Предательство - это новая жизнь

      Просторный кабинет с массивным столом из красного дерева был завален различного рода бумагами, но, даже несмотря на это, человек сидящий за ним полностью контролировал ситуацию и справлялся со всем.       Нынешний босс Вонголы, что занимал свою должность уже пять лет, только хотел взять в руки новый отчет, как таймер на телефоне пискнул, извещая, что можно отложить на время все бумаги и позволить себе небольшой перерыв на обед.       Витторио выключил телефон и поднял голову, неосознанно цепляясь взглядом за портреты, висевшие на стенах - все предыдущие боссы Вонголы и он. Обычно главой семьи становились лишь те, кто имели родственные узы с их предшественниками, но по воле случая на это место назначили его.       Романо встал с места и вышел из кабинета, не забыв закрыть его на ключ. Что можно было сказать? Когда семь лет назад ему сказали, что он станет приемником Девятого, он был вне себя от счастья - великая честь.       Брюнет очень любил Вонголу и поклялся, что вложит в нее все силы и будет делать все для ее процветания, вместо, к несчастью, умершего прошлого кандидата на должность Десятого, утрату которого оплакивали всей семьей.       Босс Вонголы до сих помнил тот день, когда состоялась встреча с самыми сильными хранителями атрибутов, которые в последствии стали вторыми людьми после него. К сожалению, назвать этих людей своими хранители он так и не смог... Да, они разделяли его взгляды, да, они тоже любили Вонголу, но... они его не признавали.       При первой их встрече Витторио пытался вести себя максимально учтиво и вежливо с хранителями прошлого босса, потому как испытывал к ним сильное уважение, но, как бы тот ни старался, они вели себя крайне агрессивно. Да, сначала так, а потом, после известия о смерти предыдущего кандидата на место Десятого, они не разговаривали целый месяц, причем это только между собой, а с остальными, в частности с ним - полгода. Лишь спустя годы хранители немного привыкли, но не смирились с тем, что у них теперь другой босс, выполняя его приказы, но в то же время не подпуская его близко к себе. - Приятного аппетита! - улыбнулся Романо, входя в столовую, где собрались "его" хранители.       Брюнет не надеялся, что кто-то ответит или даже повернет голову в его сторону, поэтому и не расстроился, садясь на свое место. Да... эти люди никогда не примут его, оставаясь верными своему покойному боссу, как бы он ни старался.       Парень оглядел тех, кто будто и не замечали его существования и вздохнул. Гокудера Хаято - просто прекрасная правая рука, что выполняет все поручения на отлично, но никогда ничего не говорит. Ямамото Такеши - очень дружелюбен, но только с другими хранителями. Сасагава Рехей - прекрасный боец, в глазах которого вот уже несколько лет отражается лишь боль. Ламбо - ребенок, что не причиняет никаких неудобств и ведет себя спокойно, любит конфеты, но когда ему предлагают, смотрит на них с такой грустью, вспоминая своего босса. Рокудо Мукуро - самый могущественный туман в мире и в то же время тот человек, что смотрит на него с величайшим презрением и при любом удобном случае старается ранить побольнее. Докуро Хром - хорошая девушка, но только всегда избегает его и нереально заговорить с ней. Хибари Кея - самый сильный человек в Вонголе, с которым никто не может сравниться, и его самая главная проблема. Он не знал, какие рычаги давления были у предыдущего босса, но Десятый совершенно не мог контролировать это свободолюбивое облако, что делало лишь то, чего само хотело. Единственный, кто не только держался в стороне от него, но и ото всех. Порой босс задавался вопросом, почему его терпят и не выгоняют из Вонголы, но вовремя вспоминал, что ни в коем случае нельзя терять такое смертоносное оружие, что может разом уничтожить мелкую семью. Правда сам он не видел облако в действии, да и поговаривали, что он очень агрессивный, хотя на вид вроде спокойный... - Сегодня в девять вечера будет прием, поэтому следует усилить охрану по всему особняку. - произнес Витторио, но никто и бровью не повел, спокойно продолжая свою трапезу. - В последние годы Вонгола начала сдавать свои позиции, и мы, к сожалению, ничего не можем с этим поделать. Около пяти лет назад появилась новая семья, которая обходит нас по всем критериям. Мы ничего не знаем о ней, кроме названия - Мондо, поэтому и организуем прием, чтобы показать наше превосходство. Я хочу, чтобы все прошло, как по маслу.       