Песчаный Наруто. Шпион и друг.

— Почему? Стук… Еще один. И еще. Бесполезно. Он открывает двери, а потом вторые, третьи, десятые — тщетно. Сколько не открывай их — за ними пустота, куда он не может войти. Невидимый барьер, в который он бьется как птица, загнанная в клетку. Бегая от одной двери к другой он лишь понапрасну сотрясает воздух. Он опускается на колени, не видя под ними ни пола, ни чего бы то ни было еще. Оглядывается вокруг: одна лишь пустота усыпанная тысячами дверей. Опускает голову от отчаяния, но тут же его прошибает мыслью, что это не в его духе — опускать руки при встречи с трудностями. Но тут же ей вслед вторит другая: а кто он вообще такой, что бы что-то было в его духе? Он - он не знает, кто такой он - усмехается и все же поднимается, начиная снова открывать двери одну за другой. Двадцатая. Тридцать пятая. Семидесятая. Сто шестьдесят третья… Две тысячи девятьсот девяносто девятая… Открывает и… Слышит от туда звон будильника? Сон... Казалось, что он будет длиться куда дольше, ведь он был таким липким и навязчивым. Но в тоже время, казалось бы, желанным и умиротворённым. Но всему наступает конец, и он не исключение.

***

В небольшой светлой комнатке, обставленной богато, но довольно мрачно и странно, по всюду были различные карты, чертежи, наброски, спал мальчик на мягкой и удобной кроватке. У мальчугана были не короткие, длинной приблизительно до плеч волосы цвета заходящего солнца, они топорщились во все стороны. Глаза были закрыты, что давало хороший обзор на его реснички: длинные и немного завёрнутые внутрь. Щёчки и носик были все в веснушках, что делало его ещё больше похожим на солнышко. Губы были полные и аккуратной формы. Мальчика звали Наруто Намикадзе. Он лежал на боку, лицом к стенке. Поэтому, как бы яркие зайчики света не пытались запрыгнуть к нему на лицо, им этого не удавалось. Но солнышко отыгралось по-своему. Поскольку уже рассвело, значит пришло время вставать. Поэтому, когда прозвенел будильник, показывающий восемь утра, Наруто только поморщился — вставать ему точно не хотелось. Он сел в кровати, потёр виски, раздражённо оглянулся, нашёл взглядом будильник, стоящий на небольшом столике рядом с кроватью, и уже рукой выключил его. Хоть его и одолевало желание расфигачить его об стену. Теперь можно было разглядеть и его глаза — насыщенное синее море озаряемое ярким солнцем. Немного расширенный зрачок после сна. В них читалось лёгкое недоумение и полнейший интерес. Ведь то, что последнее он помнил, было то, как его затягивало в странную воронку, подозрительно похожую на ту, которую открывал Саске своим Ринненганом в разные измерения. А сейчас он спал в чужой постели в совсем незнакомой комнате. Причём богатой комнате, по крайней мере, такое могли позволить себе не все. Узумаки оглянулся ещё раз: его одежды здесь не было, а на кресле лежала какая-то детская. Он осмотрел своё тело и не мог поверить собственным глазам — тело было маленьким: крошечные, но мозолистые руки, ноги тренированные, хоть и худые. А на животе так и вообще запечатывающей печати Стиля Восьми Триграмм не было. Наруто, всё ещё не веря в происходящее, вскочил, по приседал, по прыгал, повертелся, желая удостовериться, что именно он контролирует это тело. Подошел к зеркалу, которое висело на внешней стороне двери шкафа для одежды, который стоял в ногах кровати. И все же из зеркала на него смотрел немного худощавый мальчишка; возникало такое ощущение, что его просто недокармливали, хотя это только на первый взгляд. Если присмотреться, можно было понять, что мальчик просто много двигался. Потому что кожа, волосы и общее состояние организма были здоровыми. На вид ему было лет шесть. Вроде он, но в тоже время и не он. Например, оттенок цвета глаз немного другой, светлее. Да и маловат так-то. Узумаки невольно усмехнулся: вот так стоит и рассматривает свою внешность, вместо того, чтобы информацию об окружающей его обстановке собирать. Вдруг у него в голове проскользнула мысль о том, куда подевался Курама. А то тихо как-то. В любой другой ситуации он бы что-нибудь да сказал. А сейчас молчит как рыба. Ещё раз, внимательно осмотрев себя, Наруто подошёл к кровати и сел в позу лотоса, чтобы лучше сконцентрироваться и легче попасть в своё подсознание. Это получилось не сразу: у парня даже испарина на лбу выступила. Попав туда, джинчуурики оказался в знакомых туннелях. Только непривычно сухо было — похоже с чакрой в этом теле было не всё в порядке. Да и коридоры совсем по-другому расположены, в добавок ко всему куча незнакомых дверей: от одних, почему-то, веяло дружелюбно, а от других наоборот — негативно. Сначала он попробовал открыть ту дверь, которая казалась ему менее опасной: оказалось, что это были чьи-то воспоминания, связанные, почему-то, с его матерью, отцом и ещё, как он понял из разговоров между ними, его братом. А ведь его и существовать-то не должно, он ведь всегда был единственным сыном своих родителей. Исходя из всего этого, выходило только одно — это была точно не его память. Что тоже странно. Во-первых, что у него в подсознании делают чужие воспоминания, а во-вторых, то, что в них происходит - очень похоже на бред, о котором он мечтал в детстве. Хотя воспоминания приятные, между прочим. Возможно это гендзюцу, но пользователей такого уровня еще и поискать нужно. Просмотрев все двери-воспоминания с приятной аурой, Узумаки пришлось открывать двери-негатив. Как он и думал — это были, мягко говоря, неприятные ощущения и воспоминания. Здесь так же присутствовали сцены с семьёй, в особенности с отцом. Тот часто смотрел на него хмуро, но ничего не говорил. Это происходило тогда, когда он рассказывал отцу о своих мечтах. Мальчика это