Инквизитор

Малфой был... не Малфоем. Притихший до отстраненности, вечно вялый, будто не спал ночами, и главное — спокойный. Слишком спокойный. Будто это не он был под надзором и домашним арестом. Не совсем домашним — ему, как и остальным слишком молодым Пожирателям, вменили в обязанность посещение повторного курса Хогвартса, но при абсолютном запрете покидать пределы школы. Гарри не знал, кто присматривал за остальными, на его долю достался Малфой. Шеклбот лично попросил быть предельно внимательным и не позволить случиться ничему, что помешает Малфою дожить до суда. И Гарри следил. Встречал утром у входа в слизеринскую берлогу, провожал в Большой зал и на занятия. И неохотно таскался следом во время нечастых прогулок у озера. Разговаривать никто из них не собирался. Малфой — потому, что не замечал никого и ничего вокруг, а Гарри — из-за боязни сорваться и лично придушить гаденыша за Дамблдора. В тот день они возились в теплицах. Малфою выпала сомнительная честь нагребать в тачку навоз и подвозить его к новому компостному хранилищу. С большим удовольствием, гораздо большим, Гарри занялся бы обрезкой хищной росянки, но долг позвал его к лопате и тачке. Вернее, к тачке. Лопату он ткнул в изнеженные ручки Малфоя. Тот набрасывал в тачку горку навоза, а Гарри отвозил груз. Кучу навоза и хранилище разделяло метров двадцать, можно было бы перетаскать навоз в ведрах, но Гарри предпочел тачку. Наверное это и было одной из причин, по которой он так и не смог догнать Малфоя. Гарри уже сделал пару шагов в сторону и не увидел появившегося за спиной патронуса, обернувшись только на голос Люциуса Малфоя, - Беги, - сказал патронус, и Драко сорвался с места, будто все время ждал именно этого сигнала. Гарри отстал буквально на полминуты и сто метров. Малфой мчался, не оглядываясь и, вырвавшись за границы аппарационного барьера, исчез. *** *** — У него был портключ, а я не знал! — разозленный собственной оплошностью, Гарри нервно метался по комнате. — Но я не ожидал, что отец пришлет ему патронуса. Как это получилось? Люциус же в тюрьме? Шеклбот раздраженно дернул щекой: — Отстроченное заклинание, завязанное на смерть, — и, предугадывая вопрос, — убит при попытке к бегству. Да не суетись ты так. Куда Малфоенышу податься? Замуровался в имении и сидит там. Выйти не сможет, а когда понадобится — выкурим. *** *** Драко стоял среди надгробий и смотрел на покрытый плющом приземистый склеп . Отец дал четкие инструкции: обмотать цепочку портключа вокруг руки и открыть дверь. И делать все, что скажут. Остановился Драко только для того, чтобы перевести дух; в любую секунду рядом могли появиться засекшие перемещение авроры. Он шагнул вперед, коснулся заросшей паутиной ручки и его опять втянуло в портал перемещения. На этот раз он оказался в комнате без окон. В углу справа стояла узкая кровать, скорее топчан, застеленная серым, колючим даже на вид, покрывалом. Рядом приткнулся небольшой стол с чайником и чашками. Обернувшись на звук, Драко увидел две двери, в одну из которых входил полноватый лысеющий мужчина. — Мистер Малфой? Кто-нибудь знает, что вы исчезли? Драко кивнул. — Тогда не будем терять времени. Ваша волшебная палочка при вас? Прекрасно. Тогда вон стена, бросайте в нее самые энергоемкие заклинания. Но не разрушительные, если можно. — Аваду? — криво ухмыльнулся Драко. — Если можете, то почему бы и нет? Занимайтесь, а я пока принесу некоторые необходимые вещи. Сколько Авад вылетело из палочки, Драко не считал. Вернувшийся мужчина покашлял, привлекая внимание, и протянул стакан с прозрачной жидкостью, — Слабительное. Неприятно, но необходимо. Несколько обескураженный Драко покорно выпил предложенное зелье и продолжил творить Аваду. Вскоре силы кончились, и мужчина предложил перейти на что-то полегче. Когда Драко уже едва стоял на ногах, а из палочки не появлялся даже слабенький Люмос, заскучавший мужчина обрадовался и ловко подставил узкий футляр. — Палочку сюда. Сейчас ваш желудок даст о себе знать, — открыв дверь, он ткнул пальцем внутрь, — там туалет. Возьмите