Хоть в ответ и была тишина, Романо знал, что его услышали. Он быстро доел свой обед и вышел вон из комнаты, чтобы не чувствовать напряженную атмосферу и негатив, направленный на него одним из туманов.       После этого брюнет тут же вернулся в свой кабинет и сел на стул. Он поставил локти на стол и закрыл лицо руками. И за что ему все это? Хранители, что не принимают его, кольца, что потеряли свою силу, стоило ему получить место Десятого, так еще и Вонгола начинает медленно терять свой авторитет из-за новой семьи, что показала себя лучше и сильнее! - Витторио, к тебе можно? - спросил Иемицу после стука в дверь. - А? Советник, проходите. - очнулся босс и выпрямился. - Я всего лишь на минутку, мне нужно, чтобы вы поставили свою подпись на договорах. - произнес блондин и подошел к его столу, положив документы. - Что на этот раз? - спросил Витторио, взяв в руки ручку. - Мирный договор? - Это тоже, но еще и строительство зданий и финансирование больницы. - ответил Савада, мысленно улыбаясь от того, что Романо подписывает все, что ему дают не глядя на содержание. - Сегодня прием, и следует нам показать себя в лучшем свете, а то в общественности и так ходят слухи, что наши кольца потеряли силу. - Хорошо, все думают, что это слухи, и никто не знает точно. - вздохнул брюнет, закончив с подписями. - Не волнуйтесь, я постараюсь убедить их в обратном. Вонгола - семья, что справится с любыми трудностями и удержит за собой первое место! - Молодец, хороший дух! - поддержал его советник, "искренне" улыбнувшись, за несколько лет научился. - Только хранители Десятого... - Почему ты говоришь хранители Десятого? Ты - Десятый, а они - твои хранители. - выделил Иемицу слово "твои". - Мы с ними до сих пор не наладили отношения... - тяжело вздохнул босс. - Я чувствую, что между нами нет никакой связи, они верны лишь прошлому кандидату... - Мой сын мертв, а они просто не смирились с этим. - фыркнул Савада, собирая документы со стола. - Когда-нибудь до них дойдет. Нам все же нельзя терять таких сильных людей. "К тому же эта чертова новая семья! Сколько бы ни искал информации, нашел лишь ее название! Черт, знал бы, где расположен ее штаб, давно бы уничтожил, а затем установил абсолютную власть Вонголы над всеми другими семьями. Этот мальчишка уже у меня под полным контролем, доверяет настолько, что сделает все, что я скажу, осталось лишь дождаться момента, когда я получу власть еще и над хранителями и тогда начнется новая эпоха под моим началом!" - в мыслях оскалился блондин. - Ладно, мне надо идти по остальным делам, а ты продолжай упорно трудиться! - дружелюбно произнес советник и вышел из кабинета, унося с собой подписанные бумаги на уничтожение, продажу оружия и наркотиков и разрешение на проституцию. - Ненавижу! - процедил Мукуро, сгиная в руках серебряную вилку.       Только их "босс" ушел, Рокудо поспешил высказать все, что думает-чувствует по отношению к этому человеку, что до сих пор пытается подбить клинья для входа в их замкнутый круг общения, что оставался неизменным вот уже семь лет. - Раздражает его голос и то, что он пытается вести себя, как наш друг! - рыкнул хранитель. - Тсуну никто не сможет заменить!       Раздался такой громкий в образовавшейся тишине звон - вилка в руках тумана разломилась на две части и упала на пол. Это и послужило сигналом, чтоб остальные оторвались от своих тарелок. - Не ты один так считаешь, поэтому хватит говорить это каждый раз после встречи с ним. - грубо ответил Гокудера, глядя на него с холодом во взгляде. - Нам тоже надоедает слушать одно и то же.       