Mileage May Vary

Тэхен чувствует дикую пульсацию в висках и жмурит глаза из-за неонового света, словно пытаясь закрыться от всего этого. Здесь пахнет сексом, по́том, сигаретами, разгорячёнными телами и дымом, таким едким и мерзким, — в общем, такой себе коктейльчик. Этот незнакомец совсем не вписывается сюда. Одного взгляда на него достаточно, чтобы ощутить на себе некую атмосферу богатства и... грязи. Этот мальчик контрастирует с окружающей обстановкой, несмотря на внешний вид: простая футболка и рваные джинсы. Парнишка водит пальцами по губам и, кажется, откровенно скучает. Тэхен задумывается над тем, что же этот незнакомец делает здесь. Судя по его внешнему виду, не скажешь, что он не может просто взять и снять кого-нибудь на ночь. Так, какова причина идти сюда? Однако этот огонёк в глазах мальчишки подсказывал, что всё не так уж и просто. — Ну, как тебе здесь? — Намджун сжимает стакан пальцами. Тэхен поворачивается и оглядывает бармена, Намджуна, протирающего стакан салфетками. — Неплохо. Намджун смеётся. — В смысле «неплохо»? — Просто неплохо, — Тэхен пожимает плечами и делает глоток, чувствуя горечь на языке, — тебя самого сюда как занесло-то? — Ну, а что? Здесь, как ты и сказал, неплохо. Лучше, чем... в том месте, — Намджун поднимает стакан на свет и проверяет его на наличие пятен, — вроде, такой же обычный стрип-клуб. Однако ничто не сравнится с Персиковой Косточкой, — мужчина указывает всё тем же стаканом на танцпол, — сам посмотри. Всё такое шикарное. Конечно, эти богачи неимоверно раздражают, но ничего, это терпимо. — Богачи? Это ты мягко сказал. Я бы их только уродцами и называл, — Тэхен закидывает ногу на ногу и вновь поворачивается к танцполу. Он замечает, что мальчишка смотрит на него. Точнее, поглядывает исподтишка, но и этого предельно достаточно. Ким стучит ногтями по стеклянному бокалу. — Когда ночь действительно начнётся, когда люди начнут приходить, ты поймёшь, зачем они все ходят сюда. Цель одна, и она очень проста. Это секс, — говорит Намджун, — многие танцоры ещё даже не одеты. Ты поймёшь. Тэхен закатывает глаза. — Кто бы сомневался. — Но на твоём месте я был бы осторожен, — бармен улыбается, — следи за кошельком. Здесь есть мальчики в твоём вкусе. Тэхен заливисто смеётся. — Да что ты, Джун-и. — Ой, ну тебя, — фыркает Намджун, — я серьёзно. Единственное, о чём они думают, это деньги, — он ставит стакан и поправляет свой костюм, чёрно-белый и стильный. Ким полностью готов к ночной смене. Тэхен не знает, на каком этапе жизни он сейчас. Кажется, он просто дрейфует и плывет по течению. Он и не подозревал, что окажется тем человеком, который будет ходить по стрип-клубам. Он рассматривает полуобнажённые тела, освещённые красными и золотыми огнями. Честно говоря, паренёк на сцене — не тот, кто оставляет впечатление. Зато взгляд того мальчика слегка будоражит. Какой кошмар. Он определенно красив и, очевидно, моложе Тэхена. Ким не смотрит так пристально в ответ: он не боится, просто хочет обойти возможный риск стороной. Тэхен делает ещё один глоток и наблюдает за суматохой Намджуна, который опытными руками быстро раскладывает бутылки и рюмки. Тэхен морщится, не то от алкоголя, не то от ужасной музыки — громкие басы, бессмысленный текст и искажённые мелодии. Зато как идеально всё это подходит для движений тела танцора, собирающего деньги со сцены и складывающего их за пояс. Ким чувствует ладонь на своём плече. Ах, это было ожидаемо. — Занято? Тэхен оборачивается и видит его, того самого мальчика, молодого и красивого. Настолько красивого, что сравнивать его с остальными людьми здесь, даже как-то пренебрежительно. Паренёк дерзко выпрямляет спину и закидывает одну ногу на высокий стул, демонстрируя мускулы. Тэхен бы оценил его тело по достоинству, если бы не отвлёкся на застенчивую улыбку. — Нет, — вежливо отвечает Тэхен и жестом приглашает составить ему компанию, — присаживайся. Никого из них не волнует, что сейчас только восемь вечера, клуб совсем пустует, благодаря чему свободных и даже более вакантных мест полно. Парень присаживается рядом, и Тэхен не упускает возможности поглазеть на вздутые вены на руках и на то, как хорошо футболка прилегает к торсу. Может, он вовсе не так молод, как первоначально могло показаться. Однако на лице играла та самая невинная улыбка. И Тэхен всё ещё задается вопросом: да что этот парень вообще здесь делает? Если молодой человек к вам подсаживается где-то в кафе и стесняется, то ладно, это нормально, это можно понять. Но когда он подсаживается к вам в стрип-клубе и стеснительно улыбается... это странно. — Намджун, — незнакомец обращается к бармену, — не нальёшь мне? Тэхен подносит свой стакан к губам, когда Намджун уточняет: «как обычно?», начиная наливать напиток до ответа. Это странно. Намджун работает здесь две недели или около того. Тогда Тэхен может предположить, что парень заглядывает сюда довольно часто. Кроме этого, есть только одно разумное объяснение. Но это... сомнительно по отношению к нему. Скорее всего, он всего лишь один из богатых папиных сынков, желающих трахнуть кого-нибудь без обязательств. Но всё же, возможно, что он танцор или шоубой, пусть даже такой милый и невинный. — Я Чонгук, — представляется парень, с улыбкой принимая напиток из рук Намджуна. Тэхен отмечает тот факт, что он не платит. Он также замечает то, как аккуратно он держит бокал, так расчётливо и завораживающе. Тэхен оценивает проколотые уши, пирсинг и длинную серебряную серьгу. — Тэхен, — манерно улыбается Ким, стараясь изо всех сил соответствовать своему образу. Будет неправильно вести себя более распущенно. — Что ты здесь делаешь? — Чонгук наклоняется вперёд и опирается локтем на стойку. Его взгляд тёплый, полный любопытства и щепотки азарта. Тэхену тоже интересно, но сомнения берут верх над другими чувствами. Он ведёт себя сдержанно, всё время держа в голове мысли о фальшивках, сексуальных аферистах и о том, как же хорошо Чонгук играет. Тэхен пожимает плечами, оглядываясь вокруг. — Намджун предложил мне развеяться, — кажется, вся сексуальная атмосфера сместила фокус. Изменила источник. Теперь это не голые тела, не твердеющие эрекции в джинсах, даже не музыка, кричащая «поцелуй меня», «прикоснись ко мне», «ты мне нужен», «трахни меня» — нет, ничего из этого. Теперь это всего лишь мягко улыбающийся мальчик в белой футболке и рваных джинсах. — И всё? — интересуется он, дразня, и кладёт подбородок на сцепленные ладони. Тэхен продолжает думать о том, какой же Чонгук милый, красивый и… фальшивый. Единственное, о чём они думают, это деньги. — Да. Отдохнуть и всё, — Тэхен