Последний закат

— Нейтрал Рейна! — в зале суда раздаётся громкий унисон голосов Серафима и Приспешника Дьявола, заставляющий золотые глаза ведьмы взглянуть на своих судей. Вновь опустив взгляд и гневно глядя в пол, проигравшая в битве женщина морально приготовилась к своему приговору. — За кражу портрета смертного, за убийство своего подопечного, за побег из Лимбо и за бунт против Высших и Низших Сфер, по решению Вечного Суда, Вы приговорены к перерождению в падшую бессмертную!       В зале на секунду воцарилась гробовая тишина. Все участники заседания тихо охнули, ужаснувшись суровости Сфер, а нейтрал стиснула зубы, еле сдерживая ненависть и порывы гнева внутри себя к своей судьбе и всем Ангелам и Дьяволам. В падших бессмертных перерождались только совершившие особо тяжкие преступления против Высших и Низших, что было непозволительно даже для вечно нарушающих правила чертей. Они полностью теряли память и начинали жизнь заново, появляясь на свет в неблагополучных семьях и не имея возможности умереть от старости или болезни, а так же не имели собственных Хранителей и Искусителей, ибо не заслужили даже малейшей опеки от бессмертных. И именно такая страшная и ничтожная участь ждала бывшего Ангела Рейну, чьё имя теперь подобно проклятию или табу.       Стражи Лимбо, испокон веков имеющие власть над узниками тюрьмы бессмертных, заковали женщину в цепи и повели вон из зала к порталу, демонстрируя всем, что случается с теми, кто смеет восстать против Сфер. Пока серая материя превращалась в подобие воронки, готовую переместить подсудимую и стражей на место назначения, золотистые глаза нейтрала поймали на себе серьёзный и весьма удовлетворённый решением суда взгляд таких же золотых глаз, смотревших на неё с трибуны.       Молодой черноволосый Дьявол, которого ещё какие-то пару земных лет назад она не воспринимала всерьёз, взглядом провожал старого врага в его последний путь, испытывая облегчение и сладкий вкус мести. Проклятый нейтрал строил козни на первом году обучения в Золотой Школе, а потом, год спустя, вернулся с новыми силами, чтобы завершить начатое. Вот только её повторная попытка подчинить себе всех бессмертных и людей успехом не увенчалась — новоиспечённые генералы, заменившие Кэссиди и Кубрала, усилиями обеих армий одержали победу над Рейной, окончательно лишив её малейшей надежды на возмездие Сферам, и теперь ей пришлось платить за грехи вот такой ужасной для бессмертного ценой — падением.       Сама женщина была готова вырваться из оков и разорвать гадкого мальчишку на части. Став генералом и объединившись на поле боя с ангельской армией, он едва не убил её во время решающего сражения, когда она ранила крыло воеводы Ангелов. Стоило ошибиться, отвлечься на огромное количество противников, с которыми не справлялась даже её мощная тёмная сила, и Рейна не заметила, как оказалась, словно животное, в кандалах и в клетке, в которой её и доставили на суд к Сферам. И вот, он стоит в нескольких метрах от неё, одетый в доспехи и довольный своей личной победой над той, кто его однажды буквально свела с любовью всей его жизни. И кто бы мог подумать, что глупые подростки разных рас, которые случайно влюбились друг в друга, сначала невольно помогут ей сбежать из Лимбо, а потом дважды обеспечат ей жалкое существование в заточении и немилости?.. — Надеюсь, ты теперь доволен, Сульфус! — злобно крикнула ведьма, глядя прямо в янтарные глаза парня и вырываясь из мёртвой хватки стражей. — Своё счастье ты получил только благодаря мне и таким образом решил меня отблагодарить?! — Увести, — после недолгой паузы холодный голос Дьявола раздался в зале, когда он указал пальцем на портал, что не могло не рассердить её ещё больше. — Будьте вы оба прокляты, что ты, что она! Клянусь, вы всю вечность проведёте в муках! Против правил не пойти — вы никогда не будете вместе! — последние слова нейтрал прокричала ещё громче, прежде чем её толкнули вперёд стражи, и вся троица испарилась в портале, оставляя после себя лишь эхо голоса злодейки. — Заседание окончено. Все свободны, — сухой унисон представителей Высших и Низших Сфер раздался в зале, после чего стук двух молотков завершил судебный процесс. Три Серафима и три Приспешника Дьявола поклонились друг другу и поспешили выйти, после чего остальные участники суда направились к выходу.       