Равновесие, часть 2

- Венеция особенно прекрасна в эту пору года. - нежно произносит он, едва касаясь лодки. Врет, впервые в жизни врет. Хрупкая девушка напротив для него прекрасней сотен Венеций. Он смотрит только на неё и жадно впитывает каждый миг своими новыми глазами. Новые глаза великолепны. Он больше не способен видеть происходящего вдали, не может видеть в темноте и голографические данные всплывают в поле зрения только если надеть специальные очки, но всё-таки новые глаза превыше всех похвал, мечтаний и надежд. Потому что они настоящие, из клеток, в которых протекают невероятные процессы... человеческие. - Ты понимаешь, что случилось? - задает она вопрос, которым задается вся Вселенная, и только ему на этот счет всё равно. - Понятия не имею. - примирительно отвечает он. - Но мне нравится. Потому что теперь я человек и могу позволить себе сделать это. - он отпускает весла, становится перед ней на одно колено и достает из кармана заветную красную коробочку. В ней утонченное кольцо из платины с непристойно большим рубином. - Ванда Максимофф, я люблю тебя больше жизни, больше своего нового тела, больше мира. Ты станешь моей женой? Она подымается, хватается тонкими ручками за его локти, без слов упрашивая подняться с колен. - Я тоже люблю тебя, Вижн... больше жизни. Я стану твоей... о, Боже. Не могу в это поверить. Да, да! Я стану твоей женой! Он поднимается, собираясь одеть кольцо на её палец, и неуклюже спотыкается в самый ответственный момент. Лодка кренится, они вмиг оказываются в темной зеленоватой воде канала. Ему кажется, что он всё испортил, но когда он осмеливается поднять взгляд, она улыбается ему, словно тысячи солнц. - У тебя водоросль в волосах застряла. - беззаботно произносит она, подплывая вплотную. - Давай помогу. - Где? - Нет никакой водоросли. - она запускает тонкие пальчики в его мокрые волосы и находит губами его губы, а он чувствует себя самым счастливым человеком на планете. * * * Ей очень идет это черное брендовое белье с подвязкой, и большая королевская постель. И чего скрывать - возвращение Брюса Беннера тоже пошло ей на пользу. Будто ожило в ней нечто, что все считали давно погибшим. Она снова огненно-рыжая, уверенная в себе, опасная и невероятно привлекательная, сексуальная, любимая, желанная. Брюс до сих пор не верит, что его простили. Он ожидал чего-то подобного, когда после тысячи извинений, пяти задокументированных отчетов о жизни на другой планете и трех очень преисполненных неловкости свиданий Наташа решительно пригласила его на ужин к себе, но реальность превзошла самые смелые его ожидания. Ужина вроде как не намечается, а он, как дурак, приперся с бутылкой вина и коробкой эклеров. Халк одобрительно рокочет внутри, желая вырваться наружу и поскорее заняться делом. Его шея начинает зеленеть. - Даа! - громогласно рычит Халк и его цвет кожи становится прежним. - Ну нет, приятель. Пойди погуляй. - сообщает Брюс своей, обревшей самосознание и свободу выбора, второй ипостаси. - Как воевать ты значит - "Неет", а на девушку мою - "Даа"? А вот хрен тебе. Кто сражался, тому и лавры. - Ты там так и будешь стоять на пороге, герой? - уверенно подкалывает Наташа, совсем как в старые-добрые. Брюс улыбается и решительно шагает вперед.