Стыд (SKAM Russia)

      Мир, полный возможностей. Мир, где мечты могут исполниться.       Это всё прекрасно, но ты родился не в той стране. Наслаждайся реальностью.       Алкоголизм, наркомания, сигареты. Если тебя не убьёт одна из этих вредных привычек, то твои амбиции обязательно задавит твоё окружение — сексисты, нацисты, расисты. Тебя задавят, за то, что ты решишь выделяться. Ты должен быть таким же, как и каждый человек в этой стране — жениться или выйти замуж, родить ребёнка, взять квартиру в ипотеку, найти себе низкооплачиваемую работу на заводе и спиться к сорока годам. Здесь не любят энтузиастов. Здесь любят слепых рабов системы.       Каждый наш шаг контролируется цензурой. Нам внушают, что мы живём в демократии, но на самом деле мы никогда не отходили от тоталитаризма. У нас нет выбора, нет свободы. Мы не живём, а существуем.       — Я ещё не закончил. Как тебе?       — Ты же не собираешься это сдавать? — спрашиваю я, заглядывая к нему в листок.       — Конечно нет, — он усмехается, — Я не хочу, чтобы эта долбанутая вызвала моих родителей в школу. Я, может быть, выложу его куда-нибудь, может нет. Так тебе понравилось?       — Ну, довольно неплохо, — я пожимаю плечами, — Как минимум очень смело.       Я всегда завидовала тому, с какой лёгкостью Илья может писать — мне чтобы выдавить пару слов для школьного сочинения приходилось убивать на это несколько часов. Для него же это было так же легко, как дышать.       Я не успеваю ответить на его следующий вопрос, потому что тут же мимо нас проходят Лена и Маша — когда-то мои лучшие подруги, а сейчас люди, которые ненавидят меня больше всех на свете. Отчасти, я сама виновата в том, что они перестали общаться со мной, но я скучала. У меня не было никаких подруг кроме них, и сейчас я вообще перестала контактировать с кем-нибудь кроме Ильи и его друзей. Довольно дерьмово, учитывая, что я не горела энтузиазмом проводить вечера в мужской компании, играя в видеоигры, или дома наедине с сериалами и чипсами. От них, кстати, у меня стали выскакивать прыщи.       — Не обращай на них внимание, они этого не стоят, — я киваю, отводя взгляд от места, где только что прошли девочки, — Сколько у тебя, кстати, за предыдущее сочинение?       — Три с плюсом, — отвечаю я, прикусывая губу. Я не люблю врать, но и показывать то, какой я полный ноль в написании сочинений, тоже не особо хочется.       — Серьёзно? — Илья приподнял брови от удивления, — Ань, это была самая лёгкая домашка по литературе, и ты написала её на 3?       — Она просто ко мне придирается, — начинаю я, но меня тут же прерывает Елисей, лучший друг Ильи, который всегда умудряется появиться в самый неподходящий момент.       — О ком речь? — спрашивает он, усаживаясь на скамейку рядом с нами.       — Любовь Владимировна опять поставила ей три за сочинение.       — Серьёзно? — Елисей ухмыляется, взглянув на меня, — Даже у меня за него четыре с плюсом, а я дописывал его на перемене.       Ненавижу. Почему из всех людей в этой школе мой парень выбрал своим лучшим другом этого идиота?       — Ну ладно, не расстраивайся, — Илья приобнимает меня за плечо и улыбается, — Зато у тебя хорошо получаются другие вещи.       — Например?       — Ну… Ты отлично варишь пельмени, — услышав это, Елисей сгибается от смеха.       — Романтик хренов!       — Ладно, прости. Зато твои пельмени правда лучшие, — смеясь, он целует меня, и я почти готова простить издевательства, произошедшие секунды назад, но его дружок снова портит всю ситуацию.       — Нам пора, вроде как, — говорит он, кашляя чтобы привлечь внимание.       — Куда вы идёте?       — К Богдану. Я напишу тебе позже, ладно?       — Ладно, — он снова целует меня и уходит, оставляя меня наедине со своими мыслями, листком с сочинением, на котором красовалась написанная красной пастой двойка, и пятиклассниками, болтающими что-то своими писклявыми голосками и бегущими к выходу.       Отличный день, ничего не скажешь.