Штраф

Паста вылетела из ручки, потому что Эрен безбожно искусал колпачок, на котором теперь не оставалось живого места. Поначалу он пытался не показывать своего волнения и некоторое время умудрялся держать себя в руках, но только стоило переключить внимание на что-то помимо самоконтроля, как все усилия пошли насмарку. Он чертовски нервничал, будто сидел не на лекции в аудитории, а стоял посреди минного поля, где каждый второй — предатель, прячущий за пазухой нож. Если Эрена ждет смерть, то убивать его будут точно долго и мучительно. Подумать только, а когда-то ведь он вполне мог обходиться без телохранителя, не волнуясь ни о каких вероятных покушениях, хотя и тогда отец был выдающимся умом, которому периодически присылали угрозы. Эрен думал, что телохранитель — это лишнее и неудобное, бесполезное, ненужное. Потом еще хорошенько подумал, и решил, что если с ним что-то случится — это не такая уж и большая трагедия для мира, но проблема не в этом. Пострадает не только он, следующими будут его родители. Через него можно манипулировать отцом, и только с этой целью на него вообще и может кто-то позариться. Телохранитель — это бред, но только чтобы спалось спокойнее, Эрен соглашается. Теперь он совсем один в огромной аудитории, совместные занятия, а это значит, что каждого третьего он видит впервые, и ни Армин, ни Микаса рядом не спасают. Хотя глупости все это, конечно. Пускай его задницу уже и приходилось вытаскивать из трясины, все беспокойство было вовсе не о возможных опасностях. Отец же не подумал, что единственный сын остался без малейшего прикрытия, когда вызвал его вечного спутника к себе. В университете строгий контроль, и будни у Эрена не в постоянной борьбе за выживание. Ничего с ним не случится, несмотря на красочные рассказы Ривая о разбросанных внутренностях и заплывших лицах. Он ведь даже не пытался запугивать, так, просто делился впечатлениями. - Вот мой номер, - повторял по утру Ривай, - вот мой второй номер, вот мыло. - А адрес где? Ривай глубоко вздохнул, пригладив непослушные пряди, что утром особенно настойчиво лезли в лицо. Он что ли еще не причесался? Да быть не может, это же Ривай. Ривай, который расхаживает по квартире в рубашке Эрена, потому что истинный владелец ее недостоин, и пьет черный кофе, даже не поморщившись. Он отрывает еще один лист с блокнота на холодильнике, чтоб быстро написать свой адрес и сует Эрену под нос. - Вот мой адрес. Эрен слабо и виновато улыбается. Ну, что поделать, он же ребенок, которому можно немного покапризничать? Он не ребенок. И увы, но его отец об этом знает. - Не ссы, пацан. Он, может, и важная шишка, но ни у кого нет таких ресурсов, чтоб вычеркнуть меня из чьей-либо жизни. Считай, что все это дерьмо тебе не понадобится — я сам тебя найду, - слишком воодушевляюще говорит мужчина, что точно не соответствует его обычному тону. Как же… он тоже волнуется, и это радует, вместе с тем расстраивая ни капельки не меньше. - Если захочу, - неожиданно добавляет Ривай с ухмылкой, - так что прячь траурную вуаль, не то спугнешь. - Да где ты еще отыщешь такого, как я? - возмущается Эрен, даже подскакивая из-за стола. Будто не понимает ничего, глупенький. - Упаси от поисков. Не надо мне никого, похожего на тебя. Эрен улыбнулся, пытаясь собрать воедино части полуумершей ручки, хотя занятие было бесполезным, вдобавок еще и бессмысленным, потому как он ничего уже и не писал. Оставленные записки были уже скопированы четырнадцать раз и распиханы по разным тайникам, попутно заучены, отчего необходимость в повторении и вовсе исчезла. Ривай до сих пор ему не позвонил и не скинул смс, хотя прошло не меньше четырех часов. Он садист, несомненно, но не до такой же степени. Он знает, что Эрен боится его потерять. Что Эрен, черт возьми, без ума от любви к нему. «Без ума в принципе», - исправил бы Ривай. Микаса бросала обеспокоенные взгляды и, видимо, все-таки не вытерпела молчания, написав на полях: «А где твой мрачный?» А у Эрена ручки нет. Раньше он думал, что с телохранителем будут одни проблемы. Тут тебе ни в одиночестве побыть, ни прогуляться, ни встретиться с друзьями, ни поговорить с кем-нибудь откровенно, ни на учебу без косых взглядов не получится. А потом появляется Ривай и