V-431

Когда холодная рука легла на моём плечо, сердце, пропустило не один, по ощущениям, а удара три как минимум. Я резко проворачиваюсь в корпусе, не глядя ударив по ногам твари и заставляя ее упасть. Неожиданно, слышится мат и нечленораздельное шипение. – Сайфер, еб твою мать, надо было сразу тебя по башке бить, паразит ты блядский. Чего ты под куст уселся, я ищу тебя по всему лесу, – шипела моя Сосна, потирая коленку, в которую и пришелся удар. Пульс все так же стучал, как в последний раз. Я подполз вперёд, не веряще вылупливаясь на Сосеныша. И вправду он. Вот ведь сукин сын! Тут уже наступила моя очередь кидаться недовольствами! Я предвинулся к нему почти вплотную, даже, несколько, навис над ним. – Так какого, спрашивается, хуя, ты, недоношенное дерево, пошел за мной, если я отдал тебе четкий приказ ждать в машине! Ты ещё мне что-т... – за моей спиной раздался характерный шорох подошв. Я крутанулся на звук, готовясь повторить удар, но Сосна перебил мои грандиозные мы мысленные планы: – Отбой, Венди, это он. Я смерил его недоуменным взглядом и уставился в направлении приближающегося существа. Походка была шаркающей лишь потому, что человек пинал ногами листья. Это оказалась достаточно высокая девушка, ее рыжие волосы здорово сливались с осенней кроной деревьев. Вот сейчас. Сейчас я совсем ничего не понял. – Можем идти? – она оглянулась по сторонам, поморщившись. Сосновый кивнул, поднимаясь и отряхивая пятую точку от листьев, я же, между тем, так и остался сидеть. – Мне кто-нибудь что-нибудь объяснит? – Потом, Сайфер, – парень протянул мне руку, чтобы помочь подняться, но ебал я в рот его помощь, поэтому я быстро поднялся сам, – становиться все темнее, а торчать ночью в лесу, полном зомби, не лучшее удовольствие. Звучит здраво. Неужели мой деревянный товарищ наконец обзавелся логикой? Они с девицей двинулись вперёд, о чем-то негромко сговариваясь, и все, что мне оставалось, лишь не потерять в сумерках их фигуры. Идти оказалось не далеко, к тому моменту, как мы оказались рядом с небольшим домиком в лесу, уже окончательно стемнело. Первое, что бросилось мне в глаза, и было заметно даже непроглядным вечером, так это плотно забитые и закрытые всевозможной тканью окна. А девица подготовилась, ничего не сказать. Хижина встретила нас небольшим коридором, уходящим в гостиную, в которую быстро вошли эти двое, видимо нашедшие общий язык. Я фыркнул. С каких это пор Сосеных будет слушать поучения всяких рыжеволосых недолюдей? Вообще-то, это я ебу его мозги и никому другому подобного проворачивать не дам. Сердцебиение почти полностью пришло в норму. Я прошел в глубь здания. В гостиной горели несколько свеч, заменяя собой нормальное освещение. Я молча подошёл к окну, отодрав немножечко ткани. Тварей не видно, что в последнее время реально является поводом для радости. Вот так и буду стоять и втыкать в окно, раз Сосне на меня похуй. Тоже мне друг. – Билл, – окликнул он, заставляя обернуться к нему. Удивительно, он вспомнил, что я тут, – познакомься, это - Венди. Она разрешила нам переночевать у нее и помогла мне тебя искать. Мы с рыжей обменялись недоверчивыми взглядами и кивками. – Меня не нужно было бы искать, если бы ты последовал моему приказу и свалил в закат. Диппер чуть не подавился слюной от негодования, так же как и в первый раз, когда об этом услышал. Я закатил глаза. Истеричка. – Я не такой мудак, чтобы просто бросить тебя! Я уже говорил это! – он поднялся со стула, девушка дернула бровью, – Как ты вообще мог подумать, что я оставлю тебя? Как ты меня достал своими закидонами! Это у меня ещё закидоны? Нервные клетки, коих у меня и так осталось, наверное, с горстку, казалось, уже реально начинали сдавать. – Это у меня закидоны? – я подошёл вплотную нависнув над ним. Последних капель самообладания хватало для того, чтобы не повышать голос. Парень несколько сжался, но былого гнева не растерял, – Ты мог погибнуть, бродя по лесу и разыскивая мое, возможно, мертвое тело. Ты реально тупой раз не понимаешь, что мог подвергнуть себя бессмысленной опасности? Парень поджал и без того не пухлые губы, теперь и вовсе походившие на линию, тонкую, как след от ручки. Я почувствовал запах дыма: Венди закурила