Надо продолжать жить

      Месяцок в таком режиме прошёл нормально. Да, нормально.

РАЗРЫВ ТЕКСТА

НОРМАЛЬНО?! У меня был вывих обеих ног! Я чудом осталась жива после рукопашного боя с отцом и прокляла тётю Зоэ, что она не делала вылазок! И ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ «НОРМАЛЬНО»?! Слышь ты, создатель меня и моей вселенной, ты чёт перепутала или попутала?!

Исправление неполадок в системе

Восстановление текста

      И вот, настал день моего освобождения из оков смерти! Все мышцы ноют, а мне опять придётся взять свой отряд. Эх… Опять кипа макулатуры и дни без сна. Что поделать, капитаны и есть на то капитаны, чтобы справляться с трудностями.       Взглянув на время я немного испугалась. Обычно мой режим этот месяц был таков: 5:00 — подъём, 5:30–6:00 — завтрак, 6:10–12:00 — утренняя тренировка, 12:00–13:00 — обед и отдых, 13:10–19:00 — последняя тренировка, 19:00–19:30 — ужин, 19:40–20:00 свободное время и подготовка ко сну, 20:30–5:00 — сон.       На часах было 13:20 и привыкшая к своему графику я уже хотела рвануть на площадку, но вовремя опомнилась. Кстати говоря, когда я ложилась в половину девятого, то это давало свои плоды. На утро, а точнее в пять утра, я была уже бодрая. Только это меня и радовало.       Вообще из этого месяца я усвоила много уроков. Начиная от контроля силы Аккерманов, заканчивая техникой быстрого передвижения на УПМ. Честно, то мне понравилось проводить столько времени с отцом. С самого детства рядом, больше всего, была мама, когда отец занимался подготовкой солдат. Он строг, постоянно ходит хмурым и в глазах видно одно презрение и неприязнь. Но он не такой. Все Аккерманы носят маски. Даже я. Под маской отвращения скрывается очень чуткий и душевный человек, который любит тех, кто ему дорог. Иногда в детстве, когда мне снились кошмары, я приходила в их комнату.

Flashback

      По коридору идёт маленькая девочка. В руках она держит вязаную игрушку. Эта тряпичная кукла была маленькой, но очень удобно умещалась в руках маленькой девочки.       Худенькие ножки быстро переплетались по старым половицам. — Мамочка, папочка… — дрожащим голосом, она открывает тяжёлую деревянную дверь. — Арина? Что ты тут делаешь? Почему не спишь? — спросил басистый голос. Говорил мужчина. — Мне страшно… — после этих слов Арина заплакала.       К девчушке подбежала женщина с чёрными волосами, которые доставали ей до плеч. — Что случилось, зайка? Тебе что-то плохое приснилось? — женщина опустилась на колени рядом с дочкой. — М-мне приснилось, что дядя Кенни вломился к н-нам и у-уб-бил па-папочку. — после сказанных слов послышался звук разбитого фарфора. Девушка ошарашенно обернулась и увидела силуэт мужчины. В темноте сверкнул нож, после чего послышался крик Микасы и плач Арины. Леви быстро среагировав, выбил из рук мужчины нож, заломив руки за спину, опрокинул мужчину на пол. — Микаса, отведи Арину в комнату. Я справлюсь. — сказал Леви. Микаса взяла дочку на руки и пошла в комнату. Арина сидя на руках у матери тихонько плакала. Ей было очень страшно. В комнате Микаса уложила Арину в кровать. — Мамочка, а с папой все хорошо будет? — девочка посмотрела на маму. — Все будет хорошо, солнышко. Я уверена. — сказала Микаса и поцеловала дочь в лобик. — Мы всегда будем рядом. Я всегда буду рядом. Арина, я…       Глаза Микасы глядели с ужасом на дочь. Из её рта потекла кровь.       Арина в немом ужасе попятилась назад. — Ты следующая! — сказал сумасшедшим голосом мужчина. На его потрёпанной рубахе виднелись капли крови. — Арина, Арина, Арина!

***

— Арина! Да будьте прокляты титаны, хватит спать на рабочем месте! Аккерман! — А? — Арина резко подскочила на стуле. На столе лежали бумаги, а прямо перед нею стоял её от отец. — А, это ты… Прости, просто задумалась, да и в сон провалилась. — И о чём же таком ты задумалась? — Леви с подозрением смотрел на дочь. — Ах… Помнишь, когда я была маленькой, то после каждого ночного кошмара приходила к вам? Вот об этом и думала. — Арина мягко улыбнулась. Сейчас рядом с ней никого, кроме отца, нет, так что можно чуток и расслабиться. — Да? И как ты так глубоко задумалась, что стала бормотать: «Кенни, нет! Не надо! Остановись!» — капитан сто четвёртого выжидающе смотрел на дочь. — «Так это просто был сон…» Да так, ничего. Забудь. — Арина пребывала в смятении. С одной стороны она понимала, что это — сон и не надо всё воспринимать всерьёз, но в тоже время в груди почувствовалась тревога. Что-то явно должно сегодня произойти. — Точно! Слушай, лучше скажи сейчас о том, что тебя волнует. Кенни — это не шутки. — Нет, отец, правда. Всё хорошо. Просто в груди чувство тревоги… — сказала Арина. — Пройдись. Должно полегчать. — сказал Леви и ушел в свой кабинет. Арина последовала совету отца и встав из-за стола, пошла в коридор. Тишина. В коридоре, кроме Арины никого не было. — «Чувство тревоги не проходит. Меня это напрягает». — думала капитан, идя по коридору и смотря под ноги. Внезапно девушка почувствовала сильную боль. В глазах потемнело и Арина потеряла сознание. Очнулась Арина в каком-то темном месте. Руки были связаны, во рту был кляп. — «Где я нахожусь черт возьми?!» — подумала Арина со страхом и стала пытаться выбраться. — Не пытайся. Не поможет. — раздался мужской голос. Из темного угла комнаты вышел мужчина лет 45-ти.       Арина с ужасом смотрела на этого мужчину. Перед ней был Он. Сам Кенни Аккерман.       Но кто же сидит там, в углу?..