оказывается, что ему можно сказать то, что не расскажешь больше никому. Ривай хмурый, нелюдимый, всегда говорит, что думает, не скрашивая речи милыми словечками и не жалея никого. Ривай из элитного агентства, и ему прощают даже звездюли, которыми он может одарить своего подопечного. Потому что он знает, как лучше, знает, как правильнее. Он спасает чужие задницы, должны быть благодарны! Ривай может прибраться в квартире, вместо развлечений, или приготовить завтрак, потому что не хочет жрать те помои, которые наспех стряпает по утрам Эрен. Он вообще-то студент и хочет спать, нет времени разготавливать! Ривай делает его в видеоигры, но все чаще вместо соревнований выбирает компании. Поначалу Эрен фырчал и всячески пытался задеть своего телохранителя в ответ на любые колкие высказывания, потом пытался просто не выставить себя в очередной раз идиотом… а одним прекрасным утром затащил в постель, перед этим старательно усыпляя чужую бдительность. Эрен помнит это утро, будто оно было… не сегодня, хотя бы вчера. Потому что весь остальной день он тоже помнит. Ривай пришел тогда без капли жалости будить своего подопечного, рискующего проспать завтрак. У него были расстегнуты три верхние пуговицы на рубашке, а через шею висело полотенце, которым Эрену предстояло огрести в случае неповиновения. Какого-то черта за посещаемостью занятий телохранитель тоже должен был следить. Эрен пробубнил что-то невнятное, дожидаясь, когда же Ривай склонится и попросит вынуть изо рта все лишние предметы, после чего резво вцепился в его руку, заваливая на постель и мигом погребая под кучей одеял. Было чертовски жарко, но вместе с тем не просто выбраться. Прекрасный план! Восхитительное исполнение! Эрен и сам прекрасно осознавал всю свою тупость, но гребаный Ривай заставлял его слюной истекать, сверкая своим прессом после душа или читая какое-нибудь философское говно. Характеристика из первых уст. Эрен, откровенно говоря, был готов получить знатных пиздюлей и вылететь на учебу прямо с балкона, но отчего бы не попытаться? Иначе можно все прошляпить и потом ныть о упущенных возможностях. Ривай укусил шею; чертовски больно и следы потом заживали неделю, но даже от этого по телу пробегали мурашки, потому что для них и такое — это уже слишком интимно. - Итак, сопля ты недоебанная, готов к последствиям? Готов. Он сглатывает и кивает, с трепетом представляя, что под этими словами подразумевалось что-то пошлое, облизывает пересохшие губы, и пытается не расплакаться от осознания, что восхитительному куску отборного дерьма в лице Ривая он, кажется, совсем не интересен. Впрочем, выводы оказываются поспешными и вскоре безнадежно забытыми, потому что за целый день из кровати они так и не вылезают, даже когда Эрен пытается что-то пропищать про обязательную учебу. Ривай говорит, что сегодня разрешает остаться дома; и впрямь становится на все насрать. Любят даже самых отвратительных людей, а Ривай совсем не отвратительный. Может, грубый, прямолинейный. Он не будет звать на свидания в кафешки и дарить тюльпаны, но Эрен влюбляется в то, как он перелистывает страницы, ставит на газ сковородку или запрокидывают голову перед душем. Эрен влюбляется безнадежно, и его следующая цель — заставить Ривая понять, что это взаимно. Звучит, конечно, хорошо, но на деле Эрен не способен заставить его даже прихлопнуть комара. Нашел кого заставлять, умник, лучше бы уроки учил побыстрее и отсыпался, чтоб не таскаться на пары полностью затраханным во всех смыслах. - Я боюсь, что отец уволит Ривая. То есть он полюбому уволит Ривая, но что потом? Найдет мне кого-то еще, с кем я не смогу… ну, телохранитель, он же рядом всегда, - делится Эрен на следующей перемене. Отец, как говорил Ривай, и впрямь не самая влиятельная шишка, но все равно может попытаться запретить им видеться, и постоянно шастающий рядом и специально обученный человек лишь усугубит ситуацию. Во-первых, все перескажет отцу, во-вторых, при нем в кровать не запрыгнешь. Армин сочувствующе качает головой и гладит по плечу, Микаса смотрит как-то странно и близко не подходит. - Может, так лучше будет. Тебе нет смысла держаться за этого злобного карлика. - Потому что он мешает опытным сталкерам? - недовольно фыркнул Эрен. Вот