целенаправленно отвечает так, словно ему скучно и безразлично, при этом делая медленный глоток из своего стакана и наблюдая за каждым движением Чонгука. Такого ответа было более, чем достаточно. Чонгук щурится и пытается найти что-то скрытое в словах Кима. Хотя, вообще-то, это правда. Частичная, но правда. Секс помогает развеяться? Помогает. Отдохнуть помогает? Помогает. Значит, он совсем не лжёт. — Тогда почему ты всё ещё здесь сидишь? Может, хочешь заняться чем-то другим? — Чонгук фыркает, глядя на Тэхена. Он кажется раздражённым, не получая того, чего хочет. Тэхену интересно, чего же именно ему хочется: денег или внимания? Может, Чонгуку скучно. Может, он хочет немного поиграть. — Может, я не хочу, — Тэхен слабо смеётся и вновь пьёт. Чонгук вздёргивает брови. Его маска милашки-симпатяшки падает на мгновение, сменяясь раздражением. Это умно. Тэхен тоже умеет играть. — Многое теряешь, — Чонгук наклоняется ближе, скрипя стулом. Огни клуба отражаются в его чёрных глазах, — это что, сазерак? — М? — Это, — он указывает на выпивку Тэхена, меняя тему с явным отсутствием такта. Это только проясняет, что он чего-то хочет, но его сбивают с пути. — Да, — Тэхен поднимает свой стакан, слегка взбалтывая напиток. Если честно, он вообще был без понятия, что это за тёмная жижа с лимоном. Пока ему не сказал Намджун, конечно. Ким наблюдает за беглым взглядом Чонгука и трепетом его ресниц. Парнишка дергает плечами. — Виски в руках мужчины смотрится привлекательно, — он ёрзает бёдрами на месте, — у тебя хороший вкус. Тэхен улыбается и смотрит на этого молодого парня, незаконно молодого. Чонгук потягивает виски, и Ким думает, что это не его выбор напитка. Но всё же, Тэхен не так стар, он явно не намного старше этого парня. Просто эта почти детская невинность Чонгука заставляет делать поспешные выводы. — Сколько тебе лет? — решается спросить Тэхен. — А сколько ты мне дашь? — Чонгук широко улыбается. Его белые зубы блестят на фоне темноты. Он знает правила этой игры так же хорошо, как и Тэхен. Его напиток остаётся нетронутым. Значит, всё это просто ради шоу. Чонгук, естественно, не может рисковать, так быстро напившись. Тэхен ничего не говорит, лишь удивлённо вздёргивает брови, слабо усмехаясь. Чонгук усмехается в ответ — он прекрасно знает, что делает. — Я первый спросил, — возмущается Тэхен. На мгновение Чонгук замолкает, и Тэхен представляет, о чём он думает. Этот парень интересный, Тэхен признаёт. Даже очень, если быть откровенным. Но всё это, скорее всего, наиграно. Чонгук ведёт пальцами по краю стойки. Он специально начинает говорить тише, наклоняясь к Тэхену и плавно переходя на соблазнительный шёпот, заставляя Кима вдыхать запах его одеколона. — Тогда пусть это останется в секрете. Ты работаешь здесь? Это то, что хотел бы спросить Тэхен, но, кажется, он и так знает ответ. Ким ставит свой стакан, глядя на левую руку. А точнее, на безымянный палец. Бледная линия загара от обручального кольца исчезла пару месяцев назад, но желание убедиться в этом уже вошло в привычку. Чонгук замечает, но никак не комментирует. Он просто продолжает улыбаться, так ярко и красиво. На твоём месте я был бы осторожен. Тэхен обязан этим предостережением Намджуну, но у него есть дела поважнее: красота и роскошь, дурманящая разум. Сегодня он позволяет инстинктам брать верх. И вряд ли это лучшее решение, которое он мог предпринять. Но он перестаёт думать об этом в тот же момент, когда мальчишка улыбается шире. Тэхен отвечает ему: — Да без проблем. Уже полностью голова отключается в тот момент, когда Чонгук, так изящно и крепко, хватает его за запястье, начиная тянуть за собой.

***

— Хочешь, чтобы я переоделся для тебя? — пальцы Чонгука играются с галстуком Тэхена. Под подавляющим сладким ароматом чувствуется шампанское — Ким прекрасно всё чувствует. — Нет. — Нет? — Чонгук прижимается ближе и сладко улыбается, будто пытаясь угодить Тэхену. Огни здесь намного темнее и жарче. Тэхен хихикает. — Я просто хочу узнать твой возраст. — Ох, ты играешь в недотрогу, — шаг вперёд, и Чонгук ладонями упирается в грудь Тэхена. Тэхен чувствует кожаный диван коленями, и Чонгук призывает его присесть. Стрип-клубы для него не в новинку, но это его первый раз в вип-ложе. Может быть, раньше он был умнее. Может быть, он просто никогда не сталкивался с кем-то, кто принуждает, как Чонгук. — Мы не занимаемся здесь этим, — мурлычет Чонгук, пробегаясь пальцами по телу Тэхена, сжимая его ягодицу и ныряя ладонью в карман с бумажником. Он зажимает его пальцами, при этом дергая подол рубашки Кима. Тэхен хватает его запястье. — Не трогай. Атмосфера накаляется за секунду. Чонгук хорошо играет и притворяется, но, нет, он не идеален в этом. Он сильный и настроен очень решительно, нависая над Тэхеном с пугающими огнями в глазах. Тэхен глубже засовывает бумажник в задний карман и вновь откидывается на спинку. Он морщится, чувствуя запах порошка (сразу понятно, что именно здесь оттирали) и сигарет. Чонгук не похож на стриптизёра. Когда он стягивает футболку, медленно и смело, оголяя грудь, он всё ещё не похож на стриптизёра. Это все игра. Это просто обстоятельства. Он ведь даже назвал своё настоящее имя. Но когда Чонгук давит на плечи Тэхена и раздвигает правым коленом его ноги, Киму кажется, что сейчас самое время, чтобы сидеть сложа руки и просто наслаждаться происходящим. Вечер четверга с симпатичным мальчиком на коленях — всё не так уж и плохо. — Чтобы было интереснее, — шепчет Чонгук. Его грудь вздымается от коротких вздохов, и Тэхен буравит взглядом очерченный пресс, — поставим песенку. Тэхен громко смеётся. Он сжимает талию Чонгука руками и большим пальцем ведёт по резинке боксеров, натянутых выше джинс. Часть Тэхена жалеет о том, что он не попросил Чонгука переодеться, другая же часть Тэхена думает, что было бы здорово, если бы этот парень был бы вообще без одежды. Хотя это, наверное, немного неуместно в данный момент. — Самое время сказать мне свой возраст. Перестань переводить тему. Чонгук мычит. — Я не люблю отказы. И мы же договорились оставить это в секрете, — Тэхен хочет спросить, какого черта, ведь если Чонгук боится услышать «нет» и не называет свой возраст... боже, ему вообще сколько тогда? Однако все мысли испаряются, когда парень переносит вес, упираясь коленями по обе стороны от бёдер Тэхена. Они не соприкасаются, но кожа начинает покалывать. Тэхен знает общие правила на прикосновения без разрешения, поэтому он лишь довольствуется выведением большими пальцами кругов на горячей коже. — Есть пожелания? — Чонгук тянется к небольшому mp3-плееру, лежащему на высоком