Руками не трогать

***

по-прежнему Мэдзука Сой

       Способности Нимфадоры, разумеется, не решали возникшую проблему, да и вообще то, как девушка применяла свою метаморфические умения, казалось Сой полной глупостью. Сама бы Мэдзука от этих навыков, конечно, не отказалась, но в бою она бы всё равно полагалась на палочку, способности ей бы не помешали для повседневной жизни… её устраивала своя внешность, но нет предела совершенству, она бы подправила бы себе волосы, уши, может ещё что…       — Можем их задобрить водкой! — вставил свои пять копеек Бабушка, который успел позабыть про запрет планов, включающий в себя водку.       — Во-первых, ты сам говорил, что у тебя всего одна бутылка водки, — сказала Мэдзука, параллельно задумавшись о том, зачем она вообще на это отвечает. — Во-вторых, это бредовый план, а я говорила, лишь адекватные идеи. Есть у кого какие мысли? Если не будет, то мы попробуем их обойти, других, не бредовых, вариантов я пока не слышала.       — Ничего не бредовый! — возмутился Бабушка. — Все любят водку! За водку они нас не только пропустят, но ещё и до Москвы сопроводят. А туда-то нам как раз и нужно!.. Что? Там водку производят, куда ещё, если не в Москву? Не везде, правда, что очень жаль, но я знаю где больше всего, придём туда и наберём себе водки, каждому по двадцать бутылок, чтобы аж на два дня хватило!       Мэдзука промолчала в надежде, что Антону ответит кто-то другой, но никто не решался вмешиваться, а Бабушка почему-то счёл подобное молчание за знак согласия.       — Отлично! Все согласны! Я тогда…       — Стой, блин! — быстро остановила придурка Мэдзука. — Даже если это, так и быть, не бредовый план, то у нас по-прежнему остаётся во-первых. У тебя одна бутылка! Чем ты собрался задабривать наёмников? А если ей и будешь, то чем будешь питаться, в смысле пить, как ты сам сказал. Ты говорил, что без водки умрёшь, а у тебя бутылка только одна. Так что на выбор, либо задобрить наёмников, либо жить и знакомить с водкой весь мир, или как там звучит цель твоей жизни. Ты можешь сделать лишь что-то одно, либо то либо другое. Но не вместе.       Сируис показал ей большой палец. Она кивнула в ответ.       Да, она постаралась и привела хорошие аргументы, чтобы убедить Бабушку не сотворить какую-нибудь глупость. Нянчиться с ним не было никакого желания, да и от него не было какой-либо серьёзной пользы, но если многие реально соберутся в Россию, то Антона желательно было не терять, так что придётся вступать в эти бредовые беседы.       Сам Бабушка крепко задумался.       — Бутылка-то одна… — тихо и грустно произнёс он. — Если я её отдам, то… Что я пить буду?..       Ещё раз кивнув, только уже самой себе, Сой отвернулась от Бабушки, ломающего голову над тяжелой дилеммой, и повернулась к остальным.       — Так что? Ещё какие-нибудь идеи или обходим?       — Можем поделиться на две группы, — подал голос Артур. — Одна пойдёт обходить наёмников с запада, другая с востока. Наёмники не смогут пойти сразу за двумя, пойдут лишь за одной. Так одна группа гарантированно спасётся, а другая уже что-то другое придумает. Это точно лучше, чем просто их обходить.       — Они тоже могут на две группы разделиться и пойти за обоими отрядами сразу, — возразил Сириус.       — Ну тогда мы можем разделиться на четыре группы и уже…       — Так и они тоже на четыре могут. Всё, что можем сделать мы, могут сделать и они, это не решение.       Артур разочарованно цокнул языком.       — Да, не очень получается. Но можно как-то улучшить этот план, я просто не совсем понимаю как, концепция-то как по мне интересная. Они же не знают, что думаем мы.       — Если бы мы могли их как-то обмануть, или понаделать фальшивых групп… Но мы не можем, — Сириус грустно улыбнулось. — По крайней мере я не могу.       — Может просто отступим, чтобы они подумали, что мы уходим, а затем обойдём их по дуге? — это было предложение от Нимфадоры.       — Эти разделения и манёвры сработают лишь в том случае, если нас не будут преследовать, — напомнила ей Японка. — А нас будут преследовать.       — Ты этого не знаешь.       — Не знаю, — согласилась Сой. — Но это всё равно риск. Мы пойдём на него, если ничего не придумаем. Но я бы попыталась придумать стопроцентный вариант.       — А давайте пробьёмся силой, — озвучил своё предложение один из гоблинов — Но не будем их всех перебивать, а просто построимся в кулак, пробьём дырку в их построении и побежим до границы антиаппарационного барьера, он же прямо за ними, да?       — Не совсем прямо, но почти, — ответила Мэдзука. — Вообще… Да, может сработать.       — Надо разделится на группы и ударить в два места одновременно, — дополнил Артур. — Если мы толпой побежим на них, то нас одна усиленная бомбарда раскидает. А так, две группы побольше территории занимают, люди не будут стоять слишком плотно. Можем и пробиться.       — Да ну нет, их и так дохера, ещё и силы распылять, — не согласился Сириус. — Надо одной группой идти и плотной, а площадные заклинания на границе отбивать, и не прямо бежать на них, а аккуратно. Но план всё равно говно. А вообще я так-то согласен с Тонкс. Я бы отошёл назад и посмотрел, что они сделают, а дальше по обстоятельствам. Потому что мне кажется, что они за нами не пойдут.       — Почему это?       — Они тут стоят не просто так. Им дали задание — охранять границу, если они начнут бегать за нами по всему Запретному лесу, то таким образом уйдут со своего поста. Они это тоже понимают, поэтому скорее всего останутся. Артур правильно сказал, они не знают, что знаем мы. Может мы и есть отвлекающий отряд, который пытается отвести их с позиции, чтобы например Гребондор выбрался. Они останутся, а мы просто обойдём их.       — А я всё же предлагаю пробиться сквозь них…       — Они знают, что то что мы отвлекающий…       — Стойте! — звонко воскликнула Нимфадора. — А где Бабушка?       Мэдзука вздрогнула и с очень плохим предчувствием посмотрела в сторону наёмников.       «Ёб твою мать!»       Увы, предчувствие оправдалось.       Всё происходило именно так, как она и боялась. К наёмникам шёл Бабушка с высоко поднятыми над головой руками. В левой руке он держал трансфигурированный белый флаг, а в правом свою единственную бутылку водки.       Ловить его уже было поздно, парень был рядом с врагами, метрах в тридцати, а выдвинулся он, кажется, почти сразу после того, как Сой сказала про лишь одну бутылку водку; иначе такое больше расстояние так быстро не пройти. Ну а наёмники в него ещё ничем не пуляли, очевидно, из-за белого флага, решили, что это они переговорщика отправили.       В ту же секунду, как они все повернулись к Антону, тот решил, что он уже достаточно приблизился к людям, наложил на себя Сонорус и подал голос:       — Ребята! Я — посланник добра! Пришёл к вам с подарком! Вот эта бутылка водки! От сердца отрываю! Я дарю её вам в качестве знака наших добрых намерений! Мы хотим перейти за антиаппарационный барьер, чтобы аппарировать в Россию и пить водку с медведями! Как вы видите, наши намерения чисты, словно белый сибирский снег, а помыслы благородны, словно орловский скакун, несущий груз водки! Не хотите ли вы с нами?! Россия — страна гостеприимства, мы очень рады всем прибывшим гостям из любых стран! Я готов угостить вас свежеизготовленной водкой, прямо со столичного завода! Только для вас!       — Если мы собираемся отступать, то сейчас самое время, — тихо проговорил Сириус.       — И бросить его на растерзание?! — возмутился кто-то позади.       — Именно. Это естественный отбор. Можем даже считать, что он пожертвовал собой ради нас.       — Нет, давайте подождём. Вдруг у него получится, — возразила Нимфадора.       Как бы Мэдзука не хотела соглашаться с очевидно бредовым предложением против очевидно правильного… увы, Поттер рассказывал ей, что свой первый отряд наёмников они переманили как раз подобным идиотским ходом. Кто знает, может все наёмники работают как-то одинаково? Сама Сой с ними дел никогда не имела, но знала, что Грозный Глаз периодически встречался с кем-то из их круга, однако её он никогда на встречи не брал, так что своего мнения она не сформировала.       Придётся надеяться на слова Поттера. Не совсем на них, правда, но всё же.       — Мы подождём, — сказала Сой, стараясь не смотреть на адекватную часть их группы.       Она и без их взглядов всё понимала.       — Чего?! Ты сейчас серьёзно? — раздался усиленный Сонорусом голос одного из командиров наёмников.       — Это хороший знак или нам пора бежать? — поинтересовался Сириус у Мэдзуки       Сой неуверенно пожала плечами, Она не имела ни малейшего понятия.       — Это хороший знак, — вместо неё ответила Тонкс.       А ей-то откуда это известно? Или она присутствовала во время той истории с Поттером? Тот не распространялся о точном составе людей.       — Абсолютно! — закричал в ответ Бабушка. — Вот, говорящий, держи бутылку водки в качестве знака наших добрых намерений!       Бабушка опустил одну из рук (та, которая была без водки) и пошёл к наёмникам с бутылкой.       На мгновение Сой показалось, что подкуп водкой удался.       На мгновение.       А потом в Бабушку полетели заклятия.       …       Это не было хорошим знаком.       …       Антон хоть и находился близко, но всё же достаточно далеко от врагов, чтобы среагировать на это, поэтому у него было около секунды перед тем, как лучи заклятий достигли бы его. И он не оплошал и воспользовался ей с толком. Не выпуская бутылку из руки, тот пригнулся и совершил молниеносный рывок в сторону, избегая почти всех заклятий.       Всех, кроме одного.       Которое летело прямо в бутылку водки       — Не-е-е-ет! — сорвавшимся голосом закричал Бабушка.       Антон попытался спрятать бутылку за своим телом, но не успел.       Раздался звон разбитого стекла.

***

      Антон Бабушка стоял на коленях, держа в руках разбитую бутылку водки. Не полностью разбитую: вся верхушка у бутылки отсутствовала, и на половину нижняя часть тоже, но самом дне всё же плескалось небольшое количество жидкости. Кажется, именно туда и смотрел парень.       Мэдзука не видела глаза парня, но подозревала, что в них царило ощущение невероятных страданий.       Бабушка стоял на коленях не двигаясь, даже не дыша. Ни шороха, ни шолоха, ни звука. Кажется, враги подумали, что убили его, поэтому прекратили обстрел. Даже сама Мэдзука, прекрасно видевшая, что парень увернулся от всех заклятий, предположила, что Антон погиб.       Но это было не так.       Через несколько секунд Антон начал подниматься. Он поднял разбитый осколок бутылки, чуть-чуть испил оттуда и аккуратно спрятал его себе в карман кафтана.       А затем в его глазах мелькнул оттенок красного.       — АХ ВЫ СУКА ПИДАРАСЫ! — закричал Бабушка и ринулся на наёмников.       Антон не пытался колдовать, не выставлял перед собой щиты, не выпускал заклинания, он просто бежал вперёд. Как скандинавский берсерк, увидевший врага, он даже не подумал о защите… он шёл убивать.       С точки зрения обычного человека и любых тактических планов это было самоубийство. Антон не представлял угрозы.       