еще и ведро, лить будет и сверху и снизу. А чтобы вы не смущались, я на время оставлю вас. Покинув туалет, измученный Драко поплелся к кровати, намереваясь прилечь. На плечи навалилась невероятная слабость, но в комнате уже ожидал новый посетитель. Крепкий парень, лишь чуть старше самого Драко, тут же потащил в туалет тележку с несколькими ведрами на ней и поманил Драко за собой. — Раздевайся. Одежду в мешок, ее сожгут. Ценное в шкатулку, — он споро выливал в ванну голубую жидкость из ведер. — Любишь погорячее? Дождавшись. когда Драко погрузится в ванну, велел пару раз окунуться с головой и завел будильник: — Лежи и отмокай. Через час он вернулся, и почти силой вытащил засыпающего Драко из раствора. Доведя до кровати, помог улечься и заботливо подоткнул одеяло. — Спи, чистокровка. Укола в руку Драко почти не ощутил. *** *** Бывало, что и дома Драко валился с магическим истощением, но утром вставал свежим и полным сил. Не в этом случае. Проснулся с трудом, едва поднялся с кровати и тупо уставился на аккуратно сложенную стопку одежды. Мягкие штаны серого цвета, белая рубаха без рукавов и воротника, белые носки и серые тапочки на резиновой подошве. Из-за затянувшей мозг вязкой дымки усталости Драко не сразу сообразил, что одежда предназначена ему. Усилием воли сосредоточился, с трудом оделся и, пошатываясь от слабости, направился в ванную. Пока он отсутствовал, какая-то добрая душа доставила завтрак. Ничего особенного: пара яиц с беконом и большая чашка крепчайшего кофе. Его Драко взял в первую очередь. Он еще возился с едой, отгоняя тошноту и уговаривая себя принять еще хотя бы кусочек, когда дверь открылась и вошел вчерашний экзекутор. Скептически посмотрев на едва двигающегося Драко, вздохнул и достал из кармана небольшой цилиндрический предмет: — Выпейте, — тут же спохватился и произвел какие-то манипуляции, вызвавшие громкое шипение, воткнул куда-то внутрь палочку и снова подал Драко. — Пейте. Это достаточно вкусно. Палочка болталась в небольшом отверстии в торце цилиндра и казалась соломинкой. Слегка потянув, Драко ощутил во рту резкий сладковатый вкус и поморщился. Было в нем нечто ненатуральное. Но послушно допил и почти немедленно почувствовал себя лучше, — Что это? — Энергетик. Новая разработка. Временно поддержит вас. — Насколько временно? — Драко подумал, что так чувствуют себя дряхлые старики: въевшийся в кости озноб и свинцовая тяжесть тела. — Зовите меня мистер Смит, — мужчина будто не заметил вопроса. — Ваш отец заплатил нам достаточно, чтобы вы прожили здесь два года. Мы обеспечим вас питанием, литературой для развлечения, иногда прогулками. Когда деньги кончатся, вернем ваши вещи и распрощаемся. Если захотите. Драко молчал. Энергетик несколько развеял туман в сознании, и Драко сумел начать думать. Последняя фраза навевала мысль о другом варианте будущего. — И какую альтернативу вы предлагаете, мистер Смит? Смит склонился вперед и заглянул в глаза Драко. Кажется, он не сомневался, что будет давать ответ именно на этот вопрос. — Мы научим вас другой магии. Какой другой? Темной? Светлой? Какой?.. Драко было тяжело разговаривать, но Смит понял его без слов. И ответил все так же: — Другой. Следующий вопрос Драко произнес вслух: — Какова будет плата? — Обычно наши выпускники подписывают небольшой контракт. Срок — десять лет. Хорошее материальное поощрение. И никакого принуждения, разумеется. Если нет уверенности в собственных силах, то от задания всегда можно отказаться. Но чаще у нас разворачиваются настоящие сражения за заказ. Каждый хочет выйти на пенсию обеспеченным человеком. — А ваша другая магия поможет мне... — Стоп-стоп-стоп, — Смит поднял ладонь, — все разговоры о мести или возмездии вы будете вести только по истечении срока контракта. Так что выбираете? Здесь надо было бы тонко улыбнуться и напомнить, что между тюрьмой и тюрьмой особой разницы нет, но сил торговаться не было. Вдобавок Драко думал, что отец прекрасно знал, что ему предложат. Иначе настроил бы портключ на другое место. — Давайте ваш контракт. — Контракт