Руками не трогать

      «Ничего не достаточно».       — Петрификус тоталус! — воспользовавшись трофейной палочкой, Гарри парализовал Тонкс, которая, кажется, уже чувствовала себя в безопасности, поэтому опустила руки.       Нимфадору парализовало, и та свалилась.       — Я сказал: достаточно! — сердитый Дамблдор влетел в помещение. За ним показался задумчивый Грюм.       — А я посчитал, что недостаточно, — Поттер был всё ещё зол. Несмотря на все свои невероятные навыки, он практически проиграл. Без особых колебаний Гарри полез в спор с самым главным человеком в борьбе против Тёмного Лорда. — Дуэль была ещё не окончена.       Из другой двери вышли мрачный Уизли и воодушевлённый Блэк.       — Гарри, ты должен подчиняться правилам. Если я сказал «достаточно», значит, дуэль закончена, как бы сильно кто-то ни хотел продолжения. Ты должен был остановиться, — директор снял с Тонкс парализующие заклятие.       — А почему я вообще должен слушать ваше «достаточно»? Насколько я знаю, дуэль вы все вместе организовали, а остальные сейчас молчали и дуэль не останавливали. Грюм перед этим чётко сказал, что дуэль заканчивается, только когда один из нас не сможет продолжить бой.       — Альбус, Поттер прав, — вмешался Грюм. — Дуэль не должна была заканчиваться.       — Пойми, Гарри, — Альбус по-прежнему обращался к нему. — Я же тебе сказал — прекратить, ты мог просто прекратить, а не пытаться искать лазейки этого не делать. Хорошо, возможно, что с точки зрения правил ты действительно не обязан был останавливаться, но ты же должен понимать, что я не просто так решил остановить битву. Ваша дуэль переросла в обычную драку. И ты нарушил правила. Ты ударил Тонкс.       — Не было такого правила, которое запрещало бить оппонентов, — продолжил гнуть свою точку зрения Поттер. — Нельзя было вредить и кидаться предметами. Мой удар был безобиден, я его чётко рассчитал — на самом деле нет — и он никак не мог повредить Тонкс.       — В таких случаях существуют судьи, который определяют степень опасности удара.       — Вот именно, судьи, а не судья. Вы все должны были проголосовать за то, что удар был опасен, а не останавливать бой в тот же миг по инициативе лишь одного.       Так, стоп. А что он вообще делает? Зачем он ругается с Дамблдором, если тот его должен принять в Орден Феникса? Чёртовы эмоции, нельзя им поддаваться!       Если бы спор продолжился, то Гарри точно пошёл бы на попятную. Да, он считал, что прав и победил заслуженно, но понимал, что может настроить главу Ордена Феникса против себя, и на этом всё для него закончится. Он только сейчас понял, что даже несмотря на то, что прав, показывает себя не с лучшей стороны. Однако Дамблдор сам решил не продолжать дискуссию.       — Ладно, Гарри, хорошо, я понял твою позицию, и всё же позволю себе с ней не согласиться, однако бессмысленные споры никуда нас с тобой не приведут. Вне зависимости от результата ты очень хорошо себя показал. Твои навыки владения палочкой подходят для борьбы против Тёмного Лорда.       Тонкс встала, недовольно посмотрела на Поттера, но промолчала.       Так значит, его приняли? Всё? Теперь он семнадцатый член Ордена Феникса?       — Хорошо? Всего лишь хорошо? — притворно возмутился Сириус. — Да он был великолепен! Сама дуэль была феноменальна! Это, наверное, лучшая битва, которую я когда-либо видел. А как он закричал! Я уверен, что против Поттера у меня не будет ни единого шанса! Да и против Тонкс тоже! Она ведь умудрялась от всего отбиваться и даже почти выиграла! А ты, Артур, что скажешь?       — Проиграю обоим, — хмуро заметил Уизли. — Но я собираюсь тренироваться. Да и дело не только в силе, но и в умении её использовать.       — Так я это и имею в виду, — не успокаивался Сириус. — Посмотри на Поттера, он умеет ей пользоваться, ни одного лишнего действия, ни одной ошибки…       Поттер почувствовал, что краснеет. Ему наоборот, казалось, что выступил он так себе. Дуэль, в которой он должен был победить за полминуты, чуть не закончилась его поражением. Хотя всё, что говорил Блэк, было правдой, он действительно силён.       — …Да он даже не почесался, когда у него палочку вырвали, попрыгал немного, дождался шанса, и пошёл в бой без палочки! Он же так и Тёмного Лорда спокойно развалит, даже не моргнув глазом!       — Поттер совершил грубую ошибку, — немного решил покритиковать его Грюм, для контраста, наверное. — После того, как связка не сработала, слишком долго приходил в себя и должен был проиграть, если бы Нимфадора не расслабилась.       — Не связка, а Связка, хорошее название, да? — машинально поправил Поттер.       — Да какая разница! — махнул рукой Блэк. Его реплика относилась к словам Грюма. — Я бы после крыльев вообще в осадок ушёл и не возвращался бы оттуда, пока бы меня не оглушили. Это при условии, что я вообще бы до них добрался. Ладно, Мерлин с ними, с крыльями. Гарри, что за заклинания ты использовал. Верёвки, проходящие сквозь стены, болото, ветер. Я таких не знаю.       — Болото — Блёмъос. Крутая штука, но ей попасть практически невозможно, маленький радиус. Болото около двух секунд образуется, за это время цель может спокойно отойти на пару шагов, и всё. Я её только с ветром комбинирую. Ветер — Ззэпитинус. Он неблокируемый, но от него легко можно увернуться, да и просто перенаправить. Довольно бесполезное заклинание на самом деле, оно лишь поднимает цель, и всё, никакого другого эффекта. Но комбинация с болотом иногда может помочь, — выдал Гарри. — Верёвки же… Это моё изобретение. Связка, хорошее название, да?       — Крутейшее название! Если ты смог сделать боевое заклинание, значит, любое название, которое ты выберешь…       — Нет, это название такое, — перебил Блэка Поттер. — Связка, хорошее название, да? Это название.       — Что? Название… Хорошее название — это название?       — Связка, хорошее название, да? Это название.       «Связкой, хорошее название, да?» заинтересовались Тонкс с Дамблдором. Лишь только Артур Уизли не проявлял интерес к диалогу, а о чём-то думал.       — Да ну? Ты в перерывах между своими бесконечными тренировками ещё и заклинания умудрился создать? — удивилась Тонкс.       Гарри не был уверен, уязвлена ли та поражением и пытается как-то на него наехать или действительно хвалит его.       — И как работает твоё изобретение? — поинтересовался Дамблдор.       По правде говоря, Поттер планировал сообщить этот секрет только когда его окончательно и бесповоротно возьмут в Орден Феникса, и никак не раньше. Но если сейчас он начнёт секретничать и торговаться, то точно этим не завоюет расположение остальных, а он и так уже оступился, вступив в спор с директором.       Да и к тому же он уже всё равно что в Ордене Феникса. Их здесь шестеро, Роза куда-то ушла. Он сам явно захочет присоединиться, Тонкс тоже, она уже сказала, что будет выступать «за», Грюм тоже явно будет на его стороне. Как и Блэк. Артур Уизли сам сказал, что ему он проиграет, так что тот тоже захочет его присоединения. Единственный, чьё мнение Гарри пока не знал, был Дамблдор, сам глава. Но даже если тот решит, что он слишком молод для вступления в Орден, то вряд ли сможет что-то сделать против мнения большинства. Ладно. Всё же в этом вопросе не нужно быть эгоистом, у них у всех общая цель.       — «Связка хорошее название, да?» создаёт на ближайшем человеке… Нет, не так, на том, кто находится напротив, под определённым углом от заклинателя…       Наконец, долгое объяснение было позади. Кажется, единственным, кто хоть что-то понял, был Дамблдор.       — Невероятно, Гарри, это действительно невероятно. Ты проделал серьезную работу! Использование данного заклинание позволит членам Ордена Феникса удивить некоторых Пожирателей Смерти. Конечно, к нему скоро придумают контрзаклятие, и так сильно полагаться на одно заклинание, как сильно полагаешься на него ты, всё же не стоит.        — Да, Гарри, — подтвердила Тонкс. — Я не особо поняла всю систему, но ты молодец!       