Разлетаясь...

Нонг’ смотрит побитой собакой и неловко кивает на моё приветствие. Окидываю его внимательным взглядом и решаю всё же отложить разговор: время поджимает. Захожу в зал, где туса уже в разгаре: каст получает указания по поводу сценария и разбирает рабочие моменты. Быстро вливаюсь в работу, стараясь не отвлекаться на разные мысли, которые то и дело возникают от странных переглядываний Нонг’Фиата и Пи’Сингто. Текст с трудом пробивается в голову, но я упорно тружусь, поскольку до мероприятия осталось не так много времени, и просто необходимо потратить его максимально эффективно, чтобы потом не мычать невнятно в микрофон, как это иногда бывало. Стрелки на часах ползут со скоростью беременной улитки и проходит целая вечность, прежде чем нам дают отмашку на отдых. Я тут же выхватываю из толпы знакомую макушку, но в последний момент всё же останавливаю порыв — соваться сейчас, когда он подозревает о моей связи с Пи’Сингто, всё равно что подтвердить его подозрения. Слишком рискованно. К тому же я абсолютно не знаю, что ему сказать. Придется ждать его инициативы. Хватаю из общей, стремительно уменьшающейся кучи пару ланчбоксов и двигаю к столу. В последний момент меняю траекторию и приземляюсь на кресло в углу. Понимаю, что устал. Нет, не физически, но не менее сильно. И теперь хватаюсь за иллюзорную возможность ненадолго передохнуть от чужих лиц и общения. Телефон оживает сообщением в лайне от Пи’Нао, которая пишет, что уже вывезла из моей квартиры все более-менее ценные вещи и часть даже толкнула на барахолке. Возмущается тем, что я совсем не соответствую статусу актера, так как не потрудился купить даже какой-нибудь завалящий золотой унитаз, чтобы ей хватило на безбедную старость. Я смеюсь, благодарный за её попытки меня ободрить, пусть и столь своеобразным способом. Хотя по-другому она и не умеет, наверно. — Ты чего не ешь, Пи’Оджун? — я чуть вздрагиваю от неожиданности и поднимаю голову, встречаясь глазами с улыбающимся Кристом, у которого в руках обнаруживается два кофе. Надо же! Я обзавелся личным звездным бариста! — Как раз собирался! Не хочешь составить компанию? — я приглашающе машу второй порцией еды. — Ты разгадал мой коварный план по добыче припасов, Пи’! — Перават смеётся и подтаскивает поближе табурет. Я оглядываюсь по сторонам в поисках Пи’Сингто, который был так беспечен, что не накормил своё сокровище, но ловлю предупреждающий взгляд Криста. Запоздало доходит, что ему нужно поговорить, и именно поэтому он присоединился ко мне вместо своих обычных движняков в центре событий. Чуть киваю, показывая, что всё понял, и протягиваю еду. Какое-то время мы в полном молчании неспешно едим, погруженные каждый в свои мысли, но я не выдерживаю первым. — Я чем-то навредил конспирации? — Крист поднимает на меня странный взгляд, но я продолжаю, не замечая: — Вчера я попросил Нонг’Фиата принести вещи, а он оказался слишком внимательным. В общем картина была нормальной, но его заинтересовали детали. — Это то, о чём ты больше всего переживаешь? — я поднимаю глаза на Перавата и спешу снова уткнуться взглядом в колени, едва сдерживая желание наговорить такого, о чем буду жалеть. — Это то, что больше всего должно волновать вас. Я прошу прощения за опрометчивость. Подобного больше не повторится, — я до крови прикусываю изнутри щеку, готовясь услышать, что ничего больше не повторится в любом случае. На заднем фоне шумит народ, но кажется, повисшую между нами тяжелую тишину можно резать ножом. — Фиат сказал сегодня Пи’Сингто, что у него к тебе чувства и что он будет за них бороться, — я неверяще смотрю на Криста, глупо хлопая глазами. К таком повороту я оказался совсем не готов. Но всё равно стоит выяснить, чего мне ждать. — А Пи’Сингто? — Кит впервые весело улыбается, но я не могу разделить его веселья в этот момент, напряженно ожидая ответа. — А что Пи’Синг? Он — тот ещё мастер напустить туману, не давая ни слова конкретики. — Крист… — я прокашливаюсь, так как голос чуть подводит, — скажи, значит ли весь наш разговор, что мне больше не стоит к вам приближаться? — А ты сможешь? — вроде бы и шутливая интонация, но в глазах младшего ни капли веселья. Чуть отворачиваюсь, будто рассматривая что-то за спиной Перавата, и шепчу на грани слышимости: — Нет. — Хмыканье возле уха и мне в руки пихают кофе, после чего Крист молча уходит, оставляя меня наедине с мыслями. Я так и сижу, задумчиво скользя взглядом по комнате, но не видя ровным счетом ничего. Только когда комната практически пустеет, я понимаю, что перерыв закончился, с усилием сдираю с себя оцепенение, залпом выпиваю давно остывший кофе и двигаю за всеми. Работу никто не отменял.