Зеркало судьбы

POV Корон - Зачем Обри писать мне? - Я точно не дам тебе ответ на этот вопрос! А вот если ты развернешь письмо, то поймешь, что там написано. - А если это ловуш… - Нет, наши маги проверили, там только текст, адресованный тебе. Я, конечно, не напираю, ты можешь прочесть и наедине с самим собой, все же эта может оказаться личная информация. - У меня нет от тебя либо от Натана секретов. Разорвав печать, державшую письмо, я развернул его и обнаружил внутри бумаги небольшой листик. ฉันรู้ว่าสิ่งที่คุณทำกับฉันและจะซ่อนความจริงที่ว่าคุณเอาแรง Amory แต่ละหยดน้ำตาของเขา คุณร้อย ผมยังพูดไม่จบสงครามแม้ว่าเขาจะเป็นสามีของคุณตอนนี้ ผมเขียนจดหมายฉบับนี้บนหินกลมขนาดใหญ่ที่ผมคิดว่าคุณรู้ว่าวิธีไกลฉันไป และตอนนี้จะไม่กลับลงมาจนถึงลูกของฉันไม่ได้อยู่กับฉันคุณไม่ ให้ห่า งพี่ชายขอ งคุณไปยัง ลู กชาย ของฉัน. - Я не понимаю этого древнего языка эльфов. Понял только, что там написано про Амори. - "Я знаю, что ты сделал, и от меня не укроется тот факт, что Амори ты взял силой. Каждая его слезинка отольется тебе в стократ. Войну я не закончу, даже если он теперь твой муж. Я пишу это письмо на белом камне, думаю, ты понимаешь, как далеко я зашел. И теперь не намерен отступать, пока мое дитя не будет со мной. Не смей подпускать своего брата к моему сыну", - процитировал я письмо короля эльфов. - Начала письма понятна. Но есть две вещи, которые я не совсем понял. То, что он узнал о свадьбе, это немудрено. А про белый камень? Что он имеет ввиду? Лютер не знал этого места. Да и никто не знал. Когда проходит коронация, наши души соединяют с высшими силами, и на какие-то секунды для этого мира мы недоступны. На самом же деле, в этом пустынном, мертвом месте можно бродить часами. Когда я в день коронации попал туда, то был растерян. Отец описывал это как нечто прекрасное и неземное, но для меня же это место было вычурным и обычным. Хотя белый туман нельзя назвать обычным. Не зная, что нужно делать, я просто побрел вперед. Чем дальше я шел, тем отчетливей был видел какой-то белый камень. Хотя на камень он мало походил, больше был похож на небольшую вытянутую колонну. - Рад приветствовать следующего из рода Лангемтарг. Мне так жаль, что Корнех ушел из этого мира. Он казался мне по-настоящему великим королем. - Напротив меня стоял старец в белой одежде. Все его лицо и руки были в глубоких морщинах, но при этом глаза чем-то напоминали глаза ребенка. Волосы и длинная борода были белого цвета и практически сливались с его мантией. – На этом листке напиши все, что ты желаешь всем сердцем. Передо мной появился небольшой свиток и перо. - А если я ничего не желаю? Старик так странно посмотрел на меня, а потом, улыбнувшись, подошел ближе. Его руки, что обняли меня, казались такими невесомыми. - Вскоре ты сильно будешь жалеть, что ничего не написал!.. Птичка только на воле прекрасно поет, в клетке же она погибает. Не запирай дверцу клетки, а просто прикармливай ее, дари тепло, будь заботлив и ты заметишь, что птичка сама летит в клетку, дабы побыть с тобой хоть минутку... А после я снова вернулся на коронацию, распахнув при этом глаза. А ровно через год я понял, что старик был прав. Я ведь мог написать все что угодно, и эта программа была бы заложена в моей судьбе. Я мог бы написать, что Амори мой, и он был бы моим. Хотя, даже сейчас я в небольшом смятении. Мою душу разрывают напополам любовь и ненависть одновременно. Но сейчас я точно уверен, что, напиши я тогда о нем, скорее всего, жизнь сейчас сложилась бы по-другому. Может, он был бы совсем другой, прежний, каким я его помню. И совсем меня не любил. Пусть и настоящий Амори меня не любит, но во мне теплится надежда на лучшее будущее для моего прекрасного эльфа. - Долго объяснять, - ответил я Лютеру. - Тогда почему Обри написал, чтобы ты не подпускал Коина к Амори? Неужели он думает, что ты простил брата? - Не знаю, кто ввел его в сомнения, но это все неспроста. У меня к тебе будет просьба… - Какая? – темный подошел ко мне ближе, словно боялся, что нас все же