Memories

Настоящее время…

От лица Дрима

      Что больнее… Умереть самому или потерять близкого человека?       Банальный, но часто очень противоречивый вопрос. Над ним правда стоит задуматься. Кто-то несомненно скажет, что сохранить свою жизнь будет в разы важнее. Когда ты молод и жизнь только начинается, тебе точно не захочется её оборвать ради кого-то. А другие, пересилив себя, наоборот предпочтут оставить в живых родного человека. Ведь можно оставаться живым, но быть мёртвым внутри из-за отсутствия того близкого лучика света, к которому привык. Жить становиться просто неприятно. Может начаться даже депрессия. А хуже будет тогда, когда никто просто не поможет тебе из неё выйти и вернуться к своему обыденному образу жизни. Так почему… Кросс, почему ты не дал мне самому выбрать ответ на этот вопрос?       Когда-то давно мы очень любили с братом смотреть фильмы ужасов поздно ночью. Родители засыпали, мы включали нужный канал и сидели максимально близко, чтобы от страха не издать ни звука. Не буду таить греха, сейчас я тоже иногда люблю смотреть такие фильмы. Но… Сейчас я понимаю, что та самая апатия хорошо может быть описана только в книжках. Ни один фильм не может описать ту горечь утраты, которую ты чувствуешь в реальной жизни. Те терзания, когда между собой и другим человеком ты выбрал себя. Совесть ни на минуту не хочет заткнуться. Я ведь видел, как он боялся. Я видел этот страх в его глазах, которые так и говорили: «Не оставляй меня.» Но я оставил. И цена за это оказалась слишком высока, чтобы её так просто принять.       Когда мне сообщили о трупе Кросса и о погроме, что был устроен в туалете, я сначала воспринял это… За шутку. У меня не было никакой реакции. И лишь постепенно ко мне начало приходить осознание того, что случилось. Этот парень… Он ведь по началу ничего не значит для меня. Всего лишь предатель, которого удобно переманить на свою сторону сладкими речами и малым количеством «магии». Но в какой момент я начал испытывать к нему чувства? Когда дарил поцелуи? Когда позволял трогать себя? Признаюсь, у меня давно так не отказывали тормоза. Были люди, которых я обманывал, а те из-за меня умирали. Иногда даже от моей руки. Но Кросс, он… Совершенно иной случай. Тот случай, когда я, человек, у кого сила заключается в создании другим положительных эмоции, вдруг впадает в депрессию. Хотя, можно ли её так назвать? Прошло не так много времени с того случая, а я уже чувствую, как начал подсаживаться на успокоительное. Мне нельзя терять лицо. Не перед теми людьми, что у меня в компании.       Я мог бы вновь начать лить горячие слёзы от утраты. Но мне пришлось насильно это в себе остановить, ибо в дверь постучались. Важное это что-то или нет, но я не могу прогнать человека из-за града своих мыслей. Я повысил голос и сказал: — Входите, — на мгновение я почувствовал дрожь в собственном голосе. Видимо, вернуть себе сдержанность будет не так-то просто. — Это я, Дрим, — дверь открылась также быстро, как и последовал ответ. На самом деле… Лучше бы я притворился спящим или просто ничего не ответил. Блубери — это точно не тот человек, с которым у меня есть желание говорить. А раз он лично пришёл, то это точно не к добру.       После череды некоторых обстоятельств, я правда могу назвать своего бывшего лучшего друга… Психом. Для меня было достаточно и той недосказанности насчёт Инка. После поездки на гору, многие из кампании начали вести себя немного странно. Но сильнее всего это заметно на Блубери. Я даже не знаю, кого из нас теперь можно назвать командиром «Ввысь в небеса». Многие решения он начал принимать без меня. Многие поступки он и вовсе от меня скрывает. А ведь все вокруг его слушаются и редко решаются спросить: «А всё ли с этим нормально?» Не могу сказать, что я совсем не имею желания создать мир, в котором не будет убийств и насилия. Но что-то во мне так и говорит, что во всём этом скрывается какая-то недосказанность. И это больше всего пугает меня. — Прошу, располагайся, — но что-то во мне не позволило резким ответом выгнать его из кабинета. Возможно, это было из-за банального страха. Как я обычно и делаю, я поднялся и налил в две кружки уже заваренный чай. Он тут же оказался на столе. — Спасибо за гостеприимство, — ответил Блу с улыбкой на лице. Дверь быстро закрылась, а сам гость оказался напротив кресла, в котором недавно сидел я. — прости, что отвлёк тебя от своих мыслей. Но