мы предлагаем только выпускникам, а у вас... Драко. Могу ли я перейти на ты? Хотя бы по праву пожилого человека? — и, не дожидаясь пусть даже формального согласия, продолжил: У тебя, Драко, не было даже вводной лекции. Так читайте, — проворчал Драко. На него снова накатывала слабость магического истощения. — Можно мне еще энергетика? Смит бесцеремонно оттянул ему веко и посмотрел в глаз. Вероятно, увидел там что-то не то и напитка не дал. Вместо этого налил еще кофе. Пока Драко пил, он встал и принялся бродить по комнате, сложив руки лодочкой у подбородка и похлопывая пальцами одной по пальцам другой. — Идеальным вариантом было бы подробно рассказать тебе о целях и задачах нашей организации, истории ее возникновения и разных мелочах, нужных для понимания ситуации. Но необходимость срочно скрыть тебя спутала все планы. Кстати, о вчерашних издевательствах, — он хмыкнул. — Тяжело? Сочувствую, но так мы полностью уничтожили Драко Малфоя. Тебя больше нет. Магический резерв исчерпан, палочка и другие побрякушки в изолирующем футляре, одежда сожжена, из тела выведены любые остатки зелий и магической пищи. С тела тоже все смыто. — Кровный поиск? — Драко внезапно обрадовался. Подсознательно он видел во всех вчерашних манипуляциях что-то опасное для него, но пояснения успокоили. — Тебе ввели некий вирус, который полностью изменил состав крови. Это временно. Постепенно инородные включения будут уничтожены. Ну а пока ты невидимка. Можно было бы и передохнуть, но мы не ожидали, что ты будешь терять силы столь стремительно. Настолько чистых волшебников у нас еще не было. Поэтому мы решили отложить все пояснения на потом, а пока провести первый урок, — Смит перестал кружить по комнате и остановился прямо перед Драко. — Что ты знаешь о естественном вампиризме? Ничего. Драко и термина такого не слышал. — Я не изучал классификацию вампиров. И чем же естественный вампиризм отличается от неестественного? «Глупость сморозил», — эта мысль родилась от промелькнувшей в серых, чуть навыкате глазах Смита смешинке, но в его голосе не было и намека на издевательство: — Я имею в виду тот период, который проходит любое млекопитающее этой планеты. Внутриутробный период. Ребенок живет, питаясь кровью матери. Ее силой, здоровьем, эмоциями, а в случае магического ребенка — еще и магией. Родившись, он вынужден перейти от вампиризма к проблемам самостоятельного насыщения. Магический ребенок почти немедленно находит поток магического источника и присасывается к нему. А вот магглорожденный вынужден питаться тем, что найдет. Для вас это эрзац магии, а для него полноценная замена тому, что он получал от матери. Большая часть магглорожденных попадает в сферу интересов волшебного мира и... теряет эту особенность. Переучиваются на поглощение чистой магии. А чистокровные понятия не имеют, что можно тянуть иную энергию и перерабатывать ее в магию. Сейчас ты голоден. Истощен. Если оставить все так, как есть, то вскоре умрешь. В лучшем случае потеряешь возможность быть магом. Но есть другой вариант. Попасть в условия магглорожденного младенца и попытаться найти альтернативный источник питания. О Драко можно было сказать много чего плохого, некоторое количество хорошего, и абсолютную правду: умирать он не хотел. Жить сквибом тоже. Пока ему довольно качественно морочили голову, дозировано выдавая информацию, для которой самым приличным определением было слово «странная». И явно что-то недоговаривали. С отцом они вели себя так же? И смотрели таким же взглядом? Будто прикидывая, откуда начинать вскрывать. — Если не найду... вы меня отпустите? Смит ободряюще потрепал Драко по плечу. — Ну-ну, с чего такой пессимизм, — он взглянул на часы и встал. — Думаю, все уже подготовили. Пора. Пора так пора. Драко тяжело поднялся и поплелся следом за Смитом. Он впервые вышел во вторую дверь. За ней оказался длинный изогнутый коридор с выкрашенными в серый цвет стенами. Справа в коридор выходило несколько дверей, а слева тянулась длинная стена. Они шли вдоль нее, постоянная забирая влево, пока не дошли до