О пользе вуайеризма

Вспоминая, взвешивая и оценивая произошедшее, Хьюга понимал, что по сути ничего не изменилось. Ну, кроме одной досадной мелочи – вне рабочей (баскетбольной) обстановки смотреть Тайге в глаза стало малость затруднительно. И это было совсем не смущение, нет. Это было нечто сродни немого укора: «А вот с первого взгляда и не скажешь… Ну в кого ты у меня такой, а?... Эх, Бакагами…». Хотя, кто бы говорил, сам не безгрешен. Его совесть немного облегчал тот факт, что одну тайну касательно Кагами с ним разделяли еще двое – Киёши и Коганей. Правда, это также несло за собой определенные проблемы. И даже не столько с Коганеем, сколько с одним «некоронованным генералом». Руки-то он стал распускать значительно чаще. И настойчивее. Взгляд капитана наткнулся на глянцевую обложку спортивного журнала. Ведь вся эта непростая и щекотливая ситуация сложилась именно из-за ему подобных. Хьюга напряженно потер виски. Хотя в Кагами он был уверен. Этот парень в первую очередь всегда думает о баскетболе, что бы там ни случилось. - Оя-оя… Глядя на тебя, сразу можно понять, о чем ты думаешь… - мягкий голос Теппея с едва заметными насмешливыми нотками нарушил пыльную тишину клубной комнаты. – Рико уже ушла? - Да, радостно убежала корректировать программу тренировок… - без особого воодушевления отозвался Хьюга, благоразумно пропустив первую часть фразы. Парень поднял хмурый взгляд на вошедшего. – А ты почему не ушел? - Тебя ждал, - улыбаясь, ответил Киёши. - Ты безнадежен… - вздохнул капитан, лениво переводя взгляд обратно на журнал, лежащий рядом на столе. На несколько минут в небольшой комнатке воцарилась тишина. Не напряженная, но какая-то неловкая. По крайней мере, так казалось Хьюге. - И Кагами куда-то убежал… - самым невинным тоном, словно вспомнив о чем-то бытовом, задумчиво протянул Теппей. Джумпея словно током прошибло. Вздрогнув, он метнул в товарища яростный взгляд. - Ах ты сволочь… - выдохнул он сквозь зубы, подавляя желание метнуть в этого невозможного типа что-нибудь потяжелее баскетбольного мяча. Наблюдая ожидаемую реакцию, Киёши довольно улыбнулся. Глядя на эту радость, парень чувствовал, что собственное недовольство растворилось, уступив место усталости. - Если б я знал, чем это закончится, то никогда бы… - недовольно фыркнув от собственного бессилия даже закончить фразу, капитан перевернул журнал обложкой вниз, милостиво позволив одному из лучших игроков своей команды недвусмысленно поглаживать себя по плечам. Четыре дня назад… POV Хьюга Что за беспокойная женщина? Ну зачем постоянно таскать всю корреспонденцию из одного места в другое? Нельзя что ли положить в одном месте, чтоб лежало себе спокойно? Кому надо, тот найдет и посмотрит. Так нет же… Благо хоть Киёши с Коганеем оказались рядом, а то я бы убегался туда-сюда с этими коробками. И ладно диски с записями игр других команд, но спортивные журналы-то зачем таскать то из комнаты в комнату, то в зал и обратно? И ведь самое поганое то, что Рико даже слова поперек не вставишь… Сдается мне, если ей вдруг приспичит сделать дома перестановку мебели, то первое, о чем она подумает… - Кога! Держи коробку крепче… - устало выдыхаю, не оглядываясь назад. Уж кто-кто, а если этот парень отвлечется, то… я даже думать не хочу, что может случиться. Эх, и где мой оптимизм? Наверное, это называется старостью… Боковым зрением замечаю тень Киёши на стене. Высокий, мощный… как высеченная из гранита статуя. Слава всем Ками, сейчас с нами Коганей! Не могу сдержать тихий вздох облегчения. Ну, признаться, я ничего не имею против, но… Он же как танк! Если начнет, то в жисть не остановится. Хотя, я не сказать что бы сильно сопротивляюсь. Но, в конце концов, это еще и вопрос гордости!.. И почему, мне интересно, я сейчас ощущаю его хитрый пристальный взгляд на собственной спине? Аж меж лопаток засвербело. Киёши, умоляю… Никогда не