Если бы она знала

Я собираюсь рассказать тебе о любви, Давай забудем о твоей жизни, Забудем о твоих проблемах, Начальниках, счетах и обязанностях, Пойдём со мной. © Madonna

      Наруто смотрел на девушку перед собой и улыбался: она поправляла розовые пряди своей идеально уложенной прически и рассказывала, какой Саске мудак, будто бы для него это была новость. Она делала это примерно раз двадцать в день, в смысле, говорила о несостоявшемся бойфренде, хотя причёску поправляла почти столько же. Сакура до бесконечности могла перечислять всё, что было связано с этим парнем, будь это его едой на сегодняшний завтрак или количеством исписанных страниц на лекции. Узумаки в основном слушал её внимательно, удивляясь, сколько деталей можно заметить, просто наблюдая издалека, но чаще просто скучающе улыбался и кивал, как сейчас. Он не сердился на подругу за столь сильные чувства к их одногруппнику, ведь сам не понаслышке знал, что такое любить, — он просто поражался, как долго это продолжалось.       Всё началось года четыре назад, стоило им, школьным знакомым — даже не друзьям, — поступить в один университет на факультет журналистики. Сакура боялась остаться в одиночестве, будучи не очень уверенной в себе, а Наруто просто хотел поддержать девушку, питая к ней искреннюю симпатию как к человеку. В первый же день они заняли предпоследний от преподавательской кафедры ряд и так и не меняли своего положения за годы учёбы. Только здесь вся аудитория была словно на ладони, что хоть косвенно, но породило привычку наблюдать за остальными студентами из потока.       Постепенно, когда Сакура осмелела, а Наруто перестало хватать только одной компании девушки, они стали вливаться в коллектив. По первости Узумаки боялся ненароком назвать любого темнокожего негром, коих в их группе насчитывалось трое, предпочитая лучше промолчать, чем и породил репутацию молчаливого иностранца. Но со временем и этот страх ушёл, а шутки приобрели расовый характер; он спокойно терпел «япошку» и даже не обижался на друзей за столь противоречивое прозвище.       Харуно же обрела подруг, которые все разом сохли по их старосте, и щебетала с ними все перемены напролёт. Милый парень Барри был типичным американцем, который представлялся исключительно с банкой дорогого пива и мячом для регби. Зачем ему нужна была журналистика, оставалось загадкой для всех, скорее всего, даже для самого Барри. Он подпитывал внимание девушек лестными комплиментами, прикрытием чей-то задницы во время финальной недели и отменным чувством юмора. Изменения пришли вместе с новичком, который тут же «перетянул одеяло на себя».       Саске совершенно не был похож на светловолосого Барри, которому постоянно приходилось отвоёвывать титул лидера. Саске не нужно было пытаться заслужить чьё-то доверие или каким-то способом привлекать к себе внимание. Саске был просто Саске — мудаковатый засранец с чувством собственного достоинства выше неба и взглядом «я умнее вас всех разом, идите на хуй». Но это не мешало ему тут же стать популярным. Вот так просто и в одночасье.       Уже через неделю о нём говорили в кафе на углу, где Узумаки подрабатывал, в библиотеке в двух кварталах отсюда, ну и, безусловно, в их группе. Учиха стал достоянием публики, делая абсолютное нихуя, он не отрицал весь этот ёбанный и бренный мир, что обычно было модным в тусовках, но и радушия по отношению к людям особо не питал, точно не прибавляя себе этим очков к карме. Он просто жил: учился, ел в столовке, брал чёртовы книги в библиотеке и отвратительно говорил на английском.       Сакура подхватила эту волну вокруг новенького моментально, их наблюдения за группой с галёрки превратились в наблюдения за Саске. Они обсуждали только его, где бы ни оказались. Сначала это казалось забавным, Наруто даже пытался по-доброму пошутить на эту тему, подбадривая — «детка, ты уже можешь издавать пособие к применению этого парня», — но быстро перегорел, когда рассуждения девушки стали повторяться и не прекращаться на протяжении пары часов.       