Путешествие под мелодию жизни и смерти

      С первыми лучами солнца многотысячная армия начала подготовку. Никто ещё не знал откуда появится враг, но каждый осознавал, что от исхода этого сражения зависит будущее всего живого. Перед стенами столицы выстроилась армия, состоящая из представителей различных рас, которые откликнулись на призыв о помощи, который Марк отправил ещё перед началом похода на Ванадис. Впервые под одним знаменем встали различные расы и верования. Во главе стоял Марк, как тот, кто ближе всех был знаком с происходящей ситуацией. Эд сразу отказался от этого поста, сославшись на свою некомпетентность. На этот раз Марк не стал произносить речей, все и так понимали, что на кону и какие жертвы их ждут.       Вот наконец солнце взошло достаточно высоко, осветив всё до горизонта, но в том месте, где кровавая луна скрывалась за горизонтом, стояла кромешная тьма. Луна была невероятно близко, казалось что можно протянуть руку и уже коснёшься её. Войско выдвинулось на встречу тьме, отводя поле боя от стен столицы. Совет правителей решил, что именно эта тьма и есть Апокриф, и они не ошиблись. Через час пути они увидели как во тьме передвигаются тысячи монстров. Казалось, их было в разы больше, чем армия Винрада, но сейчас против них выступила объединенная армия, однако ничего похожего на Апокрифа видно не было. Благодаря вере людей, Лифия и Мортимер смогли восстановить часть сил и теперь выступали в авангарде вместе с Эдом и девушками. В рядах армии царила тишина, страх сковал воинов, гул надвигающихся монстров давил на них, но Эд не стал дожидаться и рванул вперёд, за ним и его «семья». Для них этот бой значил всё. Видя это, воины одни за другим устремлялись в бой и вот уже 2 реки схлестнулись в один поток. Первыми ударили стальные орудия, они пробили бреши в рядах монстров, сквозь которые отряды воинов пробились сквозь авангард. Сейчас от магов было мало толку на передовой, но они тратили остатки маны на поддержку и защиту воинов. Эти монстры не были рождены в подземельях как раньше, и потому очень быстро поле боя обернулось кровавой баней. Люди быстро пробивались вглубь, но это казалось слишком просто. — Здесь что-то не так! — закричала Зэст, снеся голову орку. — Я тоже так думаю, — поддержала её Леона, связав несколько десятков лютоволков, но один из них напал со спины, однако он тут же встретил свой конец в пасти огромной виверны. — Спасибо, Лин, — струны разорвали волков на части. — Апокриф ещё не явил желания объявиться, — ответил Мортимер, вонзая когти в голову паука. — Передумал? — спросила Киара. — Хорошая шутка, — Мортимер оглянулся по сторонам. — Эта тьма под ногами, у меня отвратительное предчувствие. — Осторожно! — Зэст указала в сторону, где поднялось облако пыли. Прогремел взрыв, а затем в их сторону, сметая всё на пути, прилетела часть голема, а следом и Эд. — Черт, дальше они сильнее! — выругался он, сдирая оборванные рукава. Пока на нём не было ни царапины, но вся его одежда была изодрана и обгорела. Он прорывался впереди всех и первым встретил достойное сопротивление. — Как-то обидно, приняв форму Аскалона, я стал куда полезнее, чем в прошлой форме, — с досадой произнес Метус. — Эй, эй, эй, что это?! — кто-то из воинов получил удар мечом в спину, засмотревшись как чернота, окутавшая землю, начала поглощать тела павших воинов и монстров, и тут же он сам оказался поглощен ею. Но на живых эта чернота никак не влияла, и они продолжали бой, пока неожиданно всех не ослепило солнце. Тьма стремительно отступила и окрасила луну в черный. Огромное небесное тело в миг уменьшилось в несколько раз, а затем что-то упало на землю, прямо подаль монстров. Огромное бесформенное существо, оно было похоже на чёрную слизь. Своей тенью оно могло бы заслонить целую деревню. — Существа, — неожиданно монстры остановились и заговорили человеческой речью. — Я увидел, что вы не собираетесь сдаваться. Ваша тяга к разрушению снова заставляет вас сражаться. Поэтому сейчас я оборву ваши муки и создам новый мир, в этот раз я учту прошлые ошибки. Но вас в нём уже не будет. — Достал он меня, — Мария выпустила пулю в монстра перед собой и направилась к Апокрифу.       