столе, рядом с диваном. — Без разницы. Я здесь не ради музыки. Чонгук улыбается, на мгновение он выглядит довольным и даже настоящим. Всё-таки Тэхен не идиот, и последнее, что ему нужно, — зарождающийся интерес к стриптизеру. Чонгук видит не Тэхена, а его кошелёк. Тэхен видит не Чонгука, а его тело. — М, и ради чего ты здесь? — хитро щурится Чонгук, хлопая своими длинными ресницами. Его голос приятный и низкий, пирсинг в ушах завораживает, переливаясь и блестя. Начинается медленная мелодия, и Чонгук кладёт плеер на стол, возвращаясь на колени Тэхена. Комната кажется совсем маленькой и тёмной, шторы здесь, очевидно, висят без надобности вдоль стен. Все звуки приглушены, но голоса за дверью в любом случае доносятся довольно отчетливо. Тэхен не знает, что ответить. — Хочу, чтобы ты сам ответил на этот вопрос, — глупый ответ на глупый вопрос, — давай, покажи мне, ради чего я здесь. Чонгук дёргает бровью и уже чуть менее раздражённо усмехается. — Умно. Просто будь осторожен. Затем Чонгук двигает бёдрами, и атмосфера в комнате вновь меняется. Чонгук владеет этой ситуацией, он знает, как пользоваться своим телом. — Не скажете мне свою фамилию, мистер? — Чонгук проводит ладонями по груди Тэхена, цепляя пальцами перламутровые пуговицы. Он держит устойчивое положение и сохраняет тяжёлый зрительный контакт. Да, Чонгук знает, что делает. Он делал это столько раз... — Я могу доверять тебе? — Тэхен поджимает губы. Он легко злит Чонгука. Молодой мальчик, который чего-то хочет, но не может получить. — Боже, что я, блять, сделаю с твоим именем? — Чонгук рычит. Он сжимает челюсть Тэхена и наклоняется вперёд, продолжая двигать бёдрами так, что Тэхен может чувствовать тепло его тела, — ты все пиздецки усложняешь. Тэхен смеётся, затаив дыхание, и позволяет Чонгуку наклонить его голову в сторону. Мягкие губы прижимаются к шее мужчины, и Чонгук рычит, скрипя зубами. Если честно, Тэхен скучал по этому. Хорошенький парниша на коленях... почему нет? — Ты всё равно получишь свои деньги, — хмыкает Тэхен, и Чонгук фыркает. Он скользит, и Тэхен усиливает хватку на его бёдрах, притягивая ближе. Металлические кнопки и молния на джинсах Чонгука касаются гладкой кожи Тэхена, — не могу поверить, что плачу сорок баксов за трёхминутный приватный танец от парня в джинсах. Тэхен с силой сжимает пальцы на бёдрах Чонгука, выгибающегося от этого прикосновения. — Мы оба знаем, что ты платишь не за танец, — Чонгук тяжело дышит, — ты просто легкодоступный, ха, — глаза закрыты, голова наклонена назад, кожа на шее нежная — он выглядит великолепно. Он грубо хватает Тэхена за шею, прежде чем ослабить его галстук и расстегнуть две первые пуговицы рубашки. Грудь Тэхена горячая, и Чонгук скользит по ней ладонью, ощупывая. Тэхен не понимает, во что он ввязывается, но он продолжает сжимать зубы каждый раз, когда член дергается в штанах. — Ким Тэхен, кстати. — М? — Чонгук открывает глаза. — Моё полное имя. Ким Тэхен. — А, — Чонгук расстёгивает третью пуговицу. Его ладонь сухая и тёплая, — хорошо, Ким Тэхен, ты легкодоступный? Обычно Тэхен не обращает внимания на всякие разговорчики. Но в грязных словечках Чонгука есть что-то такое сексуальное и даже... вроде некой манипуляции? Тэхен чувствует лёгкое головокружение. — Хочешь, чтобы я был таким? — он спрашивает и не знает, хочет ли слышать ответ Чонгука, чувствуя себя странно бессильным. Ноги Чонгука сильные и мускулистые... так хорошо смотрятся вокруг бёдер Тэхена. — Я думаю, ты уже. Легкодоступный, слишком легкодоступный. Это правда. Тэхен хочет задать Чонгуку больше вопросов: его настоящее имя, его возраст, но он чувствует, что теперь ему не хватит смелости. Чонгук двигает бёдрами, и Тэхен может чувствовать его твёрдый член даже сквозь ткань джинс. Они оба возбуждены, но... это ощущается по-разному для каждого. Для Тэхена это потеря, для Чонгука — победа. Ким тяжело дышит, чувствуя всю мощь действий. Чонгук двигается так сексуально. Пальцы Тэхена дрожат, и он сжимает бедра Чонгука крепче. Тени от трепещущих ресниц, падающие на его скулы; румяные и розоватые щёки, покусанные, приоткрытые губы — всё это заставляет член Тэхена пульсировать сильнее. Мужчина чувствует, как в глазах темнеет. Когда песня заканчивается, грудь Чонгука быстро вздымается и опускается, по его шее стекают капельки пота, мышцы напряжены. Следующая песня включается незамедлительно. — Хочу еще, — бормочет Чонгук. Что-то злое проскальзывает в его улыбке, и это действительно означает я хочу больше денег. Но Тэхен не возражает. Он просто выдыхает «конечно» и позволяет Чонгуку побеждать, побеждать, побеждать…

***

— Dunhill, хороший выбор, — говорит кассир и протягивает Тэхену пачку сигарет. Ким хватает упаковку мятной жвачки и кладёт её на ленту. — Ага, — бормочет он, пытаясь слабо улыбнуться кассиру, несмотря на головную боль. Свет в магазине ужасно яркий и белый, ещё и лампы гудят, словно рой мух над головой. Снаружи всё ещё хуже: дождь и слабые лучи солнца, пробирающиеся сквозь тучи. Тэхен шарит по карманам в поисках бумажника или карты, пока его разум продолжает возвращаться к разговору с Юнджи. Тэхен чувствует, как ладони потеют. Все документы улажены, у меня есть ещё некоторые твои вещи, кстати, да, можешь приходить, когда угодно, я просто оставлю их, если ты… да, хорошо… эм, скоро созвонимся. На данный момент телефонные звонки стали некой формальностью. Он оплачивает покупки и убирает карту обратно в кошелёк, прежде чем развернуться, небрежно держа сигареты и жвачку в руках. Он толкает плечом стеклянную дверь магазина и чуть не натыкается на кого-то. — Чёрт, прости- Тэхен смотрит и хлопает глазами, прежде чем улыбнуться. Очевидно, самая большая ошибка после стрип-клуба — думать, что всё было только на одну ночь. — Всё… нормально. Эм, прости. Чонгук. Стриптизёр Чонгук, тот самый сексуальный и красивый, с мускулистыми бёдрами, стоит в дверях и неуклюже смотрит на Тэхена. Первая мысль Кима заключается в том, что Чонгук какой-то... другой. Не внешне, конечно, в этом смысле он почти не изменился. Помимо небольших шрамов и покраснений, которые были незаметны в клубе, он по-прежнему Чонгук. Его волосы тёмные, глаза красивые и круглые, губы мягкие и пухлые, а щеки нежно-розовые. Воспоминания с прошлого четверга заставляют Тэхена прочистить горло. Дело в том, что Чонгук ведёт себя иначе. Это заметно в деталях. То, как он щурится от солнечного света, и его лицо все ещё припухшее ото сна. Он скромно сутулит плечи и неловко качается на пятках, стоя перед Тэхеном. — Прости, — ещё раз извиняется Ким и делает шаг в сторону, — я тебе дорогу