Awake.

– Н-но, м-мистер Ч-чон! – Мне нужна эта комната, Минсок-ши. – Н-но там н-наш р-раб-ботник с к-клиентом... – Значит, придётся потеснить его! – рычит недовольно Чонгук, резко разворачиваясь. – По-моему, вас предупреждали, кто придёт, Минхёк-ши. JK-97 вам о чем-то говорит? Мужчина бледнеет и хватается за сердце. – М-мистер Ч-чон, п-при всем моём ув-важении... – Что? – хмуро вскидывает брови мужчина. – Наших работников нельзя убивать. Мы никому не переходили дорогу, а наши бордели пользуются большой популярностью... – Пока не переходили. Если вы сейчас же не исчезнете, боюсь, этому борделю понадобится новый глава, – чеканит ледяным тоном Чонгук, и от главы не остаётся и следа. Он вздыхает глубоко, чтобы успокоиться, и идёт в триста восемнадцатый номер, распахивая дверь, даже не постучавшись. Жирный потный мужик на постели орет что-то и прикрывается простыней, под ним худой голый юноша с круглыми от удивления глазами. Чонгук тяжело вздыхает и закрывает дверь, приказывая туше заткнуться. Только тот распыляется ещё больше, тычет жирным пальцем с массивным кольцом, и Чонгук преодолевает разделяющее их расстояние, ломая палец жирдяя. – Еще один звук - и твои мозги окажутся на этой стене, ясно? – шипит Чон, в его руке моментально появляется массивный пистолет, приятной тяжестью чувствующийся в ладони, дуло приставлено к чужому виску. Тот кивает медленно, и Чонгук тяжело вздыхает. Как он ненавидит этих жирных мешков с деньгами, которые не знают слова "нет". Паренек лежит молча, чему Чонгук очень благодарен, даже не двигается. Чонгук сует пистолет за пояс брюк и подходит к окну, выглядывая. Он распахивает тёмные шторы, открывая окно. Рюкзак, что до этого был у него на плече, опускается на подоконник, и Чонгук достаёт камеру наблюдения. Обычную такую, чёрную и небольшую. – Тебя найдут и закопают, – хрипит мужик, держась за палец. – Ага, уже боюсь, – бормочет Чонгук, хватаясь руками в чёрных перчатках за раму и вставая на подоконник. Парнишка с жирдяем смотрят удивлённо, но молчат. Осторожно закрепив камеру, он прыгает в комнату, и тут слышится испуганный голосок паренька: – Что ты... За секунду до того, как чужие скрюченные пальцы обхватят шею проститутки, Чонгук приставляет к чужому виску дуло пистолета. Он всегда отличался хорошей реакцией. – Хоуп, – неожиданно говорит Чонгук, пристально рассматривая побледневшего мужчину. Видимо, у него микрофон в ухе. – Я тут не один. Со мной проститутка и её клиент. Нет, я не мог их выпроводить. Пробей его. Чонгук замирает на пару минут, а после достает айфон из кармана и фоткает жирдяя, отправляя фотку Хоупу. – Правда, что ли? А может, мне его устранить? Ну ладно... – Чонгук тяжело вздыхает и смотрит нечитаемо на паникующего мужчину. – Убить тебя не разрешили. Подумаешь, шишка большая. Да я таких пачками устраняю, – Чонгук качает головой и впервые смотрит на паренька. Юный ещё совсем, а ещё очень прехорошенький, одни его глаза огромные чего стоят. И кудряшки эти серебристые, растрепанные. – Надень что-нибудь и встань, – кидает Чон, разворачиваясь к окну. Он подходит к своему рюкзаку и достает ещё камеру, только намного меньше, а после придвигает единственное кресло в комнате и встает на него, устанавливая камеру в углу под потолком. Довольно кивнув, он опускается на пол и вытаскивает из рюкзака мини-ноутбук, тут же открывая его. Проверив, что запись идёт, он кидает взгляд на одевающегося паренька. Худой и изящный, взгляд замирает на чистой медовой коже, проходится по еле видным рёбрам, к проколотому пупку и ниже, на тазовые косточки. Парень одевается быстро и тихо становится рядом, не издавая ни звука. Чонгуку это нравится. – Ч-чонгук? Чон резко вскидывает руку, притянув вскрикнувшего парня за шиворот к себе. – Откуда ты знаешь моё имя? – шипит мужчина в чужие губы, замечая, как мальчик трогательно дрожит, цепляясь длинными пальцами за чужие руки. – Мы в старшей школе в одном классе были... – шепчет тихо юноша, облизывая нервно губы. – Я не помню тебя, – хмурится Чон, чуть ослабляя хватку. – И не удивительно, я ведь серой мышью был... – Постой-ка... Чудик?!