единственной двери с этой стороны. Внутри оказался небольшой, футов пять-шесть в диаметре, бассейн. Рядом, в заливающем круглое помещение ярком свете суетилось несколько человек. Двое что-то подливали в воду. Еще один, стоя на коленях у бортика, вглядывался в глубину, временами выкрикивая какие-то цифры. Драко было велено раздеться, и он спокойно подчинился. Усталость довела его до состояния полного безразличия. Утопят? Вряд ли. Скорее проведут эксперимент. Версию эксперимента подтверждали и споро наклеенные на виски и грудь крохотные кружочки. Еще один наклеили на правое запястье. — Спускайся. Драко не заметил, когда они попали в бассейн, но там уже стояли двое парней и протягивали ему руки. Вода была ни холодной ни горячей. Именно такой, как надо. Она ощущалась одним целым с телом. — Ложись на воду, — рыжеватый крепыш показал, что надо лечь плашмя, пристроив голову на его руках. Удивительно, но вода держала, как будто он погрузился в плотное упругое желе. Драко даже не заметил, как из-под головы убрали руки, и он остался словно висящим в воде. Совершенно неощутимой воде. Как в воздухе. Смит присел на корточки у бортика. — Не будет ни света, ни звуков. Будешь только ты и жажда. Ищи. Готовых рецептов нет, есть только совет. Ничего не делай, ни о чем не думай. Стань новорожденным. Голодным и жадным. Все. Свет гас медленно, незаметно, но все же гас. И тогда Драко остался наедине с тишиной и тьмой. Сначала было вполне привычно: он задернул шторы, наложил полог тишины и лег спать. Как всегда. Но не было одеяла, чтобы уютно подоткнуть под ноги, не было подушки, в которую можно уткнуться носом, не было даже носа, не было ничего, кроме нарастающей паники. Есть такие сны, в которых бежишь от неведомого ужаса и не можешь прорваться сквозь вязкий воздух. Задыхаешься, но нет возможности вдохнуть. Драко забился, стремясь сделать хоть что-то, и не смог. В этот момент Драко перестал существовать. Его тело растворилось в окружающей бездне Ничего. И он был обнаженным сознанием в этой бездне. Он был сознанием бездны и был бездной сознания. Он был ничем и ничто было им. Он попытался сосредоточиться и... перестал. Ничего не получалось. Он не мог собраться. Он по-прежнему был нигде и одновременно везде. Он парил в невесомости и здесь не было ничего. Ничего кроме легкой дымки энергии. Слабой, едва уловимой. Тусклой, инородной, но насыщающей. Как овсянка для хищника. Отвратительно, чуждо, но необходимо для жизни. И Драко припал к струйке. Он понятия не имел, как поглощать эту энергию, точно так же, как не задумывался о способе поглощения магической энергии, но он ощущал энергию и стремился к ней. А она послушно вливалась в него. Вернее, сливалась с ним в его бесконечном полете. Она входила в него коротким рваным, постепенно замедляющимся ритмом. Последний сгусток был совсем слабым, и все кончилось. Насыщения не было, но не было и сосущей пустоты внутри. А потом Драко вспомнил, как думать. Но пока он вспомнил свое имя, прошла целая вечность. Затем воспоминания посыпались лавиной, успокаивая. Он все еще Малфой. Малфой, лежащий в бассейне и ожидающий озарения. Или тусклого света. Медленно разгорающегося света. Драко заморгал, выходя из состояния полусна-полуяви, и приподнял голову. — Выспался? — веселый рыжий крепыш помахал рукой и присел на край бассейна. — Классно держался. Некоторые впадают в такую панику, что их приходится вытаскивать уже через пять минут. В следующий раз будет еще легче. Сейчас помогу выбраться. — Шеф! — тревога в голосе заставила рыжего отдернуть руку, а Драко обернуться. Двое служащих смотрели на что-то лежащее у их ног. Смит подошел ближе, присел и остался так на минуту. Драко не мог понять, на что они смотрят: предмет закрывала на вид тяжелая, черная ткань. Смит медленно поднялся и обернулся, — Всем быстро выйти. Драко, тебе придется выбираться самостоятельно. Выбраться из бассейна оказалось легко — чуть правей нашлась металлическая лесенка с поручнями. Смит, все так же держась на расстоянии, показал на душ и висящее неподалеку