Отпускать.

      Дворец в осаде. Врагам удалось пробить все стены и добраться до самого сердца Марии. Но даже в такой ситуации всем ясно, что победа ещё не у них в пасти.       Хистория, может, и хотела бы помочь всем, но нельзя. Иногда её титул ей мешает больше всего. Она не может наблюдать за происходящим, потому что в этой комнате нет окон, и узнаёт обо всём только от пересказов охраны и солдат, из которых раз в день один может зайти. Она не может так. Она хочет тоже что-то делать, а не просто положиться на надежду, которой и так почти не осталось.       Резкий удар в дверь. Вот и конец. Так глупо будет умереть так, когда ты была в десятке лучших 104 выпуска.       Противник не сдаётся и дверь под резким напором распахнулась. Обернувшись, девушка впала в ступор. Она не знала, что ожидать в такой ситуации: её или схватят живьём, или убьют на месте. Но сейчас никто не пытался нападать или принимать какие-либо действия. Человек прикрывает дверь за спиной и проходит дальше в комнату. Хистория сначала стоит неподвижно, а после с опаскою начинает идти вперёд. Шаги двоих сторон очень медленные и неуверенные. Они идут, но всё равно боятся сделать каждый последующий шаг.       И вот они останавливаются в метре друг от друга. Каждый хочет сказать многое, но не могут придумать, что. Непроизвольно, только как в подтверждение происходящего, девушка еле слышно произносит его имя:       — Райнер…       И это была последняя капля. Мужчина резко делает то, что совсем недавно даже он не мог от себя ожидать. Преклоняет колено. Королеве другой стороны. Но он знает, что делает. И знает, что с ним будет, когда это получит огласку. Он просто устал молчать.       И они оба понимают, что он не присягает другой стороне, а отдаёт сердце только ей.       — Я знаю, что просить прощение глупо и неправдоподобно.       — Ты и не должен, — срывается с губ Хистории. И это верно. Ему не за что извиняться — он исполнял свой долг, просто мотивы сторон не совпали. Девушка не знает, что делать, но, что бы там ни было, хочет сделать только одно.       Она опускается на колени перед Райнером. Его голова опущена, а Хистория так хочет видеть его глаза. Поддавшись мимолётному порыву, она наклоняется вперёд и обнимает его.       Как же давно она хотела это сделать. Просто заключить в объятия человека, который так много раз спасал её и помогал во время обучения.       Мужчина не может ничего понять. Он не может себе позволить обнять в ответ, а Хистория тихо шепчет:       — Спасибо, что ты жив.       Райнер понимает, что она говорит это искренне, но он знает, что это неправильно. Она — королева другой стороны и не может говорить этого.       А Хистория отстраняется и делает поступок, который гораздо рискованней, чем сражение с титанами. Она приподнимает голову воина и целует его. В этом поцелуе вся её любовь, все те чувства, которые девушка копила в себе все эти годы. Райнер не отталкивает её, но он не может позволить себе ответить.       Но когда девушка отстраняется и смотрит ему в глаза, мужчине становится всё равно. Воин сам знает, насколько это неправильно, но теперь он сам целует её. Хистория права — просить прощения нет смысла, но он хочет быть честным сейчас. Он любит её давно. И ему всё равно Хистория она или Криста — для него она та, мыслью о которой он жил все эти годы. Всё, чего он хотел перед смертью — увидеть её.       Они отстраняются и молчат. Никто не может прервать безумный круговорот мыслей в голове. Сидя на коленях, они никак не могут осмелиться посмотреть в глаза. Эти мгновения мимолётны — на пару секунд, а потом опять отводят взгляд.       — Я скучал.       От этих слов девушка вздрагивает и впервые за долгое время может посмотреть на мужчину. Только сейчас она замечает, как Райнер изменился. Его и раньше нельзя было назвать обычным подростком, но сейчас он возмужал ещё больше. В его глазах нет той бесспорной уверенности, как во время армии. Ему страшно от того, что он сам не знает, что теперь делать. Но это не такой страх, как у людей, когда они впервые титанов увидели. Он спокоен и строг.       — Я люблю тебя.       Повисла гробовая тишина. Райнер не знал, как это можно продолжить. Он просто хотел это сказать. Чтобы она знала.       Но Хистория и так это знала. Она часто переводила фразы Райнера в шутку, чтобы не задумываться об этом.       «Женюсь».       «Выходи за меня».       Каждый раз девушка просто улыбалась, притворяясь, что не расслышала. Но всегда её тревожило, на сколько Райнер был серьёзен тогда? Разумеется, это нельзя воспринимать прямо, но ведь в каждой шутке есть доля правды?       Девушка не знает, как сказать ответ словами, потому что ей это кажется слишком просто. А на самом деле, всё куда сложнее… Поэтому она снова подаётся вперёд. В этом поцелуе она не хочет ничего доказывать. Он и без того знает ответ. Кому нужны слова, когда можно действовать?       Они не знают, сколько сидели в центре скрытой комнаты и молчали. Сейчас для них важно только одно — как можно дольше быть рядом. Каждое мгновение посвятить друг другу и ни за что не отдаляться. Скоро надо будет опять приступать к своим обязанностям, а пока им совсем не хочется думать о том, что находится за дверьми. Хистория даже не хочет узнавать, как воин попал в её комнату, если всё должно охраняться. Просто не хочет рушить то хрупкое, чего и так почти не осталось в мире.       Но, несмотря на всё, они знают, что скоро конец. На них положено слишком много, и это не даёт им права самим решать свои чувства. Никто уже не может отступить. Если завтра будет, то они снова будут просто верить, что другой жив. А если судьба снова сведёт их вместе, то будут изображать ту самую серьёзность и жестокость, которой питается война.       Они не желают друг другу удачи, потому что удача одного — смерть многих других. Они просто четыре года хотели последний раз увидеть родные глаза.       Отпускать всегда больно, но порой жизнь нас не спрашивает…