перегородил. Чонгук качает головой и что-то бормочет, слишком тихо и быстро, чтобы Тэхен услышал. Он проходит мимо, вежливо кивая. Стоя у магазина и наблюдая за тем, как дождь бьёт по грязному асфальту, Тэхен осмысливает всю неприятность и абсурдность этой ситуации. Есть здесь некий контраст в том, как ночной танцор выглядит в семь утра. Он вздыхает и опирается на окрашенную кирпичную стену, прячась от дождя под крышей. Он разрывает упаковку и сжимает одну сигарету зубами. Тэхен думает о том, чтобы позвонить Намджуну и поговорить о произошедшем, но решает, что оно того не стоит. Этот мальчик. Он выглядит куда лучше на солнце. По какой-то причине, когда Тэхен слышит хлопок закрывающейся двери и шаги, которые останавливаются рядом, он не удивляется. Он просто поднимает взгляд от сигареты и смотрит на то, как хорошо Чонгук выглядит в стильной весенней куртке и чёрных джинсах. Золотая молния расстёгнутой куртки блестит на солнце. — Ким Тэхен, верно? — Чонгук опирается рядом, на стену, и трава хрустит под его дорогими ботинками. Обычно Тэхен бы подумал, что Чонгук выглядит, как осел, с чрезмерно проколотыми ушами, безвкусными золотыми часами и цепочками. Худшая часть: сейчас Тэхену нравится. — Удивительно, что ты помнишь, — хмыкает Тэхен. Он наблюдает за тем, как Чонгук вытаскивает пачку сигарет и зажимает одну из них между губ. Пачка красная и запах дыма очень резкий. Тэхен думает, что дерзость ему подходит. — Почему не должен? — Чонгук изящно держит сигарету пальцами. Ким пожимает плечами. — Не знаю. Полагаю, это не в твоей компетенции, — автомобили проезжают мимо них, скользя шинами по мокрому асфальту, а солнечный свет блестит на лужах. Чонгук хмурится, но ничего не говорит, наблюдая за дорогой. — Ты помнишь, как меня зовут? — он выпускает дым изо рта и улыбается. Вырез его футболки глубокий, подол заправлен в джинсы, чтобы выставить на показ кожаный ремень с металлической пряжкой. Он улыбается шире, когда видит, как Тэхен смотрит, — я опечалюсь, если вы не назовёте мое имя, мистер. Тэхен закатывает глаза. — Чонгук. Этот парень даже не удивлён. Он просто заливается смехом. — Меня так трудно забыть? Тэхен сомневается в ответе, мечась между «да» и «нет», поэтому спрашивает: — Это твоё настоящее имя? — Я… да? — Чонгук моргает, выглядя потрясённым на секунду, и наклоняет голову, — ты думаешь, я его типа выдумал? — Не знаю. Я просто предположил, что такие люди, как ты, не называют настоящих имён. Чонгук вздёргивает брови. Менее игривый, менее фальшивый, менее кокетливый. Более раздражённый, более настоящий. — Люди, как я? Тэхен подносит сигарету к губам, чтобы скрыть улыбку. — Ты и так понял, что я имел в виду. На долю секунды Чонгук молчит, унижение впитывается в него почти осязаемо. Может, его это задело или он что-то переосмысливает. Может, его победа не так сладка. — Конечно, — он сильно затягивается, и Тэхен удивляется, что он даже не кашляет, — ну… да, у меня есть сценическое имя. Но я не использовал его. С тобой. Тэхен кивает и ждёт объяснений, которых, видимо, не будет. Чонгук просто смотрит на него и на дым, витающий вокруг. — Почему нет? — интересуется Тэхен. Чонгук пожимает плечами. — Честно, я и так сразу понял, что это не сработает. Подумал, что будет весело просто поболтать с тобой и при этом ничего не получить. Такие, как ты, всегда просто высиживаются у бара и никогда не платят. У половины просто денег нет, — он вздыхает и щурится от солнечного света, а потом смотрит на Тэхена с насмешкой, — ты меня удивил, вот и всё. Тэхен слабо смеётся. Он и сам удивляется тому, как провёл остаток вечера четверга с Чонгуком. Его бёдра дрожали всё время, а губы были сухими. Тэхену нужно было, кстати, вставать рано утром, в пятницу, чтобы пойти на работу. Торчать в стрип-клубе никогда не было его приоритетом. Кроме того, он знает, как работает эта причудливая привязанность между танцорами и клиентами. Мальчики там знают, что если достаточно мило поговорить с клиентами, то они вернутся. Тэхен знал эту единственную причину, по которой смазливый паренёк, Чонгук, подошёл к нему возле грязного магазина. Он не видит ничего в глазах Тэхена, кроме наличных. — Какое у тебя сценическое имя? — спрашивает Тэхен. Чонгук краснеет. Это откровенно очаровательно, и Тэхен знает, что на нём это не сработает, но сердце (сердце-то!) всё равно екает в груди. — Никакое, — говорит Чонгук. — Никакое? — Это унизительно. — Мне просто интересно. Чонгук закатывает глаза, что-то испорченное появляется в его улыбке, а огоньки в глазах ослепляют сильнее солнца. — Может, тебе стоит прийти ещё раз. Увидишь меня на сцене, посмотришь настоящее шоу, — затем он смотрит на Тэхена, слишком резко и смело. — Может, когда-нибудь. — Пообещай мне. Тэхен хмурится и смотрит в глаза Чонгука, полные надежды, и задумывается, что поддельно, а что реально. — Вообще-то, — начинает Тэхен и смотрит в сторону, чувствуя горечь на языке из-за сигареты, — я так и не узнал, сколько тебе лет. — Реально? — Вообще-то, да. — Я думал, тебе просто интересно. — Ну, действительно. Смысл спрашивать, если мне было бы неинтересно, — Тэхен смеётся и поглядывает на Чонгука краешком глаза. Чонгук осматривает его, оценивающе пялясь в ответ. Это всё просто игры. Глупые игры с сексом и деньгами, но Тэхену нравится, пока в этой игре замешан Чонгук. — Обещаю сказать тебе свой возраст, если ты пообещаешь мне, что придёшь в клуб ещё раз, — Чонгук пинает камень и отталкивается от стены, выпрямляясь. Тэхен задумывается, выше ли Чонгук, чем он, и нравится ли ему это. Парень бросает сигарету и тушит её носком ботинка, — обещай мне. — Обещаю, — это вряд ли. Тэхен сильно сомневается в своём ответе. Грош цена его словам, и Чонгук, скорее всего, это понимает, но всё равно широко улыбается. Почти искренне. — Окей. Мне двадцать три, — говорит Чонгук. Тэхен мысленно считает, понимая, что Чонгук младше его на девять лет, — так что... да, — Чонгук ведёт пальцами по руке мужчины, — ты должен прийти, Тэхен. Некое тепло разливается в груди Кима. Чонгук держится уверенно, но его взгляд беглый и нервный, что категорически противоречит его позе. Тэхен не перестаёт повторять себе, что всё это не по-настоящему. Но Чонгук хорош в своей работе, хорош в своей игре... Он просто хорош. Так хорош, что Тэхен чувствует слабость в коленях. — Конечно, Чонгук, — говорит он. Тэхен пытается не допустить ничего, кроме физического влечения, даже когда Чонгук улыбается и морщит нос, разворачиваясь на пятках и начиная идти. Его ноги длинные и мускулистые в этих узких джинсах, пока он уверенно вышагивает по мокрому асфальту.