полотенце. Переодевшись, Драко, неожиданно даже для себя, обошел бассейн по кругу и откинул в сторону зашелестевшую от рывка ткань. На полу лежал труп. Крупный чернокожий мужчина с абсолютно лысой головой. На мгновение Драко показалось, что это Шеклбот, но только на мгновение. На мертвом лице застыло выражение умиротворения и покоя. Ни болезненной гримасы, ни испуга. Этот человек умер спокойно и незаметно. — Уже понял? — Смит все так же оставался в паре футов от Драко. — Можно откачивать жизненную энергию и перерабатывать ее в магическую. И, предвосхищая следующий вопрос, — нет, наши ученики не убивают направо и налево. Энергию можно и нужно брать дозировано. Иди к себе в комнату, пообедай, отдохни. Завтра будешь пробовать еще. А потом послезавтра и так до тех пор, пока твои объекты не будут оставаться в живых. Затем перейдем на занятия вне колыбели, — он по-птичьи склонил голову и уставился на Драко с любопытством в круглых глазах. — Совесть не грызет? Драко задумчиво присел у тела, прислушиваясь к себе. Как ни странно в душе ничего не шелохнулось. Человек умер, но Драко пока жив и чувствует себя вполне приемлемо. Резерв почти пуст, но все же лучше, чем ничего, — А сколько человек требуется для полного наполнения? Может, вы выделите сразу пару, а то и троих? Смит поманил его и повел по коридору в комнату. — Интересное предложение. Откровенно, я не совсем понимаю, как нам быть дальше. Еще никто не достигал успеха в первое же погружение. Но до сих пор в колыбель попадали только магглорожденные. Я бы познакомил тебя кое с кем, но пока будешь общаться только со мной. Сейчас ты опасен. Понимаешь почему? Драко кивнул. Разумеется опасен. Необученный вампир. Как ребенок — тянет в рот все, что видит. Кстати о «тянет». Драко прищурился, пытаясь вспомнить то состояние полного растворения и «принюхался» к Смиту. Теперь он знает, где лежит еда, и... — Стоп, — Смит выставил вперед ладонь, — не глупи. Это прекрасно, что ты так быстро учишься, но пока не сумеешь контролировать потребление энергии, отсюда не выйдешь. Кстати, вытягивая по чуть-чуть, ты еще и останешься незаметным. — Извините, — пристыженно буркнул Драко, осознав, что едва не сделал. И зачем? Смит пока единственный, кто ему помогает. — Я даже не знаю, почему я начал... Извините. — Не ты первый, кто пытается сожрать меня. Я даже был бы разочарован, если бы ты не попытался тоже. Так что отдыхай, — Смит направился к двери, но уже на пороге обернулся. — Совсем забыл. Вопросы есть? — Масса. Откуда вы берете... — он замялся, не зная, как назвать предназначенных на убой людей. — Расходный материал? — пришел на выручку Смит. — На улицах, в ночлежках, под мостами. Это соответствует твоим моральным принципам? — Сомневаюсь, что у меня остались хоть какие-то принципы. Просто спросил. Можно попросить какую-нибудь книгу? Драко сказал правду. Наивный мальчик, рыдающий от невозможности выпустить смертельное заклинание, умер. Когда? А Салазар его знает. Может тогда, когда выносил из гостиной изуродованные окровавленные тела. Или когда корчился под круцио тетушки. Лорд брезговал вопящим молодняком. Невелика радость — лучше наслаждаться, ломая ветеранов. Правда, отец быстро понял это и начинал орать, едва видел направленную на него палочку. В отличие от слишком стойкого Снейпа. «Никому не нужная гордыня», — фыркал отец. Сейчас Драко убил человека, и его волновало только одно: когда он получит еще порцию энергии. От этого зависела его жизнь. А еще хотелось надеяться, что когда-нибудь он увидит у своих ног дохлого Шеклбота. Через некоторое время в дверь осторожно заглянул один из тех, что возились в бассейне и, виновато извинившись, бросил на пол у двери небольшую растрепанную книгу. Драко поднял ее и взглянул на титульный лист, — Теория блуждающих миров? Строго говоря, это не было книгой. Всего лишь пачка небрежно сшитых листов плотной бумаги. Драко полистал ее в поисках оглавления, не нашел и улегся на кровать, намереваясь если не скоротать время, то хотя бы усыпить себя скучным чтивом. Через десять минут он забыл обо