Монстры нахлынули с новой силой, а каждый труп покрывался черной субстанцией, которую начал выделять Апокриф. С каждый тысячей жертв, он незначительно прибавлял в размере. И если с новыми силами Эду удалось прорваться к нему, то уже рядом ощущалась аура смерти, которая не позволяла простым людям приблизиться к нему. Аура Апрокрифа буквально вдавливала Эда в землю. Даже монстры вокруг не могли выдержать этой ауры и погибали, становясь частью Апокрифа, а тех, кто был жив, он убивал своими щупальцами, которые испускал из всего тела. Стоило Эду нанести удар, на него обрушился шквал ответных ударов. Пули, выпущенные Марией, были поглощены, как и магия. Всё это выглядело как избиение детьми огромной скалы. Атаки, которые могли бы уничтожить целый город, оставляли на нём раны, которые тут же затягивались. — Аха-ха, это и есть сила, которой вы хотели остановить меня? — раздалось у всех в голове. — Даже смешно. — Я ещё даже не начал! — Эд подскочил вверх и, увернувшись от щупалец, нанес рубящий удар. От такой атаки тело Апокрифа вдавило в землю. Всё вокруг задрожало. — Слабо, — огромное щупальце снесло юношу, отправив того высоко в небо, и при приземлении он поднял облако пыли.       Ту же в Апокрифа устремился сгусток энергии, выпущенный Зэст, но тот отбил его вверх, где сгусток взорвался, разметая в стороны облака. Лифия использовала все силы на создание барьера, который защищал людей снаружи от ауры монстра, а тех, кто внутри, он исцелял, Мортимер поддерживал ее маной. Видя, что происходит под барьером, Марк осознал ту разницу в силе Эда и остального мира, но сейчас они не могли им помочь. Щупальца продолжали натиск. Новая атака Апокрифа была парирована Риной. Она отсекла его щупальце кровавым мечом, и то начало дёргаться в конвульсиях, не в силах восстановиться. Заметив это, Эд пошел в атаку, но перед ним возникла фигура человека из черной жижи. Он узнал в нём Нормана. Замешкавшись на миг, Эд пропустил момент, когда фигура схватила его за руки. Тут же они оказались полностью покрыты жижей. — Ты слишком полагался на это, — жижа начала разъедать плоть на руках вместе с орудием Эда. — Эд! — Парень не смей проиг... — Метус и Аскалон взорвались внутри фигуры, и Эда отбросило взрывом. Его руки дрожали и покрылись кровавыми язвами. Он с трудом ими двигал. Его тело дымилось, но раны на теле быстро затягивались. — Аскалон! Метус! Как же так? — он оглядывался по сторонам, в ушах звенело, руки горели, а над головой нависло щупальце. — Хозяин! — Леона струной обхватила Эда и вытащила из-под удара. Все были сильно измотаны, но благодаря Лифии их раны быстро исцелялись. — Мы точно сможем его победить? — Мария истратила весь свой арсенал, но так и не смогла нанести существенного урона. — Сможем, обязательно! — ответил Эд, встав на ноги. Краем глаза он увидел, что Мортимер указывает на него. Тогда он вспомнил о его подарке. Он достал ядро из внутреннего кармана, оно покрылись трещинами, а печать на его спине вновь начала обжигать его и поползла к ядру в руке. В то время как девушки прикрывали его. Когда печать перебралась на ядро, оно начало пульсировать. — И что дальше? — Кажется я знаю! — воскликнула Киара и, выхватив ядро, рванула к Апокрифу. — Стой, дура! — закричал Эд. — Я очень живучая, — ответила Киара и с разбегу запрыгнула в тело Апокрифа.       «Пожалуйста, сработай,» — мысленно взмолилась она, пока её тело обжигала тьма. Стоило ей подумать о своей глупости, ядро начало разрушаться, и взрывом её вышвырнуло наружу. Уже в воздухе её поймал Эд и крепко прижал к себе. — Лин, сюда! — закричал Эд перед тем, как они влетели в землю. Тут же тело девушки покрыла слизь, и ужасное жжение ослабло, но раны не затягивались, а от одежды остались одни лохмотья. — Смотрите! — Рина указала на огромный кратер в теле Апокрифа, а рядом с ним стояли дракон и демон. — Молодец, суккуб, — произнес Метус. — Как же давно я не видел этой формы. — Согласен, брат. — Эй, вы как? — Бывало и лучше, но тело стало куда легче. Чего мама в меня понапихала? — пробубнил под нос Эд. — Тогда возьми это, — Аскалон выдернул свой клык, а Метус коготь. Они бросили их Эду. — Смотри не взорви как в прошлый раз, — Эд коснулся их и, влив ману, создал себе оружие. — Леона, помоги мне. — Хозяин...? - одного его взгляда было достаточно, чтобы понять — отступать он не намерен. Используя струны, она закрепила клинки к израненным рукам Эда.       От огненного дыхания дракона воздух вокруг обжигал лёгкие, кислород быстро выгорал, но и тело Апокрифа медленно обугливалось. Метус своими когтями рвал тело Апокрифа, оставляя на ранах чёрное пламя, которое мешало регенерации. Апокриф взревел, его тело приподнялось, и из-под него вырвался черный дым, сбивший с ног даже Метуса. — Эд, у нас осталось мало времени. Барьер не выдержит ещё одной такой атаки! — сообщил Мортимер, подняв ещё один барьер для защиты сестры. — РА-АР! — взревел Аскалон. Огромное щупальце выскочило из-под земли, оторвав ему крыло. — Эд, это же не вся твоя сила, — раздалось в голове юноши. — Я же знаю, ты не можешь по-настоящему биться, пока они рядом. На этот раз приди ко мне туда, где нам никто не помешает, — последние слова слышали все. Тело Апокрифа почти полностью восстановилось, и он снова атаковал щупальцами, разбросав всех, словно кукол. Пока они ещё не пришли в себя после едкого дыма. — Хорошо, — Эд заметил, как что-то поблескивает в теле Апокрифа. — Эд, не смей! Это ловушка! — Мария попыталась остановить его. Она была вся в ранах и тяжело дышала. Раны стали плохо затягиваться из-за того, что Лифия потратила очень много сил. — Я вернусь, обещаю, — он быстро поцеловал её и рванул прямо внутрь тела Апокрифа. Щупальца даже не трогали его.       Оказавшись внутри, Эд чуть не ослеп от яркой вспышки света, а через миг он увидел перед собой огромный голубой шар, на котором отчётливо выделялось поле боя. Одна деталь, разрушающая иллюзию покоя в этом мире. Он обернулся и увидел мир, который когда-то называл домом. Голубая планета стала серой, вокруг неё летал мусор, океаны были завалены отходами, а земля сокрыта тучами. Казалось, жизнь покинула это место. — Так сразу и не скажешь, что эти планеты — близнецы, правда? — перед Эдом предстал высокий человек, всё его тело было черным, и лишь белые глаза смотрели из пустоты. — Перед тем, как ты нападешь, взгляни, как один вид покоряет всё. Люди так глупы, считая себя хозяевами мира, вы ни в силах побороть свою природу. И вот итог. — Заткнись! — Эд не стал медлить и нанес удар первым, но Апокриф даже не шелохнулся. Клинок просто замер в сантиметре от него. — И ты такой же, — с досадой произнес он, отшвырнув парня, тут же перед ним появился валун, в который он влетел, расколов его. — Повинуясь желаниям, вы всё разрушаете, — серая порода под его ногами вдруг покрылась зеленью, которая тотчас завяла. — Сколько войн было развязано по прихоти