Мистер Пропер

— Слезь с меня, быстро! — С визгом, Антон полетел на соседнюю от Пропера подушку. — Тебя не смущает, что мы сейчас у меня дома и ты здесь явно нежеланный гость, так что не тебе мне тут предъявлять! — Шастун был в ярости и все еще пытался узнать свой голос и понять причину, по которой он пищит как малолетка. — Я пришел доделать работу, только и всего. Прикорнул на пару минут, а тут ты, вот-вот на мой член насадишься... Дыхание у обоих сбилось, раскрасневшимися лицами они синхронно повернулись друг к другу. Антон поймал себя на мысли, что что-то сейчас точно случится, а Арсений никак не мог оторвать взгляда от пухлых влажных губ подростка, и только сейчас мужчина заметил, что глаза у того заплаканные. — Ты чего, ревел? — Он спросил это настолько нежно и мягко, что малец слегка опешил. — Не плакал я, что за бред?! И вообще, это даже не твое дело... Растерянный Антон вызвал у Арсения сочувствие, а взгляд оказался еще сильнее прикован к губам парня. — Слушай, мне кажется, что это все непра... — Шастун не успел договорить. Горячий язык блондина проник в рот подростка, и начал активно двигаться, что не на шутку шокировало Антона и ввело в ступор, но уже через мгновение он жадно отвечал на поцелуй. На первый в своей жизни поцелуй, с незнакомым мужчиной в собственной постели. Но это все уже было неважно, потому что сексуальное желание, возникшее в его голове по отношению к Проперу еще в их первую встречу, которое он так старался подавить дрочкой и уговорами себя самого начать встречаться с Аней, превысило все рамки и рвалось наружу, убивая логику и нормы приличия. Шастун прижался к мужчине вплотную, ощущая пульсацию его члена своим. Обхватив руками спину блондина, подросток прильнул к горячему телу еще сильнее. В ответ на это, Арсений не стал мелочиться и тормозить, потому как сил сдерживаться по отношению к парню у него больше не было. Рывком стянув с подростка шорты вместе с боксерами, он опустился ниже, на уровень дрожащего набухшего члена парня. Размер члена не разочаровал мужчину, хотя это и был первый секс в его жизни. Неловко дотронувшись до головки языком, он вздрогнул от внезапного сжатого стона Антона, который он постарался подавить. Нежный взгляд Арсения снизу вверх дал подростку понять, что стесняться ему нечего. Член Шастуна легко проскользнул в рот блондина, чей язык теперь нежно водил круговыми движениями вокруг головки. Парень снова попытался сдержать стон, но когда мужчина резко принял всю длины его плоти внутрь, в горло, протяжный стон вырвался из его рта. Глубоко в глотке мужчины головка члена набухла до предела, и горячее густое семя прыснуло внутрь. Практически захлебнувшись, Арсений все же принял сперму и проглотил солоноватую жидкость. Арсений развернул обмякшего Шастуна раком и пристроился сзади. Он сам уже был готов кончить, но желание запомниться хрупкому, девственному подростку было сильнее. Слегка смазав заднюю дырочку Антона слюной, мужчина ввел сразу два пальца, в ответ получив приглушенный стон подростка, уткнутого лицом в подушку. Пальцы внутри сначала двигались медленно, но с каждой секундой ускорялись, потому уже секунд через тридцать нарастающих стонов Шастуна, переходящих то в плач, то в рычание, подросток снова был готов кончить. Блондин почувствовал, что больше ждать не сможет, поэтому повозившись с ремнем несколько мгновений, стянул с себя джинсы и резко вставил каменный член в расслабленное ложе парня. Внутри было слишком горячо и узко, поэтому сперма Арсения сразу влилась в подростка, заполняя внутренности, и тот, дрожа и сжимая правой рукой свой член, кончил на простынь с глубоким протяжным стоном в ту же секунду. Пропер без сил рухнул на подушку. Все еще пробираемый мелкой дрожью Шастун поступил также. Они лежали, уткнувшись взглядами в потолок и пытаясь побороть одышку. Мысли крутились и перебирались в головах обоих с такой скоростью, что их побороло головокружение. Сказать при этом, казалось, было уже нечего, да и разговоры здесь были излишни. Взаимные чувства накалились до предела, но, к счастью, хотя бы сексуальное напряжение при этом постепенно сходило на нет. — Нам все же стоит поговорить, — медленно и вдумчиво проговорил Арсений, словно выделяя каждое слово как нечто особенное. — Может, ты и прав, но точно не сейчас, — скованно ответил подросток, все также глядя в потолок. Так они пролежали еще несколько минут, постепенно погружаясь в сон после всех событий подходившего к концу дня. Глаза у обоих медленно слипались и наконец, запутавшиеся в эмоциях и вымотанные, они уснули.