всем и лихорадочно читал. Текста, который он понимал, было немного. Большую часть книги занимали формулы и математические выкладки, но Драко упрямо читал, собирая все, в чем мог разобраться. Долистав до середины, потряс головой и вернулся к первой странице. Теперь он читал медленно, иногда переводя взгляд на стену и подолгу думая. В один из таких моментов Смит и вернулся. — Интересно? — Я понял едва ли десятую часть, — пожаловался Драко. — И теперь пребываю в сомнениях: считать ли себя глупее среднего маггла, или это все же рассчитано на специалиста? Смеяться Смит не стал. Похлопал Драко по бедру, понуждая подвинуться, и присел рядом, — Формулы немного специфичны, но рассуждения я могу пояснить. С какого места? — С самого начала, — буркнул Драко, открывая книгу. — Четырехмерная система координат — что это? Разве мы живем не в трехмерном мире?.. — Четвертым измерением принято считать время. — А-а-а-а... — разочарованно протянул Драко. Он-то считал, что магглы нашли что-то новое. С введением временной константы все становится понятней. — Значит, кроме нашей планеты существует еще некоторое количество таких же планет, разделенных не только в пространственных координатах, но и во временных? И в какой-то отрезок времени... Смит поднял руку, останавливая Драко, — Стоп. Ты начинаешь ошибаться. Речь идет о блуждающих мирах, а не о параллельных. В чем разница?.. В том, что параллельные миры не имеют ни единой точки соприкосновения, а блуждающим мирам достаточно не иметь хотя бы одной общей координаты. И вот, некоторое количество миров, каждый в своей системе координат или своей реальности, блуждают в общем пространстве, сходятся, расходятся, пересекаются, порой проходят сквозь друг друга. Драко прикрыл глаза, представляя картину, где сотни мыльных пузырей толпились в огромной стеклянной банке, кивнул головой, соглашаясь непонятно с чем и перелистнул пару страниц. — Наши миры столкнулись? Как? Почему? Чем докажете? — это даже для Драко прозвучало слишком запальчиво и очень по детски, но какая разница? — Точных данных у нас нет, но некоторые факты позволяют предположить следующее: наши миры спокойно проходили сквозь друг друга, когда случилось нечто, что... — Смит пошевелил пальцами, будто передвигал в пространстве слова в поисках нужных, — заставило наши миры сцепиться друг с другом. В местах слипания все координаты совпали, и в наш мир плотно вошли магические анклавы. Предполагается, что в вашем мире оказались насмерть перепуганные обитатели нашего мира. Драко поежился. Так вот что стоит за исступленной борьбой за чистокровность. Предки поняли, что попали в иной мир и не хотели родниться с чужаками. А те рода, что шли на «обновление» крови, почему-то быстро угасали. Впрочем, угасали и другие рода. Вот в такие моменты и пожалеешь, что никогда не интересовался ни историей, ни хотя бы историческими хрониками. Сколько фамилий он помнит? Сотню? Чуть больше? И сколько из них могут быть уверены в будущем рода? Что-то, кажется, упрямство заставило пробормотать: — А может это вы влезли в наш мир! Чем докажете, что это не так? Смит даже не удивился, словно ждал именно этого, и ответил вопросом: — Тебе сказать, сколько на Земле жителей без магии? А в обмен ты попытаешь прикинуть количество магов. Потом сравнишь и скажешь, кто у кого в гостях. Драко только махнул рукой. Да ладно, будто он в Лондоне не был. Косой переулок в его массиве, что блоха на теле граммаунта. И плодятся магглы так, что им мухи завидуют. Ну, в принципе, и что? Маги, как жили колонией и мирно вымирали — или от внутривидового кровосмешения, или от растворения в толпе магглов, так и жить будут. Вряд ли Драко застанет закат магического мира, а детей, о будущем которых должен волноваться, у него пока нет. О правнуках вообще думать рано. Так он и высказался. — Очень интересно, но меня не касается. В бассейн не пора? Смит взглянул на часы и покачал головой, — Нет, мальчики еще там. Им пока не стоит встречаться с тобой вне защиты. Но вернемся к нашим с тобой мирам. Хочешь знать, когда мы стали