Разлетаясь...

POV Оджуна Холодная вода чуть остужает пылающую кожу и приносит небольшое облегчение. Ещё пара минут, и я смогу взять себя в руки настолько, что можно будет возвращаться. Тонкая прозрачная струйка едва слышно звенит, разбиваясь о белый фаянс, и я зависаю на этом зрелище, представляя, как вместе с жидкостью в сток уходят переполняющие меня эмоции. В конце концов я закрываю воду и, не разгибаясь, бросаю последний взгляд на своё отражение в зеркале… чтобы едва не подлететь от неожиданности — у дверей за моей спиной стоит Пи’Сингто. После первых секунд шока глаза против воли залипают на крайне соблазнительной картинке: непроницаемый взгляд, легкий намек на улыбку, делающий чувственный рот до неприличия манящим, небрежная расслабленная поза полностью уверенного в себе человека, руки сложены на груди, что лишь подчеркивает крепкую мускулатуру и нагоняет воспоминания об ощущении этих самых рук, властно сжимающихся на моей шее. Взгляд скользит ниже, и рот снова наполняется слюной, которую мне приходится шумно сглотнуть. Чуть подавшись корпусом вперед, Пи’Синг отталкивается от стены, на которую облокачивался, и не спеша движется в моём направлении, ловя мой взгляд и лишая воли. Мне остаётся только следить за ним в зеркало и до боли впиваться пальцами в глянцевые края раковины в ожидании дальнейших действий, ощущая, как пульс снова учащается в предвкушении. — Уже гораздо лучше, Нонг’. Делаешь успехи. От нескольких фраз, произнесенных негромким голосом почти мне на ухо, по телу моментально пробегает дрожь возбуждения, а едва опавшая эрекция возвращается, становясь почти болезненной. Я прикусываю губу, чтобы не застонать, но звуки всё равно прорываются беспомощным скулежом, когда спины касается обжигающе-горячая рука. Колени подкашиваются, но я только сильнее стискиваю пальцы и часто, поверхностно дышу через мимо воли приоткрывшиеся губы, которые тут же пересыхают, и приходится пройтись по ним языком. Всё это — не разрывая зрительного контакта. В глазах начинает печь, но я не смею даже моргнуть. Его рука тем временем проникает под футболку и поглаживает низ спины, неторопливо опускаясь всё ниже и посылая по телу разряды удовольствия. Я чуть прогибаюсь, недвусмысленно намекая, что Пи’ не стоит останавливаться на достигнутом. Он ехидно усмехается, прекрасно понимая мои маневры, но всё же скользит ещё ниже. Я мысленно матерюсь на свою любовь к узким штанам и, с трудом отлепив от раковины сведенную судорогой от напряжения руку, непослушными пальцами расстегиваю пуговицу и тяну бегунок молнии вниз. Держите, кхун Прачайя. Сервис по полному разряду. Тонкая дорогая джинса ползёт вниз вместе с бельём, а внутрь безо всякой смазки и подготовки толкаются сразу два пальца. Больно. У меня вообще-то несколько месяцев никого не было. На глаза наворачиваются слезы, но с губ срывается только легкий всхлип и ни слова возражения. — В монахи подался, Нонг’Джун? Помнится, в прошлый раз ты был гостеприимнее. Я прикусываю губу, но не произношу ни слова. Да и что я могу сейчас ответить? Я не сопливая школьница и не собираюсь прыгать к нему на шею с никому не нужными признаниями. Пальцы выскальзывают, и мгновенная паника едва не перекрывает остатки разумных мыслей. — Неужели Пи’ настолько разочарован негостеприимностью, что собирается уйти не попрощавшись? — я пытаюсь принять независимый вид, хотя в горле уже сжимается неприятный комок приближающихся слёз. — Ух ты! Да ладно? Киса отрастила коготки? Забавно, — негромкий мягкий смех, и я почти готов позорно разрыдаться. Но в следующую секунду абсолютно другим голосом звучит приказ Пи’Сингто: — На колени. Я рухнул как подкошенный, больно приложившись коленями и принимая выученную с Пи’Нао классическую позу: ноги на ширине плеч, голова опущена, руки за спиной, взгляд в пол. Рывок за волосы вынуждает поднять голову, но не взгляд — для этого я не получил разрешения. — Посмотри на меня. Поднимаю полный не успевших высохнуть слёз взгляд. Пи’Сингто выглядит задумчивым и самую малость удивлённым. Не ожидал подобного? Не похоже, что для него происходящее в новинку. Не ожидал от меня таких познаний? Ну, надеюсь, не разочаровал. Не позволяю ни единой эмоции проскользнуть на лице. Актёр я или где? Пи’ смотрит на часы, и я понимаю, что наше отсутствие может броситься, если уже не бросилось в глаза. — Думаю, мы продолжим в другой раз. За дерзость поможешь себе сам, — Синг кивает на моё ничем не скрытое возбуждение и не оборачиваясь выходит. Я послушно дожидаюсь хлопка двери и только потом пулей лечу в ближайшую кабинку. Несколько рваных движений, и вместе со спермой из тела выходит грызущее последние несколько месяцев чувство отчаяния. Слёзы всё-таки устремляются вниз, пока я восстанавливаю сбившееся дыхание. Изнутри распирает от переполняющего восторга. — Мы продолжим в другой раз, — беззвучно повторяю сказанное, и по лицу расползается совершенно идиотская улыбка. — Мы. Продолжим. В другой раз. Мы…