единиц? Распри, неравенства, голод, обман, эгоизм, убийства. Всё это породили вы, — не успел Эд встать, как его вдавило в землю. — Вы считаете, что я зло? Вовсе нет. Я уже тысячи раз видел это. Как один вид сначала возвышает себя, а затем уничтожает и себя, и всё живое. И каждый раз поглощал этот мир, чтобы начать сначала. Я не уничтожал твой дом, я лишь ускорил процесс. Даже если бы я ничего не делал, рано или поздно люди истребят себя и я возрожусь. Я лишь пытаюсь создать идеальный мир. Но в этот раз, частички меня обрели сознание, слившись с эмоциями прошлых миров, и решили восстать. Меня это огорчило. Можно считать, что сейчас я наказываю своих детей. — Наговорился? — собравшись с силами, Эд встал на ноги. — Да, ты прав. Человек — самое тупое создание. Мы жестоки, циничны, ценим свою шкуру больше, чем других. Идём на поводу своих желаний и следуем по пути разрушения, — Эд взглянул в глаза Апокрифу. В глазах юноши горел яростный огонь. — Мы даже не знаем ради чего живём! — он снова нанес удар, но теперь он вложил больше силы. Лишь один удар отсек руку Апокрифу, а позади него образовалась огромная расщелина. — Ха-ха, виду ты не на столько туп, — рука тут же вернулась на место. — Тогда зачем всё это? — Существу, лишенному человечности, не понять этого. Мы жестоки, но у нас есть и обратная сторона, та, что мы боимся открыть и бережем как сокровище. Всё состоит из противоположностей. Мы способны на великие жертвы и сострадание, мы познали чувства любви и счастья. Возможно, смысл всего нашего существования, это путь в этой светлой половине. Я нашел свою и не отпущу, — Эд высвободил всю свою силу. Всё вокруг задрожало. Эта аура была страшнее, чем у тела Апокрифа на Земле. Он был прав, высвободи Эд эту силу там, и многие бы просто погибли под её давлением. — Люди... Даже сейчас, говоря такие речи, ты готов пожертвовать сотнями тысяч жизней ради нескольких дорогих тебе людей. Сделать всех счастливыми нельзя, ваш путь не имеет смысла. В конечном счёте вы придёте к тому, что для счастья кого-то понадобится убить целые нации. И тогда круг замкнется. Но я оборву его, — тело на Земле вдруг исчезло. Множество жизней было поглощено в этом бою. Аскалон и Метус лежали без сил, покрытые ранами и без конечностей. Девушки едва стояли на ногах, готовые умереть в любой момент. — Ты так хотел защитить их, а они уже на грани смерти. Ты дурак, идущий на поводу желаний. Но пока я оставлю им жизнь. Пусть увидят, как умирает их надежда.       Апокриф поглотил первое тело, вернув себе все силы. Бой между ними начался. Каждый их удар сотрясал поверхность Луны. Даже с Земли было видно, как содрогается спутник. Теперь все увидели разницу в силе. Даже боги сейчас были слабее Эда. За считанные минуты рельеф спутника изменился. Он стал усеян кратерами и каньонами. Повсюду бушевали пламя и бури. Чем дольше длился бой, тем отчётливее ощущалась растущая аура Апокрифа, в то время, как многие уже не ощущали той силы у Эда. Многие упали в отчаянии и приготовились к концу. — Госпожа Лифия, Эду не победить его без всей его силы! — Рина подбежала к богине, держалась за пронзённый бок, из которого текла кровь. Лин тем временем залечивал рану в груди Киары. — Я не могу решать. Это ваше решение. Если вы уверены... — Лифия взглянула на девушек. Кашляя кровью, Киара натянула улыбку: — Эд не простит нас. — Мы знаем, — усмехнулась Зэст, глядя на белый свет, излучаемый Лифией. А позади неё луна покрылась трещинами. — И этими силами ты пытался остановить меня? — на теле Апокрифа была лишь одна глубокая рана, а Эд едва стоял на ногах. — Боги забрали половину моих сил, я ожидал, что ты будешь сильнее. Мне было под силу создать жизнь, менять реальность, породить богов, а ты смог лишь оставить царапину на этой кукле! — он взлетел вверх, сжимая шею Эда. Метнув того обратно вниз, Апокриф устремился следом, вбив парня внутрь. От силы удара луна покрылась трещинами и раскололась на части, обнажив тело Апокрифа в позе эмбриона. Оно было размыто, не в этом измерении. — Я проснулся, вот и всё, — произнесла кукла, сжимая в руках сердце Эда. — Эд! — Эд! — Хозяин! — Дорогой! — Эд! — Сын, очнись!       