Алый цвет

Мико проснулась в каком-то тёмном месте. Неподалёку слышался звук капающей воды (видимо трубы протекают), бетонные стены в плесени, а грязный пол, на котором лежала девочка, был важным и холодным. Верёвка натерла руки, а голова от недавнего удара раскалывалась. В помещении не было окон, единственным источником освещения была тонкая полоска света под дверью. Мико попыталась подняться, но голова закружилась, и девочка вновь осела на пол. Силы покинули её, и Накадаи потеряла сознание. Второй раз в сознание её привёл сильный удар ногой по животу, отчего школьница согнулась и закашлялась. — Доброе утро, — над ней склонился Юникрон с зажатой между пальцами сигаретой. — Что… вам… от меня… нужно? — говорила Мико с большим трудом, пытаясь сфокусировать зрение на мужчине. — Лично для меня ты средство шантажа, а для них, — он кивнул в сторону двух амбалов с гладко выбритыми головами, они походили на бывших зеков, — для них ты та, кого они могут трахать. Школьница отползла к стене, надеясь слиться с ней и не видеть этих кровожадных лиц, но это вышло у неё, мягко говоря, плохо. — Всё равно за мной никто не придет, — сказала как-то грустно девочка. — Ошибаешься, — рассмеялся Юникрон, подходя ближе и сжимая свои холодные длинные пальцы на её шее. — Мегатрон не из тех, кто тратит время на ненужных ему людей. Поверь, он придёт. Я просто хочу удостовериться, что на чемпионате, он покажет себя во всей красе, а для этого мне нужна ты. — Урод, — прохрипела Мико, задыхаясь. В нос ударил запах отвратных сигарет и пота, отчего школьница поморщилась. — Хах, мужики, — он обратился к вышеупомянутым зекам, отбрасывая ослабевшую Накадаи к стене, — делайте с ней все, что захотите, только в живых оставьте. После этого он скрылся за железной дверью, оставив девочку двум здоровым мужикам.

***

— Если ты сейчас не возьмёшь трубку, я тебя урою к чертям собачьим! — рычал Мегатрон в четвёртый раз набирая номер Оптимуса. Мужчина уже целый час шлялся по кварталам, ища этого ребёнка. — Блять, нравлюсь, что за чушь. Он с силой сжал телефон, готовый швырнуть его от безысходности в кирпичную стену. И в тот момент, когда он замахнулся, гаджет завибрировал, оповещая о новом сообщении. «Доброго времени суток, Мегатрон, я тут мило беседовал с твоей шлюшкой. Но это потом. Надо поговорить. Жду тебя в парке, на главной аллее. P. S. Приходи один.» — Юникрон, собака сутулая! — взревел мужчина, направляясь в парк, попутно звоня Дредвингу. Казалось бы, в пятницу в двенадцать часов в центральном парке должно быть кучу народа. На крайний случай озабоченные мамочки с карапузами, пьющая, прогуливающая уроки молодёжь или старые ворчливые старушки на скамейках. Но никого из вышеперечисленных не наблюдалось. Парк пустовал, и только работники, одетые в зелёные комбинезоны, изредка мелькали за деревьями. Юникрона Мегатрон заметил издалека. Боксер был одет в кожаную черную куртку, курил сильно дымящуюся сигарету и нервно одергивал штанину в ожидании собеседника. Сам по себе он был нервозный, озлобленный и абсолютно отвратительный. Когда-то босс с ним хорошо общался, когда был ещё в большом спорте, но, после травмы, они все меньше стали видеться, а после того, как Мегатрон уложил его одной рукой, тот и вовсе возненавидел его. — Где она? — мужчина ухватил Юникрона за ворот куртки, приподнимая над землёй. Все-таки Мегатрон был выше. — Расслабься, развлекается она, — боксер тактично промолчал о двух мужика, и о том, как они «развлекаются» обычно. — Я предлагаю сделку. Выполнишь — отдам девчонку, нет — додумай сам, что будет. — Козёл ебаный! Что за сделка? — Ты участвуешь в чемпионате, позорно мне проигрываешь, я забираю деньги и славу, а ты свою шлюшку. Для Мегатрона это был сильный удар по его самолюбию и гордости. Но почему-то жуткая тревога за это маленькую девочку съедала изнутри. — Если я откажусь? — босс с сомнением поглядел на довольно скалящегося собеседника. — Я отдам её своим ребятам, пусть делают, что хотят, а потом просто выброшу. Все равно родителям она не нужна, — Юникрон пожал плечами, бросая на асфальт бычок и туша его носком ботинка. — Идёт! — Я так и знал, — приобнимая Мегатрона, произнёс боксер, но руку его тут же резким движением скинули. — Не лезь ко мне. — Хах, не злись. Девчонку отдам после чемпионата, не переживай, живой, — он развернулся и медленно направился в сторону парковки, но, вспомнив что-то, остановился и, хиро улыбаясь, добавил, — В правила внесены изменения. Нельзя принимать обезболивающие. — он мельком взглянул на руку Мегатрона, а потом медленно побрел к выходу.

***

Дредвинг приехал через двадцать минут, босс уже ждал его на парковке, докуривая сигарету. — У~, друг, от тебя несёт, — тренер поморщился от неприятного запаха. Мало того, что он, по-видимому, пьян с самого утра, так ещё и никотином за версту пасет: — Сколько выкурил? — он кивнул на смятую пачку. — Десять, — загробным голосом, хрипя, произнёс мужчина. — Ну ты даёшь, — почесал затылок друг. — Так чего звонил? — Внеси меня в списки на чемпионат. — С дуба рухнул?! Напомнить, что обезболивающие запрещены в любом виде? Куда ты с такой рукой… — договорить ему не дал Мегатрон, врезав по носу. Послышался хруст, и Дредвинг взвыл, хватаясь за лицо и пытаясь остановить кровь. — Я повторюсь, — буквально прорычал он на ухо другу. — Внеси меня, мать твою, в списки. — Понял, — проскулил Дредвинг, ища салфетку.

***

— Так вот в чем дело, — протянул Шоквейв, осушая бокал с Гиннесом. После того, как они с Мегатроном встретились и тот ему все рассказал, мужчины остановились в баре. — Чувак, а ты уверен, что не втюрился? — Абсолютно. — Сомневаюсь. — молодой учёный с опаской поглядел на друга, — Ты так вообще ни о ком не парился. Мегатрон только обречённо вздохнул, откинулся на спинку стула и отрешенно наблюдал за проходящей мимо симпатичной официанткой. — Знаешь, — неожиданно произнёс босс, доставая телефон, — звони Саундвейву. Скажи, мне нужно, что бы он нашёл Накадаи. — Ох, в игру вступает тяжёлая артиллерия! — воодушевленно произнёс Шоквейв. — И сними проституток.