Пока важные Дьяволы проходили мимо него, спеша поскорее отправиться по своим делам, Сульфус медленно встал, не отрывая напряжённого взгляда от того места, где только что стояла Рейна и открытым контекстом проклинала его и Раф. Удовлетворённое выражение лица само собой сменилось грустью и огорчением, ибо молодой генерал понимал, что, хоть и частично, но нейтрал права… — Генерал, — обратился к нему и сделал воинское приветствие его правая рука Нерон, невольно отвлекая Дьявола от мыслей. Парень перевёл взгляд на помощника и молчаливым кивком головы попросил продолжить. — Я только что из лазарета ангельской армии. Как Вы и приказали сообщить, их главнокомандующий уже пришёл в себя. — Так чего ты ждёшь? Пошли. До захода солнца осталось всего ничего, — холодно произнёс черноволосый и взял свой шлем и меч, затем проследовал за Дьяволом.       Когда главнокомандующий и его правая рука покинули помещение, зал суда полностью опустел, став лишь огромным глухим помещением, где бессмертные и представители Сфер вряд ли появятся в ближайшие тысячу земных лет. Таких грешников, как нейтрал Рейна, не было ещё со времён Тайко и Саи, и вряд ли когда-нибудь будут судимы здесь в скором времени. Хранители опечатывают золотые двери, и зал суда пропадает в облаках сумеречного неба…

***

      Шагая по улицам земного города, население которого заметно пополнилось новыми грешными душами, Дьявол всё думал о том, что произошло в зале суда, да и вообще за последний тяжелейший год обучения. Глаза отсутствующим взглядом глядели куда-то вдаль, не замечая заинтересованность пролетающих мимо бессмертных, а ноги вели в направлении одного особенного места, куда могла уйти его любимая соперница после тяжёлой недели в лазарете. За целых три года знакомства и обучения в этом неприметном городке на побережье Италии он уже знал дорогу к особо дорогим памяти местам, как свои карманы. Дойти пешком до полюбившегося пляжа, где, особенно вечером, уже никого не встретить, ему не составит труда, даже будучи погружённым в не самые радужные мысли.       Несколько мгновений одиночества и лишний десяток шагов, и юноша почувствовал ненавязчивый аромат морской воды, который вмиг привёл в чувство, позволяя оставить думы на потом. А может, он и вовсе заставил гневные мысли покинуть юношу насовсем…       Сульфус вдохнул морской воздух и прикрыл глаза от приятного дуновения ветра, хоть такая атмосфера и чужда Дьяволам, что всю свою вечность проводят у подножий вулканов и лавовых рек, где пахнет только гарью и серой. На этом пляже всегда чувствовался лишь аромат свежести и, как он любил называть все приятные запахи, свободы. Ведь где же ещё, хотя бы на полчаса, можно позволить себе, как сопливый парень-Ангел, посидеть на тёплом песке и насладиться морским бризом? Где ещё он может понаблюдать за оранжевым диском солнца, что медленно, но верно погружается в потемневшие воды, сияющие так же, как и доспехи соперницы?..       