Свидание по плану

Я невольно глянул на его губы, которые начали меня притягивать магнитом. Я пытался держаться, но был не в силах. Я отставил свой стаканчик подальше, чтобы не задеть его ненароком и придвинулся ближе к Таке. Он обернулся ко мне, я быстро выхватил и его стаканчик и отставил к своему. Затем, я прильнул к его губам, таким пухлым и горячим. Нежно целуя его, я стал возбуждаться всё больше. Одной рукой я притянул его лицо к себе ближе, не желая останавливаться. Така неловко отвечал на поцелуй, после чего приоткрыл свои губы. Мной овладевала страсть, которая рвалась наружу, разрывая меня на части. Я целовал его жадно и страстно, но был не в силах этим насытиться. Мои руки аккуратно проникли под куртку Таканори, их холод заставил его тело немного вздрогнуть, а изо рта послышался едва уловимый стон. Я больше не мог себя контролировать, мои руки изучали каждый миллиметр тела под его курткой, потом стали спускаться ниже. - АЙ! – вскрикнул я, отпрянув, во рту я почувствовал слегка выступающую с языка кровь. – Больно же! - Я же говорил, что не готов. – Истерично выкрикнул Таканори. – И вообще я замерз, пошли домой. Он быстро поднялся и стал собирать вещи, а я ничего не понимая, кривился от боли и проклинал эти острые вампирские клыки Таки, которые помешали моей страсти. По дороге домой Така быстро шел впереди с кульком, явно не желая встречаться со мной взглядом… вот и зря! А я молча плелся сзади. Когда мы пришли в дом, было уже поздно. Мелкий быстро разделся и пошел раскладывать вещи из пакета. Я, тем временем, снял обувь и пошел к нему, быстро скидывая куртку. К моему огромному сожалению, из моего кармана предательски вылетела та самая бумажка, что я не сразу заметил. Зато всевидящий Таканори это увидел сразу, и подгоняемый своими любопытством и хитрожопостью, он быстро поднял бумажку, разворачивая ее. - Что это еще такое? Что, план свидания? – его издевательский смех я узнал сразу, - Я так и знал, что у тебя память короткая! Но его смех тут же прекратился когда он начал читать пункты плана, слава Богу идея с душем мне пришла на месте, и я ее не записывал, а то я бы не выжил! Таканори читал всё с серьезным и злым видом. Но не в силах из-за этого больше на меня сердиться, его лицо стало немного проще. Но тут настал этот момент, этот пункт. Я, понимая всю смертельную опасность ситуации, оторопев от ужаса и с полными того самого, глазами, рванул к мелкому, пытаясь вырвать бумажку с криками “НЕТ”, которые были достойны второго Оскара. Но Така ловко увернулся, дочитывая последние пункты плана, а я всей своей немалой тушей впечатался в стену с диким грохотом, в страхе от нее отойти. Я врезался с такой страшной силой, что мне показалось – я либо себе нос сплющил, либо стена сохранила на себе мои очертания. Так я и застыл, предчувствуя беду. А мелкий читал последний пункт плана: - Что… что за гадости… пот… потр… какие еще потрахульки, ты, грёбаный извращенец? – Кажется, его опять бросило в припадок, и я спиной чувствовал, как он сверлит меня взглядом. Мне еще больше расхотелось отходить от полюбившейся мне за такое короткое время стены, но я преодолел всё свое нежелание, ибо если я развернусь, то смогу еще спасти себя. Я очень вовремя это сделал, так как успел схватить руки мелкого, которые пытались дотянуться до моего горла, второй раз за день! - Что ж ты пошлишь так, скотина? - Это я так, - пытаясь отвертеться, - На всякий случай… то есть, по шутке! - Ты же знаешь мое к этому, отношение, извращенец, мы говорили с тобой об этом неоднократно! – Его руки почти доставали до моего горла. - Ну извини! Таканори на секунду застыл, потом опустил руки и с грациозной походкой припадочного человека отправился в комнату, которую я ему выделил. Я так и остался стоять наедине с собой, после чего грустно вздохнув, отправился к своей комнате. Сижу, смотрю телевизор, делать нечего. День, можно сказать, не удался… а я так хотел Таке хоть после издевательств поднять настроение. Опять грустно вздыхаю. В этот момент открывается дверь, из-за двери появляется блондинистая голова Таки. - Ты спишь? – Спрашивает тихо. - Нет. - Тогда я зайду. – Говорит как-то виновато и закрывает за собой дверь. Я подвигаюсь на кровати, давая ему место присесть. Мелкий садится рядом, виновато смотрит в пол, а потом робко говорит: - Прости меня пожалуйста за то, что сейчас сорвался… Ты хотел хорошо провести вечер со мной, а я распсиховался из-за ничего и своей истерикой всё испортил. - Ты всегда такой истеричка когда пьяный? - И не только когда пьяный, - надул губы Таканори. - Ладно, и ты меня прости, - нежно улыбаюсь ему, поправляя его волосы, от чего он невольно улыбается. - Сегодня, на самом деле, был очень веселый день,- улыбается, - но если еще раз такое повторится… - Намек понят! - Вот и хорошо. – Улыбается и тянется своими губами к моим. Я медленно тянусь к нему и нежно целую его пухлые губы. Он медленно приоткрывает рот, разрешая пустить язык и ближе пододвигается ко мне, прижимаясь всем телом. Нежные поцелуи переходят в страстные и мои руки, второй раз за сегодня, оказываются на его голом теле, под футболкой, а его – у меня на шее. В такие порывы страсти трудно сдержать слова, которые так и крутятся на языке, которые готовы слететь с губ. Ты услышишь это сейчас: - Я люблю тебя, Така. – отстраняясь от поцелуя, нежно шепчу ему на ухо. Он отодвигается и смотрит мне прямо в глаза таким нежным взглядом! Слегка покусывая губу, смотрит на меня и на его губах появляется еле заметная улыбка: - И я тебя люблю – так же нежно отвечает. И мы повалившись на кровать, сплетаемся в этом потоке страсти. У нас больше нет желания сдерживать всю страсть, ну по крайней мере, у него. Потом приподнимаемся и снимаем друг с друга одежду, страстно целуясь. И в это время у меня, как назло, пролетает в голове совсем неподходящая для этого момента мысль – “А сегодня то будут потрахульки!”