Сумасшедший мир

Обыкновенный, ничем не примечательный урок. Вот только Изуку совсем не сидится на месте. Каждую секунду взглядов всё больше. Они пожирают плоть изнутри, и как бы он не хотел уйти и забыться, этого было не избежать. Какая же ирония — единственный человек без причуды на половину населения. — Мидория, какой ответ на вопрос номер два? — приглушенно спрашивает учитель, и взгляды вновь оборачиваются на него. И он чувствует их. Но не чувствует одних кроваво-алых глаз на себе. Может оно и к лучшему, ведь чем больше он не смотрит на него, тем больше шанс вернуться домой без побоев и боли в сердце. — Ответ под цифрой три, — верно, как и всегда. — Хорошо, — и урок продолжался, а Изуку вновь сидел, бесчувственно смотря в окно. «Герой» — это слово уже приклеилось к сознанию, и не отдиралось. Но каждый раз когда Мидория его произносил, он всё больше сомневался в его истинном значении. Человек спасающий людей ради мира, или же самовлюбленный ублюдок желающий авторитета для себя? Единственным символом мира и добра для него оставался лишь Всемогущий. Хотя и тот все меньше спасал людей. А таких людей было много. И более того, сейчас во всех уголках мира словно бы назревала подготовка злодеев к первой атаке. Их не было давно. Так давно, что люди уже и не боялись внезапного нападения, да они просто прекрасно знали, что Всемогущий всех спасет. Но так ли это? Мидория собрал вещи после урока, который наконец-то закончился. Он надеялся, что хотя бы сегодня его оставят в покое одноклассники, но разве можно мечтать о чём-то столь благосклонном от чудовищ, которые плевали на него и его человечность с высокой крыши? — Деку-у! — Изуку вздохнул, слегка обреченно взглянув на его друга. Если его вообще можно так называть. — Да, Кач-чан? — улыбнулся, стараясь не выдавать ужасного настроения, Изуку. — Ты вновь со своими штучками? — О чем ты? — Ты прекрасно знаешь о чем я! Какого чёрта тебя не было на проверке?! Думаешь особенный настолько, что можешь и не появляться на первой пробе анализов? В этот момент Изуку косвенно, но понял, о чём говорил его бывший друг. Сегодня утром ведь была проверка на определение твоей группы: альфа, бета или омега. Деку просто не хотел на неё идти. Дело даже не в том, что он боялся. Ему и его матери было абсолютно всё равно, кем будет Изуку. Альфа? Отлично! Омега? И то хорошо! Но вот его одноклассники только и искали повод посмеяться над Изуку. А если он окажется омегой? Нет, знать о том, когда и как будет проходить первая течка — это, конечно, важно. Но не настолько, чтобы позориться перед всеми. Им ведь только дай знак, что Изуку омежка, и все начнут насмехаться, даже если они сами таковыми являются. Да и течка в первый раз происходит только в пятнадцать, так что боятся Мидории пока нечего. — Да, я просто забыл, — отвертелся Деку, размахивая руками и стараясь свалить, но Бакугоу вывел его из кабинета, разгневанно надавив на плечо, грозясь активировать свою причуду. От этого у Изуку сердце упало куда-то к ногам, и он дрожа повернулся к Кач-чану. — Не изображай придурка, Деку. Я то знаю, что ты просто боишься того, что будет, если ты окажешься омегой. Я, кстати альфа, — Мидория даже не удивился, что Катсуки являлся сильной особью. Альфы в обществе ценились больше всего. И чаще всего именно они становятся героями. Как, например, Всемогущий. И альфы составляли где-то тридцать пять процентов населения. Самый большой процент занимали беты — сорок пять. Они являлись эдакими универсалами, которые могли быть и сверху, и снизу, а также не имели особого отличающегося запаха. И последние двадцать процентов оставались именно на омег. Их было меньше всего, хотя они и были довольно значимыми. Конечно, быть омегой это не приговор, но люди намного лучше относились к альфам и бетам. И даже считая тот факт, что именно омеги всегда вызывали у всех самое большое желание к сношению, из-за их запаха и приятной внешности, из них обычно никогда не выходило хороших героев. По крайней мере, именно это говорила нам статистика. — Я п-правда забыл К-кач-чан! — выдавил из