Заметив вдали тёмный силуэт белокурого Ангела, стоящего по колено в воде, Дьявол слегка улыбнулся, радуясь, что с девушкой всё хорошо, и она сейчас беззаботно обливает спину водой, так же как он наслаждаясь приятным ароматом моря. Седьмое чувство его не обмануло, когда ему показалось, что Раф окажется именно тут. Медик лазарета сказал, что требуется побольше свежего воздуха, а их любимый пляж — идеальное место. Сойдёт и для того, чтобы спокойно поболтать по душам. Всё-таки последние несколько месяцев подготовки к бою с Рейной было вообще не до личных разговоров, вдали от всех…       Его наголенники, рукавицы и латные башмаки с нагрудником тут же оказались рядом с сапогами и латами девушки, что дожидались свою хозяйку на крестовине меча, а сам черноволосый медленно ступил босыми ногами на мокрый песок и зашагал дальше, пока голени постепенно погружались в слегка прохладную воду. Мурашки волной одновременно пробежались по его телу и от холода, и от весьма завораживающей картины. Ведь не каждый день увидишь, как сияет кожа твоего Ангела в последних золотых лучах солнца, пока по обнажённой спине, частично перевязанной бинтами, слегка опалённым кончикам роскошных светлых волос и по голубым перьям одного крыла медленно текут капли морской воды, очаровывая тебя всё больше. Жалко, что придётся лишить себя удовольствия понаблюдать за ней ещё чуть-чуть — Раф взяла в руки шлем, который использовала в качестве ковша, и краем глаза с нескрываемой смущённой улыбкой посмотрела в его сторону, словно догадалась, что соперник не сводил с неё глаз. — И тут я пожалела, что оставила латы на берегу… — произнесла белокурая, почувствовав, как щёки мгновенно покрылись румянцем, а тёплые руки обвились вокруг талии, пока голова Дьявола упокоилась на её плече. — А чего жалеть-то? Всё равно на тебе бинты и набедренники с латной юбкой. Да и, кроме меня, тебя никто не видит… — улыбнулся он. По одному тону голоса Раф тут же поняла, что его лицо украсила фирменная ухмылочка. В таких очень неудобных ситуациях только каплю ехидства и озорства и увидишь в хитрых, но любящих глазах, горевших, как два топаза. Оставалось лишь обречённо вздохнуть и так же улыбнуться, вдыхая морской воздух и чувствуя спиной приятное тепло, пока идеально гладкая кожа под ладонями Дьявола покрывалась мурашками. — Плохо себя чувствуешь? Замёрзла? — Нет, не волнуйся, со мной всё хорошо. Просто похолодало, — она слегка поёжилась и потрясла шлем, чтобы избавиться от лишней влаги. Последовал немой кивок спутника, и пара медленно зашагала к берегу.       Оказавшись на сухом песке, юноша первым делом развёл костёр, чтобы обоим можно было согреться после «водных процедур». Вскоре и доспехи сияли на двух молодых генералах, лишь рукавицы и шлемы всё так же висели на гарде и рукояти мечей. Сидя в тишине, Дьявол и Ангел смотрели то на закат, то на маленькое пламя, созданное с помощью крыльев огня Сульфуса, то на эти самые мечи, воткнутые в землю рядом друг с другом. — А что произошло во время боя?.. — инстинктивно пройдясь кончиками пальцев по латам левой лопатки, из-под которой торчало основание кости ампутированного крыла, Раф нарушила тишину и начала разговор с не самого удачного вопроса, когда в голове промелькнули какие-то обрывки памяти. — Последнее — что я помню — пока ты дрался с заключёнными из Лимбо, Рейна летела в твою сторону, хотела напасть на тебя со спины…       От упоминания событий недельной давности Сульфус нахмурился, вспоминая, какой беспредел творился на поле боя в самом разгаре битвы, когда сбежавшие узники Лимбо атаковали своих бывших собратьев по сущности, кровожадно забирая у них магию, а с ней и жизнь солдатов. Несмотря на почти безупречную боевую подготовку и на продуманную тактику, избежать многочисленных потерь, что у его армии, что у армии Раф не удалось. Рейна почти отомстила им за заключение в тюрьме, напав на него со своими прихвостнями и намереваясь лишить его жизни, но в итоге остроту тёмного клинка испытало левое крыло девушки, когда та вовремя воспользовалась скоростными крыльями, чтобы успеть спасти Дьявола. Хотя, чего тут пугаться или удивляться? На войне может произойти всё, что угодно. Тем более, когда армии