Наёмники были как раз в числе этих обычных людей, поэтому они вновь выпустили в него заклятия. Немного, совсем не столько, сколько в прошлый раз, но они были куда более точными, смертельными, эффективными, направленными не столько в бегущего человека, сколько во все стороны, куда он мог отступить, чтобы увернуться.       Нормальному человеку от такого никак не уклониться.       Но речь шла не про совсем нормального.       — А-А-А-А, СУКА БЛЯТЬ! — Антон совершил полуоборот, пропуская два заклятия во время этого манёвра и, прогибаясь под третьим, продолжил бег с ещё большей скоростью.       — Убейте его уже! — закричал командир наёмников.       Антон уже почти добежал до ближайших врагов как в него с дистанции, составляющей всего несколько метров, полетели заклятия.       — ЫААА! — Бабушка подпрыгнул словно чемпион мира по прыжкам в высоту и перелетел первую волну заклятий. А на вторую волну врагам не хватило времени.       — УЁБКИ! ТВАРИ КОНЧЕННЫЕ!       Антон врезался во вражеский строй, без магии, просто своим телом.       Ударом кулака он сломал челюсть ближайшего наёмнику, имевшему несчастье первым встать у него на пути. Второму наёмники досталось головой и он следом за первым рухнул на землю. После чего Бабушка наконец-то достал палочку и тут же разрезал двоих врагов тёмным проклятием.       — Чего мы ждём?! — закричал Сириус и побежал вперёд. — В бой! А-А-А!       Мэдзука должна сама отдавать такие приказы, но сейчас она первой рванула за Блэком. За ней рванули все остальные!       В тусклом стекле — отражение тьмы.       Антон разрывает ближайшего наёмника на две части.       Разбилась водки бутылка, в ней — горечь тоски.       Получает режущее, но не обращает на рану никакого внимания, проламливая череп заклинателю.       Сплетаются осколки, словно узор пустоты.       Антон схватил командира наёмников за горло и вырвал ему гортань, бросив тело в остальных врагов.       В сердце осталась лишь боль и утрата мечты.       Взмахивает палочкой и перерезает горло ближайшему противнику.       Другой ближайший враг издаёт панический визг и убегает.       — К нему идёт подкрепление! — закричал один из наёмников.       — Что за хрень?! Почему он не умирает?! — закричал другой.       Наёмники окружили Бабушки и начали бомбардировать его заклинаниями.       Куча Авад, режущих, много разных модификаций и неизвестных заклятий. Всё выпущено чуть ли не в упор. Антон уворачивался, наконец-то начал блокировать, но всё равно уничтожал наёмников одного за другим.       В Бабушку полетели ножи; тот зло захохотал и, взмахом палочки, вернул их в голову как автору заклятий, так и его соседям.       Вместо щита от огня отрубил кисти рук другому заклинателю.       Проигнорировав замораживающее заклятие, превратил кого-то в мумию, высосав из его тела всю жидкость.       Получил сильнейшее Редукто в живот, но устоял на ногах и тут же взорвал голову ещё одному наёмнику, который пытался руководить атакой.       — Какого хуя?! — закричал кто-то. — Его не берут заклятия!       Кто-то пошёл в рукопашную, Антон ударил его головой, сломав тому нос, руками вскрыл ему вену на шее и повалил на землю, но не стал его добивать, оставив истекать кровью, потому как ему надо было уворачиваясь от авады, выпущенной кем-то со стороны.       Количество выпущенных заклятий существенно уменьшилось. Ещё один из наёмников бросился наутёк. Все остальные ещё держались, но с выражением крайнего ужаса смотрели на яростного Бабушку, который сжигал глаза ещё одному неудачнику.       