Часть 1
27 апреля 2018 г., 09:37
На Антона больно смотреть. Под глазами синяки, равнодушный ко всему взгляд. Щеки впали, а губы потрескались и кровоточат. Он почти ничего не ест, а если и ест, то какую-то гадость из фастфуда. Антон никогда не был толстым, но сейчас его можно было сравнить с ходячим скелетом, обтянутым кожей. От одного лишь взгляда на него у всех возникает желание его покормить. Но Антону плевать.
Антон курит полторы пачки в день. Нет, даже две. Его волосы, одежда полностью пропахли сигаретным дымом. Приправлять сигареты алкоголем уже вошло в привычку. Антон знает, что это вредно, знает, что губит свой организм. Но Антону плевать.
Он никогда не думал, что будет избегать общества. Получать энергию он привык от людей, а теперь социум потерял для него всякий смысл. Друзья постоянно пытались узнать, как он себя чувствует. Сначала он ещё пытался говорить, что с ним все нормально, но когда синяки под глазами стали слишком бросаться в глаза, а запястье можно было обхватить двумя пальцами, Антон решил просто стать волком-одиночкой. До него пытались достучаться, а потом поняли, что это бесполезно, и перестали даже писать. Но Антону плевать.
Если Антон поспит больше четырех часов, это будет рекорд. Потому что по ночам он любит сидеть на балконе и курить, совершенно ни о чем не думая, или стараясь сделать вид, что не думает. У Антона бессонница, от которой даже таблетки не помогают. Наверное, просто не стоит их запивать черным кофе без сахара. Но Антону снова плевать.
Жизнь иногда поворачивается так, как мы этого не хотим. Возникают препятствия, которые выбивают тебя из колеи. Причем это может быть любая вещь, любое событие, и ты уже понимаешь, что все пошло наперекосяк. И ты не можешь никак все это исправить, взять под контроль, ведь от тебя это не зависит. Это и случилось с Антоном. И сначала ему не было на это плевать. Но все меняется. И теперь Антону плевать.
«Дружище, мы за тебя переживаем», — постоянно одни и те же смс-
ки присылают Антону друзья, но он их даже не читает. А если и читает, то не отвечает. Ведь какой в этом смысл? Он никак не может измениться, вновь стать прежним Антоном, у которого улыбка до ушей и всегда свежий цвет лица. К сожалению, не он виноват в своем состоянии. А если даже и он, то плевать.
Возможно, Антон действительно был в чем-то виноват. Может, он что-то сделал (или не сделал). Да и какая уже разница? Все равно время вспять не повернешь, не заставишь мир дать второй шанс, чтобы все исправить. Если бы у Антона была хоть малейшая возможность все исправить… Ему бы не было сейчас плевать на все. Или бы было?
В квартире Антона тишина, которую нарушает лишь тиканье настенных часов. Кто-то до сих пор вешает на стену часы? В мыслях полнейший кавардак, а на полу рядом с диваном открытая бутылка коньяка. Стоит она здесь уже не первый день, и периодически Антон о ней вспоминает. Сейчас его депрессия дошла уже до той стадии, когда ему стало плевать даже на алкоголь и сигареты. Интересно, что же будет дальше?
Телефон на беззвучном режиме и безбожно куда-то заброшен. Возможно, он даже разряжен, но Антону плевать, ведь он им даже не пользуется. Как и не пользуется ноутбуком и любыми другими гаджетами, с помощью которых можно напомнить о своем существовании. Ему нет от них никакой пользы, потому что единственный человек, тот человек, из-за которого он стал равнодушен ко всему, уже больше месяца не хочет его видеть. Видимо, ему, как и Антону, плевать.