услышат. - Найти Эвелин… - Но ведь ты казнил ту служанку, что помогла Амори сбежать? - Я не убил ее, а запер. У нее на шее висит ограничитель. Он нужен мне. - Только не говори мне, Корон, что ты хочешь надеть его Амори? – с опаской спросил друг. - Нет. Он нужен мне. - Но зачем, я не понимаю тебя? – Лютер нахмурил брови и сделал серьезное лицо, таким я видел его редко, но если доводилось такое лицезреть, значит, он действительно в смятении. - Не спрашивай меня, я просто не смогу тебе все толком объяснить. Просто верь мне. Верь, не как королю, а как старому другу, - после моих слов лицо друга стало спокойнее, каждый мускул расслабился. - Хорошо. Я выполню твою просьбу. Но не думай, что перестану волноваться. Похлопав меня по плечу, Лютер направился исполнять мое поручение. Ограничитель - хорошая вещь. Раньше рабы не сбегали, потому что у них на шее висел маленький кулон–ограничитель. Он не позволял им уйти от заданного маршрута. Вот и Эвелин я повесил такой на шею, задав только одно-единственное ограничение: «Никогда не встречаться с Амори». Я не мог допустить его повторного бегства. Вначале я хотел избегать его, но меня тянет к эльфику не только физически, но и морально. Я нуждаюсь в нем, как в лекарстве от неизвестной болезни. А может, он сам для меня был болезнью. Болезнь под название «Амори». От одного его имени по телу пробежала дрожь, а плоть начала оживать. - Какую глупость ты придумал на этот раз? Развернувшись, я увидел Натана. В его руке была небольшая стопка с документами. Видимо, какие-то мелкие поручения, которые он может дать без моего одобрения. Я улыбнулся другу, как вдруг все в нем поменялось. Лицо вмиг стало бледным, а глаза полностью черными. Бумаги выпали из рук, рассыпавшись по полу. - Что? Что ты видишь, Натан? - Гроб… Большой, но не деревянный, он каменный… Я вижу его не в первый раз и достаточно хорошо знаю, кто там лежит… Мне страшно, но я делаю шаг на встречу, а после еще один и еще один. Боль сковывает сердце. Нет, я не хочу его там видеть. Не хочу убеждаться, что он мертв… Его лица я не вижу, оно скрыто черным шелковым платком… Каменные стены. Повсюду кровь и копоть… Меня толкают внутрь и закрывают крышку. Змеи. Вместо него там змеи… Черное небо вдруг осветилось дымкой красного цвета… Красный цвет обмана и лжи… Он лжет, улыбается, но лжет… Я понимаю это, но не могу, сопротивляется силе магии… Натан вдруг замолчал, заставив меня испугаться. Это видение было каким-то странным и совсем не похожим на другие. Словно темный сейчас видел все глазами другого человека. Хотя раньше он не был участником событий, а всего лишь наблюдал со стороны. Что же поменялось? Что в этом видении? Что оно обозначает? - Что там? Говори, не молчи. Но внезапно друг делает глубокий вдох и приходит в себя. Дыхание его еще не выровнялось до конца. Но я не мог спокойно ждать, пока он отойдет. Мое собственное сердце стучало как сумасшедшее. Я немедленно хотел знать ответы на все свои вопросы. Подняв на меня взгляд, Натан прошептал: - Амо… Мне даже не нужно было дослушивать до конца. Я знал, что он сейчас скажет «Амори». Я просто побежал вперед в сторону наших покоев. Мне срочно нужно было прижать его к себе и убедиться, что все хорошо, и видение это просто видение. Как только я оказался на втором этаже, то уже почувствовал этот запах. Мята. Она была повсюду, и еще эта странная красная полудымка... Я бросился вперед. Хоть бы ничего не случилось... - Амори?.. Амори?.. Амори! – крик Вика мог слышать каждый, у кого есть уши. Отдернув штору в сторону, я подбежал к эльфам. Амори лежал на траве, весь такой бледный и без признаков жизни. А Вик в слезах не знал, что делать. - Что случилось? - Ему вдруг стало плохо, и он упал, - всхлипнул эльф. - Отойдите от него! - закричал Натан, лишая меня даже возможности прикоснуться к любимому. Натан сел на колени, склонившись к его лицу так близко, что, казалось, их разделяет только дыхание. - Туэрти сэну… Тобэск портсэру… - Что такое? Что с ним, Натан? – я не