А вместе с ним нашёл и слово «любовь». И я не хочу терять ни одного, ни другого. Я готов каждому из вас дать то, что он хочет. Но и взамен я тоже жду раскрытого сердца. Арраш скептически выгнул бровь. — Ты сейчас вампиру про «дружбу» сказал? Сумеречному Лорду, для которого существует только право сильного? Ты от меня «раскрытого сердца» ждёшь? — А разве нет? Не вампир ли пытался остановить меня, когда я в пробой прыгнул. Не Сумеречный ли Лорд раскрыл своё инкогнито, когда вытаскивал нас с эльфарских территорий? Не ты ли предпочел младший брак смерти? Я знал, куда бью. И бил больно. Даанель успел мне скинуть кое-что про вампиров. Но этот нарыв надо было вскрыть сейчас, пока он не перешёл в сепсис*. Стоило мне только произнести последние слова, как Арраш на меня кинулся, на ходу принимая боевую форму. Скорость вампира впечатляла. Но и я ждал этого. Точнее ждал Даанель и был готов управлять телом. Бой был жестокий. Но сейчас у Даанеля стояла задача не убить противника, что он легко мог сделать, а обезвредить, что сделать было гораздо сложнее. Но опыт всё же победил молодость. Распоров бок, вывернув из сустава руку, Даанель всё-таки сумел обездвижить Арраша. Покалеченный вампир всё ещё скалился, когда Даанель уступил мне место. Я наклонился и демонстративно слизал с разбитой губы каплю крови. Арраш всхлипнул и обмяк. Да, он говорил истину, когда сказал, что вампиры признают только право сильного. Сегодня я доказал ему, что сильнее. Не спровоцируй я его на драку, Арраш бы копил в себе негатив. Да, он видел, что в Ритуальном Круге я убил его дядю, но в душе у него горела надежда на то, что он мог оказаться сильнее. Плюс его добровольная «жертва» подтверждения брака добавила бы злобы. И уже ничего не изменить. Однажды этот «коктейль Молотова» бы взорвался. Арраш бы меня убил. Не в драке, как сегодня. Возможно, в постели, когда я бы от него этого не ожидал. Но теперь этого уже не случится. Признав поражение ДО секса, Арраш признал моё старшинство. Он, конечно, ещё будет мне кидать вызовы, но они больше будут похожи на жёсткую игру. И уже точно он больше никогда не попытается меня убить. Мельком взглянув на Кассиаля, я увидел, с каким интересом мой эльфёнок наблюдал за нами. Ни страха в глазах, ни ревности. Только жгучий интерес и возбуждение. Смотри, милый, пока только смотри! Поучаствуешь позже… Я впился в губы Арраша жёстким поцелуем. Кровь тёмных эльфар сожгла всё: воспитание, неуверенность, жалость и прежнюю жизнь. Я уже не знал, кто я. Не мог разделить личности. И почти ничего не соображал, действуя только на инстинктах. Отросшие когти рвут одежду. В горячем безумии, Арраш слизывает мою кровь. Это был даже не секс — война. Мы оба покалеченные. Но у вампиров высокий болевой порог, а мои раны уже успел закрыть Даанель. На жёстком пике Арраш впивается мне в шею клыками. Нет, так не пойдет! Добавляю в кровь магию и своё нежелание. Арраш захлёбывается, закашливается и вынимает клыки. — Только когда Я разрешу! — шиплю, глядя ему в глаза.