Мы не достойны Рая [редактируется]

- В каком смысле за них? - первым от шока очнулся Одиннадцатый. - Мы, Ангелы, обычно не вмешиваемся в жизнь людей, но иногда можем помогать вам. Когда вы все выбрали свою судьбу или случайно оказались выбранными на Жатве, мы проверили будущее, и оно оказалось печальным: никто из вас не изменил бы судьбу своей страны, но мы решили ждать. Когда вышло новое правило, и вас осталось совсем немного, мы проверили будущее страны после победы каждого из вас. Если бы победил Цеп, то ничего бы не изменилось: страна бы также продолжала проводить Голодные игры, а сам Цеп был бы ментором, что не очень бы его радовало. Если бы победительницей стала Мисси из пятого дистрикта, то судьба Панема тоже не изменилась бы. Если бы победил один Пит, он бы стал самоубийцей через пару лет, потому что не выдержал бы без Китнисс. Если бы победила одна Китнисс, ничего бы не изменилось, а она бы сбежала вместе со своей семьёй и друзьями в лес. Если бы победил один Катон, - я внимательно посмотрел на учителя. - То он бы не изменил судьбу страны, постепенно начал бы сходить с ума и видеть везде Мирту, - я бросил взгляд на Блисс, а она на меня, но потом отвлёкся, снова услышав голос преподавателя. - Потом начал бы заглушать боль в спиртном и бесчисленных девушках, а потом умер через много лет. Если бы победила одна Мирта, то она бы также ничего не изменила, только сошла бы с ума, постепенно понимая, что потеряла самого лучшего мужчину в своей жизни, - я бросил взгляд на Мирту, но она сидела с опущенной головой, а волосы закрывали её лицо от меня. "Нужно будет поговорить с ней". - Если бы победили Мирта с Катоном, то их бы ждала счастливая жизнь, пока Катон не начал бы ей изменять, - я сжал кулаки под столом. "Какой же я идиот даже в параллельной вселенной". - Но Мирта бы устроила скандал, грозясь уйти, а дальше всё было бы нормально. У них бы даже была дочь, но её бы забрали в 13 лет, и она бы погибла в первой десятке. Но если бы победили Китнисс с Питом, а они победили, то в Панеме началась бы революция, которая отменила бы Игры. Так и будет через несколько месяцев, а пока все только начали волноваться. Нам пришлось вмешаться в историю и убить всех вас, чтобы в Панеме всё изменилось. Если бы мы не вмешались вы бы попали туда, куда заслуживали, но так как вас пришлось убить, мы не могли позволить себе отправить вас туда, куда вы заслуживали. Поэтому вы все здесь, вы пострадали за бравое дело. - А остальные трибуты других Игр? - вмешалась Диадема. - Здесь находятся трибуты всех Игр. История началась с самых первых, мы следили за будущим каждого победителя, поэтому они тоже все здесь. Остальные же люди попадают туда, куда заслуживают. Вы прочитали первую главу? Из разных сторон класса послышалось: "Да", а я смотрел на Мирту и видел, что на её стол капают слёзы. "Малышка моя, ну, что же ты?". Тоун говорил что-то, а я хотел встать и подойти к девушке, чтобы успокоить её. - Мир, - тихо позвал я, но она даже не повернулась. "Чёрт, не надо было это слушать, не стоило это спрашивать" я взъерошил волосы. "Чтоб тебя, Цеп". - Вы можете быть свободны, дома прочитайте вторую главу. Все вышли из класса, остались только мы с Миртой и мистер Тоун. Девушка поднялась из-за стола и подошла к преподавателю. - Как бы звали нашу дочь? - дрожащим голосом спросила она. - Кимберли. Не плачь, Мирта, всё будет хорошо, у тебя будет дочь здесь, если ты захочешь, - профессор протянул подруге платок, и она взяла его в руки. - Спасибо, - девушка выбежала из класса, и я собирался пойти за ней, но меня остановила рука Ангела. - Эта девушка имеет чистую душу, несмотря на грязные дела, которые она совершила на Арене. Ты же имеешь душу порванную, которая рвётся на свободу, сама не понимая чего хочет. Если ты перестанешь совершать те поступки, на которые чуть не пошёл вчера, то постепенно и у тебя очистится душа. Ребёнок двух чистых душ - это полуангел. Мирта захочет ребёнка рано или поздно, и тебе придётся измениться, чтобы дать ей полуангела с чистой душой. - Я не хочу ребёнка сейчас, я даже не люблю Мирту. - В параллельной реальности полюбил и здесь полюбишь, даже несмотря на то, что ты не веришь в любовь, - Ангел исчез и оставил меня одного в классе. Быстро сорвавшись с места, я побежал к Мирте и нашёл её сидящей на ступеньках школы, обхватившей свои колени руками и плачущей. - Мирта, - я растерялся, но тут же взял себя в руки и сел рядом с ней. - Наша дочь бы умерла, - девушка всхлипнула. Я тут же обнял её и прижал к себе, гладя по волосам. - И это всего в тринадцать. Победа бы не сделала нас защищёнными, мы бы всё равно ничего не смогли сделать, если бы вызвали нашу дочь. А потом бы мы смотрели, как она умирает. - Здесь мы в безопасности, малышка, не бойся, - я погладил её по спине, чувствуя, что в горле встаёт ком. "Господи, как бы я смотрел на это, если бы это было правдой?" - А у нас будет ребёнок? - девушка затихла, ожидая моего ответа, а я замолчал, не представляя, что ей ответить. Когда в голову, наконец, пришла мысль, прошло несколько минут. - Мирта, как только всё наладится, как только я буду чувствовать больше, чем сейчас, как только я смогу на это решиться, я дам тебе всё, что ты захочешь. Я не могу обещать, что это будет скоро, но я точно знаю, что здесь нам не нужно заботиться о времени. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, Мирта, ты так дорога мне, - я приподнял подбородок девушки и посмотрел в её грустные карие глаза. - У нас всё будет, поверь мне. - Я верю, Катон, я верю, - она немного приподнялась и поцеловала меня, и я почувствовал, что всё, что я сказал - правда. "У нас всё будет".