Ангелов и Дьяволов впервые объединились против общего злейшего врага, целью которого являлись два новоиспечённых генерала. — Не хочу тебя расстраивать, но будем считать, что ты добровольно позволила отсечь себе одно крыло, чтобы меня не убили, — юноша чуть поджал губу и перевёл взгляд на сидящую рядом белокурую, ожидая её реакции на этот не самый весёлый рассказ. Какого же было его удивление, когда вместо грусти или боли, на её лице появилась неширокая улыбка, и она подавила смешок. — Не понял… Обычно, Ангелы от такого чуть ли не в обморок падают, а ты хихикаешь. Неужели, спартанские условия обучения сделали из тебя «железную леди»? — Мне просто смешно, — она снова усмехнулась и уже улыбнулась более искренне, как будто хотела изменить его мнение, хотя понимала, что за это время они оба нехило изменились. — Ты сам был свидетелем тех случаев, когда мои крылья чуть не сожгли, не проткнули иглами и не растворили ядом, когда приходилось спасаться от сильных атак. Можно сказать, они уже привыкли. К тому же, ты знаешь, что мне не жалко за тебя жизнь отдать, не то, что крыло, — от этих слов мягко улыбнулся и он сам. — Да и врач сказал, что есть немаленькая вероятность, что левое начнёт расти заново, когда на правом оперение сменится. А пока стоит часто быть на свежем воздухе и лечить остатки крыла натуральными средствами. — Так ты для этого стояла там и поливала спину морской водой? — засмеялся Дьявол и указал на то самое место, где они и встретились. — Могла бы попросить, я бы мигом вылечил. —  Обойдусь, сейчас тебе силы нужнее. Ты и так измотан, а при исцелении, ты отдаёшь часть своей энергии. Я читала, что смертные обычно используют йод, когда хотят раны залечить. В морской воде его как раз предостаточно, — покачал головой Ангел, собирая волосы в пучок. — Ты, что, думал, я туда встала специально, чтобы тебя подразнить? — Ну-у-у… — с хитрой улыбочкой протянул он. — Хулиган, — усмехнулась Раф и закатила глаза, когда её снова прижали к себе. — По-моему, тебя даже в армии не исправят. — Ещё какой хулиган… В армии, может, и исправят, если бы не моя привычка пропускать уроки «как стать генералом, круче Кубрала» по несколько раз подряд… — заметив, как солнце уже зашло наполовину, улыбка на лице черноволосого вновь сменилась грустью и даже некой раздражённостью, что не могло остаться незамеченным для спутницы. — Что такое?.. — взволнованно и осторожно спросила Раф, но ответа не последовало. Некоторое время Сульфус молчал, всё ещё прижимая её хрупкое тело к себе и вдыхая аромат её волос, впитавших морской воздух, словно пытался найти в ней утешение. После всего, что приключилось с ними за последние три года, как бы это странно ни звучало, сейчас Дьяволу хотелось только покоя и отдыха. Сил на новые приключения уже не было, и он был безмерно счастлив, что война с Рейной не окончилась плачевно для обеих армий бессмертных. Но это означало не только падение нейтрала, но и кое-что другое…       Юноша вспомнил, как почти ровно год назад абсолютно измотанные, обессиленные в железных цепях и в полу-мёртвом состоянии они лежали на облаке и из последних сил тянули друг к другу руки, пока яркий свет судьбоносной кометы держал в страхе всех присутствующих на последнем бою бессмертных. Тогда, сдавшись судьбе, черноволосый просто улыбался лежащему напротив Ангелу и не жалел о том, что, скорее всего, их история закончится прямо тут. Всё равно одна из рас навсегда исчезнет, а их тела не справятся с последствиями мощнейших ударов электрошока. Всё равно обоим суждено умереть… А вышло всё совсем наоборот. Судьба пожелала их выздоровления и дала им шанс на счастье, который тут же забрала обратно. — Помнишь конец прошлого года? — после недолгой паузы спросил Сульфус, всё ещё не отрывая взгляда от садящегося солнца. — Помню… — кивнула Раф, словно прочитала