Хоридриммица

Мы уже выходили из клуба, когда Сэм куда то отлучился. Черт, я так устал! Сумасшедший день. Как будто прорвало крышу и все скопом свалилось на голову. Три интервью группы для журналов, плюс ко всему вечерний концерт. Фанатки, раздача автографов. Нет, я их люблю. Они заряжают меня и остальных ребят. Но, я валюсь с ног! Чувствую, что в ресторане, где Тристан уже заказал столик, я буду дремать. Нужно, до того, как усну, успеть чего нибудь выпить, чтоб крепче спалось. Где этот засранец? Кого то уже подцепил? Зайдя в зал, я увидел его возле бара, где он вёл милую беседу с какой то девушкой. Дама не была скована в общении. На ней были чёрные джинсы и чёрная, весьма затасканная футболка — она слушает тяжелую музыку или логотип «Burzum» мне мерещится? Странно. Они знакомы? Фанатка? Нет, не похоже. Что-то долго они болтают...хм, она ему улыбается. У братца-кролика на вечер другая компания? Подойдя к ним, я услышал вопрос Сэма: — Давно ты так? Не понимая суть их диалога, я готов был услышать все что угодно, но, только не ответ, слегка озабоченного ситуацией, бармена: — С начала концерта она не уходила отсюда. Сначала светлое пиво, потом темное. Темного, кстати, девятый бокал ей налил. Ой, кто бы это ни был, заберите ее отсюда, иначе, клянусь всеми святыми, пиву в нашем баре придёт конец. Забавная леди. Я не удержался от смеха. Сколько она сможет ещё в себя влить? С ней нужно как нибудь выпить. Но, кажется, ей на сегодня хватит. Ее грустный взгляд расположил вдруг меня к участию. Закинув прядь мешающих ей, темных, слегка рыжеватых, волос за ухо, она продолжала пить пиво, не отводя взгляд от сцены, с которой мы недавно ушли. Что ее заботит? От чего такая всемирная тоска на ее лице? Мы хреново отыграли? Нет, в себе и парнях я уверен, но, с ней явно было что то не так. Я окончательно решил вмешаться: — Милая, не пора ли тебе закончить с этим? Услышав ее ответ, я слегка не понял. Если она не фанатка, то что она тут забыла? Ей доставляет удовольствие пить под нашу музыку? Это можно было бы устроить не выходя из дома. Очень интересно! Она таким образом допьётся до бессознательного! Но, я ведь решил ее остановить, верно? — Послушай, после десятого тебе явно будет не очень хорошо. На утро, на равне с Иисусом, ты будешь благодарить меня за то, что я вовремя тебя остановил. Я улыбаюсь самой глупой в мире улыбкой. Какое тебе дело до неё, друг? Она права. Не доставляя проблем, дама сидит спокойно, попивая своё тёмное. Не ругается, а уж, тем более, не посягает на твоё личное пространство (это и удивляет больше всего), а ты, явно, посягаешь на ее (что не менее удивительно). Нет, девчонку определенно нужно остановить! Ее серые, с лёгкой голубизной, глаза, внимательно смотрят на меня, будто задавая вопрос «а какого хрена, Джейми?». Да, я сам себе хочу его задать. Вслух она его, естественно, не произносит. Видимо не совсем пьяна, чтоб дерзить. А может патологически вежлива или очень смущена? Последнее точно нет, ведь безучастное лицо говорит за неё. Так, нужно каким бы то ни было способом увести ее подальше от бара и отвезти домой. Нет, не к себе, Джейми. Не смей пользоваться пьяной девочкой. Хотя, ей не воспользуешься. Мне кажется, что при малейшем прикосновении она даст незамедлительный отпор. Что за мысли? Откуда я знаю, что она сделает? Ты перетрудился. Тебе нужно домой. В кровать. Одному. Но, по какой-то неведомой пока мне причине, необходимо позаботиться об этой особе, дабы потом не мучиться от бессонницы. Не слушая ее ответ, улыбаясь своим мыслям я подошёл к ней и, подхватив, закинул худощавое тельце себе на плечо. Приятный мышечный спазм прошёл по всему телу — эх, хорошо быть рок-н-рольщиком. Сэм вопросительно поднял бровь, но ничего не сказал. Бармен снисходительно посмотрел на девушку, потом на меня и, одобрительно кивнув, занялся уборкой посуды. Я решил больше не задерживаться, поэтому, направляясь к выходу произнёс: — Сэм, пошли. Эй, друг,-обращаюсь уже к бармену - она тебе заплатила? — Всё до последнего пенса, сэр! — Вот и славно. По видимому, висящей на моем плече кукле это все не очень нравилось, поэтому она, слабо сопротивляясь, начала вполголоса хныкать: — Я не допила своё пиво! Поставь меня на место! Что ты себе позволяешь?! Слышу, как смеётся Сэм. Да, ситуация действительно очень забавная. Я и сам еле держусь, боясь навести ещё больше фарса. Подавив очередную порцию смеха, я ответил ей: — Перестань ибо завтра ты мне скажешь спасибо, я ручаюсь за это. И, да, я себе многое могу позволить. А уж тем более — спасти человека от страданий. Друг, тебя случаем не Благородство зовут? Какой то рыцарь прям, ей богу. Видела бы тебя сейчас твоя мама! Она бы загордилась таким сыном. Хм, может организовать команду, типа «архангелы земные»? А что? Фургончик купим, наклеим на него кучу стикеров типа «спасатели душ» «предотвращаем грехи совершенно бесплатно»?