Шанс все изменить

Настоящая красота живёт в сердце, отражается в глазах и проявляется в поступках. Ошо

Стайка птиц, весело прощебетав что-то на своем языке, заглядывали в окна замка. Хотя делать им там нечего, но даже птички имеют особое любопытство ко всяким проделкам. Резкий звук взрывающегося зелья, сотрясший комнату, напугал их. Из приоткрытого окна повалил густой красный дым. В лаборатории среди сотни склянок стоял растерянный юноша. Каждая баночка была заполнена разными жидкостями и подписана корявым почерком. Причудливые флаконы заполнили стеллажи. Шкаф чуть покосился от множества флаконов, наполнивших весь стеллаж. Казалось, что ещё одна баночка и шкаф рухнет от переполненности, но это только с виду. В другом углу особняком стоял стеллаж с флаконами, подписанными более ровным подчерком с причудливыми завитушками. На одном из столов стоял расплавленный котел с остатками неудавшегося зелья. Ярко-алая жидкость украшала рабочее место и пол около стола некрасивыми жирными кляксами. Около этого безобразия стоял ошарашенный черноволосый юноша, с ног до головы обляпанный зельем. Сознание быстро проанализировало обстановку. Обсидиановые глаза сверкнули от едва сдерживаемого гнева. Осознание всей ситуации ужасно разозлило. Северус давно не мальчишка, чтобы делать такие глупые ошибки. За долгое время преподавания, руки уже на автомате варили знакомые составы. Движения, доведенные до автоматизма, дали сбой. Разбуди его среди ночи и мужчина бы с закрытыми глазами сварит зелье без единой ошибки. Хотя собственная лаборатория и страдала, но только от его экспериментальных зелий. Сегодня мысли брюнета занимал зеленоглазый чертенок. Несмотря на учебу, тревога не покидала юношу. Мужчина полностью погрузился в светскую жизнь. Его стали замечать остальные. Большая часть женского и мужского населения влюбилась в герцога. Наверняка рабочий стол Перевелла завален письмами с просьбой о помолвке. Карлус на вопросы общественности отвечал, что насильно женить сына не собирается и только тот, кто достоин, чтобы стоять рядом с герцогом, будет выбран в избранники. Женская половина Хогвартса в последнее время всё чаще и чаще повторяли его имя. Даже Джеймс, имевший бешеную популярность, забылся и вспоминался редко. Взрослые маги отмечали таланты темного мага. Некоторые сравнивали с новоявленным маркизом Слизерином, отмечая их уникальность и схожесть. Аристократия разделилась, что в итоге привело к образованию третей стороны. В одном из выпусков Пророка герцог подчеркнул, что участвовать в каких-либо военных действиях и политических распрях не собирается. Северус злился, бесился и дико ревновал. Каждый томный вздох и похотливый взгляд приводил к стихийным выбросам. Некоторые отметили странное поведение юного мага, но придавать значения не спешили, а зря! В письмах Поттер успокаивал мужчину, но спокойствия это не прибавляло ни капли. Вот и сегодня мысли настолько сгруппировались на мальчишке, что привело к необратимым последствиям. В дверь лаборатории кто-то забарабанил. Вздохнув, брюнет очистил одежду от испорченного зелья. Стол подвергся той же процедуре, но убрать остатки испарения не успел. — Войдите! — Уже сосредоточенный и готовый слизеринец ждал, пока откроется дверь. На пороге стояла растерянная рыжеволосая волшебница. Бордовый галстук выдавал принадлежность к факультету. Огненные прядки аккуратно обрамляли лицо. Зелёные глаза бегали по комнате избегая самого юношу. Её до сих пор мучала совесть за сокрытие преступления. Внутреннее «я» ехидно скалилось от робких предположений сознания. — Привет, я эм… можем поговорить? Я не вовремя, наверное… — Девушка неловко переступила с ноги на ногу. Нижняя губа немного кровоточила, наверняка от того, что девушка прикусила её, когда стояла перед дверью. Краска смущения окрасила щеки гриффиндорки. Ладошки вспотели от волнения, а пальцы