Руками не трогать

      — Шейкл! — Гарри совершил резкий взмах палочкой с обмотанной на ней бумажкой.       Никакого эффекта.       Он сорвал бумажку и сделал на ней небольшую пометку: к примерно пятидесяти рисункам, расположенных в разном порядке, была прибавлена маленькая звёздочка.       — Шейкл!       Никакого эффекта.       Поттер привычным движением вновь сорвал бумажку и некоторое время напряжённо на неё уставился, о чём-то раздумывая. Затем немного подумал и зачеркнул первые три рисунка, а вместо них нарисовал другие пять.       — Шейкл!       Эффект был. Но не тот, которого ожидал Поттер. Из его палочки пошёл жёлто-зелёный дым.       — Парень, а тебе, случаем, не запрещено колдовать?       Поттер с вызовом посмотрел на произнёсшего эту реплику мужчину. Тот, увидев, кто перед ним, смутился, но наседать не перестал:       — Я глубоко соболезную вашей потере, но это же Министерство Магии! Нельзя же прямо здесь нарушать законы о колдовстве несовершеннолетних.       Гарри продолжил молча пялиться на мужчину. Тот ещё больше смутился, а затем махнул рукой и пошёл по своим делам.       Поттер вернулся к экспериментам.       Не считая этого мужчины, его никто за эти полтора часа не прерывал. Все упорно делали вид, что не замечали, как Мальчик-Который-Выжил использует магию вне Хогвартса прямо рядом с залом, где проходит заседание Министерства Магии.       Гарри вновь уставился на свою бумажку. Причина жёлто-зелёного дыма была ему не ясна. Нет, он понимал, что эффект вызван тем, что он убрал сочетание «Альгиза» с «Дагазом», но не понимал почему. Он полагал, что «Эваз» с четырьмя усилителями заменит их сочетание.       Поттер продолжал упорно раздумывать над причиной такого странного эффекта. Почему заклинание, которое должно призывать верёвку, призывало дым? Гарри некоторое время подумал, убрал два усилителя у Эваза, а затем добавил вместо них «Перт». Однако провести эксперимент с этой сборкой рун ему помешала открывшаяся дверь и вышедший из неё на одной ноге Грозный Глаз Грюм.       — Всё нормально? — Поттер решил первым обратится к аврору. Уже не в отставке.       — Да. Я теперь официально являюсь твоим опекуном. В течение года получишь статус совершеннолетнего. Хватайся за руку, пойдём ко мне. У меня теперь есть право аппарировать отсюда и сюда, когда я только захочу.       Гарри встал, спрятал листок в карман, палочку в рукав и схватился за левую руку Аластора.       — За правую берись. Этот протез хоть подсоединён к нервным окончаниям, но при аппарации не считается частью меня.       — Понятно, — Гарри схватил Грозного Глаза за правую руку. — Я, кстати, собираюсь за этот месяц лета научиться аппарировать. Это реально?       — Если сильно захочешь, можешь и за неделю научиться. Пошли.       Они аппарировали.

* * *

      — Тебя тут ничто не тронет, у меня стоит самая совершенная защита, — Грюм обвёл рукой дом со двором.       — Даже растения?       — Даже растения.       Поттер достал палочку и неуверенно приблизился к огромной красно-зелёной зубастой пасти, висевшей на довольно маленьком стебельке. С белых зубов прямо на пол падала слюна. Более угрожающий вид растения придумать было сложно. Однако это существо — цветок — упорно отказывалось реагировать на приближение Поттера.       Набравшись смелости, Гарри даже немного погладил стебель. Растение всё равно не показывало, что его хоть как-то трогает наличие рядом живой пищи, которую можно съесть.       — Неплохо. Как это работает?       Уже второй скучный предмет за это лето заинтересовал Поттера. После кладбища он всерьёз раздумывал о том, чтобы начать изучать зельеварение, теперь вот травологию.       — Слишком сложно, чтобы быстро объяснить. Работа подобной защиты не входит в тот объём знаний, который мне в тебя нужно запихнуть за месяц.       — А если мы не успеем за месяц?       — То будем продолжать, пока не успеем. Хогвартс тебя вряд ли научит чему-то, чего не знаю я, так что можно хоть всю первую половину года пропустить.       Гарри кивнул, отошёл от растения и зашёл в дом. Как только он открыл дверь, сработали сразу три какие-то системы защиты, но не одна из них не навредила ему. Выпущенные из ниоткуда лучи прошли сквозь него.       — Где моя комната? — Поттер посмотрел на Грюма, шедшего следом.       — Справа от моей, моя напротив входной двери. Ещё… Пока не забыл, с днём рождения тебя.       — Спасибо.       — Твой подарок ждёт тебя в твоей комнате вместе с остальным вещами. Ничего запретного, но вещица полезная и с простенькой системой защиты, которую почти невозможно обойти. Потом можешь обустроиться. Сейчас ещё кое-что. Я могу в защиту дома включить несколько твоих друзей. Защита не действует на тебя, меня, Тонкс и Дамблдора, я могу добавить ещё шесть человек. Назови, кого хочешь здесь видеть; защита основана на рунной системе, так что мне достаточно знать лишь имена. Называй только тех, кому ты доверяешь на сто процентов.       — Финч-Флетчли. Фред и Джордж Уизли… Чжоу Чанг… Пусть будет Джинни Уизли и… Колин Криви, например.       — Насчёт последнего уверен?       — Достаточно, но не на сто процентов, ладно, можешь убрать его.       — Так и сделаю. Будет, значит, ещё одно свободное место. Мне понадобится время, чтобы их добавить, так что пока лучше с ними не связывайся. Всё, обустраивайся.

