Yoonmin is real (no) (yes) (nooooo) (o, yeees)

Когда Чимин остался в своей, хоть и только на пару дней, новой комнате, его тут же накрыла печаль. «Как я мог так вляпаться? Отношения, которые должны быть тщательно скрыты, вот-вот будут у всех на показе, просто потому что я обклеил своим любимым всю стену, да и теперь мне, вокалисту, этот же, черт его дери, любимый, дал рэп-партию. Я ему кто? Чонгук что ли? Только этот мелкий может делать все, что угодно, даже не напрягаясь. Почему именно надо мной необходимо так издеваться, я так не умею и, между прочим, вообще-то кроме меня есть еще пять мемберов, неужели все из-за злосчастной ширинки? Ладно… выбора нет, придётся выезжать, как есть и на чем есть. Не бывает же безвыходных ситуаций, верно?» Парень тихонечко всхлипнул, от навалившихся на него проблем и, обняв собственные коленки, начал зачитывать текст, проговаривая тщательно каждую фразу, до того момента, пока это не стало звучать идеально. Теперь, кажется, если разбудить его ночью и попросить зачитать отрывок песни, это будет звучать идеально, как и все, за что берётся Чимин, ведь он подходит со всем старанием и усердием к каждой просьбе и делу. И так, будучи очень преданным делу и фанатам, парень не выходил из комнаты весь день, а вот Юнги, написавший этот текст на быструю руку, был полностью уверен, что Чиму можно будет мучать своими играми на раздевание сколько угодно. Зря, как же зря. Ну все же волей-неволей в комнату, даже после снятия напряжения, возвращаться нужно. Однако до этого Юнги успел сходить в магазин и купить разных вкусностей, чтоб хоть немного порадовать Чимина. — Минни, как твои дела? Я тебе сладенького принес. А ты практикуешься, да? Это так мило… всегда мечтал работать со своей половинкой над песней, честно. И выглядишь ты, когда увлечён работой, просто восхитительно, без преувеличений. — Юнги мечтательно поглядывал на своего теперь любимого пассивчика и верил каждому своему слову без исключения. Чимин, обидевшись, намеренно не обращал внимания на зашедшего в комнату старшего и продолжал зачитывать текст так, будто никакого хёна в комнату и не заходило. — У тебя уже очень хорошо получается! — Юнги расплылся в улыбке, довольный достижениями вокалиста. В ответ лишь тишина. — Эй, Чим, ты обиделся на меня что ли? — парень положил руку ему на плечо — Ну прости? — А ты хоть представляешь, что я, вокалист, чувствую, когда ты заставляешь меня зачитывать рэп-партию? — Чим поднял глазки, полные слез на старшего. — У меня просто ужасно получается, но я стараюсь… стараюсь для тебя, для фанатов. Зачем ты дальше издеваешься надо мной? Что за игры такие на раздевание? Возбудил и бросил? Так получается?! Долго слушать истерику младшего совершенно не входило в планы Юнги. Он приблизился и, притянув парня к себе, легко поцеловал его в пухлые губы. Углубил поцелуй, не смотря на то, что младший от чего-то начал упираться руками в плечи старшего, явно не желая ни продолжения, ни касаний в принципе. Наконец, Чимин смог оттолкнуто от себя хёна. — Ты совершенно меня не уважаешь. Я ошибся в тебе! Забудь, пожалуйста, все, что я тебе говорил! — в слезах младший выбежал из комнаты, ну, точнее хотел, однако у самого выхода его остановила рука Юнги, сильно сжимающая его предплечье. — Останься. Прости. Я не хотел сделать тебе больно морально… просто шутки над тобой это… — было видно, что реперу сложно говорить — защита, наверное… мне непривычно осознавать, что я… — Гей? — пусть и заплаканный, но Чимин понимающе обернулся на Юнги. — А мне было легко признать это. Надо принимать себя таким, какой ты есть. Разве стоит стесняться или бояться осознать, что ты очень любишь человека? Некоторые не понимают, когда у пары один и тот же пол, и я не понимал, но, встретив тебя… Хен, я просто утонул в любви к тебе… — Чимин обнял репера. Юнги прижал младшего к себе еще сильней. Чувствуется тепло своей половинки. Так близко, такой родной, ну и что, что он парень? Это его собственный и единственный парень. Старший понял сейчас все. Все, что должен был понять еще за долго до этого момента. Никакого стеснения сейчас, только любовь и забота. Чимин — тот самый человек, которого люди обычно ищут всю свою жизнь. Тот, кто заменяет тебе друзей. Тот самый, кто заменяет даже родителей, когда приходит время. — Да, Минни, я гей. — руки старшего оказались под домашней футболкой Чимина, пальцы скользили по рельефной спинке младшего, медленно спускаясь к ягодицам. Юнги и не думал, что ему когда-нибудь может настолько понравиться трогать мужчину. Он сжал упругие ягодицы через тонкую ткань трусов и наконец услышал первый сдавленный стон прямо в ухо. — Хен, если мы сейчас сделаем это, то пути назад не будет. — младший легко чмокнул Юнги в шею. — Я знаю, любимый. С тобой на все готов. — старший развел чужие ягодицы и продолжил гладить тело Чимина. Рэпер поднял свою половинку на руки и положил на свою кровать, навис и начал целовать торс своего избранника. — Юнги-я, я тебя очень сильно люблю, ты у меня самый лучший, и я тебя ни за что никому не отдам! — лёжа под Юнги, он обхватил его ногами. Руками же начал стягивать с него футболку. Для кого-то физический контакт мало что значит, но для этой пары секс стал, наверное, поворотной точкой в жизни. Юнги признался себе в ориентации, Чимин теперь любил и был любимым. Группа уже в скором времени узнала о романе ребят. Коллеги не посмели и слова сказать против пары. Просто продолжали общаться с ними как обычно. Однако пришлось отселить их в отдельную комнату и иногда терпеть шум, абсолютно непричастный к музыке. Фанатам же так и пришлось смириться с тем, что произошедшее на сцене было лишь фансервисом.