прощу тебя, если ты попробуешь предпринять что-нибудь непристойное. Здесь же Кога. Молю об одном, держи себя в руках хотя бы до того момента, когда… А? Замечаю знакомую тень впереди по коридору. Перехватив поудобнее коробку с видео-дисками, останавливаюсь. Ловлю вопросительные взгляды Киёши и Коганея. Одними губами шепчу: «Тихо». Сам не знаю, почему… Но это ощущение чего-то странного, тревожащего не позволило мне просто окликнуть нашего форварда. Одергиваю себя - в конце концов, на кой мне, капитану команды, красться как шпион за игроком собственной команды? Набираю в легкие побольше воздуха. Но такое привычное «Кагами» пыльным комом застревает в горле. Потому что там, где несколько мгновений назад мелькнула эта яркая растрепанная шевелюра карминового цвета, черной тенью метнулась фигура, по габаритам не уступающая Тайге. Быстро и бесшумно шагаю назад. С усилием сглатываю – пересохшее горло саднит. Оглядываясь назад, вижу – Коганей и Киёши тоже заметили. Верно, этот силуэт сложно с кем-либо перепутать, так же, как и смуглый оттенок кожи. Аомине Дайки. Какого черта эта высокомерная заноза тут делает?! Как он вообще сюда попал? Почему он направился туда же, где скрылся Кагами?.. Первая мысль – драка. Ну ладно Кагами – идиот, но Аомине… не лучше. Так. Я не буду терять надежды, пусть уж лучше решают кто сильнее посредством баскетбола. Пусть хоть убьются там, но убьются баскетбольным мячом и на баскетбольной площадке! Кажется, я начинаю паниковать… Соберись! Капитан ты или тряпка?.. Не глядя, осторожно опускаю тяжелую коробку на пол, разминая затекшие пальцы и тихо приближаюсь к двери класса, где скрылись асы двух команд. Чувствую, что весь обратился в слух. Кажется, что даже кровь в висках стучит оглушительно. Хм, странно… Дверь не закрыта. Класс наполовину залит ослепляющим солнечным светом. Повезло, что дверь и коридор находятся в тени. Надо просто очень осторожно… Минутку… В щель приоткрытой двери я вижу этих двоих. Но они не дерутся, нет. Эти двое, похоже, и не думают махать кулаками. Они, черт бы их побрал, целуются! Причем целуются настолько самозабвенно… Чувствую, как пол медленно утекает у меня из-под ног. На мое плечо невыносимой тяжестью ложится горячая, широкая ладонь Киёши. Искоса глянув на него, вижу, что он тоже осознает всю щекотливость ситуации. И буквально спиной чувствую, как помертвел за нами Коганей. Сознание против воли возвращается к возмутительному действу в классе. Эти двое стоят к нам боком, да и резкий контраст солнечного света и тени позволяют нам быть скрытыми свидетелями этой сцены. Мда, парни, лучше бы вы подрались… Никогда бы не подумал, что стану вуайеристом. Здравый смысл мне все же изменяет, сознание больше не воспринимает ничего, кроме двух людей в пустом классе. Они целуются так, словно хотят поглотить друг друга, отчаянно вгрызаясь в губы другого. Аомине вжимает Кагами в учительский стол, заставляя едва ли не сесть на разогретую солнцем столешницу, стягивает с него форму, оставляя в одной футболке, не разрывая поцелуя, тянется к его брюкам. Тайга не отстает - отстраняется, сбрасывает с себя сильные руки, чтобы самому снять с аса «Поколения чудес» футболку, царапает дрожащими пальцами пряжку ремня на джинсах Аомине. Пауза. Они дышат так тяжело, что даже здесь слышно их хриплое горячее дыхание. Или это мое воображение услужливо подсовывает такие образы? Они смотрят друг на друга взглядом изголодавшегося зверя, нашедшего свою долгожданную добычу и сейчас, с минуты на минуту, начнет свою трапезу, сжирая все, полностью, без остатка. Наконец, Кагами протягивает руку, кончиками пальцев касается губ Аомине. Тот в ответ слегка прикусывает их. Глядя на это действо, Тайга облизывает пересохшие от тяжелого дыхания губы, сглатывает, тянется дальше. Обхватывая парня за шею, притягивает к себе, неистово впиваясь в его губы. Поцелуй влажный, глубокий. Едва