***

Не так много времени прошло, и Тэхен всё-таки решился вернуться в клуб. Он, конечно, пытается убедить себя, что пришёл просто потому, что сегодня смена Намджуна, а так... это же всё игра. — У тебя есть минутка? Тэхен чувствует лёгкий хлопок по плечу, и чокнутая часть его мозга думает, что это Чонгук. Но, нет, это совсем не он. Однако мальчик напротив тоже симпатичный. На его лице блестит неброский макияж, противоречащий причудливой одежде. Тэхен хлопает глазами, когда Намджун усмехается и уходит к клиентам. Тэхен бы взбесился, если бы мальчик рядом с ним не был так великолепен. — Никогда не видел тебя здесь, — он садится на стул рядом с Тэхеном. Его бёдра прижимаются к сидению ровно, сильно и плотно. Благодаря слабому и тёплому освещению он узнаёт того самого мальчика со сцены. Прямо сейчас на сцене кто-то скручивается и выгибается, но пару минут назад именно он был там. — Я не так часто прихожу сюда, — объясняет Тэхен. — Ах, почему нет? — мальчик упирается щекой на руку и широко улыбается, а его щёки розовеют. Тэхен улыбается в ответ. — Просто нет желания, — он смотрит на стойку, ищет Намджуна и хмурится, когда видит его на противоположной стороне, смешивающим напитки. — Ну, я Чимин. И я думаю, что тебе стоит приходить сюда чаще, — он скрещивает ноги и наклоняется ближе. Его поведение поразительно похоже на то, как вёл себя Чонгук в первый раз, так застенчиво и привлекательно, — может, чтобы видеться со мной, — добавляет Чимин с ухмылкой. — Может, — Тэхен собирается встать и уйти, потому что часть его боится, что Чимин сможет уговорить его так же, как и Чонгук, когда слышит голос позади. — Отъебись, — Ким чувствует, как его сильно и довольно жёстко хватают за плечо, удерживая. Его слегка тянут назад и обходят. Тэхен смотрит в сторону и удивляется, замечая Чонгука. Он снова одет в обычные вещи. — Какого...? — Чимин гневно вздёргивает бровь, глядя на Чонгука. Напряжение в воздухе можно резать ножом, и Тэхен начинает потягивать свой напиток, наблюдая за Чонгуком и Чимином. — Это я у тебя должен спросить, какого, — отрезает Чонгук, — я думал, ты уйдёшь после выступления. — Я так и планировал, — Чимин пожимает плечами, громко смеётся и уже меньше заботится о своей позе, смотря на Тэхена, — но его компания куда лучше. Так что будь любезен, — он машет рукой на Чонгука, — оставь нас. — Ты не должен работать сегодня в зале, — голос Чонгука тихий, и он наклоняется ближе к Чимину, но Тэхен всё равно слышит его, — я его первым подцепил. Чимин удобнее усаживается на стуле и усмехается. — Ты даже не переоделся, Гук-и, — он крутится на своём месте и встаёт, — ладно, похрен, — небольшая битва за власть заканчивается, и Чонгук скалится, как победитель. Тэхен приподнимает брови. — Что? — мямлит Чонгук и садится. — Я думал, ты здесь работаешь. — Я работаю здесь, — Чонгук пожимает плечами и проводит рукой по волосам. Затем он улыбается, сверкающе и фальшиво, зубы блестят в темноте, — я скучал по тебе. Тэхен фыркает. — Не думал, что ты придёшь. — М, — Тэхен кивает в сторону ушедшего Чимина, — это что ещё за? — Ну, знаешь, — Чонгук кусает нижнюю губу и оглядывается. Затем он наклоняется ближе к Тэхену, — такой парень, как ты, всё равно не захотел бы такого парня, как Чимин. Он фальшивка. Ищет свежую кровь. В конце концов, у него есть всё для этого. Тэхен сжимает губы и кивает. — Верно. — М... так что насчёт тебя? — А? Чонгук упирается локтями в колени, раздвигая ноги и сгорбив плечи. Тэхен почти не удивляется такой перемене. Чонгук выглядит непривычно для стриптизера, будучи одетым в джинсы и серую толстовку. Обычный сексуальный двадцатитрёхлетний ребёнок. — Ты скучал по мне? Тэхен закатывает глаза. — Конечно, я очень скучал по тебе. Чонгук ухмыляется. — И всё же, ты пришёл. — Я же обещал. — Я думал, ты врёшь. — Я тоже так думал. Их глаза встречаются. Воздух между ними туманный и густой, смешанный с потом и алкоголем. Слова Чонгука «я его первым подцепил» врываются в голову Тэхена. Его бумажник лежит в заднем кармане и, похоже, чувствует необходимость выбраться оттуда на свежий воздух. Он винит и жалеет себя, но в основном беспокоится о том, что вновь, так скажем, проиграет Чонгуку. Руки Чонгука на коленях Тэхена, это очень опасная близость- — Ты же чувствуешь разницу? — ресницы Чонгука трепещут, а его щёки розоватые от клубных огней, — я не Чимин. Тэхен кладёт свои руки на руки Чонгука, чтобы сбросить их со своих ног. Раздражение, смущение и разочарование — всё это в глазах Чонгука. — Круто, круто. Но больше никаких обещаний, — говорит Тэхен. Он не играет сложно, он играет умно. Чонгук выдёргивает запястья из рук Тэхена. Его челюсть сжата, глаза переливаются чем-то сладким и одновременно убийственным. — Так неинтересно. Тэхен качает головой. — Так что, будешь просто сидеть и пялиться на меня? — он фыркает. — Ты тоже пялишься. Чонгук делает паузу, он выглядит так мило с огоньком в глазах и со сжатыми губами. — Слушай, Ким Тэхен, ты не глупый. И мне это не нравится. Но ты знаешь, что у каждого из нас есть цели. И ты, — тёплые пальцы быстро оказываются на подбородке Тэхена, — да, именно таких людей, как ты, здесь ищут. На твоём месте я был бы осторожен. Намджун всегда прав. Всегда. — Конечно, по твоему костюму не скажешь, что ты гребёшь деньги лопатами, но дело в самом азарте. Ты богатый, горячий и симпатичный. Я... да все парни здесь хотят тебя, — Чонгук наклоняется вперёд и шепчет, как будто это какой-то секрет, — Чимин, собственно, тоже. Мы здесь все друзья, пока дело не доходит до денег. Тэхен хихикает. — Зачем ты мне это рассказываешь? Чонгук вздыхает. — Я не сдамся. Просто попробую подобраться к тебе по-другому. Ты знаешь, почему я хочу тебя, — его пальцы играют с воротником рубашки Тэхена, иногда касаясь шеи. Это заставляет старшего вздрогнуть. Неважно, какой там новый способ придумал Чонгук. Он всё равно чертовски хорош. — Но ты все равно легкодоступный, — говорит он низким голосом, смеясь, — однако не пытайся выебываться. Парни здесь ненавидят таких. Я уже говорил тебе это, но ты всё усложняешь. Тэхен ухмыляется. — Ты всё это рассказываешь мне... но не парься, я всё равно тебе заплачу. — Что, если бы я хотел большего? — Чонгук мило улыбается. Сердце Тэхена ёкает, но он старается не показывать этого, — пообещай мне, что посмотришь на моё выступление. На сцене. — его глаза мерцают, — Так, пообещай мне, Ким Тэхен. Чонгук мягко надавливает на шею Тэхена. Ким смеётся, затаив дыхание. — Грязно играешь. — Я играю жёстко. И справедливо, — Чонгук поднимается. Его глаза тёмные и великолепные. Тэхен думает, как он делает это – так хорошо играет, — единственный, кто грязно играет, это ты. Он уходит, засунув руки в карманы, его походка медленная и непринуждённая. Клубные огни буквально выделяют его силуэт. В нём что-то есть. Сколько Тэхен не пытается отговорить себя, он всё равно идёт смотреть шоу Чонгука.