в это время неловко перебирали подол школьной мантии. — Да нет. Зелье уже испорчено, поэтому нет. Давай только поговорим в другом месте, — просверлив котел злым взглядом, очистил стол от состава. Посетовав на свою невнимательность, уничтожил остатки котла, возвращая на место предметы, что не пострадали при взрыве. Северус закончив совсем, посмотрел на девушку и удивился. Лили действительно чувствовала вину и хотела извиниться. Он понял это, как только прочитал поверхностные мысли подруги, да и некоторые жесты выдавали её. Если память мужчине не изменяет, девушка долго избегала его и поездка в Хогвартс-экспресс примирила их. — Да, хорошо, — проговорила рыжеволосая ведьма, пряча взор. Брюнет подтолкнул девушку к выходу. Закрыв лабораторию, они направились к Выручай-комнате. В свое время об этом месте рассказал Гарри. По пути встретили Кровавого барона, смеющегося над очередной глупостью первогодок. Сами малыши чуть ли не со слезами убегали в другую сторону, стараясь скрыться от назойливого внимания призрака. Коридор вдруг огласил диким хохотом Пивз, пугая некоторых проходивших в это время по коридору учеников. Спустя десять минут двое подростков наконец-то добрались до нужной двери. Девушка с удивлением смотрела на брюнета. Джеймс часто водил в эту комнату и не каждый знал, что она существует. Кареглазый маг часто смеялся, предполагая, что никому в голову не взбредет сюда идти, чтобы найти уединение. Северус остановился, мысленно вспоминая квартиру, в которой жил с Гарри, когда посещали Рим. Именно в этом месте маги сочетались узами брака. Пальцы обхватили резную ручку, с силой дергая на себя, отворяя дверь. — Сев, а откуда ты знаешь об этом месте? — Девушка с интересом оглянулась, направляясь к креслу. Юноша не торопясь направился к дивану, садясь напротив. — Поттер устроил «экскурсию». Не каждая серая масса обладает мозгом. Правда? — С сарказмом проговорил брюнет, глядя куда-то в сторону. Лили сразу поняла о ком идет речь. — Джеймс ревнует меня и пытается навредить тебе, Северус. Убеди его, что я тебе безразлична, и он отстанет, — звонкий девичий голосок нарушил тишину. Лили была уверенна в своих словах, не подозревая природу интереса суженного. Если бы мужчина признался, как именно они связаны, то получил бы гневное ругательство об аморальном поведении, но кто сказал, что он собирается так поступить? Правильно, никто. — Это набор слов, или мне нужно вдуматься? Насколько я помню, это насекомое лишь существует изо дня в день, портя мое мирное существование. Недостаток интеллекта не стоит моей умственной энергии, дорогая моя. Твой драгоценный Джеймс чуть не убил меня и в наказание лишился лишь несколько баллов. Имеет ли смысл тратить мое драгоценное время на бессмысленные разговоры? — В обсидиановых глазах плясали черти. Указательный палец обводил контур губ. Весь вид будто бы говорил, что юноше совершено пофиг на всё. — О чем ты? Сев, прошу, только не делай глупости… — Брюнет резко перебил рыжеволосую волшебницу, не давая договорить. — Глупости? В отличие от твоего гриффиндорского придурка, думающего задницей, я трезво оцениваю свои поступки. Конечно, все мы в чем-то виноваты, только нужно не забывать думать и если его мозг превратился в кашу, я ничем помочь не смогу. Так о чем ты хотела поговорить? — Северус вмиг переключился на другую тему. Рука придержала голову от падения на подлокотник дивана. — Прости меня, за всё. — Рыжеволосая ведьма покраснела, отводя стыдливо взгляд зелёных очей. Брюнет усмехнулся, обозревая такое поведение школьной подруги. Обида и вина давно отпустила сердце нелюдимого и злого профессора, освобождая место поглощающей любви, пускай, признавать подобное было несвойственно зельевару. Гарри стал настолько родным, что сердце каждый раз сжималось от бесконечной нежности. Зеленый взгляд снова и снова смотрел дерзко, вызывающе и