Awake.

– Тэхён? Что с голосом? – обеспокоенно спросили на том конце провода. – Устал... Немного, – хрипло пробормотал Тэхён, беззвучно всхлипывая. – Мне приехать? – Нет, нет, что ты. Я знаю, сколько ты ждал этой встречи. Со мной все нормально будет, пойду посплю. Альфа на том конце сказал, что любит, и отключился. Омега тут же рухнул на кровать и зашелся в рыданиях. Беременный. Он, блять, беременный! А ведь началось все...

Три часа назад.

– Чимин-а, я тебе говорю, что ты правильно сделал! – Тэхён даже кивнул решительно, забыв, что собеседник это не увидит, отчего очки в тонкой золотистой оправе упали на кончик носа. Тэхён сосредоточенно поправил их одной рукой, пока второй печатал в ворде интервью с каким-то баскетболистом, который был высоким, темнокожим и... Слишком в себе самоуверенным. Во время интервью, под его чуть насмешливым, раздевающим взглядом было неуютно, хотелось позвонить любимому Чонгуку. Уж он бы точно справился с этим придурком озабоченным. Его, уже как два года муж, работает в компании секретарём самого гендиректора, но изюминка в том, что Чонгук до этого скитался по миру, изучая различные виды боевых искусств. Они так и познакомились с Тэхёном в Токио, когда тот проходил трехмесячные курсы. – Ты думаешь? – всхлипнул омега на том конце. – Я просто... Я не хотел! Я ведь беременный, у меня гормоны и все такое... А он не понимает! Тэхён-а-а-а-а-а, – снова всхлип, – Он ушёл от меня-я-я! Тэхён закатил глаза и оторвался от статьи, поправляя очки и удобно перехватывая телефон. – Слушай, я уверен... – Т-ш-ш! Кажется он пришёл! Пока, Тэхён-а, я тебе потом позвоню! Омега покачал головой и бросил телефон на диван, продолжая печатать статью, которую ему нужно сдать в понедельник. Сегодня так-то суббота, но завтра Тэ хотел побыть с любимым в обнимку, а не компьютером. Закончив печатать, Тэ исправил ошибки и сохранил документ в рабочую папку. Потянувшись так, что хрустнули кости, он снял очки, потер глаза и подтянул широкую футболку Чонгука на плечо. В принципе, футболка - все, что на нем было. Ну и носочки с лисичками, но это не считалось. Тэхён вдруг понял, что хочет чего-то такого... Он бросился на кухню, скользя носками по ламинату. Открыв холодильник, он в который раз порадовался, что продукты лежат на сильных плечах его альфы, иначе бы омега умер голодной смертью. Выбор пал на мясо. Сочное, вкусное даже на вид. Тэхён кивнул сам себе и достал мясо, а после и замороженные овощи из морозилки. Овощи отправились в микроволновку, мясо - на разделочную доску. Он чуть не забрызгивал слюной пол, когда по комнате поплыл ароматный запах мяса. Мурлыча что-то себе под нос, он ворочал импровизированный обед, а уж после выложил его в тарелку и с ногами забрался на угловой кожаный диванчик, тут же с жадностью набросившись на еду. Он невольно почувствовал себя Беллой из сумерек, даже усмехнулся от похожести ситуаций. Пока не осознал то, что еда просилась наружу. Он приложил ладонь ко рту и бросился в ванну. Когда организму надоело очищаться, Тэхён кое-как смог отлепить себя от пола и встать на дрожащих ногах. Зеркало показало бледное страшное чудовище, со всклоченными влажными волосами. Тэхён тут же почистил зубы, избавляясь от привкуса, и оперся руками на раковину, напряженно глядя на свое отражение. Ему страшно. Очень. Он не готов к ребёнку, он не готов рожать! Он наслушался от Чимина всей этой дряни. Ему не хотелось такого. Он вздохнул, мысленно говоря, что ещё ничего не известно. Ну серьёзно, неужели он должен думать, что беременный, только по одной сценке из фильма? Бред. Только вот тест, который лежит у Тэхёна очень давно, показал две полоски. Пиздец. Он все-таки беременный. От этой мысли его как будто