Всё-таки она его хвалила от чистого сердца. Это хорошо. Кажется, их вечным спорам пришёл конец.       — Я только одно не понял, — вмешался Сириус. — Вернее, не понял-то я много, но вот название вообще. Почему «Связка, хорошее название, да?». Зачем в конце стоит «Хорошее название, да?». Можно же просто «связка», так и легче и лаконичнее.       — Да как-то сложилось. Теперь только «Связка, хорошее название, да?», иначе никак.       — Фигня какая-то, пока произнесёшь, язык сломаешь, хотя этот «Блёмъос» ещё хуже. Ладно, Гарри, мне вот что интересно. Ты владеешь заклинанием призыва патронуса?       — Нет, я пытался научиться, но у меня не получалось. Грюм говорит, у меня нет нормального воспоминания.       Попыток действительно было немало. Ни одно воспоминания не было достаточно счастливым. В качестве счастливого воспоминания Гарри сначала брал первый поцелуй с Чжоу, а потом свою победу в Турнире Трёх Волшебников. На удивление, второе воспоминание работало лучше, по крайней мере, появлялся белый дым. Но до патронуса всё равно было далеко.       — Плохо… — Блэку явно было его жаль.       Наверное, из-за того, что заклинание патронуса у Поттера не получалось не из-за проблем юного возраста, как у большинства, а из-за отсутствия хорошего воспоминания, Сириус, вероятно, решил, что у него была очень несчастная жизнь, раз даже достаточно счастливых воспоминаний нет.       Однако это было не так. Гарри был доволен своей жизнью и считал себя достаточно счастливым человеком. Жизнь только началась, а у него есть любимая девушка, куча друзей, навыки, которыми почти никто, кроме него, не владел и жизненная цель. Он выпутывался из невероятных передряг, выживал в таких ситуация, в которых выжить было практически нереально.       Его жизнь была хорошей. Ну, не считая всего детства. И первого курса Хогвартса, да. Он тоже не был особо хорошим, он боялся всего, Малфой его задирал, ещё и с троллем неудачно получилось. Ещё не надо брать смерть Андромеды Тонкс. И Теда. Смерть приёмных родителей слабо вписывалась в счастливую жизнь. И смерть Стихии тоже. Ах, да, и настоящих родителей. Ну и разная жуткая боль, страдания, которые он постоянно испытывал… Так, ладно, надо бы прекратить развивать эту логическую цепочку.       — …Но, Дамблдор, наверное, придумает для тебя какой-нибудь особый канал связи, так, чтобы ты смог общаться с остальными членами Ордена Феникса.       — Хотел бы тебе напомнить, Сириус, что Гарри Поттер пока ещё не член Ордена Феникса, — заметил Дамблдор.       «Твою мать. Началось. Что не так-то?»       — Разве нет? — удивился Сириус — как и Тонкс, кстати, тоже. — А что, есть какие-нибудь другие варианты? Как после такого сильного выступления парня можно не взять?       — Артур недавно сказал одну любопытную вещь — «дело не в силе, а в умении ей пользоваться», и у меня есть небольшие опасения, что Гарри может как-то неправильно воспользоваться своим положением.       «Ой-ей. Что он опять раскопал, что-то серьёзное, кажется. Главное, чтобы не Реддла, тот слишком много знает. Чёрт, надо было его просто где-то закопать. Вернувшись, я так и сделаю».       — Поттер? Да ну? Мой крестник точно не из тех, кто будет пользоваться своим положением.       — Ты так в этом уверен, Сириус? У меня есть основания полагать, что Гарри Поттер использовал первое Непростительное заклинание на человеке. Под первым Непростительным я имею в виду Аваду Кедавру. Убивающее проклятие.       «Как?»       — Чушь собачья, — Блэк был непоколебим.       Тонкс с явной тревогой и немым вопросом уставилась на Поттера, она знала? Грюм тоже прекрасно понимал или думал, что понимал, о чём идёт речь, но виду не показывал. — Гарри, скажи мне, этим летом ты использовал убивающее заклинание на человеке? Не расскажешь всем о своём поступке?       «Чёрт. Чёрт. Чёрт. Всё плохо, очень плохо».       