* * *

      Его комната была небольшой, но достаточно уютной. Светло-зелёные обои, маленькая кровать, стол, стул, проявитель врагов — который упорно Гарри ничего не показывал, стенд с десятью волшебными палочками. В середине комнаты лежала кучка вещей Поттера и подарок Грюма: шкаф с кодовым замком. Открыв шкаф, Гарри обнаружил в нём неглубокую каменную чашу с вырезанным на ободке рунами.       «Омут Памяти», — понял Гарри.       Он сразу же захотел воспользоваться подарком. Ему нужно было спрятать неприятные воспоминания, которых за это лето накопилось больше, чем нужно. Да и вообще все неприятные воспоминания можно было выбросить и не давать возможности мозгу постоянно их переживать. Однако перед выполнением своего желания Поттер начал изучать руны, вырезанные на ободке. Некоторые интересные сочетания он записывал для себя на бумажку, с ними он потом попробует доделать заклинание.       После полного анализа Омута памяти он вернулся к кодовому замку и попробовал поставить пароль «1234». Замок взбунтовался, плюнул в Поттера уксусом и внезапно заговорил:       «Один, два, три, четыре? Ты серьёзно?»       — Ты умеешь говорить? — удивился Гарри.       Ответа не было. Вероятно, замок был заколдован продавцом, чтобы никто не ставил простые пароли. Или как это можно иначе объяснить? Гарри поставил новый пароль «1235», и этот пароль уже замок принял как основной. Теперь уже настала очередь Омута Памяти.       «Как там это должно работать?»       Поттер приставил палочку к голове и попробовал вытащить воспоминания. У него не получилось. Не получилось и со второй, и с третьей попытки. Гарри справился только после того, как обратился к Грюму.       Получив указания, как ему нужно доставать воспоминания, Поттер вернулся к шкафчику с чашей и закинул в неё первое воспоминание. Просто для того, чтобы его ещё раз изучить.

