В царстве Бездны

Поверхность земли породила чудесные мысли о прекрасном и великих созданиях, воспевавших её игривый свет, бурлящие воды, шумящие леса, свежий ветер. Но человек так часто стремится узнать, что же спрятано в недрах этой плодоносной земли, какие сокровища она хранит в себе… — А я говорю, тебе, Карег, всё будет отлично! – Горячо убеждал своего сокурсника молодой геолог Церек. – Смотри, сколько кругом оружия, магических склянок! Сейчас я куплю всё это, и мы спокойно отправимся собирать информацию для моей… нашей работы! За исследования нас наградят титулами и золотом! И в Сай'Калике находятся такие богатые алмазами горы, ты даже представить себе не можешь! — Бриллианты, конечно, радуют, но сейчас у нас два серебряника, — пессимистично вздохнул Карег. – А ещё нужно хотя бы добраться до пустыни. А ещё нужно банально что-то есть, чтобы не умереть от голода. Эй, куда ты кладёшь столько склянок? Церек энергично сгребал с полок различные зелья и пули, которые, по словам изготовителя, убивали любую дрянь, даже мёртвую. — Впереди тебя ждёт касса. Ты уверен, что расплатишься за всё это? — Тише, — Церек приложил палец к улыбающимся губам, ловко спрятал в куртку зелья, патроны и арбалетные болты. Путники теснились. Мулы лениво везли телегу с сеном, на котором спали друзья-студенты. Даже у молчаливого Карега слетали с губ фразы про алмазы и золото. Правда, путников смущали рассказы о страшных чудищах Бездны. Но разве может быть молодой энтузиазм потушен словами стариков? — Так, — Церек растёр песок в ладонях, — писарь, пиши! Песок кардинально отличается от среднестатистических почв Шуримы. Значит, здесь другой климат, думаю, более влажный. Однако за всю дорогу нам не встретилось ни одного оазиса. Ветер сухой и колючий. Термометр… ах, мы же его потеряли… напиши, что очень жарко. Уже на границе с этой пустыней я вижу лысые причудливые скалы. Согласно исследованиям старших товарищей, эти горы возникли не по воле сил земли. Но мы сейчас проверим! Это уже не пиши… Пешком идти по песку оказалось тяжело, походные сумки давили на плечи, не давали остывать вспотевшим спинам. «Зато нас ждут алмазы, золото, бриллианты», — подбадривали друг друга ребята. — Церек, пишешь? Диктую. Горы состоят из прочного камня, состав которого удалось определить химическим путём. В примесях песка обнаружены вулканические породы, однако горы возникли явно не вулканическим путём. Откуда здесь могут находиться породы, принадлежащие нижним слоям земной коры? Нами обнаружены пещеры. Возможно, лава поднимается по готовым прочным каналам, не образуя вулканических конусов. Конец записей. Дорога уводила Церека и Карега всё выше и выше в горы. Песок сыграл злую шутку с путешественниками: он засыпал впадины, зато не застревал на возвышенностях. Одна из сумок с реактивами "утонула" в такой скрытой песком расселине. Трудный путь осложнялся подобными ловушками. Иногда песок образовывал шапку, под которой скрывалась пещера, ведущая, казалось, в Бездну. — На этом плоскогорье много пещер, — рассуждал, оглядываясь, Карег. — Мне это писать? — Нет. Я не знаю, как объяснить их. Но возле них особенно много алмазной крошки. И помнишь те ночные аметисты? Они растаяли после ночи. Это слизь, фиолетовая слизь. Карег замолчал. Церек понимающе склонил голову. Хоть они студенты геологического факультета, но интуиция естествоведов подсказывала, что слизь могли оставить только живые существа. — Тогда мы через эти горы спустимся к морю, — Церек изучал подробную карту местности. – Там ближе цивилизация, там будем изучать эти проклятые камни. В конце концов… эти люди такие дикие! Они не понимают истинной ценности сокровищ гор! Этих простаков можно было бы… обчистить… что? У нас всё равно освободилась сумка. Карег скептически взглянул на наглого друга. Никогда бы он не рискнул красть чужое добро, но сейчас… нужно закончить учёбу, а денег совершенно нет. Обстоятельства оказались сильнее духовных ценностей. Почти бегом, заваливаясь от усталости в обманчиво мягкие дюны, геологи спешили к морю, никак не увлажнявшему эти земли. Жажда наживы гнала их вперёд. Зачем работать, потеть в этой пустыне? Можно просто обвести вокруг пальца диких людей! Ничто не помешает им сделать этого! Ночь. Разбита склянка с самовоспламеняющейся жидкостью. Она вылилась на песок, зашипела и горящим шаром повисла в воздухе, заменяя энтузиастам костёр. Тишина мёртвой пустыни разрезалась лишь усталым дыханием молодых людей. Только их запах пота и крови витал в воздухе. Развергшаяся вокруг бездна в виде уродливых скал не имела ни ароматов, ни звуков, словно она не принадлежала этому миру. Даже звёзды и луна куда-то пропали с чаши неба. — Диплом напишу, пойду потом кандидатскую защищать… — А я домик куплю. С садом. — Родителям подарок сделаю. И любимой тоже. — А я в благотворительный фонд города сдам часть денег. Две пары сонных глаз смотрели в чёрное небо, мечтая о прекрасном будущем. — За все эти добрые дела нам простят же воровство? – Задумался о грехах своей души Карег. — А о нём разве узнают? Мы тут одни! – Церек махнул руками над головой. – Только боги, если они есть, могут увидеть наше грязное дело! Но почему бы им нас не остановить? Эй, вы, небесные жители! Церек поднялся на ноги и в несколько прыжков взобрался на скалу, призывая праведные силы наказать его за тёмные, далеко не гуманные мысли. Ответ, к удивлению путешественников, последовал скоро. Из всех пещер, окружавших лагерь, донесся вой. Звук оглушил людей, зашатались и камни. На маленькую фигурку Церека, только что взывавшего к небесам, из самой Бездны выпрыгнула огромная зер'сай. Кареб истошно вскрикнул и схватился за сумки. Он открывал флаконы, кидал их в чудище. «Рек'Сай карает неугодных», — проносились в его голове голоса людей, провожавших экспедицию в Сай'Калик. А предисловие одной книги предостерегало: "Пустыня хранила, хранит и будет хранить мильоны тайн". В панике обычно храбрый юноша вставил в револьвер арбалетный болт, попытался выстрелить, а после кинул странное сочетание в огромную пульсирующую фиолетовой магией тушу чудовища. Рек'Сай, будто не заметив обидчика, начала закапываться в твёрдый грунт, ломая самые твердые породы. Её плавник излучал ядовитый аметистовый свет, заменяя ночное светило. Вдруг исчез и плавник. Карег зажал сильнее сумку с дневниками. Он вынул карандаш и начертал на клочке бумаги: «Здесь украсть не удалось. Мы подошли к кассе. Плата за мысли и слова — жизнь». Под ногами дрожащего геолога выросли аметисты, но от тепла тела они растаяли, превратившись в слизь. Снова зарокотал рык надзирательницы пустоши. …Песок поглотил все труды молодых геологов, смешал бумагу, кожу, стекло, ткань. А Бездна вновь смеялась над самоуверенностью наземных существ. На всех стенах туннелей Рек'Сай не поместятся имена надменных глупцов...