слышные хриплые постанывания Дайки оказываются тихим повторяющимся именем нашего красноволосого форварда. Аомине крепко держит в ладонях лицо Кагами, вылизывая его рот, выпивая его судорожные вздохи. Не позволяя отвлечься от поцелуя, Дайки подцепляет край белой футболки Тайги и тянет вверх, подставляя солнечным лучам и этим открывая моему взору мощный пресс под влажной от пота бледной кожей. Наконец, эта синеволосая бестия отлепляется-таки от истерзанных губ Кагами и, впиваясь в шею последнего то ли жестким поцелуем, то ли укусом, начинает водить широкими ладонями по груди и животу Тайги. А наш красноволосый идиот лишь вздрагивает, прикрывая глаза, и в ответ несколько рваными движениями поглаживает бока и бедра Аомине. А тот внезапно наклоняется ниже, пока не встает перед Кагами на колени, и любовно зацеловывает его живот. Господи Иисусе, я же знаю, что сейчас должно произойти. Глаза ужасно болят от редкого моргания. Слишком увлекает это зрелище. В штанах невообразимо тесно. Я уже и забыл, что за моей спиной сейчас стоят Киёши и Коганей. И ладно этот почти двухметровый чудик… Для нас подобное не в диковинку. А вот Кога… Ай, черт с ним! Потом буду думать, как лечить его психику. Сейчас наиболее высокий приоритет имеет то, что ловкие пальцы Аомине быстро расправляются с ширинкой Кагами. Слышно, как шумно сглатывает Тайга, зарывается пальцами в короткие иссиня-черные волосы, хмурится. - До дома потерпеть не мог? – шипит, заставляя Дайки запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза. - Не мог, - хрипло усмехаясь, соглашается Аомине. Он мягкими, неспешными движениями гладит бедра Кагами. – Ты же хочешь меня, Бакагами… Тайга сильнее сжимает пальцы в его волосах, карминовые глаза опасно сужаются. На что Дайки улыбается краешком губ и, почти нежно касаясь запястья любовника кончиками пальцев, красиво – именно красиво – и едва ли не целомудренно, целует его в живот. - Так же, как и я тебя… - каким-то одним невероятно грациозным движением форвард команды Тоуо стягивает с Кагами штаны вместе с бельем, обнажая нескромный стояк Тайги. Из приоткрытых губ срывается беззвучный стон. Наверное, если бы не учительский стол, который все это время был маломальской, но все же опорой для Кагами, то парень бы давно рухнул вниз. Мимолетный взгляд наверх, быстрое движение языка по губам, и Аомине заглатывает головку члена Тайги. Сдавленный стон ржавым лезвием разрезает вязкую тишину. А мне уже не хватает воздуха. Как, видимо, и Кагами. Он судорожно пытается вдохнуть, прижимая голову Аомине к своему паху. Как похотливо, Кагами… А тот лишь самозабвенно ласкает возбужденную донельзя плоть любимого парня. Скользит языком по набухшим венам, смешивая сочащуюся смазку и собственную слюну. Влажный член Тайги блестит в солнечных лучах и подрагивает, намекая на приближающийся оргазм. Аомине улыбается. И для меня это действительно становится шоком – я и представить не мог ситуации, в которой бы увидел улыбку аса из «Поколения чудес». Не оскал, не усмешку – именно улыбку. И еще более невероятным мне кажется то, что он улыбается Кагами. Тому, кто перечеркнул его излюбленную фразу: «Единственный, кто может победить меня, - это я!». Тому, перед кем он сейчас стоит на коленях, делая минет. Подчиняясь руке Тайги и возвращаясь к своему занятию, Аомине поднимает одну ладонь к губам красноволосого форварда, проталкивая пальцы ему в рот. Кагами тихо стонет и обхватывает дрожащими пальцами его запястье, послушно впуская настойчивые пальцы баскетболиста. И это происходит одновременно с тем, как Дайки накрывает губами головку жаждущего внимания члена. И Тайга почти задыхается. Не знаю почему, но сейчас я абсолютно уверен, что движения языка Кагами полностью повторяют движения языка Аомине. И то, как Тайга облизывает, посасывает длинные смуглые пальцы своего партнера, изредка покусывая