задевало, почему-то больше, чем должно было наверное, но ведь ему никто не пояснял, что он сказал не так. Но больше всего моментов было с мелкой ребятнёй, которая его задирала, считая, что тот папенькин сыночек и ничего без него сделать не может. Сделав предположение, что, если это не иллюзия, и учитывая, какую технику он применил накануне, то он каким-то образом перенёсся в своё отражение параллельного мира, родившееся вторым ребенком в семье, которая каким-то чудом сумела остаться в живых. Решил сначала поискать Кураму, а потом, если что, попытаться развеять гендзюцу, иначе снова заходить в подсознание будет сложновато. Пойдя по туннелям дальше и заходя всё глубже, Наруто наконец вышел туда, куда ему было нужно — в центральный зал. В зале, как обычно, на полкомнаты была клетка. Только сейчас закрытая. Ожидаемо, что это была не печать Восьми Триграмм, так как ранее он заметил ее отсутствие на своем теле, но что-то определенно знакомое. Похоже на ту, которую он поставил, когда сражался с Кьюби и подавил его. Хииро но Годо. Интересно, как она здесь оказалась или кто ее поставил. — «Вот черт! Курама же жутко не любит, когда закрывают клетку, — Наруто подбежал к воротам и уже было потянул руку к печати, но остановился. — Лучше сначала проверить... Курама. Курама!» — закричал мальчик, схватившись за прутья клетки. Внутри послышалось движение и вскоре загорелось два красных огонька — два глаза. — «И чего ты разорался во всё горло? Мало того, что не признаёшь меня, так ещё и кричишь так, что оглохнуть можно!» — кажется, в его голосе были слышны нотки обиды и возмущения. Узумаки, облегчённо вздохнув, усилием воли мгновенно уничтожил арки, пригвоздившие Лиса к полу, и со всех ног бросился к нему. — «Курама... Это и вправду ты» — обнимая за огроменную лапу лиса и зарываясь улыбающимся лицом в шерсть, выдохнул джинчуурики этого восхитительно биджу. — «Ну конечно, кто ж ещё! — ответил, довольно улыбнувшись, Лис. На такую искренне подаренную улыбку нельзя было не улыбнутся в ответ. – А теперь серьёзно. Ты просмотрел воспоминания прошлого владельца этого тела? – вмиг посерьезнев и дождавшись кивка, Кьюби продолжил. – Я тоже. Похоже и в этом мире меня в тебе запечатали». — «Что значит «и в этом мире»? – взяв себя в руки, Наруто нахмурился. – Значит, что из-за той техники... Прости, что не послушал тебя!» – Наруто сложил руки в молитвенном жесте. Девятихвостый как-то хитро посмотрел на своего джинчуурики и выдал: — «Хочешь что бы я тебя простил? – дождавшись от того согласного кивка, довольно продолжил. — Тогда, по мере того, как я этого захочу, ты выполнишь три мои желания» —Лис, увидев лицо Наруто, раскатисто расхохотался. — «Ничего смешного. Лучше подробнее расскажи про этот мир» – нахохлившись, сказал Узумаки. — «Ну, на данный момент именно про этот мир я почти ничего не знаю. Лишь то, что существует связь параллельных миров и что только биджу способны меняться местами со своими двойниками из-за большого количества затрат чакры. Человек этого не переживёт, да и не знает человечество об этом. А как ты переместился вместе со мной, я не знаю». — Если предположить, возможно... потому что мы с тобой сдружились... — «Не перебивай, — Узумаки накуксился ещё больше. Это его перебили! Он тут, знаете ли, чувства свои открывает.. — А попали мы сюда из-за другого Девятихвостого, который захотел переместится в другой мир. При переносе нам достаются воспоминания друг друга, поэтому я всё и узнал». Наруто всё же перебил Лиса. — То есть, выходит это не я виноват в нашем перемещении? — выпучил глаза блондин. — Ты и не ты одновременно. А если точнее, если бы ты не открыл пространственно-временной портал, местный Кьюби не смог бы найти точку соприкосновения с нами. — … — красноречивое молчание и извиняющийся взгляд. Не хватало только милого пошаркивания ножкой для полноты картины пай-мальчика. Но после в глазах застыл вопрос. — К слову, ты же сказал, что здесь я тоже джинчуурики, тогда почему нет печати, поставленной Минато? — «Думаю, что при перемещении нас с тобой в это тело слетели все, если можно так сказать, «настройки», — показав когтистыми пальцами скобки в воздухе, прорычал лис. — Но активировалась сила оставленная тебе Отцом, поэтому меня пригвоздило». — Ты хочешь сказать, что взбреди кому-нибудь сейчас в голову меня проверить — они обнаружат абсолютно свободного тебя? — Узумаки присвистнул. — Не хило так получается. А еще меня волнует вопрос: зачем тому Кьюби это понадобилось? И что он собирается делать в нашем мире? — «Получается, что так, — Курама тяжко вздохнул. — А зачем он это сделал и что он собирается делать там — я не знаю. Да и на вряд ли мы это с тобой уже узнаем. Что бы вернуться назад, мне нужно будет применить эту технику и каким-то образом прихватить тебя. В добавок к этому, нужно чтобы на той стороне кто-то провернул что-то подобное, что и ты в прошлый раз. В чем я очень сомневаюсь, да и не факт, что именно в нашу действительность мы вернемся. В общем сложно все это. И долго к тому же», — безрадостно заключил он. Наруто уселся прямо на мокрый пол, уткнув голову в сложенные руки на коленях, какое-то время переваривая все услышанное. — «А что случилось с местным Наруто? И почему мне достались его воспоминания?» — Узумаки, теперешнего Намикадзе, все же не обошел этот вопрос стороной. — «Этого я не знаю, но ты должен радоваться этому. Иначе вообще впросак попал бы» — усмехнулся Кьюби Но Йоко. Наруто кивнул — он был с ним согласен. Теперь надо было настроится вести себя так, как его отражение из этой действительности, что бы не выдать себя. По возможности, конечно. Он поделился этим с Курамой, и тот предложил потренироваться на нём.