его мысли с помощью телепатии и поняла, к чему он клонит. — Ты жалеешь, что мы тогда бросили вызов генералам? — Двоякое мнение, — он негромко вздохнул. — Когда мы решили провернуть всю эту аферу с весами V.E.T.O, я думал, что отправим в отставку «ведьму» со «старым пнём» и потом сможем спокойно пройти Путь Метаморфоз, как и планировали. Вот только, похоже, мы тогда не учли, что, ради спасения наших друзей и всего мира, мы будем вынуждены отказаться от наших планов и мечты… Два глупых наивных подростка…       Улыбка напрочь стёрлась с лица девушки, и та тоже тяжело выдохнула, когда вспомнила, что случилось на следующий день после выпускного.       Когда оба уже были готовы попрощаться с друзьями и покинуть стены Золотой Школы, профессора позвали их в зал заседаний, дав паре ложную надежду, что хотят так же проститься и пожелать удачи. Однако ни она, ни Сульфус даже и не догадывались, что в этом проклятом месте в очередной раз им вынесут приговор и соответствующее наказание, каким по-сути любой другой бессмертный никогда бы не назвал такую участь. Поскольку по закону военного кодекса они бросили вызов и заняли место двух главнокомандующих дьявольской и ангельской армии, оба были обязаны возглавить войска в полной мере, пока кто-то так же не бросит им вызов и не сместит с должности. Сбежать на Землю или хотя бы попытаться пройти тот же Путь Метаморфоз им никто не позволил. Приказ от Высших и Низших Сфер отчётливо говорил о том, что влюблённые сами себя загнали в западню, когда решились пойти наперекор судьбе и отважились сразиться с Кэссиди и Кубралом… — Ты же знаешь, что у нас не было другого выбора. Или маленький шанс на жизнь в облике смертных, или жизнь наших друзей и баланс добра и зла во вселенной. Было бы ещё глупее и эгоистичнее бросить всех на произвол судьбы и самим же потом остаться ни с чем. И так натворили столько, что лучше бы нас самих в Лимбо сослали, — тихо, но с еле заметной горечью произнёс Ангел. Тот роковой день стал очередным ударом по больному. На их счастливое будущее был поставлен жирный крест, а все мечты были разбиты. Единственным и огромным утешением стало то, что Сферы соизволили оказать доверие на свой страх и риск и не стали разлучать пару, дав шанс хотя бы на платоническую любовь и простую радость быть рядом. В любой другой ситуации их бы просто сослали домой, чтобы они опять ничего не натворили. А тут либо сжалились, либо отблагодарили за предотвращение катастрофы. Правильно ли они поступили? Или дать проблемным подросткам ещё один шанс — одна роковая ошибка?.. — Согласен. Но, как по мне, ничего особо не поменялось, — горько усмехнулся парень. — Мы — всё те же Ангел и Дьявол, которые теперь не только выпускники Золотой школы, но и какие-никакие главнокомандующие. Я очень сильно сомневаюсь, что от того, что нам не разрешили стать людьми, что-то изменилось в наших отношениях. — Верно, — одна светлая мысль побудила Раф слегка улыбнуться, после чего тень улыбки тронула и губы юноши — весьма редкое явление после напряжённых тренировок, подготовок и жёсткого боя. — Не знаю, сколько нам придётся ждать, чтобы нас сочли никудышными воеводами и отстранили от должности, но я буду надеяться, что за это время между нами ничего не изменится. — А я в этом уверен, Раф. Мы терпели почти три земных года — потерпим ещё, — потушив огонь, твёрдо произнёс Сульфус, начиная потихоньку верить в свои же слова и вселяя самому себе надежду на то, что всё так и будет, и ни он, ни она не сойдёт «с дистанции». — Шанс у нас ещё есть. К тому же, пока мы всё ещё бессмертны, нам торопиться некуда. Пройдёт хоть сто земных лет, а мы всё равно останемся молодыми, бойкими и в душе теми же безбашенными подростками, хоть и будем уже чуток постарше. Два левых сапога никогда не изменятся. — Ты прав. Как и есть, так и будет. Будет крайне несправедливо, если что-то пойдёт не так, а я верю, что вся эта история закончится хорошо.       