А, может, ему плевать уже давно. Или было с самого начала. Во всяком случае, у Антона складывается такое впечатление, иначе зачем расставаться со словами из категории «дело не во мне, а в тебе». И ведь, главное, Антон думал, что между ними все прекрасно, что после окончания съёмок они полетят отдыхать. Только они вдвоем. И ведь Антон уже даже билеты забронировал, но кое-кто решил буквально накануне вылета его бросить. И после этого разве не сложится мнение, что человеку на тебя просто плевать?
Возможно, Антон успел задремать и сквозь сон не услышал звонка. Зато когда неизвестный принимается колотить в дверь, Антон приходит в себя. Пустым взглядом смотрит в сторону прихожей и думает, как бы получше послать человека, да так, чтобы он ещё не сильно обиделся.
— Шаст, дверь открой, я знаю, что ты там! — раздается до боли знакомый голос из-за двери. До такой боли знакомый, что сердце сжимается. — Сколько раз говорил, чтобы ты не запирался на внутренний замок.
Антон очень надеется, что это всего лишь галлюцинация. Навязчивая галлюцинация, которая скоро пройдет. Потому что слышать, а тем более видеть этого человека он не хочет. Даже на работу возвращаться не хочется, ведь придётся делать вид, что между ними всё хорошо. А это так просто невозможно. Да и приводить себя в порядок… Нет, Антон не может.
— Открой дверь, иначе я вызову спасателей, и они взломают замок, — снова раздается голос. Антон вздыхает и поднимается с дивана, на котором уже образовалась вмятина от его тела. Медленно он направляется в сторону прихожей. Где-то в подсознании ещё есть надежда, что он откроет дверь и никого не увидит. Ведь вполне возможно, что это его галлюцинация или же сон. Да, точно, сон.
Антон проходит мимо зеркала и в какой-то момент даже не узнает себя. Уж слишком он похудел и оброс — вообще выглядел как самый настоящий зомби. Но что Антону? Плевать. Все равно он никуда не выходит и ни с кем не общается.
В дверь же продолжают настойчиво стучать, но открывать он не спешит. Может, надеется, что это лишь галлюцинация, а, может, оттягивает момент встречи с человеком, который разбил ему сердце и сделал равнодушным ко всему.
— Антон, открой, — снова просит незваный гость. Антон вздыхает, прежде чем отпереть
дверь. Нет, это не галлюцинация. На пороге квартиры перед Антоном стоит тот, кто заставляет его сердце биться быстрее. Арсений Попов. Коллега и бывший любовник Антона. Человек, из-за которого Антону на все плевать.
Они просто стоят и смотрят друг на друга. Антон не знает, что говорить, да и стоит ли ему первому начинать разговор. Ведь не он пришел к Арсению на ночь глядя, причем непонятно зачем. Антон просто смотрит на Арсения, которого не видел так давно, с момента расставания, и пытается понять, что же в нём изменилось. Что-то не то в его лице, но при этом всё равно Антона тянет, словно магнитом, к Арсению. Хочется просто втянуть в квартиру, прижать к себе и уткнуться носом в волосы, вдыхая такой знакомый запах. Но нельзя. Больше никогда.
— Я могу войти? — осторожно интересуется Арсений. Антон ещё секунду смотрит ему в глаза, словно раздумывая, стоит ли давать согласие, но в итоге пожимает плечами и отходит в сторону.
Арсений проходит в прихожую, снимает обувь, и Антон закрывает за ним дверь. Они молчат, пока идут в гостиную, где часто любили проводить время за просмотром сериалов. От взгляда Антона не ускользает то, как Арсений хмурит брови, стоит ему заметить бутылку коньяка.
— Весь диван уже пролежал, — констатирует факт Арсений.
Шастун лишь вновь пожимает плечами и садится на край. Арсений рядом, но на небольшом расстоянии. Они вновь молчат, не смотрят друг на друга. Антон нервно гнет пальцы и дышит тихо-тихо, чтобы только не нарушить тишину. Он понимал, что рано или поздно они все равно где-нибудь увидятся, но ему казалось, что он будет как-то подготовлен к этому. Хотя бы морально. И будет выглядеть получше…
— Зачем ты пришел? — не выдерживает Антон. Ему хочется просто понять, зачем Арсений пришел, и как долго еще будет крутить в руках бутылку с остатками коньяка.