выдержал и сел рядом с другом, накрыв при этом руку Амори своей. Я видел, как его вначале дернуло, а потом он успокоился. Словно мое прикосновение сняло ту боль, что он испытывал сейчас. - Его околдовали. Что-то очень черное было только что помещено в него. Из-за того что Амори сопротивляется, и получился этот резонанс. - Ты поможешь ему? - Боюсь, у меня с собой нет нужный снадобий. Но я быстро за ними схожу. - Хорошо. Я отнесу его в нашу спальню и буду ждать тебя там… А ты, Вик, ступай к Лютеру и обо всем ему расскажи. Я поднял мужа на руки и понес его в нашу спальню. Его тело было то холодным, то в один миг менялось и становилось настолько горячим, что у меня самого начали гореть те участки тела, что соприкасались с его голой кожей. Положив Амори на кровать, я начал метаться из стороны в сторону. Мучительное ожидание сводили меня с ума. В голове был только один вопрос: «Кто посмел? Кто осмелился? Неужели Кербер? Я же его порву на кусочки». Заметив, что по щеке парня потекла слеза, я кинулся к нему и тут же ее стер. - Ну что ты, мой хороший. Все будет хорошо, сейчас вернется Натан и облегчит твои страдания. Он посмотрел на меня таким взглядом, что мне стало страшно. Я еще никогда не видел таких молящих о спасении глаз. Я снова погладил Амори по щеке. Дверь позади скрипнула. - Натан, что так долго? - Я быстро, как мог. Тебе придется его попридержать, это снадобье сильно болючее, и еще кое-что. Корон, я опасаюсь, что у меня ничего не выйдет. - С чего ты решил? - моя рука сжала плечо мужа сильнее и вжала его тело в постель. - Разве ты не ощущаешь этого запаха? Наклонись ниже к его губам и вдохни… Он пахнет мятой… Боюсь, нам не удас… - Замолчи и делай свое дело, - я наклонился к его губам и коснулся их легким поцелуем. - Только держи его крепко… Льется, льется водица, так же пусть и жизнь вольется… Схватив Амори за щеки, он заставил его рот открыться и влил в него зелье. Тело эльфа затрясло, и у него началась агония. Даже моих сил не хватало, чтобы держать его на месте. Тело словно ему не принадлежало. Он всхлипывал, стонал, кричал что-то невнятное. Мне стало страшно, что зелье все-таки не поможет. Теперь я удерживал эльфа двумя руками, но он все равно изредка вырывался. - Нат? - Смотри, - темный указал на уголок его губы, из которой сейчас струилась странная жидкость черного цвета. Постепенно эта жидкость белела и белела, а вскоре совсем исчезла. Тело Амори пронзил еще разряд, а после он успокоился. Он поднял руку вверх и коснулся моего лица. Я испугался за его жизнь так, как никогда не боялся за свою. Мне стало страшно, что я мог его потерять раз и навсегда. - Спасибо… - прошептал он, закрывая глаза. Сердце мое бешено застучало, разрываясь на части. - Я не совсем уверен, но, Корон, эта магия... она какая-та странная. - Что ты имеешь в виду? – я провел рукой по волосам своего светлика, укрывая его при этом одеялом. - Я даже боюсь предположить, что это за хрень. Но я такое уже видел раньше… - Когда именно, Натан? Не тяни, как маленький. Я хочу знать ответ на свой вопрос. - Помнишь случай в пещере, когда мы нашли одурманенную девушку? – Натан отошел практически к двери. - И что тут общего? - А то, что ее одурманили не зельем, а словами. То же самое и с Амори. Его одурманили именно словами, но кто мог это сделать, я не знаю. Поверь мне, я не сомневаюсь, что это дело рук Коина, мята тут неспроста. Как твой советник, я приму меры. Немедленно распоряжусь, чтобы маги нашли предателя. Я оставлю вас. Амори нужен покой и крепкий сон. Темный покинул спальню, оставляя нас одних. Укрыв Амори одеялом, я прижал его тело к себе. Сейчас, пока я рядом, никто не посмеет нарушить его покой. Поцеловав мужа в носик, я постарался задремать, дабы не грызть себя разными мыслями… - Ты пришел? – произнес Коин позади меня. Развернувшись, я посмотрел на брата. - Как видишь... Оставь его. Брат засмеялся. Сейчас, в этой темноте, он был одет в белую рубашку и темно-синие брюки, на ногах не было обуви. - Я все равно не