Почувствовав облегчение от новой надежды и поддержки любимого Дьявола, девушка блаженно вздохнула и прижалась к нему сильнее, словно почувствовала себя в безопасности и наслаждалась теплом его тела, которое исходило сильнее, чем от того же маленького костра. Стоило найти в их очень непростой и мрачной ситуации частичку чего-то хорошего и светлого, и на душе стало определённо лучше и легче. Пусть пришлось из-за этого пролить немало слёз и от гнева едва не спалить всё к чертям, пусть целый год ушёл на подготовку к новой войне, пусть она лишилась одного крыла, но они оба не утратили веру и, главное, не потеряли друг друга. Всё-таки жизнь им не один раз доказывала, что, как бы это банально не звучало, вместе они — сила. — Меня только смущает кое-что, — Сульфус ухмыльнулся своим мыслям и вновь перевёл взгляд на свою спутницу, всё ещё трепетно поглаживая её спину. — Как бы нам не натворить глупостей, как на первом году обучения. Что-то я очень сомневаюсь, что закономерность про сладость запретного плода перестала на нас действовать. Хоть V.E.T.O. и не стали восстанавливать, надеясь на «сотрудничество» Дьяволов с Ангелами, на законы природы бессмертных это ведь никак не повлияло. — Тогда будем рассчитывать на твоё терпение и моё ангельское целомудрие, которое, надеюсь, у меня ещё осталось. И не забывай, что тогда нас буквально «подтолкнули», чтобы совершить кощунство, — с той же ухмылкой и уверенностью предложила Раф, вспоминая всю ту долгую историю про зарождение их отношений и про жуткий скандал, связанный с неоднократным нарушением V.E.T.O. и поцелуем. — Это-то я помню. «Спасибо» Рейне, хоть у неё были и другие цели насчёт нас. А вот терпение, как ты знаешь, у меня далеко не ангельское…       Тихо и с еле заметной улыбкой прошептав короткое «это точно», Ангел сам засомневался в том, что они смогут ещё несколько лет противостоять соблазну. Глядя в самые дерзкие, хитрые, но такие полюбившиеся глаза, горящие янтарём, она испытывала неописуемую тягу и привязанность к Дьяволу и буквально по одному взгляду понимала, что он чувствует то же самое. И как же трудно в такие моменты не потерять голову и не окунуться в чувства, когда ты буквально стоишь на грани. С одной стороны, боишься однажды потерять, заметить его в объятьях другой, или своими же глазами увидеть что случилось бы, если бы ты не успела пролететь прямо под мечом Рейны и принять удар на себя, потому и хочешь развеять все ваши тёмные мысли в одном простом прикосновении губ. А с другой стороны, чувство ответственности, риска и совести крепко держат тебя в узде, заставляя невольно «протрезветь» и отказаться от первого варианта. Самое правильное решение взрослого Хранителя, а не подростка-ангелочка.       Они едва не повторили ошибку, когда, даже несмотря на сказанные до этого слова, снова потянулись друг к другу, но его тёплые губы лишь неловко мазнули по её щеке, и Дьявол аккуратно обнял её, позволяя ей уткнуться носом в сильное плечо и беззвучно пустить пару слёз, когда оба осознают, что сдерживаться от ласки им придётся ещё очень долго, а эти объятья — не вечны. Вот-вот сядет солнце, и им придётся расстаться на неопределённое время, вернувшись в казармы с оставшимися в живых солдатами. Когда они ещё раз смогут так посидеть наедине и поговорить по душам, оставаясь собой, а не при всех надевая маски хладнокровных союзников, они не знали. — Не переживай, мой Ангел, — тихо прошептал Сульфус, чувствуя общую тяжесть на сердце от происходящего и готовясь в любой момент применить силу исцеления на ампутированном крыле, чтобы хоть как-то облегчить боль. — Мы и не из такой передряги вылезали. Всё наладится… — А как же иначе, Сульфус?.. Как же иначе… — она так же тихо