Маньяк выходит на охоту или опера на «отдыхе»

Майский и Круглов приехали в ФЭС к самому началу рабочего дня. Они вышли из машины и направились к выходу из гаража. Ребята вошли в офис, возле входа их встречали все, кроме Рогозиной. - Не понял, - почесал репу Майский. - Как там Рита? – задала вопрос Антонова. - Риту увезла скорая. Мы не знаем, что с ней, - пожал плечами Николай. – Как только что-то будет известно, то Паша нам сразу сообщит. - Ага, сообщит он. - Конечно, размечтались! – в один голос произнесли Тихонов и Данилов. - Это что за собрание? – строго спросила Рогозина, подойдя к собравшимся. – Рабочий день начался. Вам заняться что ли нечем?! Ребята посмотрели на полковника, по ее строгому выражению лица было понятно, что сейчас лучше не спорить, а спокойно разойтись по своим рабочим местам и заняться работой, дабы не попасть под горячую руку. Все стали медленно расходиться по рабочим местам, вскоре в коридоре не осталось никого, кроме Рогозиной, Круглова и Майского, которые так и стояли на своих местах. - Вам что? Особое приглашение надо? – строго поинтересовалась полковник. – Ко мне в кабинет и доложить все то, что удалось выяснить. А через два часа буду ждать от вас полный отчет! – произнесла Галина, после чего развернулась на сто восемьдесят градусов и вошла в свой кабинет. Опера переглянулись, после чего последовали за начальницей. Майский и Круглов вошли в кабинет следом за начальницей. - Что там у вас в деревне? – спросила Рогозина, присаживаясь в кресло. Голос у нее был спокойный, она уже не ругалась и не кричала, как это было всего три минуты назад. Ребята переглянулись, после чего рассказали все то, что было в деревне. - Хорошо, - кивнула Рогозина. – Улики уже отнесли в лабораторию? - Еще нет, - пожал плечами Круглов. – Мы как приехали, так сразу к вам. - Знаю я, как сразу ко мне, - проворчала Галина. – Давайте, работайте. Нам нужно его найти, пока он еще кого-нибудь не убил. Живца мы уже потеряли, так что теперь придется рассчитывать только на собственные силы. - Понятно, - вздохнул Николай, - Разрешите идти? - Идите, - согласно ответила полковник. Ребята вышли из кабинета начальницы и направились в лабораторию. - Ксюньчик, как настроение? – весело поинтересовался Майский, поставив на стол большую пластиковую коробку с уликами. - Это все мне? – удивленно поинтересовалась Амелина. - Все только для тебя, - с той же веселой улыбкой ответил Майский. - Спасибо, - вздохнула Оксана, она принялась за работу с уликами, не обращая никакого внимания на майора, который продолжал находить в лаборатории. – Майский, шел бы ты отсюда, - проговорила Амелина, когда шаги за спиной начали ей порядком надоедать. - Это еще почему? – поинтересовался спецназовец? - По тому, что ты мне мешаешь! – раздраженно ответила Оксана. - Я помогаю! – взмутился Сергей. - Это, интересно, чем? – поинтересовалась Амелина, не отрываясь от изучения улик. - Своим присутствием, - невозмутимо ответил Майский. - Ты топаешь, как слон! – Оксане сейчас было явно не до шуток майора, он мешал ей заниматься уликами. - Ты оскорбила мои нежные чувства, - картинно всхлипнул Сергей, после чего спешно покинул лабораторию. - Иди – иди, займись чем-нибудь полезным для общества! – со смехом ответила Амелина, после чего вернулась к изучению улик. *** Через несколько часов у Амелиной уже были первые результаты по делу. Она встала из-за стола и направилась в кабинет начальницы. Рогозина сидела за столом и что-то читала. По обе стороны стола сидели Круглов и Майский, из чего Оксана сделала вывод, что полковник читала отчет оперативников. - Разрешите? - неуверенно спросила Оксана. Полковник ничего не ответила, она лишь кивнула головой, давая понять, что Амелина может войти. Оксана вошла в кабинет начальницы, в помещении повисла тишина. - Что у тебя? - спросила Рогозина, в повисшей тишине ее голос звучал как-то особенно серьезно и жестко. - Я проверила все улики, - проговорила Оксана. - И? - Рогозина сейчас была не в том настроении, чтобы вытягивать щипцами информацию из подчиненных. - Там ничего важного для нас нет, - продолжала Амелина. - Но есть интересное масло. - Какое масло? - поинтересовался Майский, который вообще отказывался хоть что-то понимать. - Вы нашли на месте преступления следы масла, так? - тон у Оксаны был такой, что казалось, что она объясняет все маленькому