понимаю, о ком ты. - О моем муже. Прекрати преследовать его, и оставь нас в покое! - Глупый маленький брат, неужели ты в своей голове решил, что мне нужен какой-то эльф? Это глупо. Я ненавижу эльфов… Но тебе скажу лишь одно: не расслабляйся. Его губы так сладки… Я кинулся вперед, чтобы заставить его замолчать. Схватив брата за грудки, я опешил. Где-то раздался громкий крик. - Кажется, ему снится плохой сон, - сама его улыбка не давала мне покоя. Слишком самоуверенной она была. Догадка пришла мгновенно. - Это ты? - Что именно я? Скажи мне, Корон. - Ты преследуешь его? Даже во сне? - Он сам слишком много обо мне думает… Ха-ха-ха… Открыв глаза, я прижал Амори ближе и погладил волосы. Его тело дрожало, он не мог нормально мыслить и дергался то в одну сторону, то в другую. Эльф попытался подняться, но я прижал его к себе, заставив лечь обратно. - Амори, ляг обратно. Натан сказал, что тебе сегодня нужно отсыпаться. Неожиданно он развернулся ко мне, и обнял меня. Я вздрогнул всем телом. Он сам обнял меня, прижав к себе. - Не оставляй меня. - С чего такие мысли? Я не оставлю, - обнимая его в ответ, произнес я. - Ты собираешься уйти, я знаю, - обиженно, как ребенок, промямлил он. - Ты знаешь, что я не могу поступить иначе. Даже сейчас, когда ты мой муж. Война не остановлена, и если в замке пока спокойно, это не значит, что за его пределами то же самое. Пойми меня. Я король. Я отвечаю не только за свою жизнь, но и за жизни своих людей, - прошептал я, прижимая мужа к себе плотнее. - Ты любишь меня? – спросил он, зарываясь лицом в мою грудь. - К чему такие сомнения? - Не знаю. Между нами повисло молчание. Оно вроде было и недолгим, но все равно сводило с ума, заставляя волноваться. - Поцелуй меня, - прошептал Амори, смотря мне прямо в глаза. На его щеках появился румянец, который заставил меня разволноваться и прослушать его просьбу. - Прости, что? - Поцелуй… Поцелуй меня… - Ты можешь не просить об этом. Это поцелуй был горячим и сводил меня с ума. Он сам попросил. Сам… С тех пор я не выпускал его из своих объятий по ночам. Он сводил меня с ума, а я его. Все остальное просто ушло на второй план, я не мог думать ни о чем, кроме его тела. Оставив эльфа одного, я спустился вниз. На улице Лютер и его солдаты держали какого-то темного. Его я раньше не видел, но лицо все равно казалось знакомым. - Что происходит, Лютер? Мужчина обернулся ко мне, а солдаты встали по струнке, не отпуская при этом пленника. Я заметил на его лице кровь, а на руках кандалы, сковывающее его движения. Темный подошел ко мне ближе и протянул какой-то маленький сверток. - Он положил его в дерево, Корон. Развернув маленькую бумажку, я прочел: «Мне не удалось опоить принца, но у меня есть еще один шанс. Корон ищет Эвелин, ее нужно устранить». - Мы пришли не вовремя, девушка была уже мертва, а медальон пропал. Он доносчик. Наклонившись ниже, я схватил предателя за волосы и заставил его посмотреть на меня. - Кто послал тебя? – Мужчина молчал, внимательно глядя на меня. – Кто тебя послал? - Он не отвечает на вопросы, я пробовал. Угрозы не подействовали, другие меры тоже. Злость наполнила все мое тело. Я был взбешен, как никогда. Вот как Коин узнавал о каждом моем шаге. В замке был предатель. А один ли он был? Схватив пленного за горло, я поставил его на ноги. Это он причастен к такому состоянию Амори, поэтому он не должен жить. Выхватив меч из ножен, я одним ударом снес предателю голову. Тело упало на землю, окрасив ее в красный цвет. Цвет предательства и лжи. И пусть мои руки тоже в крови, я не отступлю и найду его союзников в замке, если такие имеются. - И так будет с каждым, кто предаст нашу веру и меня, как истинного короля этих земель! - крикнул я. Все солдаты стояли, замерев. Охрана подняла тело, но я остановил их. – Сжечь, - приказал я и, развернувшись к Лютеру, добавил: - Провести полную проверку людей. Уничтожить всех подозрительных. Я не терплю предательства. Лютер не стал останавливать меня, когда я пошел в сторону