шепчет эти слова, но больше не может сдерживать слёзы и накопившиеся эмоции, позволяя себе тихо всхлипнуть и впервые за всё это время показаться ему не стальным воином, не ангельской Жанной д’Арк, а всё той же его Раф. Хотя бы в такие редкие моменты уединения он должен чувствовать, что рядом действительно его «ангелочек», а не другая серьёзная и суровая девушка. Она тоже устала, как и он, а последствия их не до конца обдуманного решения, насчёт битвы с генералами, стали общим бременем. Общим проклятьем и очередным «испытанием на прочность», которое оказалось самым трудным и, если повезёт, окажется последним… А, может, это снова заблуждение, и дальше их ждёт что-то похуже… — Выберемся и из этой ямы, обещаю.       Вытерев слёзы и слегка отстранившись от Дьявола, белокурая тяжело вздохнула и вновь надела маску безразличия, как привыкла это делать каждый раз, когда и физическая боль, и душевная рана буквально разъедала изнутри. Так её учили. Только так генерал завоёвывает уважения и почёта у солдат, даже у Ангелов. Сульфус прекрасно это видел и относился с пониманием, особенно, когда в нескольких метрах от себя он заметил приближающуюся фигуру Нерона. Было бы очень неудобно, если бы Дьявол заметил слёзы генерала ангельской армии и, тем более, крепкие объятья. Плохая репутация при их нестабильном положении была нужна меньше всего. Пара быстро поднялась на ноги и, забрав мечи и рукавицы со шлемами, принялась стряхивать песок с участков одежды, незащищённых латами. — Генерал, — приземлившись, обратился Нерон к Сульфусу, проигнорировав присутствие девушки рядом с главнокомандующим. — Солдаты готовы. Приказано возвращаться в казармы Зольфанелло Сити до заката.       Ангел опустил безразличный взгляд на землю, и черноволосый резко повернул голову в сторону горизонта, где горящий кусочек солнца отделял лиловое небо от пурпурного моря — их время практически вышло. — Лети к ним и скажи, чтобы «девочки» размяли крылышки, пока я тут провожу воспитательные беседы с нашей союзницей, — сухо и с фальшивой надменностью произнёс Дьявол, заметив где-то вдали, на утёсе, армию рогатых солдат, после чего коварно ухмыльнулся и пошутил, чем вызвал довольную улыбку помощника. — Лететь нам долго — кому-то может повезти искупаться в море по дороге.       Уже через минуту силуэт Нерона виднелся на том же самом утёсе, пока пара молча глядела на последние секунды заката, не решаясь сказать друг другу короткое, но тяжёлое «до свидания». До ушей доносился приятный шум волн, а ветер играл с волосами Ангела и Дьявола, пока их взгляд был прикован сначала к оставшемуся краешку солнца, а потом друг к другу, словно они расставались навсегда или кто-то из них чувствовал, что эта встреча — самая последняя, и после отставки сюда вернётся только кто-то один. Казалось, что так можно стоять вечно, стараясь запомнить малейшую деталь образа своего соперника, союзника и возлюбленного, но оба понимали, что беспощадное время не остановится, и оставшиеся считанные секунды вот-вот пролетят так же быстро, как яркое светило полностью скроется за горизонтом. — Мои солдаты вернутся в Энджи Таун без меня. Мне придётся остаться здесь, пока не решу проблему с крылом, — Раф вновь начала разговор, мягко улыбнувшись ему. Хотя в её глазах блестели мелкие капли навернувшихся слёз, она ни в коем случае не подавала виду, что вот-вот заплачет. Наоборот, она старалась больше улыбаться и уверенно смотреть ему в глаза, внушая надежду, что ещё не всё потеряно. Пусть эти слёзы грусти будут казаться слезами счастья, что хотя бы на какие-то десять минут они смогли уединиться на любимом пляже перед долгой разлукой. Уж намного лучше так, чем если их прощание будет сценой из какой-то драмы, где расставание героев заканчивается на грустной ноте. — Тебе уже пора… — Ты же прекрасно знаешь, что Дьяволы никогда нигде не появляются вовремя, — усмехнулся Сульфус и широкая улыбка засияла на его лице в ответ.       