***

За пределами клуба Тэхен опирается на стену и смотрит вверх, на сигаретный дым, парящий в тёмном небе. Рядом с ним ютится хихикающая парочка, прижимающаяся друг к другу в попытке согреться. Может быть, он слишком много думает. Может быть, он устал. Может быть, ему нужно вернуться домой. Он знает, что должен. Ничего хорошего не выйдет от пребывания здесь. Но есть большая и тупая часть его мозга, призывающая остаться. Заигрываешься, Ким. Но ему это нравится. И это худшая часть. Этот динамичный и откровенно двуличный мальчик, Чонгук, заставляет Тэхена желать большего. Больше, чем просто фальшивую и горячую оболочку, предназначенную для того, чтобы завлекать сюда мужчин. Чонгук заполучил его, и, несомненно, есть и другие… Тэхен должен напоминать себе об этом. Он платит за дрянную второсортную близость, и это не беспокоит его. Он находит этот разврат немного забавным. Но он не понимает, совсем не знает Чонгука. Вот, что его действительно беспокоит. Потому что иногда маска очевидна — трепетание ресниц, хихиканье, то, как он пытается казаться меньше, фактически ничего не меняя. Но несколько раз он показывал себя с искрой гнева, показывал себя грубым, ехидным и пугающе подёргивающим брови. И совсем иногда протискиваются кусочки застенчивости, мягкий румянец или нервные взмахи руками, молодость, контрастирующая с его вопиющей пошлостью — это и делает Чонгука более настоящим. Тэхен знает, что это не есть хорошо, но он продолжает дразнить и флиртовать, он хочет познакомиться ближе. Чонгук, кажется, хочет того же. Так ведь? По крайней мере, Ким так думает. Чонгук хочет, чтобы Тэхен хотел его. Чтобы он хотел взять его, пошло и грязно, вот в чём дело. Ким это знает. Но когда он заглядывает в глаза Чонгука, чувствуя исходящее от него тепло... становится просто невозможно осторожничать. Металлическая дверь открывается, с хлопком ударяясь о стену. Тэхен чуть не подпрыгивает. Чонгук выходит, одетый в длинное пальто, его пальцы дрожат, и он пытается укутаться сильнее. Свет от неоновой вывески, что гласила «Персиковая Косточка», попадает на его лицо. Он останавливается, когда видит Тэхена, прислонившегося к стене. Чонгук присоединяется к нему. — Знаешь, — начинает парень, шарясь в карманах пальто в поисках сигарет, — порой клиенты остаются после шоу, чтобы взять номерок танцора, — он опирается на кирпичную стену и наклоняется, чтобы зажечь сигарету. Лунный свет падает на его веки и нос. Тэхен фыркает. — Ты на что-то намекаешь? Я просто, блять, хочу покурить. Усмехаясь, Чонгук качает головой и ничего не говорит. Курящий Тэхен — невероятный Тэхен. — Почему сразу намекаю, а, Тэхен? — Чонгук не смеётся, он просто смотрит на звёзды. Тэхен мычит и делает затяжку. Может, ему просто нужно больше курить. — Я не намекаю, а говорю напрямую. А то, кажется, ты туговато соображаешь, — Чонгук усмехается, и Тэхен смотрит на него. Ким изучает точеные черты Чонгука, замечая, как тот слабо краснеет. — В какую игру ты играешь, Чонгук? — игнорируя все шуточки парня, наигранно лепечет Тэхен, улыбаясь. — Ни в какую, — Чонгук улыбается в ответ, — просто… — он качает головой, и мягкие волосы падают на глаза, — что ты куришь? — А? — Тэхен моргает. Чонгук кивает на его сигареты. — Что за сигареты? — Э… Dunhill. Стриптизер присвистывает. — Крутяк, что. Ты же покупаешь их только из-за марки, да? Для своего охренительного образа одинокого мачо. — Мне просто нравится. — Ты же просто пытаешься показать, что можешь себе такое позволить. Я прав? Мол, пара долларов для тебя ничто. Всего-то, пф, хуйня. Хотя не то чтобы я был бедным, — Чонгук выпускает дым изо рта. При ярком лунном свете Тэхен замечает царапины на его костяшках и тонкую серебряную цепочку, свободно висящую на запястье. — Я узнал, что эти сигареты довольно хорошие, вот и купил. В чём проблема? — Ни в чём. Мне всё равно это нравится, — Чонгук подносит сигарету к губам, — о-очень нравится. Тэхен смотрит на него, почти зачарованно, и подходит ближе. — Ты красишься? — проговаривается Тэхен и прикусывает язык, но уже слишком поздно. Чонгук поворачивается и с ухмылкой смотрит на него, слегка наклонив голову назад. — Нет. Не всегда. По крайней мере, с макияжем ты меня ещё ни разу не видел, — он проводит пальцем по шраму на щеке, — это скрывает все шрамы и покраснения. Я крашусь, потому что так нужно для сценического образа, а кому-то... боже, видел бы ты лица некоторых парней. Им реально нужна косметика. Тэхен хочет перебить Чонгука, но тот продолжает всё говорить и говорить, делая небрежные затяжки. Именно в этот момент Чонгук, он словно... настоящий? Тэхен думает об этом, продолжая слушать парня. — Кстати, чаще всего, некоторые танцоры приходят просто обдолбаные в дерьмо. За ними надо следить. Я знаю одного, он постоянно под коксом. Предупреждаю, Тэхен, такие парни- — Чонгук смотрит на Кима и останавливается, когда их глаза встречаются. — Я имею в виду… да, я один из них. Но я не такой, — он нервно смеётся. — Я знаю, — отвечает мужчина. Мимо них проезжают автомобили, гудит одинокий фонарь, и тихо разговаривает парочка людей. Чонгук смотрит на землю, качает головой и смеётся. — Боже, блять, всё должно быть не так. Вообще. Тэхен фыркает. — Что ты имеешь в виду? — Я думаю, ты понимаешь, хотя... неважно, — Чонгук тяжело смотрит на старшего и отталкивается от стены. Он тушит свою сигарету ботинком и сует руки в карманы пальто, оглядывая Тэхена сверху вниз. Маска вновь вернулась. Настоящий Чонгук приходит и уходит. Исчезает и появляется вновь. Движется вперёд и назад, как приливная волна, бьющаяся о тихий маятник. Сейчас он наглый, смелый. Чонгук с поджатыми губами осматривает Тэхена. — Мне нужно готовиться, — он открывает тяжелую дверь, — я знаю, что ты совсем не недотрога. Просто играешься, да? Тэхен ухмыляется. — Не понимаю, о чём ты. — Ты такой же, как и я, — Чонгук клацает ногтями по металлической двери, — да твою мать... тебе нужен мой номер или как? Тэхен не уверен, что всё это реально происходит. Он просто смеётся. — Да. И достаёт телефон из кармана.