невольными соседями? Драко потряс книгой: — Тут написано, что около двух тысяч лет назад. Вследствие вспышки какой-то сверхновой. Вифлеемская, если я правильно запомнил? У нас долгая история отношений, сосед. — Возможно, что еще раньше. Но в пользу этого предположения свидетельствует тот факт, что именно в это время начали появляться первые упоминания о волшебниках и волшебных тварях. Причем легенды отличаются лишь в каких-то мелочах, основные факты совпадают. Драконы, вампиры, эльфы... пожалуй, сказок о них нет только в Австралии. В Англии же легенды о жителях зеленых холмов не знают разве что новорожденные. — Эльфы, лепреконы, Благой и Неблагой дворы, — подтвердил Драко. — Для нас это реальные исторические факты. Некоторые тонко чувствующие дамы до сих пор вздыхают по прекрасноликим эльфам. — И куда делись эти эльфы? — небрежно спросил Смит, и Драко с легкостью влетел в нехитрую ловушку. — Они покинули нас. Ушли по Звездному пути... Драные подштанники Салазара! Они вернулись на родину! Наверное, и Озерная Дева тоже. Смит в очередной раз взглянул на часы и легко поднялся. — Есть гипотеза, что поначалу между мирами еще оставались проходы, по которым взад и вперед шастали обитатели обоих миров. Затем проходы схлопнулись. Примерно во времена Мерлина. Пойдем, мальчики уже покинули бассейн. На этот раз Драко шел не молча. Вопросов была куча, но первым почему-то выскочил совершенно не нужный. — А почему ваши работники от меня прячутся, а вы нет? — Потому что я окончил Хогвартс и умею ставить щиты, а мальчики не маги, — как само собой разумеющееся сообщил Смит. Драко услышал про Хогвартс и остолбенел. Волшебник?.. — Вы познакомились с отцом в школе?.. Слизерин? Он не рассказывал ни о ком по имени Смит. Вы бастард?.. — про бастарда у Драко вырвалось случайно. Он никак не хотел обидеть Смита. — Равенкло. Я магглорожденный. С твоим отцом мы познакомились в библиотеке. Он посмеивался над моим увлечением историей, но с удовольствием помогал разобраться с непонятными мне сокращениями имен. После Хогвартса он занялся своими делами, а я устроился в старый архив. Временами мы сталкивались, и он вспоминал меня. Для него я был курьезом: маггл, интересующийся историей волшебников. В период процессов над магглорожденными лорд Малфой спас меня. Убрал мое имя из списков. И даже дал немного денег. А я, повинуясь порыву, вручил ему портключ. К тому времени я уже давно был членом организации, и вполне мог принять решение о защите любого волшебника. Кроме того, нам было интересно заполучить настолько чистокровную особь. Проговорили они почти два часа, затем принесли еду и Смит, отговорившись делами, ушел. До того, как заснуть, Драко еще раз перечитал бумаги, поскучал, принял душ и пошатался по комнате. Скучно было неимоверно. И еще немного тревожно. Сколько ни думал, Драко так и не понял, зачем он нужен Смиту. Спал он при свете и был не слишком доволен этим. Следующий день начался плотным завтраком, поднос с которым оставили под дверью вместе с пакетом со свежей сменой одежды и парой маггловских журналов. Ближе к обеду пришел Смит и снова повел к бассейну. Там никого не было, только темнела накинутая на человека ткань. Драко уставился на нее и внезапно выпалил, - А откуда мне знать, что там живой человек, а не труп? Может, вы проводите какой-то эксперимент? Смит без слов поманил Драко за собой и откинул ткань. На этот раз человек был белым. Лысый, сплошь покрытый татуировками он испуганно ворочал глазами. Больше не мог ничего: кляп и веревки не позволяли ни мычать, ни шевелиться. Помедлив минуту, Смит вновь прикрыл жертву тканью. А затем наклеил на Драко уже знакомые кружочки контроля, и придержал готового лечь на воду Драко. — Я рассказал твоему отцу о целях и задачах организации. Не сказал только, как мы называемся, но он и не спрашивал. Иначе тебя бы здесь не было. Драко лег на воду и чуть приподнял голову, глядя на темный силуэт в светящемся проеме двери. Он видел, что его вопроса ждут, но не был уверен, что хочет знать ответ. Но все же... — И кто вы? — Инквизиция.