Эд оказался в пустой комнате без окон и дверей, лишь сверху на него лился ослепительный свет. Глядя на него, он увидел силуэты Лифии и девушек. На них не было ни царапины, и стоило ему приглядеться, он осознал что свет излучали именно они, а его тело, словно темное пятно, поглощало свет. — Мы мертвы? — первое, что спросил он, оглядывая себя. В груди красовалась большая дыра. — Нет, сын, ты ещё жив, это лишь миг, но он решит всё, — ответила Лифия, не в силах взглянуть сыну в глаза. — Мама, что ты недоговариваешь? — голос Эда дрогнул. Что-то внутри него кричало от страха. — Хозяин, ты упоминал, что всё состоит из противоположностей. — Эта истина касается всего, — продолжила Зэст, подойдя ближе. Свет слепил Эда, но он видел грустное выражение лица девушки. — Ты лишь половина себя самого, — Киара взяла его за руку. — Пока ты не примешь себя полностью, ты не одолеешь его. До встречи с нами ты был пропитан лишь тьмой, и сейчас твоя сила в гневе. Во тьме, она поддерживает в тебе жизнь, — Рина подошла к Эду, взглянув ему в глаза. — Нет, — начав осознавать к чему идёт их разговор, Эд сделал шаг назад, оглядывая всех вокруг. Чернота вокруг него начала расползаться. — Нет, ни за что! — Эд, ты знаешь, часть тебя живёт в наших душах. И сейчас мы должны вернуть её, — заключила Мария, взяв двумя руками лицо Эда. — А вы, что станет с вами?! — Они умрут. Будут поглощены тобой, даже души, — сухо ответил Мортимер, выйдя из тьмы. — Никогда! Какой смысл тогда спасать всё это, если умрут те, ради кого я всё это начал?! Пусть всё сгинет, но я не стану этого делать!!! — Эд сорвался на крик, его голос дрожал. — Вы, вы всё знали? — Лифия мне всё рассказала ещё при нашей встрече в замке, — ответила Леона. — Прости. Сначала я боялась этого, но позже поняла, что лучше так, чем никогда не встретить тебя. Я рассказала это всем, и они приняли такой исход. Ведь так мы будем с тобой до самого конца, — по щекам Леоны потекли слёзы. — Нет... этого просто не может быть, — слабым голосом произнес Эд. Впервые девушки увидели, что и он способен плакать. — Ну же, Эд, мы прошли весь этот путь вместе, нам не о чем сожалеть, — Киара поцеловала Эда. — Я люблю тебя, — она провела рукой по его щеке и начала растворяться в свете. — Мы все любим тебя и благодарны судьбе, что именно ты стал тем, кто занял место в нашем сердце, — сказала Рина. — Нет... пожалуйста... не бросайте меня! — Эд упал на колени, не в силах сдерживать крик. На его глазах те, кого он любил больше жизни, исчезли в свете, который поглотило его тело. От отчаяния слезы не прекращали течь, но в груди было тепло. Там, где была дыра появился пучок света. Он грел его и успокаивал. — Сынок, теперь они стали частью тебя, — Лифия погладила Эда по голове. — Они желали одного — чтобы ты жил. — Зачем? Их больше нет, так зачем мне всё это? — Потому что ты человек, а люди способны на невозможное, даже после стольких испытаний, — ответил Мортимер. — Вы способны идти наперекор богам. Докажи им, докажи, что они не напрасно поверили в тебя. С такой силой ты способен на всё, даже на самые эгоистичные поступки, но выбор будет всегда. А сейчас, выплесни свой гнев на Апокрифа, — Эд задумался, но свет в груди начал пульсировать, он коснулся его и дал ответ. — Хорошо. Они увидят, что их жизни оборвались не напрасно. — Вот и славно, — Мортимер помог Эду подняться. — Запомни, его тело находится между мирами, чтобы его аура не уничтожила всё живое. Он принял форму человека, потому что поглотил миллиарды их душ. Сейчас твоя аура станет такой же угрозой, поэтому открой портал к Апокрифу сразу же как очнешься. — Удачи сын и прости меня, — Лифия обняла Эда, а затем толкнула в пустоту.       