Именно на втором году обучения Узумаки впервые задумался о том, зачем вообще общался с этой своенравной дамой. Он не рассказывал Харуно о своих проблемах, особенно — если они были серьёзнее простой заварушки на заднем дворе университета. Не делился с ней своими любовными утехами, закономерно предполагая, что Сакуре не стоило знать, как глубоко Хината могла брать в рот. Не пережёвывал одну и ту же тему на языке, предпочитая перескакивать с мысли на мысль в разговоре. Но всё равно упорно слушал влюблённое щебетание одногруппницы, никогда не перебивая.       Она перенасыщала его излишней информацией, предпочитая не замечать, насколько это могло быть неинтересно. Харуно теперь заявлялась и к нему на работу, предполагая, что они сблизились, объединённые общей тайной.       — Он же идиот, зачем тебе это всё? — резонно спрашивал Наруто, перетаскивая коробки с напитками в подсобное помещение.       — Мне кажется, что мы будем дополнять друг друга. Знаешь, я тоже не идеальна, — отвечала она и непринуждённо улыбалась, находясь у барной стойки.       «Любовь слепа», — думал Узумаки, кивая самому себе и продолжая работать. Ему и так часто влетало за то, что подруга врывалась к нему до открытия забегаловки.       Сегодня было поистине жарко, будто именно на их штате сосредоточило своё внимание небесное светило. Сакура сидела в лёгком бежевом платье и потягивала «Маргариту», наслаждаясь погодой. Наруто отчаянно завидовал, потому что ему юбка бы не подошла, а надень он шорты на смену, то начальник засунул бы их ему прямо в зад. Несмотря на то что рабочий день был закончен, а на столике перед ним стояла кружка охлаждённого пива, он всё равно отчаянно мечтал раздеться.       — И все-таки Саске дурак, — заключила Харуно и прикусила губу. Она в очередной раз попытала счастье признаться парню в чувствах, лелея надежду на совместное будущее. Не то чтобы Наруто было жаль подругу — где-то в глубине души он был даже рад резкому отказу, — но всё равно утешал её как мог. Всё-таки безответную любовь она не заслужила.       — Не трать своё время, — покачал головой Узумаки, оттягивая ворот рубашки. Ему хотелось принять ванну со льдом, не меньше, — скоро выпуск, а ему всё ещё плевать.       — Неужели сам Наруто советует мне сдаться? — по-доброму пошутила Сакура и грустно улыбнулась. Она давно осознала, что шансов как таковых у неё никогда и не было. Саске не обращал на неё абсолютно никакого внимания, даже если девушка мелькала у него перед глазами подозрительно часто.       — Что в нём такого? — Наруто действительно было интересно, что они все в нём находили. Безусловно, Учиха был из тех парней, которые тянули на твёрдую десяточку из пяти, но убивать время на то, чтобы побегать за красивой обложкой, всё равно было как-то бесполезно.       — Когда на него смотришь, то ощущаешь себя защищённой. Не знаю, его будто окружает мощная энергетика, от которой можно либо сгореть, либо согреться, — Сакура снова поправила прядь волос и пригладила складки на платье. Она плохо выражала эмоции и обычно говорила просто всё то, что думала. Ей казалось чуждым скрывать что-то от окружающих, тем более — когда всё было написано у неё буквально на лбу. Мама часто смеялась над тем, насколько она неумелая лгунья. — Он словно брошенный в воду кот, но сумевший выбраться на берег, преодолевающий все трудности на пути.       — Знаешь, а мне кажется, что он всё ещё барахтается в той воде, — задумчиво произнёс Узумаки, не понимая, где она углядела это всё в поведении Саске. Тот точно никак не походил на спасителя, скорее, сам отчаянно звал на помощь своими поступками.       — Ты просто его не знаешь, — чуть громче обычного воскликнула Сакура и огляделась, проверяя, не услышал ли её кто-то посторонний. К счастью, все настолько изнывали от жары, что никак не отреагировали на откровения девушки. Люди были озабочены своим состоянием куда больше, чем молодёжными влюблённостями.       Наруто подумал, что Харуно тоже не знала Учиху, потому что никогда не говорила с ним больше пяти минут, но комментировать не стал. Ей было виднее. Он не наблюдал за ним столько времени, выслеживая его за кустарниками миссис Синтии.       — Ему нужна девушка, которой он подарит всю нерастраченную заботу, — Сакура в один глоток допила «Маргариту». Одно дело, когда она делилась своими переживаниями насчёт того, как парень мечты проводил время, и совсем другое — когда темой для обсуждения становилась она сама. — Мне кажется, я не подхожу, может быть, ошибаюсь. Мне хочется верить, что я смогу попытаться его забыть, если увижу достойную пару рядом. Как думаешь, таковая найдется?       — И кем она должна быть, по-твоему? — Наруто хотел всё перевести в шутку, но доля меланхолии затронула и его. Ему было сложно удержаться от того, чтобы просто уйти. Он списывал всё на последствия невыносимой жары, которая обещала спасть только к ночи.       Прежде чем Сакура ответила, они успели заказать ещё по напитку и поболтать с официантом. Тот был шотландцем и говорил несколько заторможенно, тем самым повысив их настроение на пару градусов.       — Той, кто заберёт все страхи и убережёт его от него самого, — Харуно прошептала это едва слышно, впервые озвучивая давно крутившуюся мысль. Она смотрела на Саске через призму розовых очков, но даже так понимала куда больше, чем остальные.       — Пару минут назад ты говорила иначе. Вы забываетесь, мадемуазель, — Узумаки широко улыбнулся, понимая, что они всё-таки свернули не туда. Жизнь Учихи точно не была американской мечтой, но, представленная в таких красках, выглядела ещё хуже, чем в реальности.       — Это не отменяет того факта, что он пытается успешно бороться со всем сам и отчаянно хочет кого-то любить, — девушка подмигнула ему и впервые за беседу искренне рассмеялась. Она решила для себя, что сдаться на полпути, когда она уже несколько раз признавалась Саске, будет непростительным поступком. Ей нужно было заслужить его внимание любой ценой, хотя бы для того, чтобы чем-нибудь помочь.       Разошлись они уже тогда, когда начало темнеть, и Наруто вернулся домой загруженным. Он на автомате вставил ключ в замочную скважину и снял кроссовки. Его не оставляли в покое слова подруги — похоже, это был самый серьёзный их разговор за последнюю пару лет. Наверное, именно благодаря ему парень понял, насколько она любила безразличного к её чувствам Учиху. Тот даже никогда не здоровался с Сакурой, намеренно игнорируя любые попытки сближения, а та продолжала идти за ним по пятам.       Узумаки не включал свет в доме, зная, что нашёл бы балконную дверь даже на ощупь. Зажигалка лишь на секунду озарила пространство вокруг и тут же погасла, поджигая сигарету. Наруто не любил курить в квартире, но в этот раз махнул на это рукой, признавая, что весь сегодняшний день как один большой особый случай, поэтому подышать дымом в практически замкнутом пространстве иногда можно. Он не думал, что решится на ещё один подобный разговор с Сакурой, ему было страшно, что чувства девушки куда глубже, чем тот представлял себе изначально.       Выдохнув в приоткрытое окно и прислонившись виском к раме, Узумаки прикрыл глаза. Умиротворение находило на него постепенно, растворяя задатки начинавшейся депрессии. Он уже жалел, что так глупо поддался эмоциям и сам же спровоцировал подругу на откровенность. Ему куда проще было беззлобно подшучивать над влюблённостью Харуно и флиртовать с её подругами, пока она грезила о Саске. Он, наверно, даже не хотел знать всего того, что она сказала.       