***

– Ага... То есть тебе всего лишь сказали установить камеры в номер, где сегодня будет наш клиент, а ты встретил своего бывшего одноклассника? – смеется Хосок, не отрывая пальцев от ноутбука. – Он сильно изменился. Ну знаешь, был такой серой мышью, а сейчас... – Чонгук запинается, вспоминая чужую фигуру, красивое лицо. – Его даже Чудиком все называли. – И ты? Чон качает головой, откидываясь спиной на диван. – Я его не замечал даже. Мне не до того было. – Ну да... Помню, как тебя в старшей школе загрузили, – качает головой Хосок, разворачиваясь к Чону. – Что с ним делать будешь? – А что я должен делать? Он ничего не расскажет, да ему и не поверят. – А с тем толстяком? Чонгук мрачно ухмыляется, промолчав.

***

Тэхён включает телевизор, висящий на стене, делая себе кофе. До его смены ещё пять часов. – ...а сейчас срочные новости. Сегодня в районе Каннамгу был убит глава компании N - Ли Минхёк. Тэхён пораженно застывает, вскинув голову и узнавая по фотографии его клиента. Бывшего клиента. – Его тело было найдено в районе шести утра, в его кабинете. Эксперты говорят, что причиной смерти послужило пулевое ранение в голову. Никаких улик на данный момент не найдено. Диктор говорит что-то дальше о буйных ураганах в Северной Америке, но Ким уже не слышит, опускаясь на стул и делая глоток кофе, чувствуя, как дрожат руки. Итак, этот жирный ублюдок, который почему-то думал, что чем грубее он его берет, тем лучше Тэхёну, уже мёртв. И в том, что его убил Чонгук, он даже не сомневается. Почему-то поверить в то, что Чонгук - киллер не составило труда. Возможно потому, что он всегда таким был. Тихий, молчаливый, он ни с кем в классе не общался, зато был круглым отличником, побеждал на олимпиадах и спортивных праздниках. Тэхён всегда восхищался им, ведь Ким тоже был тихим и хорошо учился, но он не был таким холодным красавцем, как Чонгук (к слову, сейчас брюнет выглядит ещё круче) из-за чего его часто дразнили и даже дали прозвище - Чудик. Сейчас Тэхён второй по популярности среди мужчин, которые любят "сладких мальчиков", он желанный и всеми любимый, только вот счастья от этого больше не стало. Тэхён до сих пор считает себя грязным и порочным, за те три года, что он работает в борделе, с ним делали столько всего, что в пору собственную камасутру издавать. Ким проводит ладонью по лицу и встаёт, решив сходить в душ. Кружка с кофе так и остаётся стоять почти полная.