По ту сторону Эд встретился взглядом с Апокрифом. Он держался за культю, которая осталась от его руки, которой он раздавил сердце Эда, сама же рука растворилась в свете. Прежде чем тот что-то понял, Эд схватил его и растворился в воздухе. На мгновение люди ощутили жуткую, давящую ауру, от которой даже дышать было тяжело, но она пропала так же быстро, как и появилась, а в небе прятался ещё один силуэт. Это был Эд. Он был значительно меньше Апокрифа, который уже успел расправить плечи. Он был похож на человека, но его руки были тоньше, с острыми когтями на конце, торс был также тонким, и словно был собран из двух треугольников, а голову его украшали ветвистые рога. В одно мгновение монстры на Земле исчезли, и людям оставалось лишь наблюдать за боем двух существ, что превзошли даже богов.       Всё тело Эда излучало теплый свет. Он видел, как люди наблюдают за ним, но он не мог найти даже тела дорогих ему девушек. В руке он сжимал куклу Апокрифа, и стоило ему сжать её крепче, как она обратилась в ничто. Эд чувствовал силу внутри, ощущал как свет внутри греет его душу. Это были они, те кого он любит. — Что ж, вижу ты раскрыл всю силу, — произнес Апокриф, окинув его взглядом. — Вернее, это моя сила, которую я намерен вернуть. — Попробуй, — ответил Эд, видя перед глазами сообщение «Превышение полномочий, лимит сосуда разрушен. Уровень ???».       Стоило клинку Эда встретиться с Апокрифом, задрожало само пространство. Всё вокруг покрылось рябью, но пока они были внутри, людям ничего не грозило, по крайней мере, не настолько сильно. Удар за ударом они сотрясали всё, казалось, что один удар способен стереть всё на свете. Используя силу, Апокриф создавал целые планеты, которые метал в Эда, тот в ответ без труда разрубал их. Всё пространство было усеяно обломками. Здесь они сами определяли реальность, создавая любую неживую материю. От их битвы мана на Земле начала терять контроль, и повсюду начинались бури и шторма. Эд создал огненный шторм, который объял Апокрифа, а тот создал черную дыру, которая поглотила огонь. Их раны исчезали мгновенно, казалось, что их бой будет длиться вечно. — Вы ничтожные звери, продолжаете скалиться даже перед лицом смерти, — вокруг Эда собралось множество частиц, которые начали взрываться. Один взрыв мог уничтожить планету, а их было сотни. — Я дал вам возможность прекратить это бесполезное саморазрушение, но вы продолжаете цепляться за жизнь. Я повторюсь, ваш конец предначертан. Вы сами разрушите свой мир! — из пелены взрывов появилась цепная молния, она сковала Апокрифа, сжигая его тело. — А если нам под силу изменить это?! Людям под силу создать мирное небо! — Эд нанес рубящий удар, но Апокриф остановил его. Давид против Голиафа, сейчас их бой можно было описать именно так. — Это всё мечты. Я много раз видел это. Войны порождают сильных, сильные пораждают мирное время, в мире рождаются слабые, и слабые развязывают новые войны и наступают тяжёлые времена, и тогда круг замыкается, пока мир не истощается и все погибают, — Апокриф схватил Эда за шею, но тот вонзил в его руку мечи. — Слабо, человек, — Эда окутала тьма, Апокриф начал поглощать его, но что-то мешало ему. Сквозь кокон из черноты пробивался свет, он обжигал Апокрифа. — Да, я