Темнота - это ключ к тебе

      Пока Северус и Гарри совершали покупки, Дамблдор сидел в своей комнате, комбинируя будущие события, прогнозируя и исходя из действий, что получится и как лучше это осуществить. Проще говоря, строил планы, поедая лимонную дольку за долькой. Он создавал в голове планы о том, как мальчишка будет плясать под его дудку и директор сможет выполнить своё задание, ради которого пожертвовал всем и даже больше…       Пока что всё шло по плану. Северус, подпитываемый своей ненавистью из-за неудачной первой любови, лишённый шанса иметь отношения с Лили Эванс, теперь ненавидит ребёнка своего обидчика больше, чем собственного отца. Сам герой — изгой в собственной семье, в будущем должен последовать за Дамблдором. Человеком, что прольёт свет в его душе и станет той самой ласковой рукой для послушного, выдрессированного щенка. Фигг постоянно отчитывалась о том, как относятся в семье к мальчишке, а так же, вообще о ситуации в целом и каждый раз Альбус, держа во рту любимую сладость, одобрительно кивал на каждое, коряво написанное слово сквибки — шпиона.       Теперь осталось лишь подождать, пока Гарри приедет в школу, где у него появятся новые друзья, а там уже будут приключения, которые заставят поверить мальчишку в то, что он герой для своего будущего дома — Хогвартса.       На его воображаемой доске уже расставлены фигурки, и Альбус передвигает одну за другой в несуществующей игре. В ней Гарри, к сожалению, является пешкой. Но ему это знать необязательно и пусть он ощущает себя королём, пока не отдаст свою жизнь на всеобщее благо.       Ему не было жалко ребёнка, как и Тома и других таких же, созданных Альбусом. Это были лишь инструменты в его руках, которыми он управлял ради своей прихоти и Великой Цели.       И не важно, что сам Дамблдор его создал, пытаясь узнать, полезен ли ритуал в создании хоркрукса. Вот и мальчик пригодился, чтобы приструнить Тома. Таков был план — пожертвовать одной жизнью ради тысячи других. Как долго он ждал рождения этого малыша, никто не знает и, пожалуй, никогда не узнает, он позаботится об этом. Альбус умел ждать, и этот навык помог ему завоевать бузинную палочку и мантию-невидимку. Так что осталось дело за малым.       Директор Хогвартса улыбнулся — в его глазах плескалось безумие, которое можно было сравнить лишь со стихийным бедствием, нёсшим за собой смерть.

***

      Снейп вместе с мальчиком прошёлся по всем магазинам, и Северус старался подобрать если не лучшее, то самое надежное из списка.       То письмо он даже не открывал, зная, что нужно первокурсникам. Именно поэтому он докупал то, чего нет в списках и то, что купит любая уважающая себя семья своим чадам при поступлении в магическую школу Британии.       Северус видел, что Гарри устал, и, пройдя мысленно по списку, вздохнул: самое сложное осталось впереди — волшебная палочка. Инструмент бесспорно важный для каждого волшебника как в бою, так и в быту. И, что-то подсказывало Снейпу, что с этим тоже могут возникнуть сложности.       Мужчина старался водить Гарри по тихим улочкам, спрятанным от глаз обычных волшебников. О них знали лишь те, кто участвовал в своё время в магических войнах и шпионаже. Последних тут редко встретишь: мало кто помнил о таких незаметных путях, чем и пользовался сейчас Северус.       Сам же Гарри понимал, что улочки очень тихие и шум от людей почти не доходит до него, но с его слухом, однако, все равно долетали радостные голоса детишек и их родителей, стучащие о мостовую трости и просто посторонние звуки. Однако он всей кожей чувствовал магию, что буквально заполняла собой все пространство, наполняя его тело. Это и радовало, и пугало одновременно. Было ощущение, что Магия прошибает насквозь, словно сквозь ладонь течёт вода, делая влажными пальцы.