Часть 5
15 июня 2018 г., 19:02
Прошло несколько часов с потери Ренджуна и, как оказалось, Лукас всего лишь усыпил Марка и Джено, но после полной отключки, он перенес их в одну комнату, на первом этаже к Ченле, Джемину, Джисону и Хэчану.
Парни и не посмели спать всё это время. Несколько дней они сидели, уперевшись к стенам, и смотрели в пол. Попыток поговорить и вовсе не было. Единственные моменты, когда они вместе начинали взаимодействовать и что-то говорить, когда Хэчан начинал сходить с ума и паниковать. Он дольше всех здесь находится и может просто начать кричать или плакать, но иногда слова поддержки не помогали. Тогда приходилось держать его руки за спиной и попытаться прижать к стенке до полного успокоения и ровного дыхания. Хэчан мог навредить себе — у него нередко были попытки убить себя.
Лукас находил это забавным и просто стоял в нескольким метрах от решетки, наблюдая за парнями. Он усмехался, когда Хэчан кричал «ублюдок» или «сдохни», ведь эти слова совсем не трогали его, а лишь добавляли интерес к происходящему. В моменты, когда Донхёк хватался за решетку и со всей дури начинал ее трясти, продолжая кричать что-то, Лукас прикусывал большой палец и улыбался.
Иногда маньяк куда-то уходил на несколько часов, и эти «прогулки» могли длиться даже целый день. Тогда парни верили, что его поймала полиция или что-то еще могло с ним случится, но этого не происходило, и он снова возвращался. Взгляд парней с его приходом сильно менялся. При его уходе, они становились спокойными и могли переглядываться, но с его появлением, лица сразу менялись на мрачные и уставшие от этих пыток, взгляды устремлялись вниз, будто пробивали пол.
Когда Джено очнулся, Джемин улыбнулся, но эта улыбка не была похожей на проявление счастья, а скорее грусти. Было очень тяжело. Он подполз к лежащему телу и обнял, обвив руками вокруг шеи.
— Я соскучился, — прошептал он, пока по щекам шли слезы, но он не издал звуков плача, ведь Лукас все еще находился рядом, что-то делая у себя на столе в конце комнаты, но ему было даже неинтересно. Ему было плевать. Он стоял спиной, но все же прислушивался к их разговорам.
— Малыш, знаешь, как я волновался за тебя? Почему же ты не выбежал с нами в одно время? Айщ, надо было взять тебя за руку. Ведь знал же. Прости, — Джено ответил объятием вокруг талии. Он чувствовал, как его плечо становилось мокрым, но сейчас он не мог сказать что-либо. В такой ситуации вряд ли сможешь утешить любимого человека.
Может через 10 минут или чуть больше, медленно открыл глаза и Марк. Перед собой он увидел такое знакомое лицо, наполненное искренним счастьем. Он смотрел на него несколько секунд, но здесь время для парней сильно искажалось. Они не знали, сейчас день или ночь. Они не знали, сколько уже здесь находятся.
— Хэчан?! — удивленно крикнул Марк, совсем не переживая о том, что это могло плохо кончиться. Он схватил двумя руками за щеки своего парня и смотрел ему прямо в глаза, — Что ты здесь делаешь?! Ты же говорил, что улетаешь!
— Тш, — Донхек прислонил к своим губам один палец, говоря брюнету быть тише, — да, говорил, но меня поймали в аэропорту, понимаешь?
— Сука, — прошептал Марк и снова опустил руки на холодный бетон.
Настало секундное молчание и было слышно, как Лукас что-то пытается выпилить из куска ржавого металла. Иногда он доставал из ящика разные цветные провода и подрезал их. Короткие щелчки и громкий раздражающий звук отклеивающегося скотча. Упорно работал над этой штуковиной, но никто не знал, что он вообще собирается с ней сделать. Лукас был как ребенок, который спрятался в комнате от родителей и делал какую-то подделку, где обычно присутствовали материалы, которые папа не разрешал брать. Такие, как супер клей или нож. Только вот он был маньяком и использовал более опасные и даже тяжелые предметы.