человек, — Эд разрушил кокон. Его тело полностью объял яркий свет. — А для человека нет ничего невозможного, пока он верит в это. И я докажу это! С новой силой он начал наносить один удар за другим. Само пространство начало покрываться трещинами. Забыв о защите, не обращая внимания на раны, он атаковал. Раны на теле Апокрифа стали медленнее исчезать, а свет Эда освещал всё пространство, теперь уже он был намерен поглотить Апокрифа. Но и тот не был намерен проиграть. Подгадав момент, он просто рассек пространство, лишив Эда руки. Не теряя времени, Апокриф нацелился когтями в горло Эда, но юноша решил рискнуть и перевел атаку в грудь, туда, где было его ядро света. В его глазах потемнело, чернота начала расползаться по телу, но души внутри не позволяли ему сдаться. Эд продолжал бороться. Его ставка сыграла, собрав силы, свет начал медленно растворять в себе тело Апокрифа. — Я не проиграю так просто! — он объял их пламенем. Тело Эда покрылось ожогами, но он не отступал. — Как?! — Я не один, — ответил Эд. — Слишком много жизней было отдано для защиты мира. И даже сейчас они борются. Внутри меня, внутри тебя, — тело Апокрифа покрылось трещинами, из которых лился свет. Он пытался вырваться, но Эд вонзил в него клинок, который превратился в крюк. — Если ты уничтожишь меня, то мир нельзя будет перезаписать. Конец будет значит смерть всего. Лишь мне под силу спасти жизнь. Даже ты не совладаешь с такой силой! — Апокриф продолжал вырываться, но всё было тщетно. Его тело медленно уменьшалось. — Если человечество приведет всё к своему концу, так тому и быть, но найдутся те, кто захочет всё спасти. Так было, и так будет всегда. Возможно, ты просто рано принял решение, и именно мы положим конец страданиям, а ты больше никогда не утолишь свой голод, — ядро Апокрифа взорвалось, и вся энергия устремилась к Эду. Он едва контролировал её, но сейчас у него не было выбора.       В результате их боя пространство вокруг трещало по швам, и если бы оно разрушилось, мана уничтожила всё живое. Тогда Эд нашел куда потратить часть силы. Он собрал всю ману в один сгусток и переместился а Астрал. Вернее в то место, которое от него осталось. Как только он там оказался, пространство между мирами рухнуло. Для людей это выглядело, словно разбился стеклянный купол. Остатки маны полились на землю, возвращая жизнь. Бури стихли, а земля перестала содрогаться. Эд высвободил часть сил наполняя пространство маной, а сгусток энергии смешал со своей маной, сделав его стабильным, это превратило его в ядро измерения, которое медленно отдавало ману, сохраняя баланс. Ему удалось вернуть миру стабильность, но что делать дальше он не знал. С этой силой ему не было места среди живых. Тогда он вспомнил о тех, кто вселял в людей надежду. Его ядро было создано из частиц богов, значит он мог обернуть всё вспять. Его маны было уже достаточно, чтобы поддерживать ядро без чужой силы. «Людям нужны боги, им нужны те, кто их защитит,» — произнес Эд, высвободив из себя несколько десятков сгустков света, но они не обрели форму. — Всё в порядке, — ответил на невысказанный вопрос Мортимер появившись рядом с Эдом. — Людские молитвы и вера помогут им очнуться ото сна. Мы начнем всё сначала. — Эд, — услышав знакомый голос за спиной, Эд боялся обернуться. Тогда Мария сама подошла к нему. Она была едва различным силуэтом. — Но как? — дрожащим голосом спросил Эд. — Ты создал их, — ответила Лифия. — Так же как и моих братьев и сестер. — Я... — Нет, сынок, к сожалению, их души уже слились с тобой. Поэтому их появление — это лишь короткое чудо. — Эд, тебе под силу невозможное. Ты можешь вернуть к жизни тех, кто умер на пути к миру, тех, чье время ещё