Арсений поворачивает голову и смотрит прямо на Антона. Даже с какой-то нежностью во взгляде, от которой становится как-то не по себе. Антон ведь знает, что Арсению на него плевать.
— Серега и Дима отправили. Сказали, что у меня получится вытащить тебя из не понятной им депрессии, — говорит Арсений, а Антон просто не может сдержать ухмылку. Человек, из-за которого он и оказался в депрессии, пришел, чтобы вытащить его из нее. Это даже смешно, можно было бы в «Импровизации» обыграть это. — Они переживают за тебя.
Антон запускает пальцы в отросшие пряди волос и оттягивает их, чтобы хоть немного попытаться собраться с мыслями. Хоть их друзья и одновременно коллеги по цеху не знали об их отношениях, наверняка они что-то да замечали. Нельзя было не замечать, особенно во время шоу. Если уж поклонники что-то подозревали, то коллеги и подавно.
— Можешь сказать, что все со мной нормально. Мне просто нужен отдых, — говорит Антон. У него возникает дилемма: одна его часть желает коснуться Арсения, сжать хотя бы ладонь, а другая мечтает о том, чтобы он поскорее ушел, причем и из мыслей тоже.
— Шаст, уж мне можешь не врать. Я знаю тебя, как облупленного. Тебе ни черта не нормально. Ты весь пропах сигаретами и алкоголем, а на диване такая вмятина, будто ты с него не встаешь сутками. А я прекрасно знаю, что ты так долго находишься на диване лишь, когда тебе очень хреново. Антон… — Арсений положил ладонь на колено Антону, от чего тот вздрогнул, — возвращайся к нам. Мы скучаем по тебе. Я скучаю по тебе.
И снова Антон не может сдержать смешка. Скучает. Арсений скучает по нему. Да как он смеет после всего этого говорить, что скучает по Антону? После того, как бросил его, толком не объясняя причины, и забыл о нем на долгий месяц. Антона впервые за долгое время переполняют какие-то чувства — злость и обида. Злость на Арсения, а обида на себя, потому что сердце трепещет от одного взгляда на бывшего.
— Скучаешь? Серьёзно? — Антон смахивает ладонь Арсения с колена. — Как ты можешь говорить мне о том, что скучаешь после всего, что сделал? Как ты можешь делать вид, что не понимаешь, что со мной происходит, когда именно из-за тебя мне плевать на все?
Антон вскакивает с дивана и отходит от него подальше, отвернувшись от Арсения. Видеть лицо бывшего сейчас выше его сил.
— Зачем ты пришел? Зачем так поступаешь со мной? Знаешь, ведь ты прекрасно знаешь, что я все ещё тебя люблю. Так зачем снова, спустя месяц, появляться и напоминать о себе? — Антон не ждёт, что Арсений ответит на все его вопросы. Он даже надеется, что не ответит, а просто возьмёт и исчезнет. Словно видение.
Антон отрывает заусенцы, плюет на боль и на то, что пальцы тут же начинают кровоточить. Ему хочется хоть как-то выплеснуть всю ту душевную боль, хоть немного заменить физической, которую куда легче терпеть.
Минуту или две между ними висит тишина. Антон больше ничего не хочет сказать, а тем более поворачиваться к Арсению. «Просто уйди, пожалуйста, уйди», — стучит в голове. Антон хочет, чтобы ему было плевать на Арсения, как и на все остальное, но он не может. У него не получается.
— Может, потому что я тоже тебя до сих пор люблю? — тихо говорит Арсений.
У Антона стучит в висках, а сердце, кажется, пропускает удар. Может, ему послышалось? А, может, Арсений просто издевается?