Улетать, расставшись на грустной ноте, и потом с болью в сердце вспоминать горькие слёзы — по его мнению — тоже не самый лучший вариант. Намного приятнее прокручивать в памяти искреннюю и уверенную улыбку своей возлюбленной соперницы и вспоминать, как сияли её глаза, когда оба позволили себе последние объятья, и он трепетно поцеловал её в макушку, вместо сухого «до свидания». Правда… Вряд ли она будет довольна тем, что он всё-таки активировал силу исцеления, и не самый приятный слабый ток пробежался по всему её телу и ударил в спину, попав прямо в то, что осталось от левого крыла. — Теперь вырастет быстрее. — Спасибо, но что-то мне подсказывает, что без лишней энергии плыть в море будешь ты, а не твои «девочки», — поморщившись и обречённо вздохнув на упрямство Дьявола, Ангел снисходительно улыбнулся. — Значит, развернусь и поплыву назад, — усмехнулся Сульфус. — А если хватит силёнок долететь до дома — всегда найду возможность сбежать. Ты меня знаешь. — Конечно знаю… — Раф кивнула и, вместо привычного холодного рукопожатия, сомкнула их пальцы в крепкий замок, найдя в себе силы произнести последние слова без капли отчаяния, грусти и малейшего сомнения. — Знаю тебя и знаю то, что мы скоро встретимся снова. И, поверь, это не знак седьмого чувства. Я знаю и буду ждать тебя. — Тогда и я не прощаюсь, ангелочек. Я с тобой ещё не закончил.       С этими словами, под которыми Сульфус подразумевал что-то вроде тривиального «обещаю, я скоро вернусь», он снова одарил девушку своей фирменной ухмылкой и отпустил её руку, хоть это и было сложно. А когда на секунду желание ухмыляться пропало, и он мягко улыбнулся ей, девушка не осталась в долгу — благодаря телепатии, её нежные слова прозвучали в его голове, и, что именно она сказала, было известно только её Дьяволу.       Они синхронно кивнули друг другу и развернулись, после чего каждый побрёл в свою сторону, как это было на всех их встречах на поле боя, борясь с соблазном обернуться и с горечью увидеть, как он и солдаты исчезают в перистых облаках, а её силуэт исчезает среди прохожих, что прогуливаются вечерком по набережной земного города. И, как ни странно, сдался именно главный враг грехов. Хранитель смертных душ поддался соблазну и, остановившись, оглянулся и устремил взгляд в небо. Раф услышала громкое эхо криков Дьяволов, после нелестного призыва Сульфуса лететь домой и готовиться к новой встрече с Ангелами на поле боя, и среди фигур тысяч солдатов дьявольской и ангельской армии сумела разглядеть их воеводу, что уверенно и стремительно летел к горизонту впереди всех, словно хотел первым коснуться краешка солнца.       Может он хотел избежать ещё одного «заплыва» в море, как его солдаты, а может, крылья несли его всё дальше и дальше, чтобы он поскорее добрался до Зольфанелло и так же быстро сбежал, чтобы вновь провести хотя бы несколько минут с ней на любимом пляже… Раф не знала точного ответа, но была уверена, что слова о скорой встрече, хоть и сказанные на его лад, он произнёс не просто так. Пусть в ближайшее время ей и придётся одиноко дожидаться его, иногда провожая день на этом самом месте и в это же время, но это будет не напрасно. Теперь уже сердце, а не седьмое чувство, подсказывало, что очень скоро, когда однажды она снова придёт к берегу, вместо непривычного для Дьявола «здравствуй», Сульфус подкрадётся к ней сзади и с каплей ехидства спросит: «Ну, что, мой Ангел, на чём мы остановились?».

Именно об этом с улыбкой подумала девушка, когда последний солдат непобедимой бессмертной армии пропал среди сумеречных облаков… И когда тот самый краешек солнца, с которого пара до этого не сводила взгляда, скрылся из виду, утонув где-то далеко, в водах спокойного моря…