Руками не трогать

***

Джастин Финч-Флечтли.

      — Ты сука хоть раз попасть можешь?! — закричал на Кержакова Джастин.       Он уже раз в третий пожалел о том, что не отправил этого долбаёба с Поттером.       И ладно бы он просто мазал, так нет, он едва не задевает близнецов и привлекает внимание к Джастину из-за чего тот снайпер-Империусец уже два раза чуть было не в него не попал.       — Да я стараюсь! — ответил Александр.       — Нихера ты не стараешься! — буркнул Джастин, привычным движением уходя влево от очередного Империуса, пущенного через бойницы. Впрочем, этот ударился об стену и в замок не залетел. Даже у снайперов бывают промахи. — Если бы ты старался, то уже давно бы попал!       Нет, конечно, Финч-Флетчли осознавал, что у Кержакова какая-то генетическая предрасположенность к промахам… осознавал, но не принимал это. Он не понимал, почему нельзя взять и «попасть». Вот так вот просто взять и попасть!       Каким бы криворуким кто-то бы ни был, если этот кто-то наведёт палочку на волшебника и произнесёт слова какого-нибудь примитивного заклинания, то оно должно попасть в цель и не важно, кто держит палочку: Кержаков, Поттер или Волдеморт.       Впрочем, недоаврор пока доказывал несостоятельность теории Джастина, умудрявшись промазать в невероятных ситуациях, будто бы палочка, оказавшись в его руках, специально начинала выпускать заклятия под углом в 90 градусов.       Будь сейчас другое время, Финч-Флетчли назвал бы его талантом, но сейчас идёт бой, и Джастин называет его криворуким долбаёбом.       — Попробуй что-нибудь мощнее, — предложила Джинни. У неё попаданий было больше всех их вместе взятых: близнецы Уизли попадали мало, так как подвергались ответному обстрелу, Кержаков — вообще пиздец, у Архангела не было глаз, но даже без них он редко, но попадал, в отличие от недоаврора, а сам Джастин в основном перестреливался со своим снайпером, почти не атакуя другие цели. — Что-то с большим радиусом, что-то чем легче попасть.       — Да он и этим промажет, бля буду, — заявил Финч-Флетчли, возвращаясь к своей бойнице для того, чтобы всё же выцелить досаждающего снайпера.       Если Кержаков последует совету Джинни и начнёт кидать во врагов сильные площадные заклятия, то по крайней мере не будет мешать остальным.       …       Спустя несколько секунд до Джастина дошло, что это пиздец как может плохо закончится.       — Подожди-ка… — начал Финч-Флетчли, поворачивая к Александру лицом.       — Бомбарда! Релашио! — крикнул Кержаков.       Им повезло. Взрывным заклятием тот попал в бойницу, и оно улетело куда-то туда, возможно даже к врагам, а вот кипяток…       — А-а, сука! — боль была сильной, необычной и чрезвычайно неприятной, Джастин чувствовал такое жжение, будто его лицо прямо сейчас плавилось в какой-нибудь высокоградусной печки. Глаза он успел закрыть, но всей коже было плохо. Очень плохо. — Тварь ебаная! Сука, нихуя не вижу!       Ненависть Финч-Флетчли была сильнее боли, поэтому вместо того, чтобы упасть на землю и страдать он попытался ударить Кержакова.       Попал. Но удар получился «вскользь», и судя по «оху» с той стороны не особо болезненным, но Финч-Флетчли стало лучше и заметно легче переносить боль.       — Ах! Горячо! — крикнул, кажется, Фред Уизли.       Но, кажется, его едва задело. Его крик не походил на душераздирающий, будто бы он просто схватился за горячую чашку кофе.       Финч-Флетчли услышал, как к нему кто-то бежит.       — Оптолис Репаро! — крикнула Джинни прямо рядом с ним. — Помогло?       — Нихуя! — рыкнул Финч-Флетчли. — Зато если вы пизданёте это долбаёба, то это мне поможет хотя бы морально!       — Я не специально! — виновато произнёс Кержаков.       Джастин чуть повернулся на звук, градусов на пятнадцать левее и сделал мысленные корректировки по удару. Чуть дальше, правее и сильнее. В этот раз он должно получится лучше.       Впрочем, он тут же передумал.       — Я знаю, блять, придурок ебаный, но я тебя всё равно ненавижу!       — Давай я тебя вылечу! — тот пытался сгладить свою вину, но у Финч-Флетчли было другое мнение.       — О, ну уж нет! — Финч-Флетчли приоткрыл левый глаз и отшатнулся от Кержакова. — Убери от меня свою ебаную палочку!       Пиздец, ебучий Поттер, подложил им свинью. По каким критерии он в свой ебаный аврорат таких клоунов нанимает?!       — Кто-нибудь может меня вылечить? Кто-нибудь кроме него! Это не слепота, это мудло в меня кипятком запустило!       — Я могу. Лицо не вылечу, но боль уменьшу, — Джастин услышал голос Джинни справа от себя и открыл второй глаз.       Открылся он… так себе.       Пиздец, у него, наверное, лицо всё скукожилось от этой херни.       Уизли прислонила к его щеке палочку и принялась что-то шептать, а Финч-Флетчли как раз вспомнил, что Поттер оставил его главным.       — Значит так, боевая задача для животного с руками из жопы! Иди на улицу и воюй против маг-маглов! Попадай-не попадай, мне похуй, просто свали с моих глаз! Так как меня оставили за главного, то это приказ!       — Хорошо, я так и сделаю, — аврор тут же направился вниз. Джастин услышал как шаги Кержакова удалялись от них.       Обиженным голос Александра не звучал, да и сам он больше походил на виноватого, чем на разозлённого, видимо не в первый раз слышит оскорбления в свой адрес за подобную меткость.       Джастину на мгновение даже стало его жалко, но он тут же прогнал это чувство.       Лучшее, что тот может сделать это убиться о маг-маглов, он бесполезен для любой другой задачи.       — Всё, — произнесла Джинни. — Боль должна была немного отступить.       — Спасибо.       Чтобы не сделала Уизли, это помогло, боль не просто отступила, а вообще пропала, как будто бы её и ни было. Лишь только весьма странно ощущающееся и еле двигающееся лицо напоминало об инциденте. Ну и невероятная злость на Кержакова. Но последнее с ним, наверное, навсегда.       — У вас что? — Джинни обратилась к своим братьям.       — Только в меня попало, но чуть-чуть совсем, едва задело.       «Ну конечно, блять, едва задело!» — Джастин бросил недовольный взгляд на немного покрасневшее лицо Фреда (или Джорджа, хер их разберёт, тем более при таком свете). — «Только ему повезло стоять рядом с Кержаковым.       Сражаться Джастин ещё мог, но пока не особо эффективно, пока он ругался с Кержаковым, его заимпереусенных маг-маглов перебили, а снайпер по-прежнему жил и активно ему досаждал.       Он попробовал высунуться через бойницу, чтобы лучше прицелится, но тут же снова чуть не схватил Империус, успев в последний момент убрать голову.       — Авада кедавра, кусок говна! — тут же ответил Джастин пидорскому снайперу, пытающемуся заимпериусить его уже в 117 раз. И ведь сука ждал его всё это время, пока он тут от кипятка страдал.       Финч-Флетчли не попал и тут же убрался обратно из бойницы, чтобы случайно не схватить ответный Империус.       Отсчитав про себя десять секунд он высунулся снова, чтобы тут же резко отойти от брошенного кем-то (кажется, не его снайпером) неизвестного заклятия. Заклятие угодило в его палочку и разломило её на четыре куска.       — Да блять! Палочка!       Чудно, теперь он безоружен. И всё из-за ебаного Кержакова!       Вообще давно надо было поменять бойницу. В следующий раз на месте его палочки может быть его голова.       — Есть у кого запасная палочка?! — обратился он к трём Уизли и Архангелу.       Не задетый кипятком близнец, пусть будет Джордж, покачал головой.       — Нет, нету, — а ты Фред.       — Только моя, — Архангел.       — Может от проникших в замок Пожирателей остались? — Джинни.       Вот Кержаков бы сейчас не помешал, ему-то палочка явно не нужна, раз он пользоваться ей не умеет. Эх!       — Тогда никто не хочет помочь мне убить одного увёртливого неприятного врага? — спросил он.       — Не, мы со своими не справляемся, — ответил Джордж.       — Тоже самое. Очень много врагов, — пояснил Эйфрах.       Интересно, откуда он знает, если нифига не видит? Подсказывает то самое шестое чувство, которое направляет ему палочку на врагов?       — Лучше брось его, найди себе где-нибудь палочку и помоги нам, — предложила Джинни, прямо во время активной перестрелки с кем-то с улицы.       — Джастин! — закричал откуда-то снизу Кержаков. А Джастин уже успел понадеется, что больше этот голос не услышит. — Поттеру нужна помощь!       Только этого блять не хватало.       — Пиздец! — крикнул ему в ответ Джастин и, немного промедлив, подумав можно ли бежать без палочки, махнул рукой и побежал вниз.       Кержаков уже был на лестнице и левитировал Гарри Поттера; тот находился в странной позе.       — Боже, что у тебя с лицом? — тут же ужаснулся Гарри.       — У ебаната своего спроси! — Джастин злобно посмотрел на поникшего, но не прекращающего левитировать Поттера Кержакова. — С тобой что?       — Редукто поймал, — ответил он. — Уже второй раз. Проклятое заклятие. Я не смог ничего узнать. Выйди вместо меня на улицу и поищи Кроша и Тонкс. Мэдзуку тоже. Если что, можешь взять на себя командование и приказать отступить в замок, если мы не сдерживаем напор.       — Крош это который гоблин, который похож на тысячу других гоблинов? — если Мэдзуку Джастин помнил, та выделялась среди остальных авроров, то Крош обладал настолько непримечательной внешностью, что ему не помогало даже то, что людей в аврорате было намного больше, чем гоблинов, ведь его можно было спутать даже с людьми. — Поищу Мэдзуку и Тонкс, за остальных не отвечаю. Только я палочку проебал. Дай мне одну из своих запасных, наиболее крутую!       — Не могу сказать, какая наиболее крутая, — Поттер юмора не уловил. — У меня четыре палочки, в носке, в рукавах, и в кармане. Я уже давно перестал запоминать из чего там палочки сделаны, сам выбери.       — Да я так сказал, дай любую уже.       — Возьми сам. Я не могу двигаться.       — Ну пиздец, если они тебя… А впрочем похуй!       Финч-Флетчли подошёл к парящему Поттеру и достал из его правого рукава волшебную палочку.       — Надеюсь это крутая, — произнёс он.       Но ему, кажется, не повезло. Какая-то она была слишком жёсткая, длинная и неудобная.       — Люмос, — произнёс Джастин.       На конце волшебной палочки загорелся огонёк.       «Работает, а значит похуй!»       — Тогда я погнал.       Джастин поспешил вниз, но как только он добрался до лестницы, то тут же споткнулся и чуть не упал многострадальным лицом на ступеньку, но сумел выставить ногу и удержаться.       — Посмотрю, как они будут эту ебанутую лестницу штурмовать, — пробормотал он, продолжив свой спуск, но уже более аккуратно.       На последнем перелёте он нос к носу столкнулся с Нимфадорой Тонкс, и прежде, чем успел что-то сказать тут же получил от той оглушающее.       Тьма.       Свет.       — Энервейт. Ты Джастин? — вместо извинений спросила Тонкс.       — Нет, блять, фея-крестная; смотри куда бьёшь!       Кажется, Джастин был без сознания меньше пяти секунд, а о происшествии напоминала только больная голова. А впрочем, может и больше, хуй его разберёшь. Может пока он был без сознания весь мир захватили копии Тонкс.       — Я тебя не узнала, прости, всё быстро произошло. Что у тебя с лицом?       Да что же вы доебались все?! Неужели там всё настолько плохо?       — Меня ошпарили. Болело страшно, выглядит, наверное, тоже, судя по вашей реакции. А ты что здесь делаешь?       Кстати, он ведь как раз искал её! Её и Мэдзуку!       Эмм…       Для чего, кстати?       — Меня Крош отправил в замок привести подкрепление, но я услышала как Гарри что-то крикнул, кажется матом, поэтому решила его тут поискать, но пока не могу найти, ты его видел?       Голубки ебаные. За ним бы так кто-то после каждого матерного крика бегал. Хотя, учитывая, что у него матерный крик — обычный способ общения, бежать пришлось бы часто и долго.       — В жизни не поверю, что он матерился громче меня, когда меня шпарили, но ладно. В общем, поднимись на два этажа выше, дальше налево и прямо, возле Когтевранской башни, если ты помнишь, где это, там все мы. Ну, кого встретили. А я пойду поищу Кроша и Мэдзуку; заодно и разведаю, что у вас там за херня происходит. А потом сразу обратно.