***

— Я полагаю, ваш заказ, это верёвка и мыло, да? — дразнится Намджун, склонившись над стойкой. Тэхен фыркает и оборачивается. — Вообще не смешно. — А что ты с такой постной миной сидишь? Поэтому, предложить могу только верёвку и мыло. Ну, или прилечь под рельсы. Но давай ты там как-нибудь сам. — Алкоголь. Ты мог бы предложить мне алкоголь, — Тэхен начинает говорить в манере Чонгука, чуть соблазнительно и решительно. С этого безопасного расстояния он наблюдает, как какой-то мальчик крутится вокруг шеста. Кстати, на нём нет каблуков, как и на некоторых танцорах. Хотя это, скорее, вопрос навыка – ещё пару таких ночей, и Тэхен сам станет опытным в этом деле. Ну, не в каблуках, конечно, а в клубе. — Вот это я понимаю. Тэхен закатывает глаза и делает глоток. — Хочу уйти. — Я тебе больше скажу, тебе надо уйти. Беги, пока не поздно, — исправляет его бармен. Он посылает ему воздушный поцелуй, и Тэхен отзеркаливает его, — я смотрю, ты втягиваешься. Я разве не говорил тебе быть осмотрительнее? — Ты всегда мелешь чушь, Джун, — Тэхен поворачивается на стуле и смотрит на сцену, понимая, что нет, Намджун не мелет чушь. Он говорит правду. Киму интересно, какой костюм будет у Чонгука. Если бы он был в том же наряде, что и с Тэхеном за клубом, то есть в той тесной одежде, спрятанной под большим пальто. Тэхен представляет его сексуального и разгорячённого на сцене. — Это не чушь, а правда, — ворчит Намджун и уходит, чтобы помочь клиентам на противоположной стороне бара. Тэхен хотел бы сказать в ответ, но увы и ах. Песня заканчивается, и худощавый танцор подбирает свои штаны со сцены, перекидывает их через плечо, начиная складывать деньги в карманы. Чуть левее от него Тэхен замечает знакомый силуэт – сильная походка и хорошая осанка. Ким чувствует нервозность. По какой-то причине. Он наблюдает, как Чонгук наклоняется к диджею и что-то говорит, прежде чем спрыгнуть и уйти за сцену. В темноте трудно увидеть, куда именно он направляется, поэтому Тэхен отводит взгляд, понимая, что у него не должно быть столько интереса к одному человеку. К стриптизёру. Он же ясно понимает, что у того на уме: секс и деньги, деньги и секс. Ким не должен забывать об этом. Атмосфера немного угасла. Последний танцор не произвёл большого впечатления. Какой-то работник, одетый во всё чёрное, прыгает на сцену и брызгает распылителем на шест, подготавливая сцену к следующему выступлению. Теперь она пуста. Песня вновь начинается. Ритм сливается с гулом голосов. Тэхен думает, что это всё из-за алкоголя. В голове он пытается разделить две личности: язвительный и раздражённый парниша, не получающий того, чего хочет, и самоуверенный танцор с точеным телом, способный двигаться так изящно и плавно. Но это не так просто. Чонгук — это настоящее сексуальное зрелище, чье тело переливается под синими и красными огнями. Толпа скандирует громче и приближается к сцене. Они руками тянутся к мускулистому телу и суют деньги Чонгуку за пояс. Его движения, его грязный танец заставляют людей разбрасываться деньгами, и Тэхен понимает почему. В чистой чёрной рубашке, не застёгнутой на груди, и в ботинках на платформе, отражающих огни, Чонгук владеет сценой. Его шорты тоже чёрные и плотные, видимо, кожаные, а рубашка еле держится на теле. Она соскальзывает с одного плеча, открывая блестящую кожу. Линия его узкой талии видна сквозь прозрачную ткань, заставляя желать этого парня всё сильнее и сильнее. Не пытайся выебываться. Да повыебываешься тут... Тэхен тратит слишком много времени, сидя у бара и сравнивая все плюсы и минусы. В этом месте располагаются завсегдатаи, от которых эти мальчики просто в восторге. Честно говоря, Тэхен не возражает, ему приятно такое внимание. Тем более, Чонгук забавный, немного безрассудный и даже опасный, в нём определенно есть искра, которую все желают. Девять лет разницы — не так уж и много. Но... Чонгук не был женат, он не разведён, у него нет скучной работы, он не позволяет себе отягощаться. По крайней мере, так это выглядит. Тэхен не должен быть заинтригован, но он уже... Икры ног Чонгука сильные и стройные, мышцы бёдер пульсируют и перекатываются, когда он прижимается спиной к шесту и приседает, широко раздвигая ноги. Парень руками поглаживает верхнюю часть бедра, задерживаясь там слишком долго. Время словно плавится... для Тэхена, по крайней мере. Чонгук поднимается и кружится вокруг шеста. Его кожа выглядит бледной при таком ярком освещении. У Чонгука есть то, что хочет каждый, — тело, которым он умеет управлять и двигать. Металлический пирсинг в ушах привлекательно отражает свет огней. Тэхен решил обойтись без оправданий. У него есть деньги, и он пришёл в стрип-клуб не ради выпивки, в конце концов. Именно поэтому он спрыгивает со стула, оставляя свой стакан на барной стойке, и идёт к сцене, при этом вытаскивая бумажник из кармана. Здесь довольно многолюдно. Огни освещают чужие фигуры и довольные, ненасытные лица. Песня подходит к концу, и Чонгук не похож на танцора, который устраивает два шоу подряд. Подойдя ещё ближе, Тэхен замечает пот на его коже. По какой-то причине, наблюдая за этим, Ким чувствует себя грязным и слабым. Рубашка Чонгука полностью расстегнута и оголяет его торс. Тонкая ткань, чёрная и струящаяся, почти ангельская... и огни, словно крылья, туманные и розовые, освещают его тело. Его танец более сложный, чем у других: он отрывает ноги на большое расстояние от земли и ехидно ухмыляется. Всё заканчивается слишком быстро. Всё теряется в опьяненной атмосфере, и лишь один Чонгук выделяется, тёмный и захватывающий дух, чертовски грязный. Он оборачивается и направляется за кулисы, аккуратно складывая деньги в шорты. Глядя в сторону толпы, огонёк в его глазах тускнеет. Тэхен почти смеётся. Чонгук ловит его взгляд. Зрительный контакт слишком тяжёлый, но Тэхен улыбается и не отступает. Ухмылка Чонгука отличается от той, что он изображал на сцене. Пугающая, хитрая, блестящая. Что-то ёкает в груди, когда Чонгук вальяжно проходит мимо и забирает из рук Тэхена деньги.

