Конфликт

       Жара на Рук Айленде это дело обычное и для всех привычное. Если не считать сезон дождей, то здесь температура почти никогда не понижалась ниже тридцати градусов. Ближе к вечеру, правда, становилось чуть прохладней, или так казалось, ведь палящего солнца уже не было, но эти нюансы вряд ли кого-то когда-то волновали. Однако сегодня природа, видимо, решила подшутить над всеми обитателями дивного острова. Температура не то что днем, даже вечером не думала опускаться ниже сорока. Именно этим можно объяснить небольшое количество народа на "улицах" главного пиратского лагеря, аванпоста. Как вам угодно. Всем было слишком жарко, душно и лениво выходить из импровизированных казарм даже за банкой местного дерьмового пива. Лишь некоторые все же осмелились выйти на улицу и усесться за длинный стол, который в течении дня использовался в качестве обеденного, а вечером переквалифицировывался в стол для карт и кутежа. В отдалении от него, на границе спасительного тенька, стоял старый диван, который был оприходован ни кем иным, как главарем всей этой шайки раздолбаев, а именно Ваасом Монтенегро. Каким бы "Царем и Богом острова Рук" он не был, жара сморила и его. Находиться в его доме было просто невозможно. Если на улице хоть иногда и дул легкий ветерок, то в него он не попадал, от слова совсем. К сожалению, двухэтажная постройка стояла с безветренной стороны. Поэтому ему приходилось ютиться на диванчике, прикрыв глаза рукой. Он уже почти заснул, когда послышался скрежет колес, крик и громкое "бум!", ознаменовавшее то, что кто-то во что-то въехал. Пират вздохнул. Его парни, конечно, были криворукими гамадрилами, но парковаться умели, да и местные аборигены водили добротно. А, значит, воспользовавшись методом исключения, можно было выделить лишь одного человека, который мог сейчас приехать сюда. Только он был способен на просто конченную в конец езду. Человек, что и по джунглям проедет, и сквозь весь аванпост (не всегда вражеский) промчаться сумеет. Джейсон Броди. Он, кстати, уже направлялся в сторону Вааса. Странно, что молча. Он медленно подошел к диванчику, опустился на землю и положил голову на его край, негромко проговорил: - Ваас. Я вернулся. - Я слышал, принцесса, я слышал. Уверен, даже ебанный Хойт слышал, как ты влетел в те бочки. - Ну прости. Не справился с управлением, - он закатил глаза и, пару секунд поглазев на пирата, уткнулся носом в щетинистую теплую щеку, опуская веки. Ваас не был против сего жеста. Он уже давно привык к телячьим нежностям со стороны калифорнийца. И если первое время он пытался как-то бороться с этим, то потом сдался и стал получать от таких действий почти такой же кайф, как и Броди. Изредка, Ваас даже сам делал первые шаги, грозно смотря на Джейсона, который воспринимал их со смехом или жутко довольной улыбкой. Лишь спустя, наверное, минут десять, может и меньше, парень подал голос вновь: - Ваас. - Мм? - Ваас, я тебя люблю, - шатен мягко коснулся губами щеки пирата, а потом вновь вернулся в прежнее положение. Такие признания Джейсон делал чуть ли ни каждый день. И всегда слышал на них один и тот же ответ. Впрочем, сейчас ничего не изменилось. - Мгм, - Монтенегро вновь вздохнул и повернулся к бывшему Воину ракьят спиной, недовольно буркнув. - Броди, будь добр, свали еще куда-нибудь на часик-другой. Мне сейчас не до тебя. Спать охота, что пиздец. Никуда идти Джейсон, естественно, не собирался. Он вновь опустил голову на диванную подушку, сверля взглядом спину пирата. Спустя почти девять месяцев совместной жизни на острове Броди пришлось привыкнуть абсолютно ко всем тараканам, что обитали и обитают в голове Монтенегро. К пиратам он пришел сразу, как только случайно услышал из разговора Цитры с какими-то своим приближенными, что его, Броди, ждет после разгребания всего того дерьма, что творится на острове. Умирать ему не хотелось совершенно, поэтому он, взяв свою спутницу Фортуну* за руку и послав нахер всех аборигенов, с гордым видом пошел прямиком к главной базе "красной команды", заранее оставив все свое оружие у Эрнхарда. Ваас, конечно, не сразу поверил в то, что Джейсон ушел от ракьят, но уже при первом же совместном захвате одного из аванпостов убедился в обратном и на базе с удовольствием выдал парню "стартовый набор пирата", состоящий из автомата, ножа и красных шмоток. Все эти вещи, кроме узкой повязки на плече Броди, до сих пор покоятся в одном из шкафов их дома. ИХ домом, он, кстати, стал почти в тот же день, когда Джесс отправил своих друзей и брата обратно на материк. Парня тогда повергла в шок новость о том, что Монтенегро жуткий собственник. Он не только поехал вместе с Джейсоном провожать своих бывших пленников, но даже не дал Броди пойти и пообщаться с ними перед отплытием на самой лодке. Боялся, что уплывет вместе с ними. После этого случая Броди пошутил, что если Ваас так не хочет его терять, то пусть поселит его в своем же доме. Так оно и случилось. Пиратов не особо волновали отношения босса с их бывшим врагом, потому они относились к Джейсону точно так же, как относились бы, будь он пиратом изначально. Неприхотливый народец, а? Но что-то мы отвлеклись. - Ваас, знаешь, сегодня у меня была стычка с ракьят. Сначала мы немного повздорили, но потом пришло подкрепление, и мне