в космос запустили. Он в полной прострации дошёл до кровати и лег в позе звезды. Пиздец. Полный. И это ещё Чонгук не знал. Из груди вырвался неконтролируемый всхлип, и омега перевернулся на бок, сжимаясь весь и начиная тихо плакать. Что ж за несправедливость-то..? Чонгук тихо зашёл домой, лишь бы не разбудить Тэхёна. Он задержался, о чем написал омеге, и испугался, когда тот не отвечал три часа. Правда тут же успокоился, стоило увидеть, что Ким просто спит. Он улыбнулся, чмокнул мужа в лоб и ушёл на кухню готовить. Услышал топот любимых ног он где-то через час. Он повернулся к омеге с улыбкой, желая поприветствовать, но улыбка тут же пропала, стоило заметить покрасневшие глаза и бледное опухшее лицо. – Тэхён, что случилось? – мягко спросил Чонгук, выключив плиту. Тэхён молчал, уткнув взгляд в пол. – Тэхён, у тебя что-то болит? – альфа с замиранием сердца смотрел на то, как Тэхён вскинул покрасневшие влажные глаза. – Малыш, что случилось? Может, ты чего-то хочешь? Ким без слов вытянул руки, и Чонгук притянул омегу к себе, подхватывая на руки. – Не против ванны? – Тэ покачал головой, уткнувшись лицом в плечо Чона. – Так, посиди здесь, – скомандовал Чонгук, посадив омегу на стиральную машину. Он включил воду, заткнул пробкой слив и принялся раздеваться. После принялся раздевать омегу и только удостоверился в том, что что-то случилось: Тэ всегда краснел, когда Чонгук раздевал и рассматривал чужое тело, а сейчас лишь опустил голову. Чонгук подхватил омегу под попу и опустился в воду, сажая между ног. Тот откинулся на чужую грудь. Они молчали минут пять, пока Чонгук не прервал тишину: – Расскажешь? – ладони скользнули на живот, поглаживая мягкую кожу. Тэхён закусил губу и выдохнул неразборчиво: – Явродекакбеременныйноэтонеточно... –Что? – не понял альфа, приподняв брови. – Я беременный. Тэхёну жуть как стало любопытно, и он повернулся, смотря на чужое окаменевшее лицо. – Повтори, – хрипло произнёс Чонгук, смотря таким взглядом, что если омега и не хотел, сказал бы. Жить-то ещё хочется. – Я... Беременный? – Ты у меня спрашиваешь? – вскинул брови альфа. – Н-нет... Я просто... Эй, а чего ты возмущаешься?! – Я? Да я даже голоса не повысил... – Знаешь, что?! Иди в задницу, Чон Чонгук! Чонгук ошарашенно смотрел вслед сбежавшему омеге. А после тяжело вздохнул и встал, выходя из ванны и вытираясь полотенцем. После он оделся и взял полотенце с собой, направляясь в спальню. – Тэхён-а? Омега не ответил, смотря исподлобья. – Тэхён, держи полотенце. И оденься, прошу тебя, я не хочу, чтобы ты навредил ребёнку и себе. Омега потянулся и взял полотенце, продолжая смотреть насупленно и настороженно, а после протянул подушку и указал на дверь. Чонгук вздохнул, молча взял подушку и ушёл в зал. Хорошо, что они когда-то долго спорили насчёт этого дивана и решили купить в итоге большой и мягкий. Чонгук счастлив, прихватив из шкафа запасное одеяло и поудобнее устраиваясь на диване. День был слишком насыщенным и тяжёлым, альфа отключился тут же. Чонгук непонимающе и сонно открыл глаза, глядя на склонившегося над ним омегу, что тормошил его за плечо, пытаясь разбудить. – Тэхён? Почему ты не спишь? – Я не могу заснуть... Пусти к себе. Чонгук с готовностью откинул одеяло, уперевшись спиной в спинку дивана, чтобы омеге хватало места. Тэхён забрался под одеяло, отвернувшись от Чона, и тот окольцевал талию рукой, притягивая омегу к себе. Чонгук долго прислушивался к чужому дыханию и, когда услышал тихое сопение, слабо улыбнулся, уткнувшись носом в чужую макушку. В конце концов, ребёнок - это не конец света. Ребёнок - это пиздец, но круто. Чонгук уверен, что с ним он справится. А вот справится ли он с беременным Тэхёном - вопрос на миллион...