откровенно пошло, а Северус плавился, специально поддаваясь. Изгибы молодого тела манили и сводили с ума, доводя до дикой дрожи. Распущенные волосы манили к себе, сжать и дернуть на себя. Губы горели от желания провести по беззащитному изгибу шеи. Все это четко отпечатывалось в памяти: каждый жест, случайно брошенный взгляд, уверенные движения тела и непередаваемая мимика. Если бы кто-то сказал, что это все чепуха, то Снейп бы запытал на месте этого «счастливчика». Мужчина редко признавался в своих чувствах, но каждое движение, каждый взгляд выдавал с потрохами. Оба получали извращенное удовольствие от этого. — Северус? — Девушка наклонилась ближе, направляя свой взор на брюнета. Зельевар дернулся, вырываясь из сладкого водоворота чувств. — Да? Прости, задумался о своем, — тихий голос был ответом на обращение. Девушка растерялась, потеряв нить разговора. Тишину нарушил домовик возникнувший прямо перед Снейпом. — Приветствую избранник. Хозяин желает вас видеть сегодня, — домовик почтительно поклонился, ожидая ответа. Лили шокировано разглядывала лопоухое создание. Девушка и раньше видела эльфов, но те дрожали перед любым магом, а тут совершенно покладистое существо. Джеймс часто об них отзывался крайне нелицеприятно, называя их тупоголовыми созданиями, способных только хорошо исполнять мелкие просьбы. Пока зеленоглазая ведьма отходила от шока, Северус кивнул, соглашаясь с домовиком. — Перенеси меня к нему, — обращение было предназначено эльфу, повернув голову к подруге продолжил, — прости Лили, я должен идти. Домовик ухватился за протянутую ладонь. Тихий хлопок раздался в комнате, оповещая об уходе. Лили устало откинулась на спинку кресла. Северус, которого она помнила, отличался от этого незнакомца. Ранее неуверенный взгляд и закрытые движения, сменились животной грацией и холодным спокойствием. Язык больше не пытался ужалить побольнее, а лишь давал понять, что он знает, как окунуть головой в чужое невежество. Будто бы перед ней сидел взрослый маг, а не подросток, терпевший побои от отца-маггла. Слишком разительная подмена. Говорить об этом кому-либо девушка не собиралась, хотя поделиться с кем-нибудь хотелось до одури. Глаза прикрылись, унося в спасительное забытье.

***

Тихий треск камина нарушал тишину. На рабочем столе стояла бутылка портвейна «Colheita». Бутылка из темного стекла поблескивала от света излучаемого камином, преобразовываясь в причудливые блики. Крышка была откупорена, и уровень спиртного значительно ниже, чем было изначально. В кресле сидел мужчина, потягивая чистый золотистый, почти янтарный напиток, наслаждаясь тонким сладковатым виноградным привкусом и богатым букетом запахов. Длинные шелковистые волосы заделаны серебристой заколкой в виде змеи, образуя хвост. Несколько непослушных прядок подчеркивали мужественные черты лица мага. Зелёные глаза расслаблено скользили по комнате, следя за огненными всполохами в камине. Серебристая рубашка плотно прилегала к телу, подчеркивая мускулистое тело, и лишь верхняя пуговка кокетливо была расстёгнута. Темные брюки стекали вниз до ступней, завершая образ. Огонь лениво сжирал остатки писем, что были выброшены из-за отсутствия какой-либо пользы. После череды деловых переговоров и нескольких официальных приемов, Гарри вновь стал героем первых полос газет. Совы, одна за другой приносили любовные послания и предложения о помолвке. Устав, от одинаковых строк, повторяющихся очень много раз, мужчина поручил Морти сжигать письма и отдавать только нормальную почту. Брюнет начал уставать от пристального внимания общественности. Каждое послание от любимого было пронизано дикой и неконтролируемой ревностью. В прошлой жизни только одна аура зельевара отпугивала любого, кто смел, покуситься на его тело. Если дело касалось национального героя, то партнер остервенело охранял аппетитную задницу от чужих