я загорелся желанием поговорить с тобой, вот ноги и принесли меня к тебе, — рассуждал он, рассматривая интерьер моих шкафов, словно в первый раз. — В последнее время ты много работаешь. Даже многие мои обязанности выполняешь, — этими словами я тонко намекнул ему о своём недовольстве по этому поводу. Но он либо проигнорировал это, либо правда ничего не понял. — Что ты, это для меня мелочи, — не прошло и нескольких минут с его прихода сюда, а он уже извертелся на бедном диване так, будто у него родился симптом «гиперактивность». — для достижения своей цели я готов работать часами. Тем более, что мы ещё не всех носителей ключей разгадали. А это сейчас наша главная задача, между прочим, — уголок моих губ нервно дёрнулся. Это не ушло от его зоркого глаза. Не успел он спросить, как моё самочувствие, как я сразу выдвинул довольно глупую теорию. — Вы пробовали транспозицию? Просто вместо букв подставить числа, — до меня далеко не сразу дошёл весь абсурд сказанных слов. Они выдавали меня с головой. Оставалось лишь надеяться, что он не догадается. Но продвинулся бы он так далеко, будь его голова настолько наивной?       Некоторое время Голубика молчал. На меня это давило, всё сильнее загоняя в стрессовую ситуацию. Я никогда не ненавидил систему подбора так сильно. Обычно это называется судьба, так? Но почему из всех людей именно мы с Найтмером оказались частью всей этой истории? Мне всегда казалось странным, что Блубери не может разгадать эту «сложную загадку», когда мне хватило пары взглядов, чтобы всё понять. Были подозрения, что он так просто оттягивал неизбежное. Но, Господи… Как же сильно я хотел избежать этого разговора. — Боишься, да? — его слова так и ударились мне в голову, словно лезвие огромного ножа. — боишься, что с тобой будет также, как с Инком? — по коже пробежали мурашки, когда он поднялся. — ты ведь и сам всё прекрасно понимаешь. В первые дни мы очевидно перепробовали все самые популярные способы расшифровки, — а под конец, когда он сел рядом, на лице появился холодный пот. — Почему, — выдавил из себя я. — почему со всеми ты поступал так жестоко и резко, а со мной решил тянуть до последнего? — наверняка Блу мог и дальше молчать, вплоть до опустошения внутренностей Найтмера. Но план его слегка накрылся. И я даже сожалею. — Неужели в твоих глазах я настолько злодей, что из-за собственных желаний убью лучшего друга? Меня ведь совесть сожрёт изнутри, — усмехнулся он, так и осматривая меня с ног до головы. Моего страха было невозможно скрыть. — я с самого начала с тобой хотел пойти на компромисс. — Компромисс? — с недоверием уточнил я. Зная его натуру, можно предположить, что у меня просто не будет возможности отказаться. Так оно в итоге и оказалось. — Просто представь, — мечтательно начал говорить Блубери. — стоит нам собрать все ключи, как перед нами появиться столько возможностей, — кончики его пальцев плавно коснулись моего живота. — мы сможем сделать идеальным мир. Мы сможем сделать утопию, нет, рай, — а вторая его рука перекинулась мне через плечо. — рай, где никто не может умереть, понимаешь? — а он решил пойти сразу по тонкому льду. Хотя нет… Он правильно сделал. Буквально зашёл с козырей. — Думаешь, Кросс был бы счастлив жить в таком мире? Если решил меня сломать, то у тебя получается, — немного грубо ответил я, стараясь выйти из его хватки. Но руки точно не собирались меня отпускать. — Вряд ли, но, — он приблизился максимально близко к моему уху. — он был бы счастлив снова быть с тобой. Только не говори, что ты откажешься от такой возможности. Вас разделяет буквально операция. А всё остальное можешь доверить мне. — С некоторых пор твоим словам весьма сложно доверять, — признаюсь, что верить ему действительно глупо, но… Соблазн съедает меня изнутри. Внезапно Блубери отстранился и потянулся за чашкой чая. Из кармана показалась маленькая таблетка, но я не успел её рассмотреть, как она тут же растворилась в чае, словно какое-то лекарство. — что ты добавил туда? — Ничего опасного для жизни, — а его улыбка доверия нисколько не прибавила. — всего лишь лёгкий наркотик. Он позволит лишним мыслям уйти на задний план и немного расслабиться. Мне не нужно, чтобы ты внезапно ушёл в депрессию. Хуже будет и тебе, и мне, и всем в кампании, — чашка тут же оказалась в мои руках. Ну и что это за призрачный выбор? И так понятно, что под кайфом управлять мной будет гораздо легче.       