Иллюзионист цыкнул и отвернулся - возможно Хаято был прав. Нет, он точно знал, что блондин был прав, поэтому и не стал продолжать этот бессмысленный монолог, который все слушали много раз. - Я ненавижу его... я скучаю по Тсуне... - прошептал Мукуро, опустив голову вниз, чтоб не было видно слез, собравшихся в уголках глаз.       В своей жизни Рокудо ревел взахлеб лишь два раза: первый был еще в детстве от телесной боли, что причинила одна из операций в детстве, а второй - когда им всем сообщили о том, что Тсуна умер в больнице от остановки сердца. Пожалуй, самая сильная боль - душевная. Ее не излечить, и она будет ранить тебя всю жизнь. - Без него даже Вонгола не та... - Так уходи! Никто тебя не держит! - рыкнул ураган, тут же вскочив с места. - Хаято, перестань! Он твой соратник, а не враг! - схватил его за руку Такеши, не давая двинуться в сторону тумана. - Меня не держут, тебя не держут, остальных не держут, но почему-то мы все тут? Гокудера, может все как раз таки наоборот? Возможно, нас все же что-то держит? - иллюзионист поднял на него усталый взгляд. - А ты как думаешь?       Блондин прикусил губу и сел на свое место, сложив руки на груди и отвернувшись - Мукуро попал в точку. Хоть его любимого Джудайме нет, но осталась Вонгола, которую Тсуна любил и хотел сделать самой лучшей. Хранитель просто не мог уйти и оставить ее на волю случая, он был прикован к семье стальной цепью, которую было невозможно разорвать - желанием продолжить дело своего босса, позаботиться о том, чтобы у нее все было хорошо. - Да, никто из нас не может уйти. - ураган сглотнул и потер виски. - Это наш тяжкий груз, который мы сами не хотим бросать, чтобы не потерять последнюю ниточку, связывающую нас с Тсуной. - Прошло уже пять с половиной лет с того момента, как мы уехали и не попрощались, и ровно пять с того момента, как он умер. - Рокудо сжал кулаки. - А мы ни разу не вышли из Вонголы! Я ненавижу то, что мы не были с ним в последние минуты! Что не смогли присутствовать на похоронах, потому что узнали о его смерти спустя полгода! Что не попрощались и за все время даже не навестили его могилу!       Рехей не выдержал и пнул его под столом, говоря, что на этом хватит, и взглядом показывая на человека, что сидел по левую сторону тумана. Иллюзионист посмотрел на своего соседа и вздрогнул.       Хибари Кея был единственным человеком, кто не верил в смерть Тсуны до самого конца и даже умудрился незаметно слетать в Намимори, чтобы удостовериться, что это все ложь, но... Реальность была такова, что дом, где раньше жил его любимый зверек был сожжен дотла, а мама, что сгорела вместе с домом, и сын, что умер в больнице, были похоронены на местном кладбище, где никто даже не позаботился о памятниках или хотя бы калитке. Все это он организовывал сам, руководя процессом уже из Италии, потому как не мог долго оставаться в родном городе. - Кея? - осторожно позвал его Мукуро и дотронулся до его плеча.       Брюнет перевел на него безразличный взгляд и ничего не сказал, впрочем за последние пять лет он не проронил ни слова, как вернулся из Намимори, так и перестал говорить, да и вообще, плевал на всё и на всех. Облако даже не реагировал на Рокудо, что первое время пытался развести его хоть на какие-либо эмоции, а потом бросил это дело, потому что никакого эффекта все равно не было. - Может улыбнешься? - вздохнул Рокудо и лег на стол. - Хотя ты никогда не улыбался... то есть ты улыбался только Тсуне... - лицо Хибари никак не изменилось. - Может хотя бы попробуешь разозлиться на меня, если я назову тебя Ке-чан? Или поморщишься, если тебе не нравится. Скажи что-нибудь, Ке-чан? - Сенсей, пожалуйста, не надо доставать его. - произнесла Хром, положив руку ему на плечо. - Все равно ничего не дождетесь. - Кея, когда ты уже перестанешь смотреть таким убитым взглядом? - не обращая на нее внимание, спросил хранитель. - Что должно случиться, чтобы ты пришел в себя? "Зверек... верните мне моего зверька..." - услышал туман его мысли. - Никто тебе его не вернет. - вздохнул иллюзионист, на что брюнет, не говоря ни слова, встал с места и спокойно вышел из столовой. - Бесит! - рыкнул он, а все лишь вздохнули.