фаланги, не может не отразиться на том, что вытворяет своим ртом Аомине с его членом. Иногда он заглатывает настолько глубоко, что я искренне удивляюсь: «Как?», особенно, учитывая размеры… Иногда он чередует долгие поцелуи с дразнящими движениями языка. И в такие моменты Кагами дышит особенно часто. Но тут Дайки прекращает выводить затейливые узоры на напряженной плоти Тайги и вынимает пальцы из его рта. Смотреть на этих двоих почти больно. Тело ломит от зверского возбуждения, а в глаза словно песок насыпали. И все же, несмотря на этот дискомфорт, я не могу отвести взгляд от этих двух, забывшихся в своей страсти друг к другу. Я уже знаю, что должно произойти. Аомине хлопает ладонью по коленке Кагами, заставляя его расставить ноги шире. Форвард Тоуо снова улыбается, как-то даже успокаивающе прикасается губами к его выпирающей тазобедренной косточке, в то время как обильно смоченные слюной пальцы, скользят к ложбинке между ягодиц. Аомине что-то щепчет, по губам не прочитать, неотрывно глядя в глаза Тайге, а на лице того румянец становится все ярче. Он тоже знает, что сейчас произойдет. Он склоняется над Дайки, цепляясь пальцами за его спину и плечи. Что-то беззвучно шепчет в ответ. Я вижу довольный оскал Аомине. И Кагами вздрагивает всем телом, не сдержав приглушенного стона. Пальцы баскетболиста нашли цель и проникли внутрь. Тайга хрипло вздыхает и подрагивает в такт движениям руки. А Дайки вновь заглатывает твердый член парня, теперь уже плотно сжимая губы и резко двигая головой. Невидящий взгляд красноволосого форварда устремлен куда-то вперед, сквозь пространство. Его щеки пылают румянцем, с влажных губ то и дело срываются хриплые полу-стоны. Он никак не может решить – толкаться в горячий влажный рот Аомине или насаживаться на его пальцы. Наверное, сейчас он чувствует ребристую поверхность нёба Дайки и вибрации его голоса. Комнату заполняют влажные непристойные звуки и сорванное дыхание. Это так удивительно. Дверь приоткрыта всего на 4-5 сантиметров, но я вижу все так отчетливо, так ясно. Так возбуждающе. Сознание, наверное, уже давно помутилось, но почему-то сквозь белый туман я все еще вижу этих двоих, которые, будучи непримиримыми соперниками в баскетболе, нашли друг друга в другой ипостаси. Наконец Аомине вынимает пальцы из заднего прохода Тайги и выпускает изо рта его член. Кагами, кажется, уже мало что соображает, кроме того, что перед ним находится объект его желания. Дайки поднимается с пола и, когда он поравнялся с Тайгой, тот тянется за поцелуем, обхватывает руками его шею, притягивая ближе. И вновь это сплетение языков, столкновение губ. Но поцелуй вышел недолгим, в конце концов, терпение у Аомине не бесконечно. Он невесомо целует Кагами в уголок губ и резко разворачивает его спиной к себе. Тайга опускает голову и мертвой хваткой вцепляется в края столешницы. А вы, ребята, рисковые… прямо на учительском столе. Дайки наклоняется к нему, опаляет горячим дыханием затылок Кагами, любовно целует выступающие шейные позвонки, игриво прихватывая тонкую кожу зубами. Тот дергает плечом, словно подгоняя. И Аомине выпрямляется, сглатывает. Облизывает припухшие губы от бесчисленных поцелуев и минета. Приспускает джинсы вместе с бельем, освобождая напряженный член из оков тесной одежды. Черт тебя дери, Аомине! Не томи… Эту пытку не то что Кагами, уже и я не в состоянии выносить! Словно услышав мои мысли, Дайки прижимается бедрами к Тайге и трется напряженной плотью между ягодиц парня. Кагами шипит сквозь зубы и, собрав остатки сил, ударяет кулаком по столу. Аомине смеется – одной рукой он удерживает Тайгу, прижимая его к столу, другой – сжимает пальцами его бедро. И входит в напряженное тело под ним. Сначала он медленно вводит лишь головку. Кагами старается дышать глубже, его повлажневшие ладони скользят по краю столешницы. И после - Аомине одним рывком входит в него