Но я принял, возможно, не самое правильное решение. Я поддался соблазну и выпил всё до последней капли. Я осознаю, что сейчас просто пляшу под его красивую песнь. Но мне правда ничего уже не хотелось. После всего того, что случилось… Хотелось расплыться в компании любимого и забыть о всех проблемах. Меня сломали. Сломали, а потом дали надежду, будто что-то может измениться. Можно ли назвать Блубери после таких «игр» человеком? Или он утерял разум ещё тогда, и когда искусственно вживил в своё тело камень? Я уже не знаю. Но сейчас точно можно понять, что мой друг заслужил звание «монстра». Для меня он теперь останется таковым, сколько бы добра мне не желал.       Через некоторое время тело и правда начало чувствовать лёгкость. В моей голове был образ Кросса, но мне не было из-за этого плохо. Словно он и не умирал, а сейчас стоит тут, совсем рядом. Но главным сейчас было не это. А абсолютное нежелание двигаться. Разве что кончики пальцев были готовы подать признаки жизни. — Знаешь, — даже слова мне давались с трудом. — сейчас я понимаю, что ты просто настоящий садист, — на моём лице появилась печальная улыбка. — и даже не пытаешься это скрыть, — сначала Блубери словно был в замешательстве. Но затем все эмоции сменила широкая улыбка. — Даже в такой ситуации стараешься вести себя так, будто всё под твоим контролем, — его ладонь легла мне на щёку. - Этим ты мне и нравишься, Дримми, — большой палец неприятно оттянул кожу на моём лице. — позволишь сделать это врачу или мне тоже можно приложить руку к твоему прекрасному телу? — Я точно не позволю вскрывать меня руками монстра, — я отвернул голову в сторону. Благо свою руку Блу не стал задерживать надолго. — я добровольно позволю себя резать умелому врачу. Но ты даже не смей меня трогать, — я хмыкнул. — вдруг заиграешься и вдруг захочется порезать меня больше, чем планировал. Всё-таки ты уже по колено стоишь в море крови. И я не уверен, что идея с твоим «раем» действительно сработает, — храбрость под конец так и хлынула из меня. — С чего такая уверенность в голосе? Уже завтра будет вылазка. Если там и будет «Свобода», то их будет легко задавить количеством, — начал рассуждать он. — Конечно, Найтмера я презираю, как плохого брата и ужасного человека, но… Как думаешь, какова причина того, что ему удаётся так удачно отбиваться от нас и терять минимум людей? — похоже, этим вопросом я поставил Голубику в тупик. Это мне и на руку, ведь говорить сил больше не было.       Из-за наркотика меня потянуло в сон. Только я прикрыл глаза, как тяжёлое тело тут же упало в сторону подушек по бокам дивана. Если так подумать, то я и сам почти убедил себя, что держу ситуацию под контролем, но… Это было далеко не так. Я не знал, что произойдёт дальше. Я не знал, сможет ли кто-то дать отпор этому монстру. Я совершенно не знал, что может произойти дальше. И вновь появился страх, что я могу остаться живой куклой в руках опытного кукловода. Но и он быстро растворился в этот непревзойдённом ощущение лёгкости и кайфа.

Конец от лица Дрима

      Никогда бы не подумал, что когда-то меня настигнет такая штука, как паническая атака. Хотя нет, не так. Сейчас, в неоднозначной ситуации, меня почти без причины одолевает сильное волнение. И я буквально молюсь на всех известных мне богов, чтобы со мной ничего не случилось. Совсем недавно мы вернулись назад, все раненые и на грани стресса, а тут Найтмер решил внезапно поднять очень важный вопрос. Забавно, что из-за предательства мы попали в ловушку и благодаря ему же смогли выжить… Но не в этом суть. — Ничего не скажешь? — вопрос явно был адресован мне. Вы не представляете, как же я хотел сейчас проводиться под землю и исчезнуть. Как будто бы моё мнение здесь будет решающим. — А что ему говорить? — Инк буквально спас меня из положения. — ты просто посмотри на него. Не уверен, что он здраво хоть какое-то решение может принять, — пусть и сделал это в довольно грубой форме. — я вам говорю, как человек, работающий в их кампании. Идти туда буквально самоубийство, понимаете? — Если мы просто сбежим, то проблема не решится, — тут же упрекнул его Эррор. — мне кажется, что лучше отобрать у них ключи и самим загадать какое-то мелкое желание. Иначе мы будем обречены на вечное преследование со стороны «Небес». — Говоришь так, будто мы до этого вас не преследовали, — фыркнул Браш. — для вашего же блага даю советы. Почему сопротивляетесь? Хотите побыстрее умереть?       