Разлетаясь...

POV Сингто Я только успел задремать, уткнувшись в растрёпанную макушку, как телефон разошёлся настойчивой трелью. И какой придурок поставил на вызов эту дурацкую мелодию? А, точно, это был я. В целом не меняет того, что придурок, но… Да когда ж ты заткнёшься-то, а?! Крист недовольно заворочался, потому пришлось встать и, подхватив неумолкающий аппарат, выйти на кухню, по пути проклиная настойчивого звонящего. Кстати, кто это? На дисплее высвечивается «Нонг’Фиат», что заставляет меня окончательно проснуться. Что-то произошло с его неугомонным хахалем или… — Алло! Я слушаю. С первых же слов, произнесённых изрядно заплетающимся языком, становится ясно, что Нонг’ изрядно тёпленький. Лишних градусов, по крайней мере, в нём плещется немало. — Дбобрый день, Пи’. – Недоверчиво перевожу взгляд на кухонные часы, которые показывают 23.17. и хмыкаю под нос. Разные у нас понятия дня, да. — Я тебя не отвлекаю? — Разве что от подушки, но, думаю, если я ему об этом скажу, то к сути мы сможем перейти нескоро. — Нет. У тебя что-то случилось, Фиат? — неожиданно в трубке раздаётся душераздирающий всхлип, который меня уже не на шутку волнует. — Фиат? — Это всё ты! — ну то, что я это я, я в курсе, но что именно из «это» я на этот раз? Тем временем истерика на том конце трубки набирает обороты. — Я ведь думал, что ты тогда того, а теперь не могу без это… — Блядство! Так я вообще не высплюсь! — Утри сопли и внятно всё объясни! — рявк, срабатывавший безотказно в мою бытность главы наставников, выходит просто показательно-образцовым. Всхлипы моментально утихают, сменяясь громким сопением. Один, два, три… На десяти мне начинает надоедать. — Фиат? — Прости, Пи’. Не надо было тебе звонить. Извини, я… — Фиат, твою мать! Ты уже позвонил и поднял меня с постели, так что будь добр проявить хоть какое-то подобие уважения и объяснить причину своего поступка. Я ведь знаю тебя не первый день. У тебя обычно нет привычки названивать кому ни попадя среди ночи, даже пьяным. Что-то произошло? С тобой? С Оджуном? Я жду. — Пи’, я… ты… мы… ябыхотелчтобытыпомогмнесоджуном! — Что, блядь? Пытаюсь по слогам произнести то, что выдало пьяное чудо, и со второй попытки расшифровываю. Помог с Оджуном? — А что с ним? Что-то случилось? Он куда-то влез и?.. — Трхнипжлустаего. — Я замираю с открытым ртом на полуслове, надеясь, что всё же неправильно понял. — Что, прости? — Я прошу тебя и Пи’Криста переспать с Пи’Оджуном и… мной, — неожиданно чёткий и почти трезвый голос подтверждает, что мне не послышалось. Почти полгода назад, перед тем, как эти двое начали встречаться, я предложил Фиату свою помощь, но шло время, и мне показалось, что у них всё складывается наилучшим образом. Выходит, я был не прав? — Давай мы поговорим с тобой завтра, когда ты протрезвеешь. Хорошо? Завтра ты ведь будешь в офисе? Там и пересечёмся в обеденный перерыв. Договорились? — Спасибо, Пи’. До завтра. — В трубке уже с полминуты тишина, а я всё так же пялюсь в стену и не вижу перед собой ровным счётом ничего. Полузабытые до этого момента, картины прошлого сейчас неожиданно отчётливо мелькают перед глазами. Роковая ночь, которая стала спусковым крючком для целой карусели последствий. Приятные и не очень последствия, переосмысление многих моментов, непростые разговоры и мысли. Так давно и в то же время будто вчера. — Син, всё в порядке? Кто звонил? — заспанная моська Кита появляется в дверях и отвлекает от воспоминаний. — Ничего страшного. — Видя, что его не устраивают такие объяснения, я неохотно продолжаю. — Звонил наш сынок. Пьяный как школьница на выпускном в три ночи. Попросил организовать групповушку. Насладившись комично выпученными глазами и отвисшей челюстью, я невинно улыбаюсь и двигаю обратно в спальню, не отказав себе в удовольствии чмокнуть в нос охреневшего Перавата. — А что ты? — Крист догоняет меня уже у в спальне и разворачивает к себе лицом. — А что я? Сказал, что мы обсудим всё завтра, когда он протрезвеет. Знаешь же, что без твоего согласия я ничего такого ему бы не пообещал. Может, он завтра вообще не вспомнит о своём звонке, тогда ситуация разрешится сама собой. — А если нет? — А если нет, то всё будет так, как решишь ты. Давай спать. Глаза закрываются. Малодушно соскользнув с темы, я подтягиваю младшего поближе и утыкаюсь носом в его шею. Тот немного возится, но скоро начинает уютно сопеть. Я же ещё долго смотрю в темноту, пытаясь понять, какие эмоции во мне вызвал этот внезапный телефонный звонок. По всему выходило, что многое зависит от обстоятельств, которые толкнули Фиата на такой решительный шаг. И если причиной будет не какая-то драма, то такое предложение вполне себе интригует. И хотя последнее слово за Китом, но… какая-то часть меня скучала по бескрайней покорности и в то же время неукротимому темпераменту Нонг’Оджуна. А Фиат… было откровенно любопытно, что на самом деле из себя представляет этот тихий и вежливый ребёнок без наносной шелухи воспитания. Только вот после этого шага, так же, как и в прошлый раз, пути назад не будет. Не станут ли эти события причиной ухудшения их только налаживающихся отношений? Но риски должен понимать и сам Фиат, а тогда, может, не стоит грузиться зря? Завтра не самый лёгкий день. Спать.