— Зачем ты так говоришь? Хочешь меня добить? — не выдерживает Антон и поворачивается к Арсению, который уже успел встать с дивана и подойти к Шастуну слишком близко.
Их разделяет всего несколько сантиметров. Антону некомфортно, ему хочется сделать шаг назад, но не может. Он словно попал в плен красивых глаз Арсения, из которого никуда не деться. Всё-таки он действительно до сих пор до безумия влюблен в него…
— Антон… я виноват. Я не должен был так с тобой поступать, уходить, не объяснившись, — начинает говорить Арсений. Его прическа теперь другая, виски сбриты, и ему это очень идет, что не может для себя не отметить Антон. — Я не переставал тебя любить. Никогда. Мне было больно расставаться с тобой, но я не мог по-другому.
— Ты бросил меня, пропал на месяц, а теперь еще говоришь, что все еще любишь меня? — Антон натягивает рукава толстовки, чтобы спрятать ладони.
— Я знаю, что поступил неправильно. Я думал, что так будет лучше. Что так… нам перестанут задавать лишние вопросы, прекратят кричать «Артон», когда нас видят вместе. Я думал, так будет лучше для нас обоих, но…
— А со мной ты поговорить не хотел об этом? — вспыхивает Антон и отступает назад.
Его так бесит эгоистичное поведение Арсения. Как он может решать что-то за них двоих в одиночку? Решать судьбу их отношений самому только потому, что не нравятся разговоры фанатов — глупо. Они могли спокойно все обсудить, поговорить, найти какой-то компромисс в данной ситуации, а Арсений… Как же Антон его ненавидит, но при этом любит до чертиков.
— … Но я не могу без тебя, — продолжает Арсений. — Я думал, что справлюсь, что мы оба нормально перенесем разрыв, но нет. Не смогли.
— И поэтому ты пришел? Чтобы сказать, что ты индюк, который любит все решать в одиночку? — Антон пытается сделать еще шаг назад, но упирается спиной в стену.
— Да, поэтому. И потому, что хочу тебя вернуть, Антон. Мне уже плевать на всё и на всех, я просто люблю тебя. И не хочу без тебя жить, — говорит Арсений и кладет ладонь на колючую щеку Антона, который от прикосновения вздрагивает. — Я очень по тебе соскучился.
Антон кусает потрескавшиеся губы и не может отвести взгляд от Арсения. Только сейчас он замечает мешки под глазами и покрасневшие от недосыпа глаза. Может, он тоже мало спал, как и Антон, потому что переживал и скучал.
— Прости, что я такой эгоист, что решил нашу судьбу сам, — видно, что Арсений раскаивается. Антон его слишком хорошо знает и то, что Арсений действительно скучает и любит. — Я хочу снова быть с тобой. Я обещаю, я изменюсь. Больше не буду таким индюком, каким был в последнее время. Пожалуйста, прости меня.
Антон вздыхает, прежде чем потянуться к Арсению для поцелуя. Ему плевать, что от него пахнет сигаретами и алкоголем, плевать, что щетина может колоть щеки Арсения, и плевать, что он так злится из-за месяца расставания по какой-то глупой причине. Сейчас ему плевать на все, кроме Арсения и его губ, по которым он так истосковался.
— Индюк, придурок, не смей, блять, больше так со мной поступать! — говорит Антон, когда они отрываются друг от друга.
— Ни за что… — отвечает Арсений и снова прижимается к Антону для поцелуя.
***
— Ты мой должник, — говорит Антон спустя какое-то время. Они лежат вместе на диване и допивают остатки коньяка. — Ты должен мне отпуск. Из-за тебя мне пришлось отменить бронь билетов. И мне плевать, чего это тебе будет стоить. — Мы отдохнем, Шаст, обязательно отдохнем, — Арсений крепче обнимает Антона и целует его в шею, заставляя улыбнуться. Да, Антону плевать. Плевать на всё и на всех. Но не на Арсения, уж точно не на него.