Вот в таком темпе проходили последние два часа. Было очевидно, что в «отель» после всего этого мы вернуться не сможем. Поэтому нам пришлось ехать к «запасному варианту». Это маленькие штабы, которые сейчас еле справляются со своей задачей запасного укрытия. Слишком много людей нужно спрятать. И вместо того, чтобы пытаться найти новое убежище, мы обсуждаем эти бредни с ключами. Атмосфера стала ещё хуже, чем во время инцидента с Гено и Рипером. Конечно, я рад, что Найтмер решил всё рассказать прямо про наличие ключей у некоторых из нас… Ну, как некоторых. Только у меня и у него. Понятия не имею, как можно родиться таким везунчиком, но я просто умудрился собрать комбо. Из-за этого мы напрямую связаны со всей этой чертовщиной. И мнения, понятное дело, разделились… — Поддерживаю позицию Инка, — решил вставить слово Рипер. — убегать может будет неправильно, но там наверняка будет не два-три человека. К нашему внезапному приходу могут подготовиться. — Хоть кто-то здесь с головой дружит, — кивнул Инк, поднимаясь на ноги от возмущения. И только он начал радоваться, что на его сторону перешёл ещё один человек, как до этого безмолвная персона решила высказать своё мнение. — У каждого варианта есть свои плюсы и очевидные минусы, — начал Киллер, перебирая в здоровой руке бинт. — но мне кажется, что закончить это всё будет логичнее. Мы ведь убийцы. Это не красивое прозвище, которое дала нам публика. Это страшная правда, — и вновь он предпочёл выбрать нейтральную сторону. — просто убить как можно больше людей. И очень хотелось бы забрать на тот свет Каинда, но боюсь, что это будет проблематично.       И вот, даже «светлая голова» решила, что лучше будет пойти на риски. Честно, я бы сам отказался от этой затеи. Но здесь уже понятно, на какую сторону падёт выбор. Даже Хоррор уже замешкался, хоть изначально был против. Очевидно было услышать от него следующие слова: — Если извлечением ключа займётся наш хирург, — осторожно начал он. — то всё должно быть нормально, так? — Я не знаю, — отрезал Найтмер. — я не имею понятия, где этот ключ может быть спрятан. Может у кого-то он совсем близко, может вообще лежит близко к сердцу. Я точно также иду на риски, Хоррор. — Видимо, слушать меня никто не желает, — раздражённо кинул Инк, тут же выходя из комнаты. Эррор будто собирался его остановить, но под серьёзным взглядом Найтмера пришлось оступиться. — Раз мы пойдём, — вернулся на место Зерд. — то нужно решить, какое желание загадать. Желательно без рисков. Те же деньги или что-то вроде того, — вновь повторился он. — Загадать, чтобы всё это закончилось… Звучит неплохо, — на эмоциях вырвалось у меня, но благо шёпотом. Только вот Хоррор, сидящий ближе всех ко мне, прекрасно всё услышал. — Чтобы всё закончилось? — также тихо переспросил он. Я лишь помотал головой. — Просто мысли вслух, — попытался оправдаться я. — не обращай внимание, — и я вновь упёр свой взгляд себе в колени. Такой ответ явно не устроил Хоррора, но при всех об этом говорить он не стал. — А вы не думаете, что во всём этом может быть один большой подвох? — задал логичный вопрос Рипер, буквально занимая место Инка. — этот пафос про исполнение любого желания… Наверняка должна быть подлянка за спиной. — Никто не умрёт, — холодно и твёрдо ответил Найтмер. — даже если и будет что-то такое, на этом задании никто не умрёт. Я лично проконтролирую, — речь взята явно из какого-то фильма, но почему-то от неё стало легче. Прямо камень с души упал. Иногда Босс делает поистине милые вещи… — Жертв в любом случае не избежать, — немного испортил настрой Киллер. — но терять нам особо нечего, я полагаю, — а его взгляд неожиданно уставился на меня. — ты всё это время молчал. Сам-то готов дать согласие на операцию? Да и не только на неё.       Это поставило меня тупик. Я никак не ожидал, что решающий ответ всё равно будет оставаться на мне. Волнение вновь подступило к горлу. Все смотрели на меня и ждали, как я поступлю. Мой отказ мог породить только больше проблем. А согласие создать больше новых жертв. Я буквально был в тупике, но… Поверх моей ладони внезапно легла чужая. Это резкое тепло распространилось по всему телу. Это расслабили меня. В голове словно стало чище. Эта поддержка… Возможно, именно её я всё это время ждал. — Я согласен, — ответил я, одним большим рывком проглатывая свои сомнения. Теперь бежать некуда. Выбор уже сделан.

