Нет времени на осторожность

– Давайте ещё раз. Что вы помните? Мужчина в белом халате, сидящий напротив, невероятно раздражал. Тук – одним концом ручки по столу, щёлк – другим, тук – щёлк, тук – щёлк, тук – щёлк. Другая рука, свободная, то нервно крутила бейдж, то почесывала пышные, совершенно отвратительного вида усы, в которых, кажется, виднелись крошки от недавнего обеда. Локи хотелось откусить ему голову. – Поймите, от этого многое зависит. Вы... Тук – щёлк! – Да хватит уже! – не выдержав, крикнул Локи, тут же прижимая ладонь ко рту, словно не веря, что это действительно говорил он. – Простите. Я действительно ничего не помню. – Но имя же вы вспомнили, – с нажимом ответил врач. Имя, да... Имя было единственным, что у него осталось от его прошлой (а была ли она вообще?) жизни. Когда он открыл глаза, где-то на периферии сознания крутились обрывки воспоминаний. Казалось, что сейчас, как только станет понятно, что произошло, они вернутся, давая понять, что делать дальше, объясняя, что вообще происходит. Но в голове было пусто и звонко, как в колоколе, вместо воспоминаний – чистый лист, подходи кто угодно и пиши, что хочешь. Ему и написали. Кто-то из врачей, сочувственно поулыбавшись, сказал, что его нашли рядом с влетевшей в отбойник машиной. На километры вокруг – ни одной машины, в анализах – никаких следов, а камеры в момент аварии почему-то отключились. А амнезия – результат удара головой. Ни в каких базах не числился, никто не искал – словно появился из ниоткуда. "Но такое бывает, вы не волнуйтесь, – заверяли Локи доктора. – Память вернётся, тогда и отправитесь домой". Кто-то даже добавил: "И счета оплатите". Такая версия казалась вполне понятной и естественной, но... Что-то внутри противилось ей, цепляясь за осколок воспоминания, того, что, казалось, он видел, пока был в отключке – сэр, вы неделю не приходили в себя – но тут видение ускользало, не давая ни единого шанса зацепиться. Тук – щёлк. – Вы ведь понимаете, – снова завел надоедливую пластинку усатый врач, – вечно мы вас тут держать не можем. Да, запросы были отправлены куда только вообще возможно, но результат везде один и тот же. По всему выходит, что вас просто не существует. – А что, я похож на привидение? – выдавив ироничную усмешку поинтересовался Локи. Врач посмотрел на него взглядом ученого, изучающего результаты неудачного эксперимента – не самого важного и не имеющего ни малейшего значения. – Думаю, на сегодня наш диалог зашёл в тупик, – сообщил он, поднимаясь. – Хорошего дня. Локи выдохнул с облегчением, когда дверь наконец-то захлопнулась, оставляя его в одиночестве. Эти визиты – изо дня в день, в одно и то же время – его чертовски выматывали. Локи. Это звучало как-то... Странно. Он не особенно задумывался о том, какие имена можно считать типичными, но был уверен – такое тут вряд ли можно встретить. Даже уверенности в том, что его действительно так зовут, не было. Просто это осталось единственной вещью, которую получилось вспомнить. "Будет смешно, если так звали мою собаку" – промелькнуло в голове. Каждую ночь – он был уверен – ему снились сны. Каждый раз – яркие и красочные, совершенно точно несущие в себе информацию о том, кто он такой. Но стоило открыть глаза, как они мгновенно стирались из памяти. Буквально исчезали, заставляя усомниться в собственной адекватности. Хотя о какой адекватности может идти речь, если он уже с неделю валяется в больнице со сломанными рёбрами, железкой в ноге –открытый перелом, смещение – и без малейшего представления о том, кто он на самом деле. Разумеется, Локи пытался вспомнить хотя бы миг из того, что видел по ночам – чтобы потом раскрутить воспоминания, словно запутанный клубок. Найти себя. Но стоило попытаться это сделать – и голова мгновенно взрывалась болью, словно сжатая в тиски, не давая заглянуть глубже. Не давая сделать вообще ничего. Хотя... Кое-что он всё-таки замечал. Какое-то странное, фантомное ощущение в собственных руках. Ощущение силы?... Ответ не находился. Правда, и тут можно было найти определенность – это явно была не физическая сила. Скорее что-то... Глубокое. Прячущееся далеко внутри, словно закрытое за тяжёлой дверью с металлическими замком. Но и этому объяснения не было. Не магия же, в самом деле? Тонкие губы на секунду изогнулись в кривой ухмылке. Да... Застрял он тут надолго. И это невероятно нервировало, до предела натягивая каждый нерв. Долго он так точно не протянет. Свихнётся от скуки. Локи с разочарованием покосился на собственную ногу, до середины бедра закованную в гипсовый корсет. Будто рыба, пойманная на крючок, в голове всплыл чей-то голос – наверняка тоже кого-то из персонала, – говорящий о том, что он теперь наверняка спать не сможет без обезболивающих, настолько болезненной бывает такая травма и последующее восстановление. Лучше бы ещё пару недель поспал – в голосе, говорящем это, слышался незлобный смешок, – как раз бы полегче стало. И просьба – если совсем плохо станет, не орать, больше максимально положенной дозы всё равно не дадут. Но за всю неделю, проведенную в сознании, ему ничего не кололи. Повинуясь странному порыву, будто тянущему изнутри, Локи, насколько это было возможно, поднял плотно обхватывающий ногу гипс, стараясь увидеть хоть что-то. Там, где должен был быть явный след от операции – по словам усатого врача, заживление шло даже слишком хорошо, и поэтому до снятия швы можно будет не трогать – был только бледно-розовый шрам, тянущийся от колена. По какому-то наитию Локи пошевелил пальцами на ноге – движение не вызвало никаких болевых ощущений, только лёгкое покалывание в мышцах. Ещё не до конца оформившаяся мысль заставила его обернуться... Решёток на окне не было, зато прямо рядом с ним виднелись ступеньки пожарной лестницы.