замка. Солдаты быстро бежали вниз по лестнице помогать своим сослуживцам. Возле двери стоял Кербер. Лицо темного было хмурым. - Такие меры были излишни. Мне кажется, он бы рассказал все под пытками. - А я слишком резок к таким, как он, - толкнув мужчину плечом, я пошел дальше. В замке было беспокойно. Все сейчас были взволнованны. В гостиной находились трое солдат, четверо слуг и пятеро темных высшей касты. Они перешептывались и в тоже время боялись посмотреть на меня. Поднявшись до середины лестницы, я обернулся. Люди смотрели на меня с почтением. Никто не выражал недовольства моим действиям. - Все, кто остается мне верен, будут вознаграждены. Предателей я не прощаю и уж тем более не даю второй шанс. Сейчас до комнаты я буквально летел, как птица, как зверь. Мне нужно срочно смыть с себя грязную кровь. Она мелкими капельками стекала на пол, а я надеялся, что в комнате сейчас не было Амори. Я не хотел, чтобы он видел все это. Он слишком мягок и испугается. Ворвавшись в комнату, я замер. Принц спал. Подойдя к кровати, я улыбнулся. Он такой красивый, неземной и такой сладкий. Одна капелька крови капнула на простынь, заставив меня опомниться и пойти в ванную. Включив воду, я подставил руки под быстрые потоки. - Ты уже вернулся? – зевая, произнес эльфик. На нем сейчас была моя ночная сорочка, которая доходила парню до середины бедер. Сглотнув, я выключил воду и подошел к мужу. – Что-то случилось? - С чего ты взял, милый? – я уже наглым образом задирал мешающую мне ткань. - Просто ты какой-то расстроенный. Все хорошо? - Теперь да. Прижал мальчонку к себе, я впился в его губы властным поцелуем. Он, конечно, делал слабые попытки вырваться, но это уже не поможет. Я слишком распалился. Втолкнув его в комнату, я захлопнул за собой дверь ванной. Эльф смущен, но не делает попыток убежать, значит, готов, хотя, если бы он убежал, я бы все равно догнал. Повалив Амори на кровать, я снова впился в его губы. Он застонал и начал ёрзать подо мной, что доставляло мне еще больше удовольствия. Он полностью открыл рот и впустил мой язык в себя. Я хотел ласкать, нет, хотел кусать... Руками он ухватился за мой затылок и прижал меня к себе, чем углубил свой поцелуй. С каждым разом наши действия становятся все интимнее и интимнее. Он привык к моим рукам, а вот мои губы на различных участках его тела его по-прежнему смущали, а мне это нравится. Я целовал его шею, а он постанывал под моими ласками. Поцеловав подбородок эльфа, я стянул с него сорочку и откинул куда-то в сторону. С минуту я разглядывал его прекрасное тело и зарычал от желания. Мой мальчик возбужден, он тяжело дышал, а щеки пылали. Он смотрел на меня затуманенным взглядом сквозь приоткрытые глаза. Поцелуями я спустился ниже на его шею, где еще оставался след от моего укуса. Медленно провел языком и снова укусил. Амори вскрикнул и немного прогнулся. Быстрыми движениями я стянул с себя верхнюю одежду, оставив только брюки, их я успею снять после. Медленно, руками ласкаю каждый участок его юного тела, а губами покусываю кожу. Эльф, видимо, перестает соображать, что делает, потому что начинает метаться из стороны в стороны и громко стонать. А после выгнул спину, когда я губами прикоснулся к его естеству. Он только мой. Мой сладкий Амори. Вобрав его член полностью в рот, я начал ласкать его языком, а с яичками уже вовсю поигрывала моя правая рука, ведь левая занята. Левой я ласкал свой собственный член. Когда казалось, что мы оба готовы кончить, я соединил наши члены, начав их активно ласкать, в то время как мои губы и язык завладели ртом Амори. Я не мог больше сдерживать себя. Доведя себя и его до оргазма двумя движениями руки, я выгнулся и кончил. Мой дикий стон слышали, наверное, далеко за пределами этих земель. Упав рядом с эльфиком, я тяжело дышал, тело тряслось в еще продолжающемся оргазме. Притянув дрожащее тело мужа к себе, я прошептал ему на ухо: - Я убью любого или любую, что когда-либо к тебе посмеет прикоснуться. Запомни, ты принадлежишь только мне.