пришлось идти с ними к Цитре, - Броди остановился, проверяя, слушает ли его пират. - Ну продолжай, раз начал. Не томи, Белоснежка, - Монтенегро слушал. Он всегда слушал Джея, но не всегда это показывал, что последнего бесило крайне сильно. - И.. она у меня спросила, не хочу ли я вернуться обратно. Не в качестве того, от кого она родит будущего Воина, а в качестве, ну.. приближенного? Или что-то такое. Сказала, что даст мне все, что я захочу. По пирату было видно, что он напрягся. Ваас хорошо знал отношение Броди как к своей сестре, так и ко всем ракьят вместе, потому он почти не волновался, но все-таки решил спросить: - И что ты ей ответил? - Я сказал ей, что подумаю над ее предложением. - Ты.. сказал ей что? - от интонации Вааса Джейсон невольно вздрогнул, выпрямился и зажмурился, уже готовясь к удару. - Ты, блять, подумаешь?! Да я тебя прямо сейчас прибью, чтоб ты даже подумать не успел! - говоря это он медленно сел и с плещущийся в глазах яростью посмотрел на закрывающего свое лицо парня, но.. ничего не сделал. Злоба буквально в момент ушла, передав свое место.. чему-то другому. - Ты.. Что эти ебучие ракьят с тобой сделали, Джесс? На тебе живого места нет. И правда. Вся одежда калифорнийца была больше похожа на старые половые тряпки. Если бы Ваас видел, как Джейсон шел к нему из машины, он бы заметил, что Броди, ко всему прочему, еще и хромал. Монтенегро слез с диванчика на землю, убрал руки Джея от его пародии на лицо и стал с осторожностью осматривать его. Лицо тоже было не первой свежести. Синяк под глазом, запекшаяся струйка крови около виска и прочие боевые ранения украшали не только его, но и другие части тела парня. А, так это забота и тревога за горе-любовника сместила ярость. - Ну я же сказал, что до того, как они повели меня в храм, у нас была стычка.. Не слишком удачная, как видишь. Ай! Больно, Ваас, прекрати, - Броди недовольно отстранился от чужой ладони и отвернулся, из-за чего-то чувствуя себя крайне стыдно. - Захлопнись, Белоснежка. Поднимайся и попиздовали в дом, - пират поднялся и нахмурился, видя, что даже встать у Джейсона получается с трудом. Выдохнув, он одним легким движением поднял шатена на руки и понес в сторону дома, кажется совсем забыв о жаре. Сейчас было важно другое. - Ваас, пусти меня. Я в состоянии дойти и сам. Все же смотрят! - вырываться бывший Воин не стал, но не поныть он не мог. - За-хлоп-нись, - угрожающе прорычал Монтенегро, плечом открывая дверь и опуская свою ношу на их общую кровать. - Лежи смирно и даже не думай слинять. Найду и до конца ноги тебе переломаю, - договорив, пират быстро сходил за аптечкой и вернулся обратно, с облегчением заметив, что Джейсон никуда не ушел. Сев рядом с ним на край кровати он открыл коробочку с красным крестом и достал оттуда ватку с перекисью, начав обрабатывать раны на теле Броди. Закончив с этим Ваас сразу же перешел к больной ноге парня, намазав местной мазью опухшую ее часть и крепко забинтовав. Сии процедуры проходили почти в полной тишине, не считая редкого тихого шипения и попискивания со стороны пациента. Вскоре все было закончено и убрано на свои места. Пират строго-настрого запретил Джейсону вставать, а сам вышел на улицу. Правда ненадолго. Через минут пятнадцать Монтенегро вернулся с тарелкой фруктов и бутылкой воды, все также молча оставил это все на тумбочке со стороны парня, а сам сел на другой конец кровати, вытянув ноги и хмуро глядя куда-то в сторону. Первым тишину нарушил Джейсон, тихонько пододвинувшись к мужчине и шепнув: - Ваас, ты на меня обиде.. - Нет, Белоснежка, говорить, блять, буду я, - Броди пришлось замолчать, ведь его бесцеремонно перебили, а встревать в перепалку не хотелось ну очень сильно. - Вот скажи, неужели я слишком мало для тебя всего делаю, а? Что такого может дать тебе Цитра, чего не могу дать я? Да, сисек у меня нет. Да, я не вешаю тебе на уши красивую магическую лапшу. Но чем я, блять, хуже, моей ебнутой сестры?! - он перешел на крик, ударив кулаком по матрацу и повернувшись лицом к Джейсону. - Чем я хуже, Джесс?! Нет. Нет, ладно, я все понимаю.. - он резко перешел на свой обычный тон и пару раз качнул головой. - Я убил твоего брата, я пытался убить тебя, твоих ебучих друзей. Да я само зло во плоти! Ха! Да я даже хуже старины Хойта, хотя пляшу под его дудку, но нет! Нет, нет, нет, нет. Я тут главное зло. А Цитра.. Она хорошая. Поэтому не буду больше держать тебя в своем обителе зла. Давай. Иди. Я даю тебе добро на возвращение к сиськам моей сестры, - он махнул рукой и лег, повернувшись к Броди спиной, как бы говоря, что разговор окончен. - В.. Ваас я, я не.. - после сего монолога у Джейсона в горле словно застрял ком, который не давал ему говорить. Нос противно защипало, а уголки глаз невольно стали мокрыми. Броди редко позволял себе слезы, но это был именно тот момент, когда лить их было не жалко. - Иди нахуй, Белоснежка. Свали нахер из моего дома, и чтоб глаза мои больше не видели твоей злоебучей белой задницы. - Н-но, Ваас.. - Иди, блять, нахуй я сказал! - он обернулся и громко выкрикнул это, отчего одна слеза все же покатилась по щеке Джейсона, а он сам, чуть не бегом, совсем позабыв о больной ноге, покинул дом, намереваясь успокоиться и перекантоваться где-нибудь пару деньков в другой части базы.