* * *

      Двенадцать часов после «Атаки Тёмного Лорда».       Звук аппарации разнёсся по дому. Фред Уизли мгновенно поднял голову и хотел уже побежать на первый этаж, но его остановил Гарри.       — Не смей! — Поттер нацелил палочку на близнеца. — А если это ловушка? Нужно быть осторожным!       — Да, Фред, Гарри прав, — Джордж встал с палочкой наготове. — Сейчас точно стоит подстраховаться.       До этой реплики своего близнеца Фред Уизли думал спорить, однако после слов Джорджа тоже достал палочку и тихо подошёл к двери.       — Это я! — Грюм закричал с первого этажа. — Последние мои слова, сказанные Гарри Поттеру — «Жди здесь, если я не подам голос, сразу аппарируй!». У меня плохие новости.       Поттер кивнул близнецам, и те вышли из его комнаты и осторожно пошли по лестнице на первый этаж. Заметив Грюма, они окончательно расслабились и уже вприпрыжку подбежали к аврору в отставке.       — Что с нашей семьёй?! — первым подал голос Фред.       — А с остальными? — дополнил Джордж.       Грюм проигнорировал оба вопроса и обратился к Гарри, который даже после того, как заметил Грозного Глаза, продолжал осторожно осматриваться.       — Ты спал?       — Авейк. Близнецы тоже. Что за плохие новости? Тонкс и Джастин живы?       — Тонкс жива, уже в сознании, с Финч-Флетчли куда хуже, его из комы уже вывели, но жить вроде будет. Я восстановил повреждения кожи, а также вставил обратно протез. С рукой хуже, денёк буду без неё, пока мне не изготовят…       — Да плевать нам на твои раны! Что с нашей семьёй?! — не выдержал Фред.       Грюм не обратил внимание на злой тон близнеца и ответил вполне спокойно:       — Я по обрывкам информации предположил, что Волдеморт атаковал или будет атаковать Оттери-Сент-Кэчпоул, и вам стоит из-за этого остаться здесь. Я был прав. На ваш дом — «Нору» — было совершено нападение.       Джордж закусил губу и промолчал. В этот раз за их общую речь отвечал один Фред.       — Что с мамой, папой, братьями? Раненые есть?       Грюм с каменным лицом посмотрел на Фреда.       — Чарли, Билл, Перси и Молли Уизли — погибли. Джинни Уизли в это время гостила у Лавгудов. На них тоже было совершено нападение, погиб Лавгуд Ксенофилиус, ваша сестра спасла его дочь и сбежала оттуда, уложив несколько Пожирателей. Артур Уизли был на работе, его не было дома в момент нападения, он не пострадал. Рон Уизли, насколько я знаю, спрятался и смог выдать в качестве себя непонятно откуда взявшегося упыря.       Фред Уизли округлил глаза и упал на пол. Джордж помог ему подняться. Оба молчали. Грюм повернулся к Поттеру.       — Я задавался вопросом, откуда у него столько людей. Теперь знаю. Вчера ночью был совершён побег из Азкабана и ещё нескольких магических тюрем во многих странах мира. Видели Тёмного Лорда. Фадж не стал защищать Азкабан, а я понадеялся на Скримджера. Из-за этого Тёмный Лорд смог совершить одновременные атаки по всей Англии. Уизли и Лавгуды — далеко не единственные семьи, пострадавшие от нападения. Всех перечислять очень долго, в каждом отряде Лорда Волдеморта состояло минимум три Пожирателя. Целей было много. Нам не повезло. Тебя, Гарри, он считал особой целью, поэтому отправил больше десяти Пожирателей.       — Кто ещё… Кто ещё был убит? — выдавил из себя Джордж.       — Маклаггены, Долгопупсы, которые не Алиса и Фрэнк, а Невилл с Августой, Симус Финниган со своей мамой, Джонсы, Вайтвуды, Вэнсы, ещё не все жертвы обнаружены. Аберфорта Дамблдора с посетителями убили в баре, Локонса пытали, прежде чем убить… Дом Астройдов взорвали вместе с семьёй; девочка каким-то образом выжила, но вскоре скончалась в больнице Святого Мунго.       Грюм замолчал.       — А что Фадж? — поинтересовался Гарри.       — Признал существования Волдеморта. Что ему ещё оставалось? Вскоре поднимется буря, его можно заменить, но, к сожалению, некем. Скримджер погиб при защите Азкабана, Крауча так никто и не нашёл, наверняка он уже давно мёртв, Дамблдор занят воссозданием Ордена Феникса, ему не до Министерства, по его словам. Были две кандидатуры, хорошая и плохая. Амелия Боунс и Долорес Амбридж. Первая получила серьёзные раны в этом сражении, сейчас в Мунго, если очнётся, то не скоро, Амбридж же, по моему исследованию, даже хуже Фаджа. Так что Корнелиус останется министром, не вижу других вариантов, просто нет подходящих людей. Не Тонкс же, в самом деле, выдвигать на его место?       Гарри отвернулся от Грюма и посмотрел на близнецов. Те с мёртвым выражением лиц смотрели в пространство перед собой.       «Смогут ли они оправиться от потрясения, связанного с потерей близких людей. Должны. Это же Фред и Джордж Уизли. Они сильные».       Поттер посмотрел в окно.       Погода явно не была осведомлена о произошедших событиях. Пели птички. Вероятно, крылатые существа сюда только прилетели, вряд ли они бы исполняли такую радостную трель, зная о том, что недавно тут всё взрывалось. Ярко светило солнышко, слетевшие с деревьев листья летели по ветру. Природе было невдомёк, что у людей горе.       Ей было невдомёк, что Волдеморт сделал свой ход.