себя Деку и отстранился. — Пф, — наконец-то Катсуки рыкнул и ушел. Изуку облегченно выдохнул и сам пошёл домой. Что же ему делать? Поступать ли в Юэй? И вообще стоит ли? Он шёл по улице, кишащей занятыми и не очень, людьми. Совсем скоро Солнце медленно станет уходить за горизонт, постепенно погружая город в темноту. Но пока на улице было светло, а на небесах красовались белоснежные облака. Изуку почему-то словно чутьё подсказало идти домой. Где-то в темных уголках улиц сейчас можно было запросто наткнуться на злодея. Поэтому парень решил не идти ни по тёмным уголкам, ни по подозрительным улицам. Придя домой, ничего особенного, как и всегда не происходило. Инко, его мама, то и дело заваливала вопросами: «Как учеба, как настроение?» На всё это Изуку просто отмахивался положительными ответами, после чего, поблагодарив за вкусную трапезу, удалился в свою комнату. Пересматривать то видео, где Всемогущий спасал людей, уже не было сил. Поэтому Изуку просто лег на свою постель, предварительно выключив свет. Прикрыв глаза, он чуть ли не сразу провалился в сон. Утро не отличалось ничем особенным. Обычное утро обычного школьника. И всё же, что-то не давало Изуку покоя, из-за чего он вплоть до школы не мог успокоиться и прийти хотя бы в нормальное состояние. Но вдруг, Мидория услышал как на улицах его города появился огромный монстр. Такое воодушевляло и придавало ему сил, но надолго ли? Он улыбнулся и скорее побежал смотреть на бой, прорываясь через толпу завороженных людей. Уходя в свои мысли и озвучивая их, герои победили злодея и сильно подняли настроение Деку. Придя в школу, настроение упало так же быстро как и появилось. Учитель говорил о героях, а класс, в котором один только Изуку был без причуды — ликовал. Деку старался обращать меньше внимания на происходящее и дальше вел свои записи по героям. — Учитель! — весь класс и Мидория в том числе отвлеклись на громкий возглас Кацуки, — Не мешайте нас всех в одну кучу. Я не собираюсь тянуть всех этих неудачников. Класс тут же набросился на безразличного к ним Бакугоу. — Ах да, ты же собираешься поступить в Юэй, да Бакугоу? — Вот именно, и только я сдал из всех вас тест, так что я стану там героем номер один во всех списках! — Кацуки, кажется, не собирался останавливаться, но тут учитель заявил то, от чего зеленоволосый хотел провалиться сквозь землю. — Мидория тоже вроде хотел туда поступать. Тут же Изуку закрылся руками и опустил голову вниз, не желая даже смотреть на застывшего Кач-чана, но всё-таки приподнял голову, чтобы увидеть его реакцию. Заместо этого весь класс засмеялся над ошарашенным Изуку. Ну да, ведь как он мог стать героем, не имея даже самой глупой причуды? — Ха-ха! Смешно! Нельзя попасть в школу для героев, только потому, что хорошо учишься! — возгласы смеха смешались в кучу, и Мидория позабыл о Бакугоу, который в это время замышлял что-то недоброе. — Они убрали это правило! Такого просто никогда не было… — постарался отстоять свою позицию Изуку, как вдруг прямо по его парте прошёлся взрыв, вызванный Кацуки. Мидория упал со стула и с опаской поднял взгляд. — Эй, Деку. Ты хуже этих отбросов, у тебя нет способностей! Как ты вообще собираешься соревноваться со мной? — гордо возвышался Бакугоу, явно недовольный тем, что Изуку до сих пор хотел стать героем. — Эй, подожди Кач-чан! — Мидория поднял руки вверх, и медленно отползал, не зная даже что и говорить. — Я не собираюсь соревноваться с тобой, честно! — ударившись головой о доску, он понял, что отступать дальше уже не получиться. И почему учитель и пальцем не пошевельнул, чтобы разнять их? — Просто… Это моя цель с самого детства. Ну и… Попытка — не пытка… — неуверенно продолжил Мидория. — В смысле: «Попытка — не пытка.» Ты хочешь попробовать просто так?! Мидория с ужасом смотрел на весь класс, словно осуждавший его за то, что он просто был без причуды. Словно он сам был виноват в этом… — Да что ты вообще можешь, у тебя нет причуды! В голове звучали эти слова, а смешки в его адрес казались невыносимыми. После всех уроков эти слова не вылетали у Мидории