прямо в доме, но я не отвернул на нее головы. Я смотрел прямо в глаза этому туполобому созданию, пытаясь донести очевидные, казалось бы, вещи. – Да я спас тебя! – прокричал он мне в лицо, снова упав на стул и потупив взгляд. Припадошный. Он меня реально заебал. Я обернулся к Венди, указав взглядом в сторону пачки сигарет, та кивнула, протянув мне зажигалку. Я вышел на улицу, хлопнув дверью и сел на порог. За дверью я слышал голоса, Сосна о чем-то быстро-быстро говорил, периодически упоминая меня в сочетании с очередным ругательством. Я затянулся. Дым мгновенно наполнил лёгкие и ротовую полость чувством эмоционального облегчения. Терпеть не могу его истерики, хоть вешайся. Если бы я сдох, то, в моем представлении, он мог уехать и зажить счастливо, но нет же, блять, надо ослушаться. Даже жалко как-то, что его не съели. Сигарета кончилась на удивление быстро. Точнее времени прошло достаточно, просто мысли витали где-то далеко, я сначала даже не заметил чудовищную усталость. Из раздумий меня вывел крик совы, я поспешил вернуться в дом. Гостиная несколько опустела, Венди сидела там одна, уткнувшись в книгу. Услышав мои шаги, она подняла голову, окинув меня внимательным взглядом. – Диппер на втором этаже, поспите в одной комнате, дом маленький, – я уже собрался двинуться к лестнице, как она окликнула меня, – Хей, он переживал за тебя, будь с ним помягче. Я закатил глаза. Я как-нибудь сам разберусь, как мне обращаться с моим Деревом. Лестница была скрипучей, но быстро осталась за спиной. Второй этаж представлял из себя одну большую комнату, Диппер расположился на кровати у окна, демонстративно отвернувшись от меня. Желание острить куда-то пропало, я скинул кофту при входе, оставаясь в одной футболке. Парень зажмурился, когда я присел на его кровать. Наверное, сейчас надо сказать «извини». Я испустил тяжёлый вздох. Ничего, Билл, все бывает в первый раз. – Диппер, послушай, – я положил руку на его плечо, парень напрягся, – я просто не хотел, чтобы ты сдох из-за меня. Я отчасти благодарен, что ты все же решил поиграть в героя и спасти меня, но давай в следующий раз ты будешь слушать то, что я тебе говорю. Диппер засопел, но все же повернулся ко мне. У него были красные глаза от слез. – Будет тебе, не разводи сырость, – я постарался мягко улыбнуться. Сосеныш сел на кровати, а после потянулся ко мне, чтобы уже через секунды уткнуться в шею. Внутри было какое-то странное чувство. Вот вроде я не хочу, чтобы он отстранился, а вроде бы лучше на месте сидел. Я боялся пошевелиться. Мы сидели так несколько минут, пока он наконец не произнес тихо: – Я боялся, что больше не увижу тебя. – Не велика потеря, – так же тихо выдохнула я в ответ. Тишина внезапно стала хрупкой и очень важной, точно какая-то старинная ваза, разбить которую не поднималась рука. Я, кажется, забыл, как это делается, но, скорее всего, и вовсе никогда не знал, но я осторожно обнял его в ответ, осторожно поглаживая по спине. В сравнении со мной он казался ещё более хрупким, под тонкой футболкой можно было прощупать выпирающие ребра и позвонки. – Отныне я буду везде с тобой ходить, – он уткнулся носом в мои ключицы, так, что я ощущал его размеренное, постепенно замедляющееся дыхание. Диппер тоже устал, но я не решался сместить его на кровать. – Не позволю, – рассмеялся. – А я все равно с тобой пойду. – А я сильнее тебя, поэтому не дам тебе пойти. Он отстранился с улыбкой на губах. Было чертовски не привычно видеть его таким. Он провел рукой по моей щеке, ведя чуть дальше, в мои волосы и убирая несколько бледных прядей от лица. Показалось мне, или он придвинулся ближе, да и в карих глазах появился какой-то огонек. Поняв, к чему все идёт, я отсел чуть дальше. – Тебе пора спать, Диппер, – я снял его руку со своего лица, – Уже поздно. Он поступил взгляд, заморгав, точно очнулся от какого-то гипноза. Его щеки немного покраснели. – Д-да, наверное, спокойной ночи. Я молча кивнул, отходя к своей кровати. Если он поцелует меня, то он получит надежду на то, что между нами что-то может быть. Мы не можем позволить себе сейчас лишней привязанности. Я помотал головой, массируя виски пальцами. Диппер, твою же мать, я и сам был бы рад не отстраняться.