Будем выезжать во все лондонские бары и забирать оттуда всяких милых дам, от юного до пожилого возраста, которые решили сгладить своё одиночество кружкой крепкого пива, ради их же безопасности? От этой мысли мне захотелось упасть под стол и, прижавшись к своим коленям, долго и громко в них хохотать. Услышав ответ барышни, что ей, мол, может быть нравится страдать, я захотел под стол сильней, ведь тон, которым она это произнесла был таким возмущённым, но, вместе с этим, настолько беспомощным, будто от неё жизнь больше не зависит и теперь ее хозяин это я. Хм, подождите. Не сейчас. Девушка просто пьяна и огорчена тем, что ее отвлекли от любимого занятия. Мне кажется я все правильно сделал, потащив ее за собой. Показавшись притихнувшей, дамочка недовольно сопела мне в поясницу. А она не такая уж и тяжелая. Захотелось шлепнуть по ее аккуратной заднице, чтоб дать ей понять, что ее вечер обещает быть добрым. Подожди, Джейми, мы же договорились, что ты ее просто отвезёшь домой. Конечно. А кто сказал, что поездка будет неприятной? Она скрасит окончание дня, который стал вдруг общим. Нет, дурного ничего не будет! С тумана размышлений и споров с собой меня вывел ее умоляющий голос: — Отпусти, тебе тяжело. Весь концерт скакал. Пожалей свои мышцы ибо на утро ты, в отличие от меня, которой придётся благословлять тебя за спасение, будешь меня проклинать. Какая забота! Ты тоже благородных кровей? Но, удивительно, разве она замечала наши труды? Когда же? В перерывах между ожиданием новой порции хмеля? — Значит ты обращала и на нас внимание? Очень мило с твоей стороны. Она снова замолчала, а между тем мы уже вышли из бара и направились в сторону стоянки, где находился транспорт, на котором мы добиралась в этот треклятый клуб. Я решил обратиться к ребятам: — Подкачку позже, окей? В ответ я услышал насмешливый голос Джимми: — Удачи, Джейми. Хорошего вечера. Вот чертёнок! Чтоб он язык себе прикусил! Надеюсь, что девчонка не заметила этой язвительности. В ответ на мои мысли она громко вздохнула и я решил, что это добрый знак. Ее руки беспокойно перемещались с моей спины на мои бёдра, а с них, снова, на спину. Девчонка, видимо, боялась скатиться с моего плеча. И эти невинные прикосновения почему то распаляли меня. Боже, она ведь ничего не сделала, почему тебе в голову лезут такие мысли? Я точно свихнулся. Мне срочно нужен отпуск! Так, главное: не злись на куклу! Она виновата лишь в том, что своей безучастностью, привлекла внимание Сэма, а после и твоё. Если бы ушла раньше, то вряд ли мы бы встретились с ней. Снова захотелось шлепнуть по ее ягодицам. Но, поразмыслив, что после такого она закроется в общении, я не стал ничего делать. Ну вот, добравшись до своей легковушки я подумал, что запихивать ее в машину будет крайне неудобно и решил ей самой предоставить эту возможность. Слегка забыв то, сколько она пинт в себя влила, отпуская ее, я не рассчитал скорость, и, приземлившись не совсем твёрдо, она решила свалиться к моим ногам. Не сейчас, крошка. Подожди чуток, мы что нибудь придумаем. Вдруг я подумал о том, как это выглядит со стороны и не удержался от смеха. Но, взяв себя в руки я все же решил ей сказать то, что пришло первым в голову: — Я ведь был прав, когда забрал тебя из бара. Ты накидалась, признайся! Она с вызовом посмотрела мне прямо в глаза. В ее собственных же появился нехороший блеск. Да она злится на меня. Ну-ка, чем ты мне ответишь? — Я трезва, уверяю вас. Вы меня резко опустили, разве я не имею права попытаться упасть? От резонанса между ее взглядом и ее речами я невольно рассмеялся. Удивительная женщина! Хочу знать ее лучше. — Как твоё имя? По видимому, она удивлена. Да, я хочу знать, как же тебя зовут. Ответила она слегка притихшим голосом: — Кимберли Керн. Кимберли, значит. Керн — она немка? Но, ее произношение чисто английское. Может родители перебрались в Англию до ее рождения? Так или иначе, я решил чуточку позабавиться и наклонившись к ней так, что до соития наших губ оставалось каких то пара сантиметров, я вкрадчиво произнёс: — Ну что, Кимберли Керн, я