ребенку. Сергей согласно кивнул. - Я проверила это самое масло, я его проверила. Дело в том, что такое масло не используют в отечественных автомобилях. Используют его только в автомобилях зарубежного производства, при чем в очень дорогих. - И что дальше? - спросила полковник. - Я подумала, что вряд ли в этой деревне будут такие дорогие машины, - невозмутимо продолжала Оксана. – Но все же проверила. Оказалось, что иномарка есть в местного предпринимателя, Знаменского Сергея Владиславовича. Думаю, что он либо причастен к маньяку, либо он сам маньяк, - закончила свою мысль Амелина. – Вот адрес этого Знаменского, - она положила на стол распечатку. - Быстро на выезд! – скомандовала Рогозина, обращаясь к Майскому и Круглову. Опера, не сговариваясь, понялись со своих мест и покинули кабинет начальницы. Они направились в сторону раздевалки. Переодевшись, ребята пошли в гараж, после чего поехали в деревню Мочило, из которой вернулись буквально пару часов назад. - Не надо было возвращаться, - пробурчал Майский, выруливая из ворот родной службы. - Ты рули, давай, - в тон ему ответил Николай, ему самому не очень-то хотелось полтора часа трястись по русским дорогам, но он был более сдержанный, во отличии от своего молодого товарища. Майский ничего не ответил, он послушно стал смотреть за дорогой. *** Гранин тихо вошел в палату к Рите. Девушка лежала на кровати, закрыв глаза, от руки отходила капельница. Она была вся бледная, на лице несколько свежих ссадин, на руках синяки. Паша вздохнул и подошел к постели Риты, он чувствовал, что любимая не спала. Гранин сел на край кровати и осторожно взял руку Риты. - Привет, - тихо проговорил он, стараясь не нарушать привычную для Власовой тишину. - Привет, - так же тихо ответила она, не открывая глаз. - Ты как, Рит? – спросил Павел, осторожно сжимая ее руку в своей. - Нормально, - Власова открыла глаза и, не мигая, смотрела на него. – Зачем ты пришел? – ее вопрос прозвучал, как гром среди ясного неба. - Я? – Павел даже растерялся от такого странного вопроса. Он ожидал все, что угодно. Истерику, слезы, или полное безразличие, но не такой странный и одновременно страшный вопрос. - Ты, - тихо продолжала Рита. - Я просто люблю тебя. Хочу быть рядом, - Гранин говорил медленно, внимательно подбирая слова, чтобы не сделать девушке больно, не напугать, не обидеть. – Хочу помогать, поддерживать. Я не хочу, чтобы… - Уходи, - тихо прошептала Рита, не давая ему договорить. – Я не хочу, чтобы меня все жалели, - она отвернулась от Паши. - Подожди, Рит, постой, - Гранин осторожно обнял девушку за плечи. – Если ты хочешь побыть одна, то я сейчас уйду. Я оставлю тебя наедине со своими мыслями, эмоциями и чувствами. А ты подумаешь, разберешься в себе, а я потом вернусь, и мы с тобой поговорим, - Гранин чувствовал, как Власова прижалась к нему. Чувствовал, как девушка вся дрожит, как переживает. – Договорились? – нежно и ласково спросил он. - Нет, - ответила Рита. – Не договорились. Не уходи, - она посмотрела на любимого, в глазах у девушки стояли слезы. - Не плач, - улыбнулся Паша, он наклонился к девушке и нежно поцеловал ее в щеку. – Я люблю тебя, - проговорил Паша. - Я тоже очень тебя люблю, - ответила Рита, на губах появилась улыбка, но тут же пропала. – Только зачем я тебе теперь? - Что значит: зачем? – не понял Гранин. – Я просто очень люблю тебя. Я всегда буду с тобой рядом. Мы вместе, а значит, что мы все преодолеем, - он нежно сжал руку любимой в своей руке. – Ты мне веришь? – он нежно смотрел в ее глаза. - Верю, - Власова нежно смотрела ему в глаза. – Я люблю тебя, паша. - Я тоже очень тебя люблю, - Гранин наклонился к девушке и нежно поцеловал ее в щеку. – Все будет хорошо, - снова, как заклинание повторил он. - Все. Будет. Хорошо, - отделяя каждое слово, произнесла капитан. - Обязательно, - в этот момент у Гранина зазвонил телефон, он ответил на звонок, отошел к окну и стал разговаривать. Через несколько минут он вернулся к Рите. – Любимая, прости, но мне надо идти, - грустно произнес Павел. – Там наши приехали, им нужно что-то найти и сделать, так как они тут не ориентируются. Так что я пойду, а ты выздоравливай. Я завтра, или сегодня вечером еще загляну, - он чмокнул Риту в щеку. – Пока, любимая. - Пока, - попрощалась Рита, отвечая на поцелуй. – Я буду ждать. - Я обязательно приду, - ответил Гранин и покинул палату.