Он нарушил закон, использование Непростительных заклинаний запрещено, и директор это знает. Хуже того, что он нарушил его дважды и не уверен, о каком именно случае знает директор Хогвартса. Что отвечать? Ну не так же: Извините, профессор Дамблдор, не могли бы уточнить временной промежуток, а то за это лето я так много раз использовал убивающие проклятия, что не совсем уверен, о каком именно случае вы говорите?       Кладбище или дом Тонксов? Нужно понять, что именно он раскопал. И быстро. Или признаться, что использовал непростительные направо и налево. Нет, признаваться нельзя. Но и врать тоже. Дамблдор не прорицатель. Он не может знать всего. Он что-то раскопал, но что именно? Допустим, дом Тонксов. Кто видел первую Аваду? Грюм? Вряд ли. А даже если бы видел, промолчал, он и про кладбище знает. Тед умер, не приходя в сознание. Не он. Тонкс могла видеть. Неужели она его сдала?       Поттер молча огляделся, Грюм был мрачнее тучи. Не он. Тонкс заметила взгляд и сразу все поняв, закачала головой. Не она, даже если знала. Хорошо, дальше. Вторая Авада. Всё те же люди. Только ещё добавились Пожиратели Смерти. Но их всех убил Грюм. Нет, значит, не дом Тонксов.       Вероятно, дело в кладбище. Но кто был там? Северус Снейп дружен с Дамблдором, но сказать тот никому и ничего явно не мог, хотя бы потому, что его тело было сожжено сразу же после изучения причины смерти. Один из Пожирателей раскололся? Тоже бред, ему бы не поверили. Волдеморт? Ха-ха. Тоже никого. Никто не мог сказать Дамблдору про Непростительное заклинание. Тогда откуда тот…       Стоп. Был ещё один человек. Джастин Финч-Флетчли. Он лежал в комнате и мог видеть момент второй Авады. Правда, тот был отравлен… Нет, не так, Гарри же дал ему безоар, как раз перед тем, как в комнату ворвались Пожиратели. Значит, тот вполне мог прийти в себя… Нет… Грюм сказал, что тот был в коме ещё в Мунго. Это не мог быть Джастин, да и зачем ему сдавать своего друга? Абсурд! Может, дело вообще не в этом. Может, дело, например, в боггарте? Когда он в боггарта-Пирса запустил убивающее проклятие. Но ведь оно не сработало. И Грюм ничего об этом не упоминал.       Да как Дамблдор обо всём узнал? Не мог же Снейп их сражение на кладбище Дамблдору в прямом эфире транслировать.       Несмотря на долгие размышления, Поттер так и не смог придумать лучшей тактики, кроме молчания.       — Чего молчишь, Гарри? Говори, мы слушаем. Если ты считаешь себя взрослым, то должен нести ответственность за свои поступки. Или ты ищешь того, кто мне рассказал об этом? Судя по вашим переглядкам с Нимфадорой, это именно так. Ты даже друзьям своим не доверяешь, да? Никто тебя не сдал. Специальные люди обнаружили следы Авады на двух трупах Пожирателей Смерти. Меня это сильно заинтересовало, ведь, насколько я знаю, сражались только вы с Аластором, а Грозный Глаз Грюм не использует убийственное проклятие с давних времён. Я выспросил у него некоторые детали и пришёл к выводу, что это можешь быть только ты. Я ведь ещё год назад начал подозревать, что с тобой что-то не так, но поймать тебя смог только сейчас. Ну что, теперь ты признаешься? Или продолжишь всё отрицать?       — Признаю. Я убил двух Пожирателей Смерти, используя убийственное проклятие.       Дамблдор именно это и ожидал услышать, он повернулся к остальным, ожидая их реакции. Артур Уизли нейтрально пожал плечами, Грюм никак не отреагировал, Тонкс помрачнела, а Сириус явно колебался.       — Гарри, я понимаю, что ты чувствовал. На твоих глазах убили твою семью, разумеется, ты захотел отомстить. Питер Петтигрю так же, как и все Пожиратели, заслуживал смерти, — сказал он. — Но тебе не кажется, что тебе как-то рановато становиться убийцей? Ты даже не совершеннолетний, где ты Аваду вообще выучил? Готовился, что ли? И почему ты попытался это скрыть и никому об этом не сказал? Если бы ты сам рассказал о том, что сделал, уверяю тебя, мы бы поняли. Но ты как слизеринец пытаешься увильнуть от наказания, зачем?       — Не вижу проблемы, — Артур Уизли занял противоположную позицию. — Я даже больше скажу, Поттер только что поднялся у меня в глазах. Я был против того, чтобы несовершеннолетние присоединялись к Ордену, думал, что достаточно будет держать их в курсе событий, и про Поттера придерживался той же позиции. Но теперь я настаиваю на его присоединении. Он всё сделал правильно. Если бы у меня была возможность убить одного из тех, кто убил мою семью, я бы ей воспользовался без малейших колебаний. То, что Гарри сделал, говорит о том, что он не просто мальчик, выучивший пару-тройку заклятий, а боец, готовый к войне.       — Я присоединяюсь к Артуру, — Тонкс колебалась, но всё же встала на стороне Поттера. — Они убили моих родителей. Что Гарри к ним должен был применить? Экспеллиармус?       — Использование смертельного проклятия — нарушение закона, за это светит Азкабан, — медленно и спокойно проговорил Дамблдор. — Разумеется, Гарри никуда не отправится. Не подумайте, я прекрасно понимаю, почему именно он это сделал, и не могу сказать, что имею право его осуждать, на моих глазах не убивали родителей. Но это не отменяет поступка Гарри. Он хладнокровно убил двух Пожирателей и скрыл эту информацию от всех нас. Я сильно сомневаюсь, что такому человеку есть место в нашем Ордене.       — Во-первых, он не скрыл эту информацию, он рассказал мне. Я тот, кто решил умолчать об этом, — вмешался Грюм. Он внезапно поднял свою палочку и направил её на Тонкс. — А во-вторых, Империо.       Тонкс дёрнулась и заговорила.       — Теперь я тоже хладнокровно использовал Непростительное заклинание. Мы с Поттером в одной лодке.       Дамблдор взмахнул своей палочкой, и Грюм потерял контроль над Нимфадорой.       — Мы оба знаем, зачем ты это сделал, Аластор. И мы оба знаем, что ты не раскидываешься Непростительными заклинаниями и стараешься захватить живьём Пожирателей. И всё же не вздумай больше такое вытворять. Нимфадора, всё в порядке?       — Да ничего, это же Империус, что мне будет? — Тонкс не выглядела возмущённой или удивлённой. — В Хогвартсе на многих студентах это использовали.       Дамблдор повернулся обратно к Грюму.       — В парне я не так уверен, как в тебе. Но всё же… Ты действительно считаешь, что Гарри не будет злоупотреблять своим положением? Даже Реддл стал убийцей лишь на шестом курсе, а мы все знаем, к чему это привело.       Поттер вздрогнул, услышав знакомую фамилию. Лишь через пару секунд он понял, что речь шла о Волдеморте.       — Не будет… — Грюм не был уверен, даже Гарри видел это. — А даже если и будет, то и что с того? Медоуз тоже злоупотребляла, никто ничего и никогда не видел, но тем не менее, мы все знали, что это так. И ей никто ни слова не говорил. Идёт война. Мы не можем разбрасываться людьми.       — Согласен, — кивнул Дамблдор. — Именно поэтому мы вообще здесь и находимся. Если бы не обстоятельства, в которые мы все попали, у нас с Гарри была бы очень долгая беседа, которая могла бы закончиться исключением его из Хогвартса. Сейчас я даже рассматриваю возможность принятия его в Орден. И всё же перед оглашением решения я хочу послушать Гарри. Давай, скажи, что ты думаешь обо всём этом?       Всё пошло хуже некуда. На кону его вступление в Орден Феникса. Большинство его вроде как всё равно поддерживало, но одно слово Дамблдора и никакого противостояния с Тёмным Лордом ему не видать. Лгать нельзя ни в коем случае. Директор слишком хорошо его изучил. Надо говорить правду.       — Я не сожалею о том, что сделал. Если бы ситуация повторилась, я бы сделал то же самое. Вы не были там, у меня не было другого выбора. Оглушающее заклинание не помогло бы, оглушённых Пожирателей сразу бы привели в себя. А я не знаю других способов, как мне заставить их не нападать на меня. Я никогда не использовал до этого убийственно проклятие…       «Ложь. Но так надо».       — Просто сказал слова, и у меня получилось. Убийство — это плохо? Да, это так. Но они сами виноваты. Они попытались убить нас, а я попытался убить их. Всё справедливо. Я не испытываю угрызений совести по поводу того, что сделал. Если бы я был мягкосердечен, то сейчас бы здесь не стоял. Ровно как и Тонкс. Иногда надо убивать, если сам хочешь остаться в живых.       