до основания. Тайга охает и резко прогибается в спине. Перед глазами темнеет от болезненного возбуждения. Наверное, ничтожные остатки моего рассудка ушли на то, чтобы просто молча оставаться на одном месте. Аомине начинает двигаться. Не быстро, размашисто, заставляя тело Кагами вздрагивать с каждым следующим проникновением. Наконец, Дайки убирает руку со спины любовника, вцепляясь в его бедра, и срывается в более быстрый жесткий ритм. Тайга приподнимается на руках, отлипая от стола, и начинает еле заметно подаваться навстречу рваным движениям Аомине. А тот лишь изредка наклоняется к его лицу, чтобы коснуться языком или царапнуть зубами краешек покрасневшего уха нашего форварда. И Кагами уже почти не сдерживает стонов, лишь кусает губы, чтобы не озвучивать свой экстаз слишком откровенно. Я просто не могу оторвать взгляд от того, как медленно и похотливо Дайки проводит кончиком языка по горячей, влажной коже спины Тайги, от пота солоноватой на вкус. Смотрю и готов смотреть на это вечность. Кагами оказался весьма чувственным любовником для Аомине. Мне действительно до сих пор не верится, что они сошлись. Они же как две бушующие стихии, оба упрямы, оба ненасытны. Но, наверное, только они могут выдержать бешеный напор друг друга. И это все выглядит настолько правильно и естественно, словно иначе просто и быть не могло. Что дикий нрав и взрывной характер Тайги может выдержать только Аомине, а Кагами в свою очередь имеет силу, моральную и физическую, чтобы справляться с необузданным, язвительным и в чем-то жестоким Дайки. И все-таки я спокоен за этого Бакагами, глядя на то, с какой нежностью и страстью смотрит на него синеволосый форвард Тоуо. И в этот момент взгляд синих глаз, соскальзывает со спины любовника и устремляется на меня. Сердце пропускает пару ударов и начинает биться вновь с едва ли не утроенной скоростью. Признаться, такого всплеска адреналина, да и возбуждения тоже, я не чувствовал, наверно, еще ни разу в жизни. Аомине не поворачивал головы, не прекратил двигаться в Кагами. Он просто смотрит мне прямо в глаза. Внимательным, цепким, изучающим взглядом. Эти секунды, кажется, длятся уже вечность. Но тут на лице Аомине появляется та самая усмешка, которую привыкли видеть многие. Он обхватывает Тайгу поперек живота и, все так же не разрывая зрительный контакт со мной, кусает его за плечо. Сейчас он похож на свирепого хищника, охраняющего свою добычу. Да, верно. В его взгляде читается всего одна мысль: «Он мой». Мои легкие, словно опаленные огнем, не позволяют сделать и вдоха. Ах да, наверное, я забыл дышать. И впрямь… Каково это? А Кагами тем временем уже был готов кончить. Хриплые вздохи заменили стоны страсти, но даже так было понятно, чье имя слетает с покусанных губ красноволосого форварда. Аомине скользит ладонью по груди Тайги, ниже – по животу, и, наконец, обхватывает изнывающий от напряжения член. Кагами этого достаточно. Он дергается, почти всхлипывает и обессиленно падает на разогретую солнцем столешницу. И Дайки не хватило на большее - он отворачивается и, жмурясь, утыкается лбом в спину меж лопаток любовника. Хриплый рык, особо резкие движения бедер, шепотом - имя. Оргазм. И сорванное дыхание на двоих. Да, сейчас эта комната – их мир. Только их двоих. Больше нет ничего. Цепляясь за эту мысль, я с чудовищным усилием отворачиваюсь от приоткрытой двери. В висках оглушительно бьется пульс, а стояк такой, что не то, что гвозди, шурупы можно заколачивать. То, что я вижу, ставит меня чуть ли не в окончательный и бесповоротный тупик – Теппей, бледный, но с заметным румянцем на щеках, крепко зажимает ладонью рот посеревшего лицом Коганея. Никогда еще не видел у него такого шокированного взгляда. Качаю головой – лучше б он ему глаза закрыл. Краем глаза замечаю внушительную эрекцию у Киёши. Приехали… По одному взгляду нашего центрового я понимаю – если мы