***

А в это же время, в том же доме, что и Намиказе Наруто, находилась женщина на первом этаже, готовящая завтрак, но у которой уже начинали сдавать нервишки. Всё же её сын странно сегодня себя вёл: опаздывает уже на полчаса. А ведь такого ещё раньше не было, Наруто всегда был пунктуальным и громким, когда собирался по утрам. А сейчас опаздывает и сидит молча, будто воды в рот набрал. Кушина Намикадзе (в девичестве— Узумаки) была красивой женщиной: красные длинные волосы до щиколоток, синие глаза, аккуратные губки и миловидное личико. Стройная, одетая в платьице чуть выше коленок зелёного цвета, бежевый передничек в ромашку и сандалии шиноби синего цвета. Она была прекрасной домохозяйкой и отличным ниндзя. В общем, жена, какую поискать надо. Но в гневе её лучше не видеть — прибьёт и не заметит. Вот и сейчас её длинющие волосы начали разделятся на девять прядей и взмывать вверх. «Такое поведение надо пресекать на корню» — подумала она, прихватив с собой свой излюбленный половник в охапку, и зашагала по направлению к комнате сына...

***

—«Наруто, я чувствую, что к нам направляется что-то злобно настроенное» — произнес Лис, до этого мирно обсуждающий с Узумаки их проблемы. — «Тогда ещё увидимся, Курама» — сказав это, Наруто вышел из своего подсознания как раз в тот момент, когда открылась дверь и вошла Кушина. — Мама...