Гарри замолчал, он сказал правду, но не был уверен, что эта правда понравится Дамблдору. После окончания его небольшого монолога Грюм посмотрел на него с выражением, которое означала что-то вроде: «Ну и нахрена ты этого сказал?».       — Понятно, — кивнул Дамблдор. — Боюсь, Гарри, я вынужден отказать тебе во вступлении в Орден Феникса. Дело не твоём возрасте и не в твоей силе, а в твоём отношении. Закончи школу и подумай хорошенько о том, что ты сейчас сказал. Если война ещё будет продолжаться, то только тогда мы вернёмся к этому диалогу.       Гарри яростно посмотрел на директора. Он просто разрушил всю его жизнь из-за каких-то своих идиотских причин! Дамблдор предлагал ему спокойно наслаждаться мирной жизнью, не обращая внимания на то, что Тёмный Лорд на его глазах убил четырёх близких ему людей? Он хотел, чтобы он волновался лишь об оценках по какой-нибудь истории магии? Даже Финч-Флетчли при всём своём эгоизме не смог остаться в стороне, после покушения на своё убийство!       — Так нельзя. Это глупо. Я всю жизнь готовился, чтобы сражаться с Тёмным Лордом. Скажи ему, Грюм!       — Прости, Гарри. Ничего не поделаешь, — Грюм был мрачнее тучи, но ответил достаточно уверенно.       Понятно. Даже Грозный Глаз уже сдался. А ведь Грюм говорил, что его примут в любом случае, и он всеми силами будет бороться за его вступление… Хотя Грюм не виноват. Он пытался. Применил Империо к Тонкс на глазах у Дамблдора. Сильно. И та даже не возмутилась, она поняла, зачем он это сделал. Та тоже не виновата. Это всё Дамблдор со своими идиотскими идеалами. Он уже доказал себе, что находится на стороне добра, отклонив предложение Реддла.       Но добро, кажется, не желало видеть его в своих рядах. Чёртов Дамблдор.       Ладно, ему никто не помешает бороться против Пожирателей Смерти в одиночку. А с Джастином их будет уже двое. Ещё и близнецов можно подключить, их тоже не взяли в Орден Феникса.       — Теперь, Гарри, мы прощаемся. Жду тебя сегодня на пиру по случаю начала учебного года. Я бы хотел, чтобы ты понял мои мотивы и не злился, но я вижу, что ты уже затаил обиду на меня. Я понимаю. Когда-нибудь в будущем ты вспомнишь этот момент и поймёшь, что я был прав. Тогда мы сможем спокойно обсудить эту ситуацию за чашечкой чая. Как же мне хотелось, чтобы это будущее наступило как можно скорее.       Гарри не дождался Грюма и молча вышел из комнаты. Направляясь к выходу, он слышал споры членов Ордена Феникса с Дамблдором.       — Ситуация была экстренная! — кричал Блэк. — Ему всего пятнадцать, он выкрикнул первое, что пришло в голову! Конечно, он захотел убить Пожирателя! Они на глазах убили его приёмную мать! Смертельно ранили Грозного Глаза. Тогда же он не знал, что тот жив! Что ему оставалось делать? О каком милосердии он мог задуматься? Я тоже хладнокровно убил Петтигрю. Убийство — вполне нормальное явление в войне.       — Вот именно, ему всего пятнадцать, и он выкрикнул первое, что пришло в голову. Несмотря на его неплохие боевые навыки, он ещё не готов.       — Выражаю протест, — спокойный голос Уизли был еле слышен. Поттеру пришлось прислушаться, чтобы услышать продолжение. — Это полнейший беспредел. У него на глазах убивают всю его семью, он спасает половину, а вы отчитываете его за то, что он убил одного… ладно, двух нападавших. Я правильно понимаю, что, если бы я спас Молли и Билла, убив при этом какого-нибудь Пожирателя, то вы бы меня выгнали?       Ответ директора Хогвартса Поттер не услышал.       «Пошёл ты, Дамблдор, — думал Поттер, удаляясь всё дальше от злополучной комнаты. — Да, ты не взял меня в Орден Феникса, но я сдаваться не собираюсь! Всё произойдёт в точности как с Кубком Огня. Ты ввёл свои ограничения, но я плевать на них хотел и собираюсь обойти. Я, Джастин Финч-Флетчли и близнецы Уизли станем новыми чемпионами Хогвартса по борьбе с Тёмным Лордом.