Я тебя изменю

«У тебя прекрасные фотографии и настоящий талант! — восклицала Райли, расширив серо-голубые глаза и расплываясь в улыбке. — Когда я закончу обучение и стану настоящей бизнес-леди, я поговорю с нужными людьми и устрою тебе выставку. И ты станешь знаменитым! И мы заживём в огромном доме…» Слова любимой девушки не отпускали Шона, пока тот перекладывал дорогое золотое кольцо с изумрудом в более красивую коробочку, чтобы вручить матери на день рождения. Он очень надеялся, что любопытный младший брат не подскочит к нему внезапно, из-за угла, и пофиг, что углов на дороге нет, и не поинтересуется, откуда у него столько любопытных вещиц. Конечно, он и сам отличался «умом и сообразительностью», когда отправился к семье, на день рождение матери, с полным багажником украденных вещей. Глянув краем глаза, как отец учит Тима рубить дрова, Шон невольно расплылся в улыбке, вспомнив, как и его этим мучили. Можно подумать, он когда-нибудь очутится в деревянной избушке посреди зимнего леса! Ему хотелось крикнуть отцу, что и у них, в их частном доме, с отоплением всё в порядке, так что незачем мучить несчастные деревья, которым и так от людей изрядно досталось. Но он смолчал, так как знал, что ему и так перепадёт. Так и случилось, после того, как он вручил подарок — украденное золотое кольцо с изумрудом — матери и что-то такое проблеял, вообще не умея врать родным и близким, отец снова заговорил о том, что ему нужна постоянная работа. И что продавать куриные крылышки — это куда лучше его непостоянных заработков… О большей части которых отец, к своему спокойствию, ничего не знал. Праздник прошёл напряжённо — для него. Брат интересовался его девушкой и просил показать с ней эротические фоточки. А Шон смущался и пытался забыть вчерашний день, когда он снимал Райли в полуголом виде на фоне золотистых лучей солнца, которые превращали красивую девушку в подобие грешного ангела. Отец продолжал талдычить про работу, и даже, разогревшись после очередного бокала красного вина, ударил кулаком по столу и заявил, что совсем не понимает старшего сына. А Шон лишь пожимал плечами весь вечер, так, что они у него начали болеть, когда он садился за руль, чтобы вернуться обратно домой поздно ночью. Он не знал, как ещё объяснить родителям, что не хочет становиться офисной крысой, пусть даже в дорогущем костюме и туфлях от Кого-то-там. Хотя отвезти Райли на курорт ему хотелось. Во время поездки Шон с грустью подумал, что кольцо, которое вручил матери, мог бы подарить Райли. И попросить её руки. Но только знал, что никогда на это не осмелится. И прекрасно понимал, что как только она доучится и действительно станет бизнес-леди, их пути разойдутся навсегда. Потому что состоятельная карьеристка никогда не поймёт его, бедного художника. Особенно, когда ему исполнится тридцать… Через два года. И когда уже нельзя будет в очередной раз соврать ей, что он себя ищет. Ага, ищет… Пока не найдёт в тюрьме или на помойке.