Иду за ними

      Через неделю после их смерти Лиза ушла из дома, наскоро затолкав все свои вещи в большую серую сумку. Теперь это был уже совсем другой человек. Удивительно, что горе делает с людьми.       Когда в школе к Лизе подошли девочки, издевавшиеся над ней, она не обратила, казалось, никакого внимания. Когда они стали дразнить её, а одна даже дала пощёчину, осмелев от беспомощности жертвы, она даже не посмотрела на них. Но стоило их атаманше упомянуть её «сбежавшего защитничка», как Лиза сделала резкий выпад вперёд, зажав между пальцев канцелярский ножик.       Испуганные глаза обидчицы смотрели в два непроницаемо-чёрных омута, таких чужих на белоснежной коже лица. По вовремя выставленной вперёд руке струилась тёмная кровь. Лиза резко развернулась и, подняв с пола упавшую сумку, медленно вышла из класса, словно лунатик. Хотя лучше бы это всё и правда было сном.       Всё началось с шантажа, продолжилось ветром, бьющим в лицо от зашкаливающей скорости, и музыкой, звучащей из протянутого ей наушника, а закончилось громовыми раскатами выстрелов. Пусть преступники, но ей они стали родными. Тела забрали спецслужбы, не дав даже сказать слова прощания. Хотя почему люди так ценят тела умерших, если в них уже нет души? Они никогда не заговорят, не заворчат, не засмеются.       Вечно занятый чем-то и черезчур серьёзный Найн, похожий на строгого старшего брата. Он долго не хотел принимать её, но потом всё равно бросился спасать. Твелв, видевший цвет её слов, тёплый, неудержимый. Почему они не забрали её с собой?       Невозможно вернуть всё назад, но нельзя жить так дальше. Они подарили ей осознание слова «жизнь», а потом унесли его с собой в могилу.       Через год она пришла навестить место, где они погибли. Там Лиза на небольшом импровизированном кладбище нашла два относительно свежих колышка с их… Именами? Номерами? Действительно ли они там, внизу? Она упала на колени, обхватив руками налившуюся свинцом голову. Наверное, никто не думал, что первым умрёт Твелв. По плану именно он должен был выжить. Тот выстрел был ножом в спину. И Лизе этот каламбур совсем не казался смешным!       На следующий день она проснулась в холодном поту. Она видела их. Они были на старой базе, только теперь в их личном дворике стоял шахматный стол, а за ним — Найн и та девушка с пушистыми белоснежными волосами. Они улыбались друг другу и ей. А дальше, оперевшись на холодные ржавые перила, стоял Твелв. Он поманил её, позвал продолжить путь с ними, но она развернулась и убежала. Лиза теперь боялась смерти.       Через неделю она зашла в оживлённый полицейский участок, сжимая в руке пистолет. Она направила дуло прямо на детектива Шибазаки, но он выстрелил быстрее. «Прямо в грудь», — отрешённо подумала она. Как и в тот день. Ноги подкосились, а пластмассовая игрушка выскользнула из пальцев. В кармане бледно-жёлтого платья найдут записку с последней просьбой и указанием места захоронения.       Девушка с короткими белоснежными волосами дружелюбно помахала ей рукой, Найн кивнул с лёгкой улыбкой. Она смущённо поклонилась им, а потом прошла дальше. На сей раз он не обернулся, но она стала рядом. Твелв сжал её руку, всё ещё не глядя в глаза.       Возможно, это всего лишь последняя иллюзия больного мозга, но дело уже сделано. Осталась только надежда, что загадочный, абсолютно иной и светлый мир всё же существует…