и выкладывай после этого свои переживания. - Потому что телохранитель, который спит с клиентом — плохой телохранитель. Дальше должна следовать лекция про субординацию и прочее-прочее, после чего тема плавно перетечет на возраст. Когда Эрену было шестнадцать, Ривай был его старше ровно в два раза. Эрену семнадцать — Риваю тридцать три. Восемнадцать — тридцать четыре, девятнадцать — тридцать пять, и вот Эрену двадцать, а Риваю тридцать шесть. Плевать на эти цифры, потому что еще ни с кем не было так хорошо и уютно. - Микаса… - осторожно вклинился Армин, пусть с недоверием относящийся к подобным отношениям, но все же уважающий выбор друга и умеющий сопереживать. - Если Ривай тебя… ну, на самом деле, то он найдет способ. Он же почти что терминатор в человеческом обличии — может все, везде и всегда. Конечно, и как можно было это забыть? Ривай и впрямь может все: и стрелять, и блинчики готовить. Но не позвонить. Эрен бы позвонил и сам, только ему строго настрого запрещено это делать в ближайшее время, иначе можно на полном серьезе получить хорошенько по заднице. Потом гадай, это такая форма БДСМ или и впрямь стоит задуматься над своим поведением. Не прошло и половины дня, а Эрен уже распустил сопли и только и делает, что страдает. Откуда отец вообще мог узнать, что они спят в одной постели? А он знает, и ясно дал это понять в последнем разговоре. Но они же никогда за пределами квартиры даже не целовались, а попробуй Эрен прикоснуться к чужой руке, так можно было заранее ожидать отпечатка ботинка на какой-нибудь части тела. Ривай был осторожен, и пришлось прийти к неутешительному выводу, что Эрен виноват во всем сам. Но где именно он накосячил? Что сделал не так? Где прокололся? Вместо этого почему-то вспоминается, как Ривай послал на хуй его отца, позвонившего в пять утра. Как бы Эрен не любил свою семью, подобную реакцию вполне мог понять. Под конец занятий Эрен абсолютно убитый, к сожалению, не в прямом смысле, потому приходится идти на улицу, чтоб потопать домой. То есть одному? А как же двадцать снайперов и черный грузовик на повороте? А если его похитят и будут присылать отцу по частям, пока тот не прекратит свои исследования? А потом все равно убьют и выкинут в реку, предварительно замуровав в бетон? Эрен не рохля, но один против десяти не повоюешь. Папаша о нем совсем не волнуется! Надо позвонить ему и высказать все разом. И что в квартиру к себе Эрен никого, кроме Ривая не пустит, тоже. Он больше никому не доверяет, точно. И чего это он уже сдался, думая, что все решает только отец? - Ох, Боже, Эрен, ты совсем раскис, - вздыхает Микаса и трогает за плечо, вынуждая остановиться, - ничего не видишь. Кажется, за тобой приехали. И впрямь, стоит поднять глаза, как знакомый серебристый автомобиль оказывается едва ли не под носом. Ривай — само спокойствие, прям хочется устроить ему концерт с визгами и ведром слез. Ривай не отвратительный человек? Да он просто ужасен! Черствый и бесчувственный, обязательно было ждать конца дня, чтобы заявиться? Тут кое-кто себе места не находил, а этому хоть бы хрен. Но несмотря на все напускное недовольство, Эрен чувствовал, как заметно утекает напряжение и на губах расцветает улыбка. Он же все-таки приехал. - Что за тупая рожа? - недоумевал Ривай. - Тебе вкололи что-то парализующее лицевые нервы, пока меня не было? - Нет! - воскликнул Эрен, гневно сверкая глазами. - А у тебя все хорошо, кажется? Что там с моим отцом? - Заливал что-то про физиологию, проценты и ответственность, - пожал плечами мужчина, будто вовсе не он еще утром думал прицепить жучок на этого парня. - Я ответил, что в связи с последними покушениями, у тебя развилась истерия, и если меня не будет рядом больше суток, ты вскроешься. - Чего?! - взвизгнул Эрен, но был проигнорирован. - Короче, сказал, что будет штрафовать меня за каждый проебанный день. - День, когда мы занимаемся сексом? - не совсем понял Эрен. - Когда мы весь день занимаемся сексом, - поправляет Ривай, при этом не меняясь в лице и умудряясь выглядеть довольным одновременно. Почему-то Эрен все равно уверен, что после такого морального испытания раньше вечера в ближайшем будущем из кровати не вылезет. Ну, парочку дней в месяц и проштрафиться можно?