Сделав вид, что Кот это просто кот

Такие порезы всегда самые неприятные. Даже укол швейной иглой причинял меньше беспокойства. Холодный розовый нос коснулся кончиков пальцев. Шершавый кошачий язык коснулся ранки. В судорожно сжавшейся в кулак руке не хватало чужой белой ладони. Шляпник, как ребенок, которому отказали в сладком перед обедом, капризно наморщил нос. Ранка еще немного щипала, прикосновения шершавого языка были ласковыми и аккуратными. Шляпник бережно поднял Кота под передние лапы над собой, затем положил его к себе на грудь. Шерсть у него была мягкая. Нос холодный, он даже потер его большим пальцем, отчего Чешир демонстративно чихнул. Лапки нежные, а если нажать на середину - острые когти. Чешир покружил на его груди, устраиваясь удобнее, пару раз гордо махнул хвостом и лег. - Я не закончил, а ты - как ребенок, - констатировал Кот, усмехнулся и поймал когтями его ладонь, подтягивая к себе, через пару мгновений он вновь занялся ранкой. Это было немного досадно, что Шляпник порезался. Это было немного досадно, что Шляпник порезался из-за него. Чешир не мог понять, почему Рыжеволосый так разозлился, но когда он увидел кровь на его белой коже, внутри что-то сжалось. Мальчишка, просто мальчишка! Совсем не бережет себя! Ему и раньше приходилось обрабатывать его раны - Шляпник, работая, постоянно умудрялся напороться подушечкой пальца на иглу поострее. Чешир всегда любил наблюдать за его работой, а еще Шляпник, будто издеваясь, давал ему поиграть с клубком ниток, пока отдыхал от работы. Кажется, ему нравилось наблюдать за этой кошачьей слабостью Чеширского Кота. Свободная рука Шляпника, будто он извинялся, скользила по спине Чешира, зарываясь в мягкую шерсть. Привычные бирюзовые, привычные серые полосы. Он гладил его так же, но и совсем по-другому. Ему хотелось прогнать Кота. Или прижать к себе крепче. Или чтобы шерсть была длиннее. Или узнать, какого цвета у него кожа. Или спросить про Марьямкин. Или вернуться и посмотреть, спит она или проснулась. Хотя Мышь совсем его не волновала. Мокрый розовый нос коснулся подушечек пальцев. Чешир закончил с царапиной. Чешир неизменно улыбался. Но теперь Чешир улыбался ему.