Три месяца спустя.

– ... А также много витаминов, свежий воздух и сбалансированное питание. Кушайте побольше, Тэхён-ши, ваш вес меньше того уровня, что мы с вами установили. – Но я и так набрал веса много! Вторгся в уши Чонгука возмущённый голос любимого омеги. Каждый месяц Тэхён должен был ходить к своему врачу, а с ним, несомненно, и Чонгук. Не то чтобы он против увидеть свою "фасольку", как любил называть ребёнка Тэхён. Почему фасолька, Чонгук так и не понял, но решил не спорить. Себе дороже - спорить с беременным Тэхёном. У того менялось настроение как у Чимина цвет волос. А волосы он красил очень часто. Омега мог спокойно сидеть и смотреть телевизор, а в следующую секунду вскочить и начать собирать вещи, ведь "по всему миру так много бедных и голодающих, пока мы тут с тобой сидим в тепле и уюте, они умирают от голода и холода!" Логику Тэхёна мог понять только беременный Чимин. Они за последние месяцы ещё чаще начали встречаться, чтобы долго шептаться о чём-то на кухне, пока Чонгук с Юнги (муж Чимина) смотрели телевизор и тихо ждали, пока те не начнут что-нибудь творить. – Что ж, насчёт папаши. Вы, Чонгук-ши, должны как можно больше времени проводить с мужем. Прогулки, совместные походы куда-то. Вы должны следить за своим омегой. И следите за его питанием, он должен... – Мистер Ли, – перебил его Чонгук резко. У него раскалывалась голова и жутко хотелось спать, ведь Тэхён разбудил его в три часа ночи и заставил идти в магазин за детскими подгузниками и йогуртами. Где тут связь Чонгук не знал, но идти пришлось. В итоге Тэхён ещё полночи тренировался надевать подгузники на мягкой игрушке, заставляя и альфу в этом участвовать, после они смотрели "Король лев", после чего Чонгуку ещё понадобилось время, чтобы успокоить плачущего омегу и говорить на повторе, что тому нельзя волноваться. В итоге, когда омега заснул, Чонгук понял, что ему ложиться уже бесполезно - нужно было приготовить завтрак, разбудить беременного, дописать отчёт. В общем, сейчас он был злой и раздражённый. – Я и сам знаю, что нужно моему мужу. Не волнуйтесь, он будет накормлен, счастлив и приласкан. Теперь мы можем идти? – Да... – растерянно пробормотал доктор. Чонгук выдохнул, чтобы успокоиться, и встал, взяв за руку такого же удивленного омегу. – Чонгук-а, тебя что, Снежная королева укусила? – с серьёзной мордашкой спросил Тэхён, когда Чонгук надевал на него дутую ярко-зелёную длинную куртку. – Почему? – заторможенно переспросил альфа, поправляя алую шапку с надписью "bad boy" на голове омеги. – Ну... Она злая была и Кая украла, ведь ей грустно и одиноко одной было. Тебе тоже грустно и одиноко? – совсем по-детски, наивно спросил омега, смотря своими глазами олененка Бэмби на пол-лица. – Ну что ты. У меня есть ты, зачем мне грустить? – ласково улыбнулся Чон, забывая об усталости и злости, чмокая омегу в кончик носа. – Это хорошо, – засиял Чон, наблюдая, как Чонгук одевается. – А мы в магазин заедем? – Конечно, – кивнул Чонгук, доставая ключи от машины. – А ты мне что-нибудь купишь? – жалостливо попросил Тэхён, хвостиком следуя за Чонгуком. Тот приобнял омегу за талию, выводя из здания, и чмокнул в лоб, отодвинув пряди челки. – Конечно. Все, что пожелаешь. – Тогда я хочу креветок, правда они на нашу фасольку похожи? А ещё хочу сока. Томатного. – Но ты не любишь томатный сок, – растерянно произнёс альфа. – Не люблю. Но с клубничным мороженым он будет вкусным! А еще я хочу... Чонгук побледнел и постарался не представлять картину блюд омежки, иначе завтрак вышел бы наружу...

***

– Чонгук, а какого цвета кроватку купить, чтобы она подходила к обоям? – Тэхён-а, мы еще не знаем, кто у нас будет, почему обои - розовые? – Во-первых, у нас будет девочка, я в этом уверен! Мне рожать, а не тебе, ясно? А во-вторых, потолок с зелёными или фиолетовыми бабочками сделать? Чонгук вскинул брови, растерявшись, и промычал что-то о том, что омеге виднее. – Фиолетовые? Мне тоже они больше нравятся, – кивнул довольно Тэхён, поглаживая выпирающий живот. Чонгук тяжело вздохнул и пошёл готовить чай на кухню. Так как в их квартире не было лишней комнаты, Чонгуку пришлось пожертвовать своим рабочим кабинетом. Запросы у омеги не стали крышесноснее, но альфе и этого хватает. Розовая комната для мальчика? Пожалуйста. Поход в магазин в три часа ночи? Нет, малыш, конечно, я не сплю, сейчас схожу. Манго, политое сметаной? На здоровье, любимый. – Чонгук! Альфа вздрогнул и кипяток плеснулся на руку, вместо кружки. – Твою мать! – Чонгук-и? Рядом тут же оказался Тэхён, обеспокоенно рассматривая начинающую краснеть ладонь. – Пошли быстрее, пока волдыри не появились, – пробормотал омега, потянув альфу в ванну. Чонгуку пришлось сесть на бортик ванны, пока омега обрабатывал кожу. – Ну вот и все, – весело улыбнулся Чон, завязав бантик на бинте альфы. – Спасибо, – облегченно выдохнул Чонгук, растирая лицо здоровой рукой. – Чонгук-а... – вдруг серьёзно начал Тэ. Альфа тут же напрягся. – Да? – Ты знаешь, что очень красивый? Я это заметил... – А, то есть раньше я страшным был? – хмыкнул Чонгук, но, увидев сердитую мордашку омеги, улыбнулся. – Не злись. Моя красота только для тебя. – Да-а-а? – Ага. – Чонгук, Чонгук, а я тебя люблю, – заговорчески шепнул омега, улыбаясь смущенно, и у альфы сердце замерло, а после сильно забилось от этой улыбки. Он присел на корточки перед омегой и задрал безразмерную футболку, касаясь губами округлого животика. – Я тоже тебя очень люблю. И ребёнка нашего тоже, – подмигнул Чонгук, но удивлённо распахнул глаза, когда на руку капнула чужая слеза. Омежка всхлипнул, закрыв ладошками лицо, и Чонгук тут же подскочил, прижимая беременного к себе. – Ну не плачь, ты малышу навредить можешь, а ты ведь этого не хочешь, верно? – Н-нет... Чонгук тяжело вздохнул, поглаживая подрагивающую спину омеги. Ох уж эти беременные.

lijeon