Но пальцы были сухими настолько, насколько это возможно, ведь он до сих пор держал взрослого за руку.       Поттер не понимал, почему они идут таким путём и почему профессор не сказал в кабинете, что показала его кровь. Ведь о себе он знал немного: сирота, волшебник, чистокровный, кровный родственник Дурслям — остальная информация, касательно родителей была неизвестна. Он не верил Дурслям, чувствуя их страх и ложь, что буквально, как грязь, впитывалась в кожу Гарри, заставляя чувствовать себя отвратительно. Поэтому, в нём всё же жила надежда, что его родители были уникальными, необычными и хорошими.       И вот наконец он встретил человека, который ни разу его не обманул, со странной магией, приятным голосом, и, самое главное, неравнодушным. Чарльз был вне списка, и теперь добавился Северус Снейп.       Гарри не мог точно сказать, со всеми ли так нянчится профессор, и нормально ли это. Интуиция подсказывает мальчику, что с другими декан Слизерина так не возится точно. Об этом говорит и некая нетерпеливость, резкость и то, как мужчина спешит, шагая широкими шагами вперёд. Поттер, который был ещё ребёнком, едва ли поспевал за ним, размышляя о ситуации в целом и о том, что нужно выяснить, почему к нему так относятся и какая информация таится в том пергаменте.       Профессор, между тем, размышлял о том, как сообщить мальчику новость, что он в сущности не Поттер, не только сирота, но и без гроша за душой. Обычно за такими следит фонд, созданный для магглорождённых, но была одна загвостка. По документам мальчишка был наследником рода и на него естественно не выделены средства. Более того, Северус ещё не до конца понимал какую роль Гарри играет в планах Альбуса и сообщать о таких деталях было неразумно.       Был один выход. Рискованный, ничем не обоснованный, но при этом самый действенный. Снейп старался не думать о том, насколько его затея безумна и чем ему аукнется, но почему-то, мимо этого ребёнка он уже не может пройти, зная о серьёзной проблеме. Пока они ходили окольными путями, Принц понял: надо все сказать сегодня, тем более, зная Дамблдора, тот не сунется проверять мальчика у родственников, так как Северус все ему сказал и, значит, опасаться больше нечего. На первое время. Решено. Надо поговорить с ним и предложить этот безрассудный вариант.       «Стоп! О чём я сейчас думаю…» — Остановился, как вкопанный, Принц, из-за чего плетущийся сзади Гарри влетел в его крепкую спину, вдыхая запах трав и каких-то настоек.       — Что-то случилось, профессор Снейп? — Тихо прошептал Гарри, беспомощно оглядываясь, всё-таки из-за такого напора магии он ещё плохо ориентировался и полагался на своего проводника.       — Не совсем, но нам надо поговорить. Ты согласен посетить мой мэнор и остаться там на ночь? Нужно кое-что проверить и обсудить, что делать дальше, — начал издалека Северус, всё ещё не веря, что стал инициатором чего-то безумного. О том, что он вообще решил помочь ребёнку, которого видит впервые жизни       Кроме Смейка, к нему никто не проявлял столько внимания и желания защитить. Поттер чувствовал, что Снейп говорит искренне и это почему-то пугало ещё больше. Во что же он вляпался, решившись войти в магический мир, раз неведомый профессор говорит о безопасном месте и избегает людные места. Всё больше и больше вызывал этот магический мир тревогу и вопросы, на которые он не очень хотел бы знать ответы.       Северус, в очередной раз свернув направо по ощущениям Гарри, лишь сжал вспотевшую от волнения ладонь мальчика и резко подался вперёд. Поттеру ничего не оставалось, как последовать за преподавателем. И первое, что он сделал, как оказался вне магического кармана, — врезался в спину Снейпа, буквально оглохнув от шума, что творится вокруг. Мальчику казалось, что перепонки взорвутся от переполняющего его шума, мозг буквально не успевал обрабатывать информацию. Хоть у Гарри и не было больше возможности видеть, остальные чувства заменили ему глаза, помогая мальчику хотя бы иметь представление об обстановке вокруг. Но до этого момента он всегда избегал шумных мест.       