грязных поползновений. Сейчас же Северус был обычным школьником, подающим большие надежды, а не «Ужасом Подземелий», как любили звать ученики. Раздумья прервал появившийся домовик. Обсидиановые глаза сверкнули в темноте. Руки быстро расстегнули школьную мантию, скидывая на ходу. Брюнет восхищенно присвистнул, наслаждаясь властными и уверенными движениями любимого. Юноша молча направился к мужчине, залезая на чужие колени. Пальцы обхватили бокал, мягко забирая к себе и поднося к губам. Мужчина проследил за этим действием стараясь уловить каждое движение. Северус лишь улыбнулся и отглотнул жидкости, приближаясь к мягким губам, деля жидкость на двоих. Гарри глотнул алкоголь, сцеловывая каждую каплю всё жарче накидываясь на тонкие губы. Языки сплетались в диком танце, беспорядочно двигаясь и обдавая жарким дыханием. Длинные пальчики вцепились в рубашку, комкая атласную ткань. Сильные ладони огладили поджарые бока, забираясь под школьную рубашку. Юноша вздрогнул от нахлынувшего возбуждения, но рассудок напомнил ему, что сладкое можно оставить на потом. Оторвавшись от мягких манящих губ, уперся ладонями в грудь, хрипло заговорил: — Черт, Поттер. Я не для этого пришел, — глаза юноши потемнели от едва сдерживаемого желания. Впрочем, такая же реакция наблюдалась и у Поттера, так и не убравшего руки с бедер, продолжающего лихорадочно оглаживать желанное тело. Зеленые глаза обводили подтянутую фигуру, загораясь огнем неукротимой страсти. — О, ты ещё помнишь мою фамилию и в состоянии её проговорить? Похвально, — пухлые губы сложились в ехидной ухмылке. Несмотря на серьезный настрой партнера, Гарри думал, как отвлечь зельевара. — Хватит язвить. Нам нужно поговорить, — правая бровь мужчины поползла вверх от удивления. Он, конечно, помнил какой дотошный у него партнер, но всегда старался искать причину. Зачастую тот мог наломать дров до того как Гарри об этом узнает. Вот и сейчас все выдавало крайнюю степень напряжённости и готовности броситься в бой, если это потребуется. Тонкие пальцы властно обхватили подбородок, фиксируя положение головы. — Не спорю, но позволь задать вопрос. — Северус с серьезным видом заглянул в изумрудные глаза, ища хотя бы каплю понимания, но решительно не находил. — Давай. Я уже готов к чему угодно. Меня не удивит, если вдруг тебе захочется звезду с неба, — проговорил Снейп, устало вздыхая. Спорить с гриффиндорцем — только нервные клетки портить, поэтому покорно принял свою судьбу. — Ну, нет, лучше Феликс Фелицис, это будет малая плата… — Задумчивый взгляд скользнул по изгибам юношеского тела, намекая на кое-что большее. Брюнет закатил глаза к потолку, откидывая непослушные волосы назад, упираясь руками в подлокотники кресла. — Шутить вздумал? Слава затмила разум совсем? Чертов герой! — Грозный рык огласил комнату, заставляя мужчину неловко отвести взгляд. Доводить партнера до белой ручки, не входило в планы. Только вот все получилось наоборот. — Сев, вот только не начинай. Сам знаешь, что сыт по горло ещё со школьной скамьи. Давай не будем ссориться, — последние слова, Гарри проговорил совсем тихо, вздыхая от тяжкого бремени прошлого. Вспоминать все то дерьмо, что он прожил до семнадцати лет, категорически отказывался. Северус это прекрасно понимал, но в порывах ярости частенько давил по больному, но потом долго и методично доказывал, что он дурак, не умеющий держать свой ядовитый язык за зубами. — Прости, погорячился, — юноша прижал щеку к крепкому плечу мужчины и уже практически в шею проговорил, срываясь на тихий шёпот, — язык мой, враг мой прежде ума глаголет. Люблю тебя. — Я уже привык к твоим выпадам, поэтому не обижаюсь, змей мой любимый. — Гарри прижал к себе юношу, укрывая в своих объятиях от всего грязного мира. Шею щекотали прядки черных, как уголь, волос. Горячее дыхание опалило чувствительную кожу, посылая стайку мурашек. Они