сейчас же с ним не… то… ойййй… Как там говорят? Не бывает безвыходных ситуаций, бывают неприятные решения? Прекрасно. Я уже нашел одно. Кивком головы указываю на помертвевшего от увиденного Коганея и утвердительно закрываю саднящие глаза. Киёши разворачивается на пятках и, как можно более бесшумно, стремительно удаляется от злосчастного класса по коридору. Кога висит у него в руках как тряпичная кукла. Я иду за ними следом, но быстро отстаю. Куда мне до широкого шага Теппея? Иду по коридорам, словно на автопилоте. Но после одного из поворотов меня бесцеремонно хватают за руку и прижимают к большому горячему телу. - Коганей… где? – едва ли не захлебываюсь поцелуем, но спросить все же надо. Я ведь капитан… Вроде как. - В медпункте, без сознания, - торопливо отвечает Киеши, утягивая меня за собой в туалет. Вновь тускнеющим сознанием я понимаю, что сегодня я позволю ему все. И, наверное, даже больше. Вот они, последствия столь бесстыдного вуайеризма. Конец POV Хьюга - Твою ж… - капитан баскетбольной команды со стоном роняет голову на скрещенные на столе руки. - Что, до сих пор болит? – заботливо поинтересовался Киёши, склоняясь над Джунпеем. - Идиот! – огрызнулся в ответ парень. – В следующий раз думай о предстоящих тренировках! Я же еле ходить мог… И вообще, меня сейчас не это больше беспокоит. - Не расстраивайся ты раньше времени, Хьюга-кун, - подбадривающе улыбнулся Теппей. – Не думаю, что это как-то повлияет на игру Кагами-куна даже против Аомине. - Ага… - мрачно отозвался парень. – Ты только про Коганея не забудь, ладно? - Ну, он ведь думает, что просто неудачно ударился головой, а потом тепловой удар… Вот и навеяло что-то нездоровое, - неловко оправдался центровой команды Сейрин. Они так не смогли найти решение этой проблеме, а потому оставили все так, как удобно самому пострадавшему в этой ситуации. Кога пару дней спустя все еще шарахался от Кагами как от чумы, но вскоре смирился с тем, что произошедшее было лишь бредом, и успокоился. К радости недоумевающего Тайги, который так ни о чем и не догадался. Ну, на то он и Бакагами. К счастью. - Не думаю, что что-то изменится в игре Кагами-куна и Аомине-куна, - этот спокойный, абсолютно лишенный всяческой эмоциональной окраски голос, заставил обоих парней подпрыгнуть на месте. Причем Хьюга подпрыгнул вместе со стулом, на котором сидел. -Ку-ку-ку-куроко?! – от шока капитан команды не сразу смог вернуть самообладание. – Давно ты здесь? - О, Куроко-кун… - Киёши приветливо улыбнулся. – Так ты в курсе об этих двоих… - С самого начала, - так же по обыкновению спокойно ответил Тецуя. – Конечно, в курсе. Кагами-кун однажды забыл, что я тоже был в раздевалке, а потом пришел Аомине-кун. А потом они… - Ааааааа! Хватит! Достаточно, Куроко, - Хьюга спешно прервал кохая, чей монолог грозил быть наполненным всяческими подробностями. – Спасибо. - Но, как бы то ни было, они умеют разделять свои отношения и баскетбол, - выждав небольшую паузу, Куроко продолжил. – Что Кагами-кун, что Аомине-кун, они оба любят баскетбол. У каждого из них он разный, но он же и сближает этих двоих как их общее сокровище, как их мечта. Они уважают друг друга, как игроки. Это и позволяет им быть вместе, даже несмотря на то, что они будут играть друг против друга. Хьюга внимательно смотрел на «фантома», поражаясь, насколько глубоко его понимание отношений асов двух команд. То, с каким оптимизмом говорил это Тецуя, внушило спокойствие и Джумпею. - У вас ведь точно такие же отноше… - вновь заговорил Куроко. Хьюга побледнел. - Нет-нет-нет-нет! – решительно запротестовал капитан. – Ты все не так понял, Куроко! Не было ниче… Хмф! Киёши, с доброй улыбкой на губах, благоразумно закрыл рот беснующемуся Хьюге и вздохнул: - Надо, наверное, ввести вуайеризм в медицинских целях. Как процедуру. Тем более, что Кагами-кун с Аомине так удивительно хорошо с этим справляются.