не ушло, — произнесла Киара. — Воинов, мирных жителей, родителей Марии... жителей Маршена, — добавил Мортимер. — Или... — Не надо! — оборвала его Рина. — Вы же знаете его ответ? — спросил Мортимер. — Эд, ты создал богов, но им не нужны сосуды. Чтобы появиться среди людей, мы используем свои силы, но людьми нам не стать. Лифия знает об этом лучше других. Создать ядро, способное выдержать силу бога стоит многого. Именно эта сила поддерживает в этих девушках жизнь. Ты ведь готов на всё ради них? — Брат! — Лифия была явно против. — Я не пожалею и этот мир, — без колебаний ответил Эд. — Нет! Жизни тех, кто умер важнее наших! — возразила Зэст. Она попыталась схватить его за руку, но её рука прошла сквозь него. — Жизнь пяти ничто, по сравнению с тысячами! — На создание пяти сосудов уйдет половина твоих оставшихся сил. Ты уже не вернешь к жизни простых людей. Сила богов будет с тобой, но о силе, что владеешь сейчас можешь забыть... а ещё твое место. Мир вычеркнет тебя, само твоё существование. Такова плата за использование силы, нарушающей законы естества, — Мортимер всё ему объяснил, никто не мог даже сказать и слова, Эд не позволил им вмешаться. Он не думая согласился. — Хозяин... но как же... мы забудем тебя? — Все забудут его, — с болью произнесла Лифия. — Вечное одиночество. Оно того стоит? Стоит жизни пятерых? Ты мог спасти тысячи, стать высшим существом, — ещё раз спросил Мортимер. — Я же всё-таки эгоист, — ответил Эд, улыбнувшись. — Эд, не смей. Я не прощу тебе этого! — закричала Рина, но он принял свою судьбу.       Ядро внутри Эда треснуло, и оттуда вырвался свет. Образы девушек обрели ясные очертания и через миг они исчезли. Лифия лишь наблюдала как сын разрушает свое ядро и ничего не могла сделать. Она обняла его и произнесла: «Прощай. Я люблю тебя, сын». Тело Эда исчезло, залив всё вокруг светом. После него осталось лишь огромное количество маны, которое вернулось к Лифии и Мортимеру. Яркий свет пролился на поле боя там, где было тело Апокрифа. Вместе с ним земля вокруг зацвела. А среди цветов лежало пять девушек. На них не было ни царапины, а рядом стояли демон и дракон, их раны исчезли, и они приняли форму людей. Статный мужчина в доспехах и высокий мужчина в костюме. Он подбежали к девушкам и начали приводить их в чувства. — Мария, вам удалось! Вы справились! — радостно закричал Аскалон, обнимая девушку. — Получилось? Получилось! — Леона расплакалась, осознав что им удалось победить. Они начали обнимать друг друга. — Вы молодцы, — перед ними появилась Лифия. — Теперь к богам вернулась их сила, и постепенно мир придет в себя. Мой брат не любит всех этих нежностей, но он очень рад и благодарен вам. Я рада, что именно вас выбрала судьба. — девушки вытерли слезы и дружно улыбнулись. — Эй, а кто это там? — Киара указала в сторону юноши, который сидел поодаль и разглядывал небо. На нем не было ни царапины, словно он только что пришел из дома. — Эй, парень, ты в порядке? — обратилась к нему Лифия. — Да, ма... богиня... я, — ком встал в горле. — Д-да, меня оглушила аура того монстра, но я в порядке, — ответил он, почесавв затылок. — Удивительно. Он выжил так близко к Апокрифу, — произнес Метус. — Эй, — он обернулся к парню, но того уже не было рядом. Ему было слишком больно находиться рядом, поэтому он исчез. — Это конец, — сказала Рина, подняв меч. По рядам воинов разнёсся победный гул. — Победа! — закричала Зэст, выпустив вверх огненный шар. — И всё-таки, кто это был? — спросила Леона, но не стала зацикливаться на этом. Тот парень исчез, а значит можно было заняться более важными делами. — Пойдёмте, теперь нас ждёт много работы, — произнесла Мария, видя, как Лифия исчезает в воздухе.