молчали, размышляя над своими мыслями. — Что будет, когда ты родишься? Что станет с тобой? — Северус тихо задал вопрос, что так давно мучил его. Только от одной мысли, что его Гарри может исчезнуть становилось трудно дышать. Паника охватывала все существо, пытаясь загнать здравый смысл в угол. — Я не знаю и думаю, что Вечная подскажет. Всё потом, — горячее губы прижались к виску, успокаивая и пытаясь утешить. Поттер не умел утешать, поэтому делал это по-своему. — Ты специально! Черт Гарри, я не смогу без тебя. Мы слишком многое прошли вместе, прошу, только не покидай меня снова. — На дне обсидиановых глаз зародилась обжигающая боль. — Северус, пойми, я сам не знаю, что произойдет и только время расставит все по своим местам, — мужчина вздохнул, откидывая голову на спинку. Он понятия не имел, как захочет пошутить Госпожа и каково будет ее решение. — Иногда мне так хочется тебя придушить, только я детей, увы, не бью. — Тонкие губы изогнулись в издевательской ухмылке, а после настойчиво прильнули к шее, впиваясь, оставляя бордовую отметину. Поттер чуть изогнул шею, подставляясь по ласку. Выпитый алкоголь давал о себе знать, но это даже подхлёстывало действовать вызывающе. Обсидиановые глаза сверкнули от вновь нахлынувшего возбуждения. Юноша поёрзал на чужих коленях, чувствуя выступающий бугорок. — Да неужели? Сейчас я тебя старше Северус-с-с, — жарко прошептал Гарри в покрасневшее ушко. Северус мстительно прикусил плечо, довольствуясь свое шальной выходкой. — И что? Для меня ты всегда будешь сопливым гриффиндорцем с блестящим умом, — зельевар улыбнулся. Ради таких вечеров им пришлось пережить не одну схватку, но теперь снова придется ставить на кон свои жизни, чтобы вновь дышать в полную грудь. Пальцы с силой сжали воротник чужой рубашки, но через секунду расслабились, обнимая крепкую и сильную шею, укладывая голову на плечо. Поттер сильнее прижал тонкое юношеское тело, размышляя над ситуацией в целом. Нужно убирать Дамблдора, но вот как…. Над этим мужчина решил подумать потом, а сейчас наслаждался теплом любимого, закрывая свои изумрудные глаза. *** На следующий день Гарри проснулся от бормотания домовика о глупом хозяине, что не бережёт себя. На что мужчина посмеялся, успокаивая домовика. Северус убежал от него, даже не разбудив, но напоследок (совесть, наверное, проснулась) оставил записку. Аккуратный почерк сообщал: «Прости, не стал будить, ты слишком сладко спал. Все послания через домовика. Альбус усиленно следит за почтой, видимо ищет что-то. Мне кажется это насчет тебя. Не уверен, конечно, но слишком подозрительно. Твое появление портит ему все планы. Старик захочет тебя убрать, береги себя. Что-то новое появиться сообщай. С любовью твой Принц-полукровка.» Мужчина тепло улыбнулся, сжимая клочок бумаги. Эта подпись связывала их незримой нитью сквозь время. После месяца отношений, Северус часто стал использовать только такую подпись, каждый раз усмехаясь над удивленным возгласом брюнета. Мелочь, а приятно. Мысли вернулись в привычное русло. Утренние процедуры заняли полчаса, столько же ушло на завтрак. На сегодняшний день у мужчины намечены грандиозные планы. Правда, не всем об этом известно, поэтому ноги понесли в рабочий кабинет. Тот встретил его немой тишиной и едва пробиваемым светом из зашторенных окон. Ноздри втянули запах бумаги, чернил и едва уловимый и неповторимый запах Северуса, напоминавший о вчерашнем пребывании. Усевшись за стол, мужчина преступил к написанию писем. Первое прилетело Марволо и Северусу. Следующие письма адресовал Люциусу и Карлусу. После этого мужчина написал отказное письмо на счет помолвки, размножив в нескольких экземплярах, велел всё отправить домовой Динки. Морти занялся доставкой посланий самым близким, потому что доверить кому-либо такое не мог в силу собственной недоверчивости. Так было проще и совершено спокойней.