И то что сейчас произошло, стало для него шоком. Руки непроизвольно затряслись как и все тело, по лицу катились крупные градинки пота, ноги стали ватными, предательски подгибаясь, и, самое главное, дыхание… Ему было сложно вдохнуть и выдохнуть. Задыхаясь, он хватал ртом воздух, но как будто застревал где-то посередине.       Северус, почувствовавший спиной влетевшего в него Гарри, хотел было пройти дальше, но дрожь чужой ладони заставила его обернуться к мальчику. Поттера настигла паника, Северус одним слитным движением, не раздумывая, снова увлёк мальчика в пространственный карман, пряча в своих объятьях.       — Гарри, все хорошо, мы в безопасности. Тише, мальчик, дыши, — шептал мужчина, одной рукой прижимая Гарри к себе, а другой поглаживая волосы и спину, тем самым успокаивая ребёнка. С каждым часом Снейп все больше и больше проникался уважением к мальчику и презрением — к директору, как и к семейке свиней.       Постепенно Поттер начал успокаиваться, лишь делая глубокие вдохи-выдохи, беря себя в руки.       — Успокоился?       — Да, — на выдохе ответил мальчик, придя в себя после неожиданной встряски и контраста окружения.       — Тогда мы аппарируем к лавке, тут сегодня оказалось слишком многолюдно.       

***

      Входя в лавку Гаррика Олливандера, мальчик смог окончательно прийти в себя, буквально впитывая успокаивающую магию лавки, которая так и ластилась к нему. В голове у Гаррика Олливандера раздался привычный ментальный перезвон колокольчиков: сработали чары оповещения.       «Надо же, какая странная компания!» — Хмыкнул старик, рассматривая из темноты своими серыми глазами парочку, вошедшую в полутьму лавки создателя артефактов. А посмотреть было на что: не каждый день бывший Пожиратель Смерти, Северус Снейп, заходит сюда с ребёнком, трогательно держа его за руку, пряча лицо за маской отрешённости, но Мастера Чар не обмануть, ведь Олливандер в специфику своей работы всегда видел больше, чем остальные.       — Добрый день, уважаемые… — Тихо прошелестел голос Гаррика сзади волшебников. Он любил заставать врасплох клиентов, наблюдая их ошарашенные лица, запоминая каждого, как и их реакцию. Так же такой маленький сюрприз помогал лучше узнать будущего владельца палочки. В этот раз пришлось удивляться старику, ловко уходящему в сторону от поразительно синхронной невербальной атаки мужчины и мальчика. «Ступефай и какое-то атакующее, скорее всего, сырая магия», — успел подумать Гаррик, стряхивая себя невидимую пыль с плеч.       — Кхм… — Только и сказал Северус, положив руку на плечо мальчику, что стоял в боевой стойке, правда, смещённый в сторону.       Олливандер пригляделся и понял, что его смущало все это время, на лице ребёнка была странная повязка, покрытая рунами. С весьма интересными и очень практичными рунами… Как будто создавался артефакт для слепого.       — Мистер Олливандер, мы с моим подопечным хотели бы приобрести палочку.       — Ваш подопечный…       — Гарри Поттер, сэр, — повинуясь своей интуиции, первым представился мальчик, повернув голову на незнакомый, но приятный глубокий и низкий голос. Северус нахмурился, напрягаясь всем телом. Всем было известно, что Гаррик является членом Ордена Феникса и может спокойно сдать их, если увидит в этом выгоду.       Видимо, на его лице что-то такое отразилось, потому что в ответ Олливандер безмолвно приложил палец к тонким губам и покачал головой, словно отвечая на немой вопрос профессора. «Нет, не сдам».       