***

«– Мне конец,» – думает Тэхён, и куртка валится на пол из дрожащих рук. Чонгук спокойно сидит на кухне, соединённой с гостиной - Тэ всегда хотел себе квартиру - студию, с дымящейся кружкой кофе в руках. Во всем чёрном, включая перчатки (Тэ сглотнул). – Привет, Тэхён, – кивает Чон. – Я позволил себе немного похимичить на твоей кухне. – Ничего страшного, – охрипшим голосом шепчет Тэ, не сдвигаясь с места. – Иди сюда. Тэхён про себя хнычет, что умирать ещё рано, он ведь хотел накопить денег и мир увидеть, а тут, блин, так неожиданно... Не мог, что ли, этот Чонгук другой номер выбрать? Тэхён на негнущихся ногах подходит ближе и осторожно приземляется на стул, подальше от Чона, что, естественно, не ускользает от последнего. И знатно смешит. – Как думаешь, зачем я здесь? – с улыбкой спрашивает киллер, пока Тэ напряженно размышляет о том, где у Чона пистолет. Не ножом же он его убивать будет, так ведь нечестно, Ким тоже хочет, чтобы раз и все. – Убить меня? – с тяжёлым вздохом спрашивает Тэ, а после замечает краем глаза, как Чонгук достаёт пистолет с глушителем, спрятанным под ремнем брюк. Ким жмурится и выдыхает глубоко, прощаясь со своим компьютером и лучшим другом Чимин-и - его любимой плюшечкой. Он дергается и распахивает глаза, когда его щеки касаются холодные пальцы. Чонгук снял перчатки, возле них лежит ствол и, судя по всему, Тэ будет пока жить. « – А может, он... Может, он пришёл не как киллер... А как клиент?!» – от осознания этого Тэхён округляет глаза и подозрительно смотрит на невозмутимого Чонгука. – Ты... Ты... – Я, я, – хмыкнул Чон. Какой-то странный диалог у них выходит. – Ты пришёл, чтобы трахнуть меня, а потом убить? – настороженно выдаёт Тэ, а Чон закатывает глаза. – Не собираюсь я с тобой спать. – А то есть просто убьешь, но попозже? – Господи, заткнись ты хоть на секунду, – беззлобно тянет киллер, и Ким правда замолкает. – Я не буду тебя убивать... – Тогда зачем ты ворвался ко мне в дом и напугал до усрачки?! – Ну... Скучно, знаешь ли... – Что?! Скучно?! Я тебе сейчас покажу скучно! – Ким вскакивает и берет полотенце с тумбы, принявшись бить киллера. – Он, значит, меня до инфаркта доводит своими пистолетами и взглядами этими, а потом это шутка?! Ты бы ещё нож мне в руку воткнул, клоун хренов! Ох... – Тэхёна тянут чужие руки, и он валится на колени Чона, тяжело дыша в чужие губы и отказываясь принимать то, что щеки алеют от смущения и сложившейся ситуации. Чонгук же спокоен и не чувствует никакого смущения, по-хозяйски устроив руки на чужой талии. – Ну что, успокоился? – шепчет Чон на ухо отвернувшегося Кима, а руки уже скользят под футболку, оглаживая позвоночник. – Что ты... – Я пришел поговорить, Тэхён-а. – А п-пистолет? – ладно, окей, Тэ готов признать, что чужие лёгкие прикосновения разжигают пожар в животе. – Он всегда со мной на случай непредвиденных обстоятельств. Тэхён поворачивает голову, оказываясь совсем близко к чужому лицу, и смотрит в угольные глаза напротив. – К-как я, например? – Как ты, Тэхён-а. Забавно, думает Тэхён, жмурясь и позволяя чужому языку вторгнуться в рот. Сейчас Тэ тоже дрожит, но уже не от страха. Это предвкушение. А ещё есть золотое правило - не целуйся с проституткой, на которое они благополучно кладут хуй. Чонгук чувствует металл сережки на языке и невольно задумывается, где ещё у Кима есть пирсинг. Ким выдыхает томно, когда ягодицы сжимают, и задирает голову, открывая доступ к шее. Чонгук лижет, кусает, целует, заставляя Тэ срываться на короткие стоны, вплетая тонкие пальцы в чёрную шевелюру, наслаждаясь её мягкостью, и тереться задницей об возбуждение киллера. Его осторожно подхватывают и сажают на стол, толкая в грудь, отчего он валится на него, тяжело дыша, и охает, когда его дергают за бедра, прижимая попу к чужому вставшему члену. Его раздевают медленно, оголяя светлую кожу с россыпью родинок. Чон немного подвисает, замечая проколотые соски, и качает головой. Он даже не удивлён. – Не надо... – шепчет Тэ, облизывая пересохшие губы, когда чужие пальцы касаются входа. Он ведь пришёл со своей смены, а у него три клиента было, так что нужды в растяжке