В очередной раз он осмотрел весь стол, порылся в ящиках и был довольно громкий и уставший выдох. Брюнет снова посмотрел на свое творение и по губам можно было прочесть: «Забыл».
Пока он направлялся к выходу, его провожали злые взгляды парней. Лукас взглянул на Ченле, который по виду был в ужасном состоянии. Его детские щеки пропали и выделялись болезненные скулы. Волосы сильно отросли, еще немного, и челка бы закрывала ему глаза. Губы были засохшими и бледными, что уже давно не вытягивались в широкую улыбку. Большие мешки под глазами и глаза будто желали ему смерти. Лукас улыбнулся мальчишке и подмигнул, а затем скрылся за дверью.
Парни облегченно выдохнули и посмотрели на друг друга. Казалось, что Джено готовился что-то сказать, и все это чувствовали. В момент, когда все взгляды были направлены на него, ожидая хоть слово, он открыл рот и задумался: «А стоит ли говорить?»
— Ребят, пока нас здесь не было, произошло кое-что ужасное. На самом деле, Ренджун был на верхнем этаже. Он пытался вас спасти, но… Мы потеряли его. Он мертв, простите, — на глазах Джено появлялись слезы, но он закусил губу, чтобы не усугублять положение и продолжить. Только вот говорил он уже с дрожащим и хриплым голосом: — да, он был с нами. Да, мы не смогли его уберечь. Он правда был нашей надеждой, но всё получилось не так, как мы хотели. Мы были уверены в нем и совсем не думали о смерти.
Джено не стал продолжать или напоминать о том, каким он был другом. Он не стал говорить о том, что дома его скорее всего ждет отец. Хотя нет. Он уверен, что его папа пытается поднять на уши всех полицейских.
У парней перед глазами всплыл единый образ Ренджуна, когда он улыбается такой легкой и искренней улыбкой. В этот момент на душе стало так пусто. И появилось ощущение, что вот он совсем рядом с нами, но в то же время нет.
Никто не мог добавить и слова. Все просто умирали грустью в тишине, упиваясь слезами. Джисон уткнулся лицом в колени, обняв их руками, и пытался скрыть лицо. Иногда он дергался, когда в легких заканчивался воздух и со всхлипом делал новый глоток. Джемин закрыл глаза, но слезы всё продолжали идти. Он протирал щеки руками, хотя они снова становились мокрыми.
* * *
Лукас достал из кармана черную маску и надел ее, чтобы скрыть свое лицо, но на улице не было людей. Наступила уже глубокая ночь. Он спрятал свои руки в карманы и быстрым, уверенным шагом направился в назначенное место, скорее всего, за забытой вещью. Кругом были только кирпичные стены и небольшие кучки мусора. Он часто заворачивал в переулках и менял свой путь, всё же опасаясь слежки. За своей спиной он услышал тихие шаги, но он продолжал идти дальше. «Все-таки пытаются выследить», — подумал он. А место, в которое он направлялся ни в коем случае нельзя было раскрыть, поэтому он завернул за угол и резко остановился. Схватил нож из кармана, повернулся на 360 градусов и уверенно вытянул руку, думая, что попадет прямо в печень, но хитрый план не удался. Он проткнул разве что воздух. — Послышалось? — прошептал он и посмотрел вниз. На его удивление, он заметил маленького черного кота, который по пятам шел следом, — Идиот. Обозвав кота, он пнул его так, что малыш полетел в сторону и ударился об стенку. «Будут мне тут еще мешать. Глупое животное» — с этими мыслями он вернул нож в карман и продолжил свой путь. Наконец, Лукас остановился у заброшенного гаража, в котором кто-то что-то пилил. Он открыл с ноги ржавую дверь и увидел, как парень пилит старую машину, от его рук шли искры. — Хах, ты уже новую развалюху нашел? — удивленно усмехнулся Лукас, — Неплохо. — Ага, на заброшке