Затушив сигарету о подоконник, Наруто выкинул окурок на улицу, скрывая место своего преступления крайне неумелым способом, и твёрдо решил, что такой пустяк не должен так расстраивать. Когда он уже готов был вернуться в комнату и просто лечь спать, его обняли за талию, запуская непослушные горячие руки под рубашку. Это было настолько правильно ощущать, будто весь день Наруто мечтал не спрятаться от жары, а насладиться этим мгновением.       — Даже не думай, я не признаю, что мне было одиноко, — шёпот на ухо был полон сарказма и еле скрываемого ехидства. Такие слова не были редкостью и никогда не воспринимались всерьёз.       — Почему мы вместе? — выпалил Узумаки, прежде чем успел подумать. Ему было интересно узнать третью точку зрения на всю эту пиздострадальную ситуацию. Возможно, именно её и не хватало, для того чтобы увидеть ситуацию целиком.       — Ладно, всё-таки мне было одиноко, но только чуть-чуть. Почему ты спрашиваешь? — парень теснее прижался своим телом к Наруто и положил голову тому на плечо. Разница в росте у них была незначительная, да и в комплекции тоже они несильно отставали друг от друга, что было крайне удобно для таких вот манипуляций.       — Кажется, ты заразил меня своим скептицизмом, Саске. Это передаётся воздушно-капельным? — Наруто чуть улыбнулся, чувствуя незримую поддержку со стороны бойфренда. Даже жара отошла на какой-то миллионный план, не препятствуя тому, чтобы они вдоволь пообнимались, не боясь пропотеть.       — Думаю, это передаётся рот в рот. Проверим? — Учиха похабно ухмыльнулся, и Узумаки даже не надо было оборачиваться, чтобы почувствовать это. Фраза была нескрытым отвлекающим манёвром. Ему тут же показалось, что они испытывали единение до такой степени, что скоро будут предугадывать мысли друг друга и повторять фразочки, как женатая калифорнийская парочка.       — Думаю, что это нужно исследовать тщательнее, затрагивая и другие места… тоже, — флирт в голосе появился как-то сам по себе, а не совсем приличные картинки в голове заменили размышления о Сакуре.       Наруто закрыл окно и вошёл в спальню, ему стало вмиг неважно, что там за чувства у подруги к его парню.       — Что ты там говорил о причинах нахождения вместе? Разве это не отличный секс? — ровным тоном поинтересовался Саске, целуя Узумаки в губы и тут же спускаясь на шею, — а ещё, кажется, мы неплохо так понимаем друг друга. И, скорее всего, оба осознаём, что одной ночи явно мало, чтобы насытиться этими чувствами.       — Признайся, ты просто меня любишь, — Наруто уже откровенно издевался, принимая правила игры. Он оглаживал резинку домашних штанов Учихи, подсчитывая момент, когда тот разденется.       Сакура, конечно, была права, говоря все эти помпезные речи о своём объекте обожания, но явно не знала главного: Саске не хотел спасаться. Ему не нужно было выплывать из той воды, в которую его бросили, — они теперь тонули там вместе. Он когда-то хотел найти покой и одиночество, перебираясь по жизни, словно кочевник, но сейчас Учиха скорее сдохнет, чем променяет привычный уклад на любящую девушку и семейный очаг. Тому больше не хотелось сжигать дотла всех, кто просто проходил мимо. Саске, пусть и был хоть трижды мудачным, подружился со всеми демонами, которые его окружали, и просто жил. Так что да, девушка была действительно права только отчасти, но она никогда об этом не узнает. Узумаки тоже умел видеть все эти взаимосвязи между людьми, всплывающие чувства, так же как и умел любить, только, в отличие от девушки, не безответно.       Ровно до тех пор, пока Сакура будет смотреть только на Саске, стараясь уловить его мимолётный взгляд, она никогда не увидит того, что упускала всегда из виду. Парню не нужны были достойные или недостойные девушки, ведь он уже давно испытывал куда более крепкую и сильную связь.       — А разве это не очевидно? — искренне удивился Учиха и утянул Наруто на постель, прерывая его размышления на какие-то отвлечённые и лишние темы.