Потери наёмников были не настолько значительными, даже с таким неудачным стартом преимущество было за ними, но их ряды дрогнули. Они не были неопытными слабаками, имели представление как сражаться и знали как реализовывать численное превосходство, а эта битва должна была стоять легкой прогулкой для них, но этот зверь в человеческом обличие спокойно держался сразу против всех и, нарушая все законы боя, убивал их одного за другим.       Любые тактики здесь были бессильны. Никто не ожидал, что в рядах британцев будет подобный монстр.       Ещё один труп и магические атаки окончательно прекратились, к Бабушке никто не приближался на расстоянии хватки руки, все с открытым ртом смотрели на него с небольшой дистанции.       — БОИТЕСЬ, СУКА?! ПРАВИЛЬНО, БЛЯТЬ! — закричал Антон и по прямой рванул в атаку на полусотню наёмников.       Этого наёмники уже перенести не смогли, к тому же почти в этот же момент на них напал наконец добежавший Сириус Блэк с Мэдзукой и остальными.       Те враги, которые не поддались панике раньше, поддались теперь. С одной стороной — Бабушка, с другой — два десяткой магов. Никто не знал, к кому поворачиваться спиной… вернее все знали, что нужно повернуться спиной к одному волшебнику и встречать лицом двадцать других… все это знали, но боялись исполнить.       Почти синхронная атака от двадцати волшебников и Бабушки, побежавшего прямо в центр их рядов стал для наёмников последней каплей. Они не дрогнули, дрогнули они ещё при первой атаки Антона, сейчас они в ужасе рванули наутёк. Кто-то настолько поддался страху, что даже закричал от ужаса, а кто-то выбросил палочку, в надежде, что его не станут преследовать.       — СТОЙТЕ БЛЯТЬ! Я С ВАМИ, СУКА, НЕ ЗАКОНЧИЛ!       Антон рванул в след за ними, взмахом палочки отрезав кому-то ногу, но затем совсем по-глупому запнулся о тело одного из поверженных врагов и всё же упал на землю. Враги в это время уплётывали со всех ног, поэтому оплошность пользоваться не стали.       Мэдзука тут же рванула к Бабушке. Наёмники угрозы больше не представляли, но большинство из их группы решило не дать им уйти и продолжило преследование, однако Сой подобных настроений не разделяла. Они добились своей цели, сейчас нужно было никого не потерять, а Бабушка был явно ранен.       — Что с тобой? — спросила она у Антона.       — Хуйня, сука, блять! Я их отпизжу, тварей! — Бабушка решительно оттолкнул в сторону руки Сой, попытался подняться, но тут же снова рухнул на землю. — Нет, сука! Нет, блять! Нет! Я их не отпущу! Я должен подняться!       Бабушка сплюнул на землю огромный сгусток крови. То Редукто хоть и не оказало заметного влияния на Антон, всё же не осталось незамеченным для организма.       — Оставайся здесь, — скомандовала Мэдзука. — Кажется, Редукто причинило вред внутренним органам. Я не знаю чем и как это лечить, но мы уже почти добрались до границы антиаппарационного барьера, в Мунго разберутся, что с тобой не так. Пока просто полежи, я сильно сомневаюсь, что тебе можно двигаться, а мы тебя сами донесём.        — Всё хуйня! — Антон снова попытался подняться и снова безуспешно. После чего сжал зубы и, издав звериный вопль, всё же кое-как встал на обе ноги. — Водка! Божественный напиток! Я выпью водки и у меня всё пройдёт! Нет ещё ничего, что не вылечивалось бы несколькьми глотками водки! У меня как раз осталось немного!       Антон с такими же усилиями присел обратно и неловкими движениями достал из кармана тот самый осколок бутылки, на дне которого действительно до сих плескался небольшой слой прозрачной жидкости.       Бабушка поднёс осколок к губам, но неожиданно выпучил глаза, после чего аккуратно поставил разбитую бутылку на землю и вновь упал.       В последний раз.       Потому что Антон Бабушка погиб.       А рядом с его телом осталась стоять полуразбитая бутылка водки.