из головы. Они засели внутри и медленно рвали душу и сердце, не оставляя ничего кроме грусти и боли. Изуку взглянул в телефон, стараясь хоть как-то отвлечься. Он увидел заголовки сегодняшнего инцидента и невольно улыбнулся. — Скорее бы прийти домой и записать это в тетрадке… — тихо промямлил он про себя, взяв в руку дневник, где находились все подробности о причудах самых различных героев. Вдруг он почувствовал, как кто-то подошёл и резко вырвал её. И, конечно же, это был никто иной, как Кач-чан. — Эй! Мы с тобой ещё не закончили разговор, Деку, — пронзительно протянул тот, изучая тетрадку с записями Изуку. — Кацуки, что это? — сзади появились его дружки, которые так же начали совать свой нос в происходящее. Бакугоу протянул руку дальше, чтобы они увидели название. — «Анализ героев во имя будущего»? Серьезно, что ли? — рассмеялись два школьника. — Д-да ладно вам! Верните! Кач-чан даже не стал ничего говорить — он просто взорвал тетрадку в своих руках. Мидория чуть ли не потерял дар речи от такого. За что он всегда поступал так с ним? — Жестоко… — единственное, что вырвалось у Деку изо рта. Кацуки выбросил тетрадку из окна, вновь вызывая у Изуку приступ шока. — О большинстве топовых героев первой волны, писали истории из их школьной жизни. Я хочу стать единственным учеником попавшим в Геройскую Академию из этой посредственной старшей школы. Хочу сказать, что я перфекционист. — Бакугоу положил руку на плечо Деку, вновь грозясь сделать взрыв. — В общем… Не подавай заявку в Геройскую Академию, ясно? — с фальшивой улыбкой на лице протянул тот. Изуку старался что-то сказать, но выдавал лишь неразборчивые звуки. Бакугоу отвернулся и ушел вместе со своими дружками. Мидория всё ещё стоял в непонимании и обиде на весь мир, готовый в любую секунду. — Мог бы и сказать что-то в ответ. — О чем ты говоришь, он такой жалкий, что даже не может принять реальность. — Если так сильно хочешь стать героем, есть быстрый способ: Поверь, что ты родишься особенным в следующей жизни и используй этот шанс прыгнув с крыши. Изуку был ошеломлен и повернулся к Бакугоу, но тот искрами в руках показал, что не стоит нарываться на него сейчас. Мидория всё хотел сказать что-то, но не решился. После всего, он поплелся вниз по лестнице и размышлял обо всем, что сказал его бывший друг. «Вот идиот, если бы я и впрямь прыгнул — это было бы доведением до самоубийства. Думай прежде, чем говорить…» — и всё-таки, Мидория волновался о Кацуки. Но то, что произошло сегодня уже ни в какие ворота не лезло. Он посмотрел на его тетрадь, которая сейчас купалась в одном месте с рыбами, пожирающими её же. — Глупые рыбы… Это ведь не еда, это моя тетрадка, — Изуку взял её в руки и посмотрел на мокрую, страшную и подпалённую тетрадь. — Тупой ублюдок! — крикнул он в пустоту то, что было адресовано Кацуки. У него не было больше ни настроения, ни желания жить. Но назло Бакугоу, он бы оставался живым ещё сто лет. Медленным шагом Мидория побрел по улице. Его жизнь всегда была такой — несправедливой по отношению к нему. Этот мир был сумасшедшим. Он пошёл через ход, по которому редко когда ходил. Пройдя через арку, Изуку вдруг услышал, как сзади него словно появилось что-то. Что-то такое склизкое и неприятное. Обернувшись, парень чуть ли не упал на асфальт. Это был монстр, который тут же схватил его, просовывая внутрь подростка нечто похожее на щупальца. Мидория понимал что задыхается, но ничего не мог сделать. — Не бойся, я всего лишь заполучу твое тело. Больно будет только сорок пять секунд. Скоро тебе станет лучше. Изуку задыхался, но не мог ни вырваться, ни ударить его. Кажется, это был конец. Смерть была рядом, а Мидория как бы не старался выбраться — ничего не получалось. В своей голове он звал на помощь, но никого не было. Тело слабело и он медленно начал задыхаться. Но вдруг, монстр начал испаряться, превращаясь в темный пепел, крошась, как вафля. Изуку упал обессиленным, а перед ним стоял некто в серой толстовке и темных джинсах. Расплывчатая фигура становилась темнее и юный Мидория полностью потерял сознание.