***

На протяжении следующих трех дней, а именно столько Броди прятался от Вааса на его же базе, последний почти не покидал свой дом. Утром первого дня он раздал поручения своим подчиненным, а сам закрылся ото всех в своем жилище, выходя, разве что, за едой. Пираты были не слишком удивлены, но обеспокоены такой обстановке на базе. Их босс часто выходил из себя, но Белоснежку, да еще в таком состоянии, не выгонял никогда. А спросить у него самого причины такого поведения не представлялось возможным: Джейсон открывал огонь по любому, кто приблизится к нему. Вот и оставалось местным ходить в неведении и ждать конца сего бойкота. Под вечер последнего дня Броди все же вышел из своего укрытия и, взяв волю в кулак, пошел к Ваасу. Тихо зайдя в дом, он увидел мужчину лежащим в той же позе, в которой он был несколько дней назад. Монтенегро, если не спал, то намерено не обращал внимания на вошедшего. Выдохнув Джейсон медленно приблизился к кровати и лег на нее, придвинувшись к спине пирата, но не решаясь дотронуться до него. - Ваас?.. - Чего тебе, принцесса? Какого хуя ты все еще здесь? - как-то слишком устало для того, кто уже несколько дней сидит в помещении, отозвался Монтенегро. - Ваас, я.. Я бы никуда не ушел, даже если бы ты выгнал меня за пределы базы и сказал больше не возвращаться, - Броди все же осмелился и уткнулся носом в чужую шею, продолжая. - Я сказал Цитре так, чтобы она отстала от меня, ведь если бы я отказался, возможно меня бы убили прямо на месте. Я не вру. Неужели ты думаешь, что я вот так просто возьму, вернусь к ракьят и буду мочить ребят, которые стали мне почти что семьей за эти долгие месяца.. Не веришь мне, да? - Блять, Броди, почему от тебя всегда одни только проблемы? Тебе типа по приколу доводить меня, а? Ну а хули нет-то. Весело же, да, Джесс? А ну иди сюда. Джейсон успел лишь немного отодвинуться от пирата, прежде чем его прижали к кровати, оседлав бедра, а в губы впились требовательным и почти что животным поцелуем, что было очень свойственно Ваасу. Довольный таким исходом Броди обвил смуглую шею руками и прикрыл глаза, беспрекословно отдаваясь в руки пирату.

***

- Ваас.. - голова Джейсона сейчас покоилась на крепкой груди пирата, а он сам умиротворенно перебирал каштановые пряди, опустив веки. После близости эти двое всегда открывались с какой-то другой, можно сказать беззащитной стороны. Броди, зачастую, просто лип к Монтенегро, желая чувствовать его чуть ли не каждой молекулой своего тела, а Ваас.. А он просто забывал о своей гордости и делал те милые штучки, что делают влюбленные парочки в фильмах и романах. Откуда он знает о таком? Хах, какой только ванильной херни не везут с собой туристы на этот остров. - Да, Белоснежка? Чего тебе? - негромко спросил пират, не останавливаясь. - Я тебя люблю, Ваас, - Джейсон открыл глаза, которые также до этого момента были закрыты и посмотрел на мужчину, тихо урча от приятных прикосновений. - Да, я тоже тебя.. Ну, эту штуку на "л", - буркнул Монтенегро в ответ и довольно ухмыльнулся, когда почувствовал руки калифорнийца на своей шее и нос, которым тот уткнулся в покрытую легкой щетиной щеку. Все-таки, даже те вещи, которые, вроде бы, никак не изменить, поддаются метаморфозам. Иногда самостоятельно, а иногда при помощи заморских принцесс.