нет. Чонгук послушно кивает и звенит пряжкой ремня, отчего сердечко Кима лихорадочно бьётся. Он, наверно, только что осознал, что он лежит на столе в своей квартире, а сейчас его будет трахать безумно горячий бывший одноклассник, который, между прочим, и словом не обмолвился с ним за все то время, что они учились вместе. Хотя... Тэ поправил очки и покрепче взял кипу бумаг, что его попросили отнести в учительскую. Только вот он понял, что удача его явно не любит, когда навстречу вышел задира всей школы - Минхо, со своей свитой шестерок. Тэ прикрыл глаза и весь сжался, желая проскочить мимо, но его схватили за плечо, тормозя. – О, а вот и наш Чудик! – улыбнулся парень, снимая очки с испуганного парня. – Это тебе не понадобится. А сейчас... – Закрой рот. Все вздрогнули и повернулись в сторону ледяного голоса. Тэхён прищурился, все ещё дрожа в чужих руках, но ничего не видя из-за плохого зрения. А по голосу узнать не мог. – Эй, да мы же тебя не трогали... – Мне плевать. Иди ори в другое крыло школы и не мешай мне заниматься, – чеканил все тот же голос, и чужие руки с его плеч пропали, а после Ким услышал, как компания молча ушла, но парня успели толкнуть плечом, из-за чего он вместе с бумагами полетел на пол. – Черт... – шепнул Тэ, пытаясь найти очки. Он слышал, как к нему кто-то подошёл, а после перед ним присели на корточки и протянули очки. Он тут же надел их, округляя глаза и дергаясь всем корпусом назад. Перед ним был Чонгук, его мрачный нелюдимый одноклассник. – Как ты? – спокойно спросил парень, оглядывая парня на предмет повреждений. Тот судорожно пробормотал, что все хорошо, а после охнул и принялся собирать бумаги. Он удивился сильно, когда ему помогли, но промолчал, боясь разозлить Чона. Когда все бумаги были собраны, Тэ оглядел стопку в руках одноклассника и только хотел её забрать, как... – Я помогу. Поработаю рыцарем, иначе бумаги ты так и не занесешь, что будет обидно, не так ли? Ким молча кивнул, робко улыбаясь, а после отвернулся, чтобы хоть как-то уйти от пристального взгляда. Они шли молча до учительской, там отдали бумаги завучу, что поблагодарил их, и пошли обратно. – Ты милее, чем я думал, – произнес Чонгук, поравнявшись с классом музыки, где Тэ и поймала компания Минхо, а после кивнул и ушел в класс, оставляя стремительно краснеющего Кима одного... Тэ смеётся хрипло, выгибаясь от первого толчка. – Ты чего? – шепчет Чонгук, упираясь ладонями в стол и прижимаясь губами к приоткрытым влажным губам. Тэ отвечает на поцелуй, а после отстраняется и шепчет в чужие губы: – Вспомнил, как в старшей школе ты спас меня от Минхо. Меня всегда удивляло, что тебя боялись даже старшеклассники. А учителя не могли на тебя голос даже повысить. Я все думал: "В чем же его секрет?". – Ты думал обо мне? Мило, – хмыкает Чонгук, сминая мягкие бедра ладонями, чтобы было удобнее толкаться в Кима. Пусть тот и не был таким узким, профессия не позволяет, но его отдача на действия Чонгука... Это выносило мозги покруче наркотиков. Тэ внезапно садится и двигается ближе, закидывая руки за шею Чона, чтобы притянуть ближе для поцелуя. Так даже лучше, думает Чонгук, когда ловит низкие стоны губами при каждом толчке.

***

Тэхён просыпается от звонка мобильного и морщится, хлопая ладонью по тумбе. Найдя, наконец, исчадие ада, он приподнимается на локтях и щурится, вглядываясь в экран. – Да, Чимин-и? – сонно бормочет Ким. – Тэхён! – всхлипы по ту сторону заставляют Тэ напрячься. – Что такое, Чимин? – Я... Я был с клиентом и... И неожиданно... – Что? Что произошло? – Его убили! Окно было открыто и... Он упал на меня, у него кровь с затылка брызнула, я так испугался, – у Чимина начинается истерика, и Тэ бормочет, что сейчас же приедет. Он смотрит пустым взглядом в стену. Чонгук установил камеры в ту комнату. Что если... Что если он узнал, что клиент Чимина придёт в эту комнату и... – Ты вляпался в дерьмо, Ким Тэхён, – шепчет Тэ, замечая записку на тумбе.

Прости. JK

Тэхён смеётся истерично и запускает пальцы в волосы. Прости, серьёзно?! Сейчас он поедет утешать друга, а после найдёт эту каменюку и надерет ему зад.

lijeon