Сам же Гарри, конечно же, ничего не понял, его больше занимала эта древняя магия. Она отличалась от той, что была в доме Северуса; от той, что он почувствовал в банке гоблинов; от той, что была в странном пространственном кармане; от той, что была на Косой улице или в лавочках. Эта магия буквально сканировала Гарри и одновременно несла за собой спокойствие и чувство безопасности, словно окутан защитным куполом, что облегает твоё тело. И знаешь, что тут ты в безопасности.       Северус, лишь кивнул. Не то, чтобы он доверился Гаррику, но сейчас он как нейтральная сторона. Человек, который продаёт палочки, и поэтому не сможет выдать никакой информации. Вопрос в том, захочет ли он выдать её потом? Северус позаботится об этом позже.       — Что ж, Гарри, давай выбирать палочку, — со смешком сказал профессор, впадая в некую ностальгию. Он был тут в последний раз, когда он выбирал палочку, на замену материной. Остальные приобретал в Лютном, по быстрому — работает и ладно.       — Профессор, разве не палочка должна выбрать себе хозяина?       — Верно, молодой человек. Вы весьма смышлёный для своего возраста, — с улыбкой говорил Гаррик, которая отражалось в его голосе. — Вам стоит только позвать свою палочку… — и тут же сам себя прервал, чуть не начав стандартную фразу «закрыть глаза и позвать», но вовремя спохватился. — Просто позовите её всем сердцем, вы ведь умеете колдовать. Обратитесь к сердцу вашей магии…       Гарри так и поступил, не замечая, как вокруг него закрутилась магия, вороша смоляные волосы и приподнимая мантию. Как коробки с самого дальнего и пыльного угла начали вибрировать, отзываясь на Зов, но, в итоге, вылетела всего одна коробочка. Олливандер знал, что это за палочка, как и то, что она была отведена лишь одному единственному человеку в магическом мире.       И удивительно, и иронично, что этим самым человеком стал Гарри Поттер, Мальчик-который-таки-выжил.       — Отлично, просто удивительно! — Весело начал Мастер, поглядывая на реакцию Северуса. Он наверняка знал, что означает то, что Гарри достал именно эту палочку, ведь он был самым приближенным лицом к одной одиозной личности. — Остролист с сердцевиной из феникса. Но не это самое примечательное, мистер Поттер… а то что у неё есть сестра-близнец. Только основа дерева была тис, но сердцевина… Сердцевина у них одинаковая: в один день феникс отдал два пера! Это редчайшая редкость даже в магическом мире.       — А у кого вторая палочка? — тихо спросил мальчик, щупая палочку, вливая свою магию. Откликом стал сноп искр.       — Вот это, молодой человек, предстоит узнать вам самому, — хитрым голосом произнёс мастер палочек, дотрагиваясь до руки Поттера, пряча свой задумчивый взгляд. Тяжёлая судьба ждёт этого ребёнка, но сама Магия выбрала мальчишку для великих свершений или же создания хаоса.       Снейп подтолкнул подопечного к выходу, и пока тот выходил, бросил взгляд на старика, не тратя время на вербальное обозначение заклинания, просто стёр ему воспоминание о том, что мальчишка слепой. После этого, бросив пару фраз старику, он вышел вслед за Гарри, снова взяв его за руку, применив скрывающие чары.       Ни сказав ни слова друг другу они аппарировали, оказавшись в маггловской части Лондона. Северус, сжимая ладонь Поттера, привёл его в безлюдное, но очень уютное кафе с отдельными кабинками, заказав им обоим обед.       Все это время Гарри ласково, почти нежно, касался кончиками пальчиков полированную поверхность палочки, буквально мурлыча песенки. Гладкая и тёплая палочка полюбилась ему так же, как и ощущение силы в ней, которой волшебный артефакт делился, словно разумное существо. Ел он неторопливо, привыкая к обстановке и Снейп лишь наблюдал за ним, не мешая.       Это был самый необычный день для Гарри, более того, наконец-то Поттер узнает о том, что же было в пергаменте и какое предложение взрослый сделает мальчику. Пожалуй, Гарри очень не хватало под рукой всезнающего Чарльза, который бы ему помог…