по истине заплачу тебе за твои утренние молитвы в мой адрес. Я замолчал, но мой взгляд бегал от ее глаз, которые от шока стали размером с грецкий орех, к ее губам, которые были приоткрыты: видимо, она хотела сказать что то язвительное, но, рот её оказался предательски глух. Смешная. Удовлетворённый этой картиной, я всё же продолжил: — Отвезу тебя домой. Где ты живешь? Отлично, это не так уж и далеко. Улыбнувшись как можно дружелюбней, я открыл дверцу пассажирского. Сам же поспешил к месту водителя. Может ко мне? Интересно, какая гримаса выскочит на её лице, когда я произнесу вопрос вслух? Кимберли, все это время, пока я возился с бардачком и ключами, внимательно следила за моими перемещениями, но, как только я обращал на это внимание, она отводила взгляд, делая вид, что внешний мир ей намного интересней, чем мир в этом тесном, но, по своему, уютном пространстве. Чмокнуть не что-ли, чтобы меньше выпендривалась? Не, чувак, это уже абзац, хотя, если заблокировать двери автомобиля... Так, стоять, Бауэр! Отвези девочку домой и порядок. Наконец, услышав работу мотора, я обратился к своей спутнице: — Пристегнись, Керн. Мы мигом долетим. Она закатила глаза? Ха-ха, да я ей порядком надоел, но, ее руки потянули за ремень, по этому говорить я ей ничего не стал. Выехав со стоянки я заметил, что она расслабилась и закрыла глаза. Похоже, дальнейшая беседа не сложится. Девчонка, как пить дать, уснёт и до пункта назначения не проснётся. А может она решила притвориться? Воздух был густым, весь Лондон почернел от предстоящей грозы. В прогнозе подобного не было, но ничего удивительного здесь нет — гроза так гроза. Остановившись на очередном светофоре я бросил взгляд на свернувшуюся к клубок Кимберли. Ей не холодно? Посмотрев на горящие столбцы и прикинув, что времени мне хватит вполне, я стянул свой жакет и постарался укрыть ее. Так, уже лучше. Да, по правде, сегодня ночью прохладно. Как я раньше не додумался? А о чем думала она, когда выходила из дома в одной майке? Тааак, в какую степь тебя вновь затянуло? Подумай лучше о том, как постараться выспаться за 4 часа. Ох, это все так утомляет! Отпуск! Срочно! На автомате я завернул в нужный нам переулок и, припарковавшись около дома, выполненном в традиционном стиле, окружённый люпинами, решил разбудить хозяйку этого сиреневого логова. Коснувшись ее щеки, мне показалось, будто я глажу шёлк. Кимберли вздрогнула и резко открыла глаза. Когда взгляд из мутного превратился в более ясный она была удивлена, цепляясь глазами то за мое лицо, то за руку, которую я, кстати, не успел убрать. Незамедлительно исправив эту ошибку, я все же не отвёл глаз от взволновано взгляда. С лёгкой хрипотцой она произнесла: — Боже, мы реально около моего дома? Меня это рассмешило и я ответил: — А ты думала, что проснёшься в моем логове? К ее щекам прилила краска. — Прошу прощения. Спасибо за то, что довезли меня, мистер Бауэр. Молитвы вы заслужили. — Ну что ж, красотка, надеюсь, что ты впредь не будешь до столь позднего времени пить одна. Не успел я договорить, как на небе сверкнула яркая вспышка, а через несколько секунд грянул гром. По лобовому стеклу забили крупные капли, намереваясь затопить нас и весь Лондон в том числе. — Переждешь в машине? — спросил я. — Нет, что вы, – стушевавшись, ответила она, – я и так отняла у вас столько времени. Задерживать вас больше не хочу. Ещё раз спасибо вам! Она заботится о моем времени. Бог ты мой! Какие мы тактичные. Ее руки теребили край моего жакета. Кажется, она чем то озабочена. Отведя взгляд в окно, она выпустила из себя странный вздох, протянув мне часть моего сегодняшнего гардероба. Чего? — Ты сошла с ума? Смотришь в окно на эту непогодицу, но все равно тянешь мне этот чертов жакет? Надевай, иначе я выйду с машины и сам тебя доведу до крыльца! Ей это точно не понравилось, поэтому, натянув вещь на себя, она, кивнув мне и, промямлив что то типа «извините», «спасибо», поспешно выбралась из салона. Лёгкий запах сырости забрался в тачку, стараясь окончательно стереть запах ненавязчивого женского присутствия. Стало немного тоскливо. Прокручивая всю нашу встречу в голове, я решился на предложение: — Может пересечемся ещё раз, Кимберли? Ее улыбка заразительна. Она ответила: — Джейми, вы теперь знаете, где я живу и какой алкогольный напиток предпочитаю. Поэтому — все возможно. В следующий раз прикатывайте с темным. Она подмигнула мне и скрылась в тени козырька своего дома. — Славный вечер. — сказал я себе.