***

— Ты… удивил меня, — Чонгук внезапно запрыгивает на стул у бара. Ким замирает со стаканом у губ. — Чего? — Ты меня удивил, — Чонгук повторяет и кивает, обоими локтями упираясь на стойку. Его волосы слегка зачёсаны в одну сторону, лоб покрыт испариной. Сейчас он в футболке, выделяющей его красивые руки. Намджун, прежде разговаривающий с Тэхеном, взглянул на Чонгука и ушёл. Часть Тэхена хочет назвать в его честь ребёнка, а другая — закопать заживо. — Чем это я тебя удивил? — Тэхен тянется к стакану, но округляет глаза, когда Чонгук берёт его и делает глоток. Чонгук хмыкает и показывает ему бумажную купюру. Сотню чёртовых баксов. Что ж, ладно. — Расскажи мне о себе, — он легко меняет тему, широко улыбаясь и наклоняясь ближе. Все кажется таким знакомым, прямо как в их первую встречу... Чонгук снова притворяется. Глядя ему в глаза, Тэхен видит широкие чёрные зрачки, контрастирующие с тёплым карим цветом радужки. Адреналин и волнение заставляют Тэхена думать, что Чонгук вовсе не незнакомец. Желание видеть его на сцене и желание видеть его в повседневной одежде, с растрёпанными волосами и жилами на руках — абсолютно разные вещи. Тэхен заинтересован. Но не в стриптизёре, а в обычном парне. — Почему я должен рассказывать о себе, если ты не отвечаешь на мои вопросы о тебе? Я ведь так кое-что и не выяснил... — забавляется Тэхен, — какое твоё сценическое имя? Чонгук фыркает. — Зачем тебе это? — Я хочу знать. — Сначала ты должен мне что-нибудь рассказать о себе. — И снова твои отговорки, — Тэхен качает головой и забирает свой стакан у Чонгука. Паренёк пристально наблюдает за тем, как он делает глоток. — Сколько тебе лет? — Тридцать два. Чонгук поднимает брови. — Реально? — он сканирует лицо Тэхена от носа до его влажных губ. Взгляд Чонгука несколько тяжелый, — так и не скажешь, Ким Тэхен. — М. Это хорошо или плохо? — Не знаю, — Чонгук закидывает ногу на ногу и выдыхает, — Бэмби, — добавляет он. — Что? Единственное, что выдает нервозность Чонгука, – это неловкое постукивание пальцев. При теплом освещении трудно заметить его покрасневшие щеки. — Моё сценическое имя. Бэмби. Тэхен сжимает губы и подавляет смех. Чонгук выглядит мило, совсем не так пугающе, как обычно. — Это из-за моих глаз, — Чонгук что-то бормочет, объясняясь. А ведь это имеет смысл, — они просто… они подумали… слушай, это не моя идея, ясно? Тэхен кладёт руку на колено Чонгука. Он сразу же жалеет об этом, но лишь на мгновение, и винит во всем алкоголь, но не отрывается. Когда глаза Чонгука находят его, он пытается держать себя в руках. Тэхен глубоко вздыхает и мягко улыбается. — Это мило, — успокаивает он Чонгука. — Нет. — Ну, я думаю, что это мило. Чонгук хмурится. — Я не хочу, чтобы ты думал, что я милый. Конечно. Дело в том, что такие красивые и рисковые люди, как Чонгук, боятся себя. Чонгук хочет и может быть кем угодно. Кто он на самом деле — это уже другая история. Но он как всегда ухмыляется. — Моя фамилия Чон. Я думаю, будет справедливо, если ты узнаешь это сейчас. Сейчас. — Как будто великую тайну рассказал. — Ну, почти. Чонгук обхватывает пальцами руку Тэхена и кладет её на своё бедро. Опасно... и они оба знают это. Тэхен ощущает упругие бёдра своей ладонью, тепло тела и рельеф мышц. — А будут ещё танцы? — дразнится Тэхен и останавливает руку Чонгука, пока тот не зашёл слишком далеко. Чонгук хмурится, но качает головой. На мгновение он замолкает, изучая выражение лица Тэхена. В таких местах мужчины, думающие не головой, а другим местом, могут потерять много денег. Сексуальное напряжение, разница в девять лет, сотни долларов – всё это давит на Тэхена. — Я закончу наш разговор просьбой, — Чонгук причмокивает губами... они выглядят такими мягкими. Тэхен не прочь поцеловать Чонгука. На самом деле, в этот момент, это всё, о чём он думает. Чонгук соблазнительный, и Тэхен просто хочет сделать это. — Что за просьба? — Отвези меня домой. — Я… — он сужает глаза. Чонгук закатывает глаза и хватает ладонь Тэхена, переплетая с ним пальцы. — Ради веселья. Боже. Тебе не надо будет платить. Ты что, действительно такого плохого мнения обо мне? Честно говоря, Тэхен не знает, что ответить. Это то, что хочет услышать Чонгук, чтобы вновь упрекнуть Кима. Ему интересно, какую пользу извлекает из всего этого Чон. Затем Тэхен сам осознаёт, что парню-то всего двадцать три, и он, скорее всего, просто ищет развлечения. — Ах, — Чонгук спрыгивает со стула и тянет Тэхена к выходу, — слишком много думаете, мистер. Знак выхода светится ярко-красным цветом. Намджун говорил однажды, что все нравы обходят «‎Персиковую Косточку» стороной. Единственное, о чём думает Тэхен сейчас, — сможет ли он трахнуть парня, за чьё тело заплатил полчаса назад, и неважно, насколько это безнравственно.