нашел. А ты что снова объявился? Что-то забыл? — парень снял сварочную маску и красные волосы небрежно упали на его лицо. — Да, и кажется она лежит на том столе, — Лукас поднял подбородок, пытаясь указать на вещь взглядом, — и знаешь что? Я тебе плачу огромные деньги, так почему я сам должен всё собирать? Я заебался, знаешь ли. — Это твои проблемы. Создавать бомбы для твоих маленьких мечт мне тоже лень. Собирай, как лего. Разве это не весело? — красноволосый засмеялся и отпустил маску, продолжая свою работу. — Когда-нибудь за твои шутки я выебу тебя, Тэён.* * *
Лукас вернулся тем же путем на заброшку, которая, как оказалось, находилась на окраине города, где почти никто не жил. С той самой улыбкой он зашел в огромную комнату и заметил, как парни резко замолчали. Их глаза все еще были мокрые. «Неужели, пока я уходил, они плакали? Всё веселье пропустил». Он вернулся к своему столу и громко стукнул ладонью. — Хэй, ребятишки, — начал он довольно милым голосом, но со злым умыслом. Такое часто можно услышать в мультиках от главных злодеев, — раз мне тут немного осталось, а ваше время тикает, то почему бы нам не поболтать? Например, почему мы все здесь собрались. Мальчики подняли свои злые взгляды на Лукаса, который собирается что-то с энтузиазмом рассказывать, но слушать его было тошно. Они не могли ему что-то ответить, поэтому пришлось молча слушать. — Вообще-то, есть один виновник всего этого торжества. Если бы он не появился в тот самый момент, вы бы здесь не находились, — Лукас наблюдал за удивленными лицами жертв, что ему захотелось рассмеятся. Он понял, что привлек их внимание, — во всем виноват Ченле. Посмотрите на эту мордашку. Как в такого не влюбиться, правда? Честно, я жутко ревновал, ребята. Почему вы находились с ним рядом, а я нет? Поэтому вы все сдохните, а винить здесь только Ченле. Лукас громко засмеялся и несколько раз похлопал в ладони. Он посмотрел на шокированное лицо мальчика. Кажется, Ченле хотел провалиться сквозь землю и поверить, что всё это было просто ужасным сном. На него будто кинули много огромных и тяжелых мешков. «Так я во всем виноват? Мои друзья умрут из-за меня? Лучше бы я вообще не рождался. Простите» — эти мысли он прокручивал в голове, как мантру. Сердце сильно колотилось, и всё будто медленно давило на тело. Но он почувствовал, как рука Джисона сжимает его ладонь. — Заткнись. — Ой, простите, не расслышал. Что говоришь? — Лукас медленно подходил к решетке. — Заткнись, ублюдок! — закричал Джисон. Эмоции пробирали насквозь, и он готов был драться на смерть, но в таком положении мог задеть только словами. — Надеюсь, ты сгоришь первым, — зло прошептал Лукас. Маньяк резко развернулся и снова направился к деревянному столу. Ченле посмотрел в глаза Джисону. Взгляд парня был полон любви и, возможно, благодарности, ведь после этого Ченле пришел в чувства, а все мысли угнетения самого себя в ту же секунду испарились. Затем он начал оглядывать остальных и, как оказалось, все поддерживали его. Никто не думал о нем, как о убийце или о виновнике. Парни понимали, как сейчас ему тяжело, но своими легкими улыбками показали Ченле, что всё хорошо и они всё понимают. Прозвучал довольно громкий щелчок, который услышали и парни, после которого Лукас снова направился к решетке, снова со своим ножом, который он носил всегда с собой. — Ченле, подойди к решетке. И только попробуйте кто-нибудь встать вместе с ним, — Лукас пристально смотрел на Джисона, — тогда убью и тебя, и Ченле. Сразу скажу — будет больно. Джисон сильнее сжал ладонь парня и прощальным взглядом посмотрел на него. Он прошептал: «Я люблю тебя» и в ответ получил: «Я тоже». Он до последней секунды не хотел отпускать руку, и сплетенные пальцы расслабились, их замок расплелся. Ченле подошел к выходу, и Лукас открыл замок. Он не стал дожидаться, когда мальчик выйдет сам. Маньяк схватил за затылок и держал его крепко за волосы около себя, одной рукой уже закрывая дверь. Ченле схватился своими худыми маленькими руками за руку Лукаса, что причиняла боль в голове, но сил оттолкнуть не было и он тихо стонал от боли. Джисон подбежал и просунул руки сквозь решетку: — Отпусти его, сука! Не делай больно, больной ублюдок! — кричал он во всё горло. — Будет мне еще тут шавка указывать, — одним взмахом он порезал ножом ему пальцы. Кровь незамедлительно начала идти — на всех пяти пальцах явно останется шрам. Ченле начал брыкаться и пытаться освободиться, но это не удавалось. Он не мог смотреть на это. Марк подбежал к Джисону и, схватив за талию, резко потянул назад. Порвав на себе футболку, он быстро перевязал пальцы достаточно туго. Ткань медленно пропитывалась кровью, но на данный момент это было максимальным из того, что они могли сделать. — Идиот, жить расхотелось?! — злой и перепуганный крикнул Марк. Джисон не знал, что ответить. Он посмотрел на Ченле, который плакал, но вовсе не от своей боли и прикусил нижнюю губу, сдерживая свою злость. — Перестань уже дергаться, — Лукас сильнее сжал блондинистые волосы, — сам же себе больнее делаешь. Маньяк направился к своей сборке, а Ченле шел ровно за ним, нагнув голову. Парень нажал на круглую кнопочку, и неаккуратный подвид бомбы с торчащими проводками, начал тикать. — Я только одно хочу сказать: вы бы все равно когда-нибудь сдохли, а я просто ускорил этот процесс. Не злитесь на меня, — снова этот раздражающий громкий смех. Он уходил с Ченле не спеша, и скрылся за дверью. В здании настала глубокая тишина, а этот одинокий тик проносился по всем коридорам. Парни и не пытались выбраться из решётки, потому что было уже миллион попыток и всё бестолку. Они продолжали сидеть, уперевшись к стенам, и только Джемин решил прервать тишину: — Джено, я люблю тебя, — единственное, что он хотел сказать. Казалось, бы от бесконечных слез уже болела голова, но сейчас это было не самое главное. — Я тоже тебя люблю. Малыш, не плачь. Мы встретимся на том свете. Я тебе обещаю. Я просто так тебя одного не оставлю, — Джено подошел к брюнету и крепко заключил в своих объятиях. — Марк, мы должны еще раз встретиться, напиться и ебаться всю ночь как всегда, — тихо усмехнулся Донхек, продолжая смотреть вниз. По его взгляду было понятно, что он вспоминал те бессонные ночи, когда им было плевать на всё, и они творили всё, что им хотелось вдвоем. — Я люблю тебя таким, Хэчан, — улыбнулся Марк и положил свою голову на плечо парня. — Надеюсь, Ченле не будет винить себя во всем, — прошептал Джисон так, чтобы это услышал только он. — Парни, мы должны еще раз встретиться за той барной стойкой и напиться. Я тебе покажу это место, Джисон. Не волнуйся, — засмеялся Марк. — Даже в такой момент? Совсем не меняешься, — саркастично проговорил Джено. Последний протяжный писк — и на несколько километров раздался оглушающий грохот. Здание разлетелось на огромные куски, и только первый этаж воспламенился, покрылся беспощадным огнем. От старого заброшенного здания не осталось и следа. На какое-то мгновение взрыва слышались душераздирающие крики, но через пару секунд они резко оборвались. Покрытый мраком Сеул продолжал спать глубоким сном и только где-то в секретных закоулках можно было услышать, как пьяные подростки снова убегают от полиции.