* * *

— Если бы мы были там ещё несколько часов, то я бы точно свихнулся, — на выдохе сказал я, падая в новую кровать. — столько давления я давно не испытывал, — и тут же сменил позу, переворачиваясь на бок. Матрас здесь явно был немного жёстче, чем был в отеле. — Но ты хорошо держался, — Хоррор прошёл следом за мной и сел рядом. — у меня правда было ощущение, будто ты в любой момент расплачешься прямо там, — усмехнулся он, внимательно смотря на меня. — Очень смешно, — закатил глаза я. — в твоих глазах я настолько слабохарактерный? Если бы это было так, то я бы расплакался ещё во время западни, — я приподнялся и прижал одно колено к себе. — лучше бы утешил меня, а не ждал, когда я в плаксу превращусь.       На самом деле, это «новое место» в какой-то степени нравится мне даже больше, чем «отель». Оно компактное и заблудиться довольно сложно. А так как комнат здесь в разы меньше, то в них запихали по две-три кровати. И мне даже не пришлось просить, чтобы Хоррор стал моим временным соседом. Это приятно. Просто приятно осознавать, что я не один. Тем более, здесь человек, который сильнее других поддерживает меня, хоть всё также из-за оболочки. Сейчас я по-настоящему могу расслабиться. Тем более, что буквально через пару часов придётся идти на операцию. Моей жизни это вряд ли как-то угрожает, но всё же… — Есть у меня один способ тебя утешить, — внезапно сказал Хоррор, пусть я ответа и не ждал. — только боюсь тебя это может испугать, — его ладонь легла мне на щёку, а вторая рука буквально заблокировала путь назад. Мгновение, и его тело уже нависает надо мной. — останови, если не нравится.       В его глазах я увидел неуверенность. И вновь он сам поставил меня в неловкое положение с выбором. Я затаил дыхание. Признаюсь, что часто бывали такие моменты, когда меня просто… Тянуло к Хоррору. Я считал себя странным, раз вот так просто влюбился не в кого-то там, а в парня, который относился ко мне… Лучше всех. Я думал, что это всё мимолётно. Но сейчас, когда Хоррор сам решил сделать что-то такое, то всё встаёт на свои места. Раньше у этих двоих точно была искра. А может даже больше. Тогда вся эта доброжелательность и терпение вполне можно объяснить.       Гляделки оказались недолгими. Видя, что сопротивляться я не собираюсь, Хоррор сделал первый поцелуй в губы. От него по моей коже прошлось стадо мурашек. Это было неожиданно приятно. Подобный лёгкий поцелуй повторился ещё несколько раз. Когда я уже не знал, куда деть своё смущение, подошла вторая фаза. Его большой палец накрыл мою нижнюю губу и слегка оттянул её. Я не совсем понял его желания, но когда его язык проник внутрь… Я действительно почувствовал наслаждение. Мне всегда казалось, что в фильмах это наслаждение поцелуями часто приукрашивают. Но сейчас я понимаю, как был неправ. Это правда расслабляло и не было никакого желания отстраняться. Руки легли на его плечи.       Уверен, это могло бы продолжаться долго. Но в таком положении целоваться было довольно неудобно. Хоррор это тоже понимал, поэтому отстранился. Мы смотрели друг другу в глаза. Оказывается, что смущён я был никак не меньше моего партнёра. Это даже забавно. Рука словно сама поднялась вверх, чтобы погладить эти взъерошенные волосы. — Мне ведь не нужно тебе ничего объяснять? — с надеждой и улыбкой спросил Слашер, часто дыша. Возможно ему просто было тяжело удерживать себя, а может… У него такое же волнение? — Не нужно, — с лёгкой улыбкой ответил я. — здесь точно не нужны слова, — после этого он перекинул себя на другую сторону кровати. Она была маленькая, поэтому всё равно приходилось буквально прижиматься друг к другу. — То есть… Взаимно? — также осторожно спросил он, одной рукой поглаживая моё плечо. Это меня в хорошем смысле насмешило. — Да, — заверил я. — взаимно, — может снаружи у меня и был довольно холодный вид, но на самом деле я был готов буквально проводиться под пол, лишь избежать всей этой неловкости. После стресса испытывать столько счастья… Я не был готов к такому приятному сюрпризу.       Остаток времени мы просто лежали. Наслаждались теплом друг друга. Мы ничего не говорили. Какой-то абсолютной похабщины тоже не происходило. Я просто был рад провести вот так время. И даже когда подошло время операции… Благодаря этому мне не было страшно. Даже наоборот. Я почувствовал себя… В безопасности.